автореферат диссертации по искусствоведению, специальность ВАК РФ 17.00.09
диссертация на тему:
Иконописное наследие Череповецкого ареала Русского Севера конца XIV - XIX веков

  • Год: 2013
  • Автор научной работы: Галунова, Светлана Николаевна
  • Ученая cтепень: кандидата искусствоведения
  • Место защиты диссертации: Санкт-Петербург
  • Код cпециальности ВАК: 17.00.09
450 руб.
Диссертация по искусствоведению на тему 'Иконописное наследие Череповецкого ареала Русского Севера конца XIV - XIX веков'

Полный текст автореферата диссертации по теме "Иконописное наследие Череповецкого ареала Русского Севера конца XIV - XIX веков"

На правах рукописи УДК 745.04

ГАЛУНОВА Светлана Николаевна

ИКОНОПИСНОЕ НАСЛЕДИЕ ЧЕРЕПОВЕЦКОГО АРЕАЛА РУССКОГО СЕВЕРА КОНЦА XIV — XIX ВЕКОВ (К ПРОБЛЕМЕ ФОРМИРОВАНИЯ РЕГИОНАЛЬНЫХ И ЛОКАЛЬНЫХ ЦЕНТРОВ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЫ)

Специальность: 17.00.09 - теория и история искусства

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата искусствоведения

Санкт-Петербург

2013

Работа выполнена на кафедре истории Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Череповецкий государственный университет»

Научный руководитель: Рыбаков Александр Александрович,

доктор искусствоведения, профессор, профессор кафедры истории Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Череповецкий государственный университет»

Официальные оппоненты: Барсегян Тамара Васильевна,

доктор искусствоведения, заведующая Сектором научно-методической работы Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева

Громов Николай Николаевич,

кандидат искусствоведения, профессор кафедры литературы и искусства Санкт-Петербургской государственной Академии театрального искусства

Ведущая организация: Федеральное государственное бюджетное образовательное

учреждение высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный академический институт живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е. Репина Российской академии художеств»

Защита состоится апреля 2013 г. в /ь час. на заседании Совета Д 212.199.11 по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук, созданного на базе Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена, по адресу: 191186, г. Санкт-Петербург, наб. р. Мойки, д.48, корп. 6, ауд. 49

С диссертацией можно ознакомиться в фундаментальной библиотеке Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена по адресу: 191186, г. Санкт-Петербург, набережная р. Мойки, 48, корп. 5.

Автореферат разослан

«/У» 2013 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат искусствоведения, доцент

РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ 3

БИБЛИОТЕКА 2013

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Иконопись Русского Севера на протяжении десятков лет привлекает внимание исследователей. В поле зрения ученых оказалось обширное иконописное наследие северных территорий Великого Новгорода, включавших земли по берегам Онежского озера, Архангельское Поморье и регион с центром в Вологде.

Актуальность исследования. До настоящего времени остается недостаточно изученной иконопись отдельных художественных центров и ареалов, располагавшихся в пределах названных историко-культурных зон. В результате активного развития научно-реставрационных работ в последние десятилетия в музеях северных регионов раскрыты многочисленные памятники иконописи XIII— XIX вв., которые требуют глубокого и детального изучения. Назрела также необходимость выявления и уточнения границ отдельных центров северной иконописи: по сей день в искусствоведческой науке существует весьма условный термин «северные письма», объединяющий широкий круг произведений, созданных на Русском Севере в XIV—XVIII вв. Традиционно «северные письма» связывают с влиянием иконописи Великого Новгорода. Обычно отмечают, что этим иконам присуща наивная трактовка образов, простота живописных приемов, даже примитивизм. Однако данное мнение обусловлено малой изученностью иконописного наследия Русского Севера. Многие иконописные произведения, происходящие из российской провинции, могут быть по праву отнесены к шедеврам древнерусского иконописания. Изучение региональных фондов отечественного иконописного наследия позволяет более глубоко и разносторонне рассмотреть факторы, под влиянием которых происходило формирование древнерусского искусства и создать целостное представление о его богатстве и многообразии. Возвращение к православным ценностям немыслимо без понимания красоты иконописного образа. Как известно, красота в Православии является категорией онтологической, неразрывно связанной со смыслом бытия. Она нашла воплощение в русской иконе, создававшейся как в крупных иконописных центрах, так и в провинции.

Географические и хронологические рамки исследования. В диссертации рассматриваются произведения иконописи, связанные с историко-культурным ареалом, центром которого со второй половины XIV в. был Чере-повской (Череповецкий) Воскресенский монастырь, а с 1777 г. Череповец — уездный город Новгородской губернии. Для целей данного исследования важное значение имеет определение термина «Русский Север» («Европейский Русский Север»), сформировавшегося на рубеже XIX—XX вв. Русский Север является скорее историко-культурным (или этно-культурно-природным) понятием, чем географическим или административным, он рассматривается как целостное явление российской культуры и представляет собой особую зону российского культурного наследия.

В пределах Русского Севера выделяют историко-культурные регионы, отличающиеся определенным своеобразием. Обычно они связаны с бассейнами крупных рек и озер. К таким регионам относится Заволжье, включающее территории в верхнем течении Волги, а также примыкающие к ним земли волжского левобережья (Белозерский, Галичский и Пошехонский уезды). Термин «Заволжье» хорошо отражает географическое и историко-культурное своеобразие указанных территорий. По мнению М.Н. Тихомирова, по типу хозяйственной деятельности заволжские уезды сближались с районами Русского Севера, а экономически были теснее связаны с центральными уездами России (Тихомиров М.Н. Россия в XVI столетии. М„ 1962. С. 156—157).

Внутри регионов выделяют субрегиональные объединения. К Заволжскому региону относятся субрегионы Белозерье, Пошехонье, Сугорье, Ухтома, Ше-лешпань и др. Особое место среди них принадлежит Пошехонью. Термином «Пошехонье» обозначают земли, расположенные по реке Шексне (приток Волги). Северная часть Пошехонья находится в пределах Вологодской области, которую традиционно включают в понятие Русского Севера, а южная часть — в Ярославской области, она теснейшим образом связана с Верхневолжским регионом. Северные границы Пошехонья граничат с Белозерьем (Белозерским краем). Поскольку Шексна берет начало из Белого озера, географически и исторически Белозерье и Пошехонье связаны друг с другом.

В пределах субрегионов существовали локальные центры, вокруг которых формировались небольшие ареалы, обладавшие специфическими чертами историко-культурных традиций. Во второй половине XIV в. в среднем течении Шексны возникает Череповецкий Воскресенский монастырь — важнейший локальный центр духовной культуры края. Воскресенский монастырь совокупно с расположенными близ него небольшими локальными центрами художественной культуры в бассейне Шексны, может рассматриваться, по мнению известного исследователя A.A. Рыбакова, как особый историко-художественный ареал Русского Севера. Применительно к Череповецкому ареалу в науке употребляются термины «Череповецкий край», «Череповецкая округа». В данном исследовании они применяются как синонимы.

Череповецкий ареал претерпел несколько переделов административных и епархиальных границ. Границы современного Череповецкого района не совпадают с границами дореволюционного уезда. Территория Череповецкого ареала лишь приблизительно совпадает с территорией уезда, поскольку часть пустыней и храмов, входивших изначально в сферу духовного окормления монастыря, оказалась за рамками образованного в 1777 г. Череповецкого уезда.

В исследовании выделены два этапа развития иконописания: первый — с конца XIV — XVI вв. и второй — XVII—XIX вв. Наиболее ранние раскрытые иконописные произведения Череповецкого края относятся к концу XIV—XV вв. Начало XVII в. — важная грань в художественной культуре края. Бедствия

Смутного времени, а в дальнейшем реформы Патриарха Никона 50—60-х гг. XVII в. и связанные с ними трагические события в жизни Православной Церкви нашли отражение в иконописи. В иконописании Череповецкого ареала, как в русской художественной культуре вообще, отчетливо заметны новые черты, связанные с обмирщением всех сторон жизни общества. К концу XVIII в. иконопись края, в целом, утрачивает своеобразие. Последние крупные иконописные комплексы Череповецкого ареала относятся к середине XIX в.

Степень разработанности проблемы. Вплоть до 70-х годов XX в. иконопись Вологодской части Пошехонья практически не была известна. Впервые к ее изучению обратился A.A. Рыбаков, он выявил, отреставрировал целый ряд наиболее ценных, с художественной точки зрения, иконописных произведений, составил их каталог. Основные результаты исследования отражены A.A. Рыбаковым в работах «Устюжна. Череповец. Вытегра» (1981), «Вологодская икона. Центры художественной культуры земли Вологодской XIII—XVIII веков» (1995) и др. Исследователь пришел к выводу, что иконопись Череповецкого ареала составляет особое структурное звено в историко-художественной классификационной системе древнерусской иконописи. Однако детальный историко-художественный анализ открытых произведений не входил в задачи автора. В 2009 г. вышел в свет альбом «Древние лики Русского Севера» О.В. Куликовой с воспроизведением икон из собрания Череповецкого музея. В интерпретации эволюции художественной культуры Пошехонья автор придерживается концепции A.A. Рыбакова.

Существуют публикации, посвященные отдельным произведениям иконописи края. Это научные статьи В.Г. Пуцко «Выносной расписной крест в Череповце» (2002), «Икона из Воскресенского Горицкого монастыря и северорусские иконографические схемы Покрова XVI века» (2001), «Икона Богоматери Оди-гитрии из Горицкого монастыря», а также С.К. Черновой «Иконографические особенности икон «Троица Ветхозаветная» XVI—XIX веков в собрании Череповецкого музейного объединения» (2000), «Иконы святителя Николая Чудотворца в собрании Череповецкого музея» (2007).

При всей ценности указанных трудов остается недостаточно изученной проблема формирования иконописных ансамблей в храмах Череповецкого ареала, состав иконописного комплекса в них. Особого внимания заслуживает вопрос о соотношении в иконописном наследии края произведений местных мастеров и мастеров-мигрантов. Выявленные произведения иконописи требуют внимательного и аргументированного иконографического, стилистического и компаративного анализа. Актуальна проблема атрибуции, датировки, типологии и классификации произведений.

Объектом исследования является иконопись Европейской части Русского Севера XIV — XIX вв.

Предмет исследования — истоки и процесс формирования иконописной традиции Череповецкого края и ее художественная эволюция в конце XIV —XIX вв., в контексте художественной культуры Русского Севера.

Цель исследования — выявить своеобразие иконографического состава иконописного фонда храмов Череповецкого уезда (на основании сохранившихся иконописных произведений и архивных источников), определить основное содержание и направленность художественных процессов в иконописании Череповецкого края конца XIV — XIX вв.

Данная цель определила постановку следующих задач:

— выявить и проанализировать круг источников, который позволил бы наиболее полно исследовать процесс формирования иконописного фонда в храмах Череповецкого края и развития иконописания;

— на основе анализа источников, а также с учетом данных исторической географии, археологии, этнографии и отечественной истории определить историко-культурные границы Череповецкого ареала Русского Севера;

— реконструировать состав иконописного фонда церквей Череповецкого ареала дореволюционного периода (на основе источников), поскольку это дает возможность выявить иконографические приоритеты в иконописи региона, проследить судьбу икон, находящихся в музейных и частных собраниях;

— ввести в научный оборот ряд памятников и иконописных комплексов, сохранившийся в музеях и храмах Череповца и его округи, который принципиально важен для изучения особенностей местной иконописной традиции;

— на основе иконографического, стилистического и сравнительного анализа выявить истоки формирования местной художественной традиции и ключевые тенденции развития иконописи Череповецкого ареала конца XIV — XIX вв., показать ее художественную эволюцию;

— определить значение иконописного наследия Череповецкого ареала в истории художественной культуры Русского Севера.

В основу гипотезы, определившей объект и задачи исследования, положена идея о том, что традиция иконописания Череповецкого ареала в конце XIV — первой половине XVI в., складывалась под определяющим воздействием иконописи Ростова Великого, Твери и, в меньшей степени, Новгорода; в дальнейшем она, сохраняя своеобразие, обнаруживает определенное стилистическое родство с художественной традицией Ярославля.

Эмпирическую основу исследования составили иконописные произведения конца XIV — XIX вв., находящиеся в собраниях Череповецкого музейного объединения (ЧерМО), Кирилло-Белозерского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника (КБИАХМ), Вологодского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника (ВГИАХМЗ), Угличского государственного историко-архитектурного и художественного музея (УГИАХМ), Ярославского художественного музея (ЯХМ), а

также в центральных музеях: Государственной Третьяковской галерее (ГТГ), Центральном музее древнерусской культуры и искусства имени преп. Андрея Рублева (ЦМиАР), Государственном Русском музее (ГРМ). Изучались иконописные фонды действующих храмов Череповецкого района и отдельные произведения иконописи, находящиеся в частных собраниях. В целом, к исследованию привлечено более 1200 иконописных произведений.

В работе использованы многочисленные письменные источники, находящиеся в фондах Череповецкого музейного объединения, Череповецкого центра хранения документации, Государственного архива Вологодской области, Государственного исторического архива Новгородской области.

К важнейшим нарративным источникам по теме исследования относятся описания Череповецкого Воскресенского монастыря, принадлежащие Луке Петрову (1814) и Л.В. Афетову (1895). В диссертации использован агиографический материал (жития местночтимых святых), а также церковные летописи конца XIX— начала XX вв.

Значительную информацию о составе иконописного комплекса храмов Череповецкого ареала содержат церковные и ризничные описи, схемы размещения икон в храмах. Многочисленные клировые ведомости XIX— начала XX вв., исповедные росписи XVIII — начала XX в. существенно дополняют и расширяют знания по истории края.

Немаловажную группу источников составляют церковные распорядительные акты: указные и благословенные грамоты Патриархов и Синода о строительстве храмов, резолюции, распоряжения. Значительная часть источников относится к делопроизводственной документации: договоры между клиром и подрядчиками о выполнении работ в храмах, приходно-расходные книги, журналы для записей постановлений попечительства отдельных церквей, сметы. К внешним распорядительным актам относятся распоряжения о закрытии храмов, протоколы изъятия церковных ценностей 20—30 гг. XX в.

Сведения о монастырях, храмах и особо почитаемых иконах края содержатся в периодических изданиях второй половины XIX в.: Новгородских Епархиальных Ведомостях и Ярославских Епархиальных ведомостях.

К исследованию привлечены материалы обследования храмовых иконописных комплексов, производившиеся в 80—90 гг. XX в., фотографии интерьеров и иконостасов церквей Череповецкого уезда XIX — начала XX вв., находящиеся в архивах, музеях, библиотеках, частных коллекциях и т.д.

Методология исследования. В основу исследования положен исторический подход к изучаемому материалу. Иконописное наследие Череповецкого ареала рассматривается в связи с историческими и культурными процессами, происходившими в пределах Русского государства.

Формальный метод применяется при анализе основных изобразительных элементов иконописных произведений.

Сравнительно-исторический метод позволяет на протяжении значительного периода времени выявить направленность художественных процессов в ико-нописании рассматриваемого ареала.

При исследовании иконописных произведений применяются традиционные иконографический и сравнительно-стилистический методы, так как необходимо сравнение памятников иконописи Череповецкого ареала с аналогичными произведениями ведущих иконописных школ: Великого Новгорода, Твери, Ростова Великого, Москвы и др. В этом сопоставлении можно определить черты своеобразия, присущие иконописи данного ареала.

При изучении широкого круга архивных источников, привлеченных к исследованию, применяется источниковедческий анализ.

Научная новизна исследования состоит в том, что

— осуществлен анализ ряда иконописных произведений и иконописных комплексов, происходящих с территории Череповецкого ареала, которые либо исследованы недостаточно, либо оказались вне поля зрения специалистов; значительная часть иконописных произведений, рассмотренных в диссертации, не являлась предметом специального исследования;

— в научный оборот введен ряд памятников и иконописных комплексов конца XVII—XIX вв., сохранившихся в музеях и храмах Череповца и Череповецкого района, а также многочисленные архивные документы;

— на основании выявленных источников рассмотрена проблема формирования иконописных ансамблей в храмах Череповецкого края;

— определено своеобразие иконографического состава церковного иконописного фонда Череповецкого уезда дореволюционного периода;

— предпринята попытка классификации произведений иконописи Череповецкого ареала с точки зрения ее иконографических, стилистических и технико-технологических особенностей.

Положения, выносимые на защиту:

— храмы дореволюционного Череповецкого уезда имели значительный иконописный фонд, иконографический состав которого отличался своеобразием: были распространены иконы Ростовских святых, Димитрия Царевича, Соловецких святых, местночтимых святых Кирилла Белозерского, Кирилла Новоезер-ского и Филиппа Ирапского;

— в конце XIV—XV вв. в Пошехонье складывается иконописная традиция, обладающая рядом стилистических и иконографических особенностей, выделяющих ее в массиве отечественного иконописного наследия в качестве особого регионального комплекса;

— устойчивая иконописная традиция Череповецкого края сформировалась к началу XVI в. преимущественно под воздействием иконописи Ростова Великого, Твери и, в определенной степени, Великого Новгорода;

— во второй половине XVII в., сохраняя своеобразие, иконопись Череповецкого ареала испытала влияние ярославской школы, которое проявилось в усилении повествовательных мотивов в житийных иконах и в характерном колористическом решении;

— иконопись Череповецкого края в период своего расцвета представляет собой относительно цельную и своеобразную региональную ветвь в художественной культуре Русского Севера наряду с более исследованными иконописными центрами Вологдой, Великим Устюгом, Сольвычегодском.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что его результаты существенно расширяют и изменяют современные представления об иконописном наследии одного из художественных ареалов Русского Севера. Особенно это касается иконописи XVII—XIX вв. Конкретизированы понятия: «Череповецкий историко-художественный ареал», «Пошехонье», «Белозерье». В диссертации выявлены перспективные для дальнейших исследований историков-краеведов, искусствоведов и музееведов проблемы, связанные с факторами и этапами формирования историко-художественного Череповецкого ареала, локализацией и функционированием местных центров иконописания, а также проблемы атрибуции, датировки и классификации произведений.

Практическая значимость диссертационного исследования. Результаты исследования могут быть включены в лекционные курсы и практические занятия по дисциплинам искусствоведческого цикла и истории края в высших художественных учебных заведениях. Их можно применять при разработке реконструкций иконописного убранства храмов, которые возобновляют свою деятельность. Материалы диссертации могут быть использованы в дальнейших теоретических исследованиях искусствоведческого и историко-краеведческого характера, при создании экспозиций выставок иконописи, разработке экскурсионных программ, связанных с историей края.

Рекомендации по использованию результатов исследования. Материалы и выводы диссертации могут быть применены в научной работе историков-краеведов, искусствоведов, культурологов; включены в разработку учебных программ по дисциплинам «Искусство Русского Севера», «Реставрация и изучение памятников художественной культуры», «История древнерусского искусства», «Символика христианского искусства» для бакалавров, обучающихся по специальности «Образование в области изобразительного и декоративно-прикладного искусства» (направление 050100.62 Педагогическое образование и 072500.62 Дизайн).

Достоверность результатов исследования обеспечивается обширным кругом изученных источников (нарративных, документальных, законодательных и др.), использованием данных новейших историко-краеведческих и искусствоведческих материалов, связанных с темой исследования, разработкой различных аспектов изучения иконописного наследия региона.

Апробация исследования. Результаты исследования отражены в ряде статей автора диссертации (общий объем 7,5 п. л), а также представлены в виде докладов на конференциях, в т. ч.: научно-практической конференции, посвященной 100-летию со дня рождения Д.С. Лихачева (Вологда, 2006), VII научных чтениях, посвященных памяти художника-реставратора Н.В. Перцева (Ярославль, 2007), Международной научной конференции, посвященной памяти преп. Трифона Вятского «Церковь в истории и культуре России» (Киров, 2010), Международной научной конференции «Реставрация, хранение и исследование исторического культурного наследия Русского Севера» (Вологда, 2010), Всероссийской научно-практической конференции «Череповецкие научные чтения» (Череповец, 2010—2012), «VIII Ушаковские чтения» (Мурманск, март, 2011). Диссертация была обсуждена и одобрена на заседании кафедры истории ЧГУ. По теме исследования было опубликовано пятнадцать статей.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения. Приложения объединены в отдельный том, они содержат карты-схемы, каталог, иллюстративный блок (168 иллюстраций), иконографический указатель, указатель иконописцев, историческую справку о монастырях, пустынях и храмах Череповецкого ареала. Объем диссертации — 196 страниц основного текста, 18 страниц примечаний, 23 страницы научно-библиографического аппарата, содержащего перечень использованных архивных материалов и библиографию, включающую 281 наименование.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается выбор темы исследования, ее актуальность, характеризуется степень изученности проблемы. Определены объект и предмет, намечена цель и поставлены задачи исследования; определена методологическая база исследования; раскрыта научная новизна; представлены положения, выносимые на защиту.

В главе 1 «Основные проблемы изучения иконописного наследия Череповецкого края и их отражение в историографии» сформулированы историографические проблемы, связанные с изучением иконописания Череповецкого ареала. К ним относятся: проблема географических границ историко-художественного Череповецкого ареала; основные факторы и этапы его формирования; проблема связи истории художественной с историей социальной; роль монастырей края как центров художественной культуры; этапы монастырского и храмового строительства в крае, формирование архитектуры монастырских комплексов; наличие и функционирование локальных художественных центров в Череповецком ареале, область распространения их влияния.

Параграф 1.1 «Источники, связанные с историей храмового строительства и иконописания Череповецкого края» посвящен анализу источников,

связанных с историей Воскресенского Череповецкого монастыря (в дальнейшем — Воскресенского собора), храмов Череповца и Череповецкого уезда.

Обширный и разнообразный круг неопубликованных источников (церковные летописи и описи, схемы иконостасов, ведомости, приходно-расходные книги, реестры, распорядительные акты и др.), отражающий процесс создания храмовых ансамблей Череповецкого ареала, относится к сравнительно позднему периоду (конец XVII — начало XX в.). Однако данные источники содержат, порой, важные ссылки на несохранившиеся документы более раннего периода, проливающие свет на особенности формирования иконописного фонда в храмах Череповецкого ареала. Богатым по информации источником являются церковные описи, они позволяют реконструировать схемы расположения икон в храмах, содержат информацию об источниках поступления, времени создания икон, вкладчиках, благотворителях, а также о почитаемых чудотворных изображениях. Кроме того, на основании описей можно выявить распространение приоритетных иконографических изводов в границах рассматриваемого ареала.

Акты Воскресенского Череповецкого монастыря XV—XVII вв. опубликованы в составе копийной книги грамот Московской митрополичьей кафедры, позднее — патриаршего дома (Акты феодального землевладения и хозяйства XIV—XVI вв., ч. 1—3, М., 1951—61). В последние десятилетия O.A. Наумовой, И.Л. Журавской, O.A. Кириковой, Т.Е. Чуйковой, Е.А. Скупиной опубликована часть документов из фондов ГАВО, ЧерМО, ГИМ, ГИАНО, связанных с историей г. Череповца, Череповецкого уезда и Воскресенского монастыря. В 2010 г. вышел в свет справочник «Писцовые книги Верхнего Заволжья», в котором даны историко-географические очерки Белозерья и Пошехонья. Особая ценность этих изданий заключается в том, что благодаря актовым материалам, писцовым и переписным книгам удается проследить тесную историческую связь между «Череповесью», Белозерьем и Ростовской архиепископской кафедрой. Что касается иконописи, то практически все связанные с ее историей источники сохранились в рукописном виде (преимущественно в ЧерМО и ГАВО).

В параграфе 1.2 «История Череповецкого Воскресенского монастыря, церквей и пустыней Череповецкого уезда в трудах XIX — начала XX в.» рассматриваются важнейшие труды, посвященные истории монастырей и храмов Череповецкого ареала: «Краткое описание Череповского Воскресенского монастыря», принадлежащее благочинному Череповецкого Воскресенского собора Луке Петрову (1814) и «Исторический очерк бывшего Череповецкого монастыря и его земельных владений» Л.В. Афетова (1895). В труде Луки Петрова содержится житие почитаемого в крае св. Сергия Шухтовского и сведения об иконописце монастыря архимандрите Исайе (начало XVII в.). Л.В. Афетов анализирует множество несохранившихся первоисточников: грамот великих князей и царей, патриархов и митрополитов, приказов, жалоб и т. д.

Сведения о чудотворных иконах (одна из них находится в ЧерМО) а также об иконописании в Филиппо-Ирапской пустыни, приписанной к Воскресенскому Череповецкому монастырю, содержатся в «Кратком описании Свято-Троицкой Филиппо-Ирапской пустыни» иеромонаха Антония (1912). В 1895 г. Н. Поройков опубликовал «Исторические сведения о бывших и существующих монастырях, их строителях и основателях в Череповском уезде Новгородской епархии». Автор привлекает к исследованию обширную библиографию, включающую литературные источники, жития святых, справочные материалы, статистические данные и др. Следует отметить справочные издания Н.Г. Богословского (1866), П.И. Шулятикова (1894) и А.Д. Коровкина (1898), включающие исторические и статистические сведения о храмах Череповецкого уезда.

Труды ученых церковно-исторической школы по истории Русской Православной Церкви, относящиеся к XIX — началу XX вв., помогают выявить общеисторические процессы, с которыми связана художественная эволюция иконо-писания. Это «История Российской Иерархии» (1807—1815) архимандрита Амвросия (Орнатского), «История Русской Церкви» (1864—1886) митрополита Ма-кария (Булгакова), «История Русской Церкви» (1847—1848) архиепископа Филарета (Гумилевского), работы архимандрита Леонида, Е.Е. Голубинского, И.М. Покровского и др., справочные издания по истории церковного строительства В.В. Зверинского, А. Ратшина и др.

Параграф 1.3 «Историография архитектурно-художественного наследия Череповецкого ареала XX — начала XXI в.» посвящен истории изучения иконописи края, начало которому было положено A.A. Рыбаковым в 70-х годах XX в. Автор диссертации опирается на опыт историко-художественной классификации иконописного фонда Череповецкого ареала, имеющийся в трудах A.A. Рыбакова, а также на исследования искусствоведов H.H. Чугреевой, Л.М. Евсеевой, В.М. Сорокатого, Н.И. Комашко. В работах этих ученых признается тот факт, что в первой половине XVI в. на значительной территории Верхнего Поволжья (от верховьев реки Меты до бассейна реки Шексны) сформировалась своеобразная художественная традиция.

Для исследования культурно-исторического аспекта изучаемой проблемы важное значение имеют исследования современных историков, археологов и этнографов. Ряд работ истории храмов г. Череповца и Череповецкого уезда посвятил М.Ю. Хрусталев. В статье «Воскресенский Череповецкий монастырь по архивным и иконографическим источникам XVIII—XX веков» (1999), на основании обширного архивного материала, он проследил историю создания архитектурного ансамбля Воскресенского монастыря. Археологические исследования А.Н. Башенькина и A.B. Кудряшова 90-х годов XX в. помогают выявить существенные факторы, оказавшие влияние на становление местной художественной культуры. Результаты этих исследований отражены в статьях А.Н. Башенькина «Вологодская область в древности и средневековье» (1997), A.B. Кудря-

шова «Средневековая история Череповецкой округи по археологическим данным» (1999). С историей Белозерья связаны публикации Ю.С. Васильева и М.С. Черкасовой.

Для глубокого понимания духовного содержания иконы важнейшее значение сохраняют материалы Седьмого Вселенского собора об иконопочитании, а также отечественные труды по богословию образа, принадлежащие А.И. Успенскому, E.H. Трубецкому, Н.В. Покровскому, Д.А. Ровинскому, Н.П. Кондакову, Ф.И. Буслаеву, Ю.А. Олсуфьеву, П.А. Флоренскому, Н.М. Тарабукину, Л.А. Успенскому, Б.А. Успенскому. Эти исследования убедительно доказывает неразрывное единство внутренней сущности иконописного образа и художественной формы, раскрывают глубокую взаимосвязь истории Православной Церкви с иконописанием.

В связи с проблемой изучения иконописного наследия Череповецкого ареала представляется необходимым выделить следующие аспекты, которые будут затронуты в данной диссертации:

— идентификация точного содержания терминов «иконопись Пошехо-нья», «иконопись Череповецкого ареала», «иконопись Белозерья», исторические и географические границы их бытования и применения;

— историко-статистический обзор процесса формирования иконописного фонда исследуемого ареала;

— компаративный анализ иконописного наследия Твери, Ростова Великого XIV—XVI вв. и произведений иконописи Череповецкого ареала;

— уточнение датировки создания и классификация произведений;

— выявление и конкретизация иконографического состава и иконографических приоритетов иконописного наследия Череповецкого края;

— исследование мало известной на данный момент поздней иконописи рассматриваемого ареала (XVIII—XIX вв.);

— выявление и введение в научный оборот источников, хранящихся в музейных и государственных архивах и частных собраниях;

Глава 2 «Формирование и иконографический состав иконописного фонда Череповецкого ареала» посвящена историческому аспекту проблемы. В ней рассматриваются истоки и процесс формирования историко-художественного ареала, центром которого со второй половины XIV в. был Че-реповской (Череповецкий) Воскресенский монастырь.

В параграфе 2.1 «Исторический контекст возникновения иконописа-ния в Пошехонье» выявляются основные факторы, которые определили особенности исторического и культурного развития Пошехонья и, в частности, Череповецкого ареала, начиная с периода средневековья. В силу особенностей географического положения с древнейших времен приоритетным направлением контактов местного населения было южное, где реки Молога и Шексна впадали в Волгу. Как выяснили археологи, обособленность разделенных лесами и боло-

тами средневековых населенных пунктов приводила, порой, к формированию в рамках небольших территориальных образований нескольких ярко выраженных этнокультурных зон. Финно-угорское, а затем русское население края активно развивало контакты с землями Верхнего Поволжья.

Территория будущего Череповецкого уезда полностью входила в Белозер-ское княжество. В первой половине XI в. Белоозеро вошло в состав ростово-суздальской земли. В епархиальном отношении Белозерье находилось в ведении ростовских архиереев. Позднее (в XVI—XVII вв.), в связи с ростом епархий, отдельные территории и монастыри передавались из Ростовской епархии в состав Новгородской, Вологодской, Ярославской и Пермской епархий, а также в ведение Московского митрополичьего и патриаршего дома.

В параграфе 2.2 «Состав иконописного фонда в храмах Череповецкого уезда дореволюционного периода (по архивным источникам)» рассматривается процесс формирования иконописного фонда в Череповецком Воскресенском монастыре (в дальнейшем — Воскресенском соборе), в пустынях и храмах Череповецкого ареала.

Основываясь на письменных источниках XVIII — начала XX в., можно утверждать, что приходы образованного в 1777 г. Череповецкого уезда были крупны. С середины XVIII в. на территории уезда велось интенсивное каменное строительство, развивалась церковная живопись. В XIX в. на его территории находилось около 140 храмов (примерно две трети — каменные).

Можно отметить некоторые особенности иконографического состава иконописного фонда храмов Череповецкого уезда. Наряду с иконами особо почитаемого свт. Николая Чудотворца довольно часто присутствуют изображения ростовского митрополита Димитрия и епископа Леонтия, свв. Космы и Дамиана, Сергия Радонежского, Зосимы и Савватия Соловецких. Среди икон местных святых чаще встречаются изображения Кирилла Белозерского, Кирилла Ново-езерского и Филиппа Ирапского, реже — Евфросина Синезерского (Синеезер-ского), Антония Черноезерского, Адриана Пошехонского и Игнатия Ломского. Крайне редки изображения св. Сергия Шухтовского.

Параграф 2.3 «Икононись Череповецкого ареала в составе музейных и немузейных коллекций». Наиболее значительной коллекцией иконописи (более 700 икон), происходящей с территории Череповецкого уезда, обладает Череповецкое музейное объединение. Реставрация иконописных произведений музея производилась с 1928 г. специалистами ГРМ, ВХНРЦ имени академика И.Э. Грабаря и Вологодского филиала этого центра. Отреставрирована примерно десятая часть икон, находящихся в фондах музея.

Почти все иконы изъяты из первоначальных ансамблей, иногда произведения, происходящие из одного центра, находятся в собраниях разных музеев. После возобновления деятельности храмов иконы перемещались из одной церкви в другую. В редких случаях иконописные комплексы сохранились в почти

первоначальном виде (храмы Богоотец Иоакима и Анны в с. Степановском и Благовещения в с. Дмитриево).

Если сравнить соотношение иконографических типов сохранившихся иконописных произведений, находящихся в фондах ЧерМО и действующих храмах Череповецкого района с данными церковных описей, то можно сделать вывод, что, в целом, эти соотношения сходны и отражают структуру иконографического состава иконописного фонда Череповецкого ареала.

В данной главе сделаны следующие выводы:

1. Поскольку в средние века важнейшую роль играли водные пути, очаги художественной культуры Пошехонья оказались тесно связаны с городами Верхней Волги: Ростовом Великим, Тверью. В более поздний период исторически сложились стабильные культурные контакты Череповецкого ареала с такими центрами, как Ярославль и Углич, а также с Москвой.

2. Дореволюционный Череповецкий уезд занимал одно из ведущих мест по числу церквей среди соседних уездов. Однако реконструировать с достаточной точностью иконописное убранство храмов можно в сравнительно поздний период (XIX — начало XX в.).

3. В XVII—XVIII вв. существовало иконописание в Филиппо-Ирапской пустыни, в Воскресенском Горицком монастыре, а также некоторых селах в окрестностях Череповца.

4. Основываясь на данных архивных источников можно сделать вывод, что иконописный фонд Череповецкого ареала имел свои особенности.

Глава 3 «Иконописное наследие Череповецкого края конца XIV — XVI вв.» посвящена стилистическому анализу и классификации на его основе ранних иконописных произведений, происходящих с территории Череповецкого ареала. Применительно к иконописному наследию Череповецкого ареала в основу классификационного принципа положены особенности стилистики произведений. Поскольку Череповецкий ареал занимал пограничное положение по отношению к субрегиональным образованиям с ярко выраженными историко-культурными традициями, существуют определенные трудности выявления стилистических особенностей, присущих иконописи края, органично впитавшей отдельные черты известных иконописных школ.

Диссертант опирается на концепцию, обоснованную в трудах A.A. Рыбакова, согласно которой иконопись Вологодской части Пошехонья рассматривается как заволжский вариант верхневолжской художественной традиции. В первой половине XVI в. в иконописных центрах, расположенных на значительной территории Верхнего Поволжья, сформировались традиции, имевшие черты сходства: интерес к внешней экспрессии, тональной разработке изображения, моделировка формы крупными массами, сопоставление родственных тонов. Несомненно, в каждом ареале иконописания, в частности, Череповецком, существовали свои отличительные особенности, которые должны быть выявлены и

конкретизированы. Определяющее влияние на сложение иконописной традиции в Белозерье, Пошехонье, Вологде и других прилегающих территорий оказала иконописная школа Ростова Великого. В произведениях конца XIV — XVI вв., происходящих с территории Череповецкого края, прослеживается также влияние иконописных школ Твери, Великого Новгорода, Москвы.

В параграфе 3.1 «Иконы с признаками влияния иконописной традиции Ростова Великого и Твери» рассматриваются такие значительные произведения местной иконописи конца XIV — XVI вв., как выносная запрестольная икона свт. Николая Чудотворца и Богоматери Петровской, Деисус из Филиппо-Ирапскогй пустыни, иконы из Покровской церкви села Долгая Слобода, образ Николая Чудотворца из Судбищенской пустыни и др.

Признаки иконописной традиции Ростова Великого и Твери присутствуют в большей части сохранившихся череповецких икон. Особенности этих школ в произведениях Череповецкого ареала переплетаются теснейшим образом, поэтому бывает сложно говорить о преобладании какой-либо из них. Как правило, при наличии заимствований, в местной иконописи в трактовке художественного образа и особенностях письма проявляются собственные черты.

Влияние ростовской школы просматривается в особенностях тонко сгар-монированного колорита. Однако произведения местных иконописцев отличаются более сдержанной цветовой гаммой и значительным интересом к тональной разработке изображения. С произведениями Твери иконопись Череповецкого ареала сближает ряд стилистических особенностей: четкий рисунок деталей лика, графически решенные складки одеяний, внимание к тону. От тверских аналогов череповецкая икона отличается смягченной трактовкой образа, большим разнообразием цветовых сочетаний, преобладанием теплых оттенков.

Параграф 3.2 «Иконы московской школы». Влияние московской школы присутствует в ряде икон Череповецкого ареала, но это проявляется, как правило, в иконографии. В храмах Череповецкого уезда, как свидетельствуют архивные источники, находились иконы, ориентированные на произведения мастеров московской школы или даже созданные иконописцами из Москвы. В округе Череповецкого Воскресенского монастыря существовали вотчины Троице-Сергиева, Московского Симонова, Суздальско-Покровского монастырей. Произведения московских иконописцев находились в иконостасе Благовещенской Едомской церкви. Вероятно, московские иконы были в Череповецком Воскресенском монастыре, поскольку он был в подчинении московских митрополитов. Однако эти иконы не сохранились. В наиболее чистом виде московская иконописная традиция проявилась в живописных клеймах Царских врат, происходящих из дореволюционной коллекции Череповецкого музея.

Параграф 3.3 «Произведения иконописи, ориентированные на новгородскую школу» посвящен сравнительно немногочисленным иконописным произведениям, в которых просматривается влияние художественной традиции

Великого Новгорода. Наиболее яркий памятник — выносной запрестольный крест XVI в. из дореволюционного собрания ЧерМО.

Влияние новгородской школы особенно проявилось во второй половине XVI в. К этому периоду относятся иконы из д. Пасмурово, некоторые произведения из Воскресенского Горицкого монастыря («Покров», «Вмц. Екатерина»), Черты сходства заметны в четкости, определенности линейной системы, контрастном сопоставлении ярких цветовых пятен. Однако, как правило, при наличии определенного влияния новгородской школы, местные иконописцы находят собственную интонацию в трактовке художественного образа и интерпретацию художественной структуры иконы. Для иконописных произведений Череповецкого ареала не характерна цветовая напряженность красок, присущая новгородской иконе, цветовой контраст смягчается тонально. Пластическая выразительность образа создается во многом благодаря линии. Местным иконописцам присущ интерес к тональной разработке изображения. В цветовой гамме предпочтение отдается тонким золотисто-охристым, оливковым оттенкам, которые дополняются звучными пятнами голубовато-зеленого, киноварного цвета. Краски наносятся прозрачными или полупрозрачными слоями.

Сложение иконописания в Череповецком крае происходит в период освоения земель Северо-Восточной Руси, интенсивного монастырского строительства, подвижничества святых, просвещавших верой Христовой отдаленные территории государства Российского. В эту эпоху «от XIV века к XVI идет процесс духовного самопознания и самоосознания Руси, организация всей жизни по духу, собирательный подвиг молодого народа, обобщение духовных опытов в цельное жизнепонимание» (П.А. Флоренский).

Следует отметить, что иконописное наследие Череповецкого ареала значительно отличается от иконописи близлежащих ареалов и субрегионов. Например, в иконописных произведениях Вологды в большей степени проявляется влияние новгородской школы и московской. Для вологодской иконы характерно контрастное сопоставление темно-коричневых и синих красок с киноварью, охрой светлого тона и белилами. Мастера Белозерья предпочитали несколько сумрачную цветовую гамму. Иногда она построена на сопоставлении насыщенных тонов (иконостас церкви Успения в Белозерске, деисусный чин из церкви Иоанна Лествичника в Кирилло-Белозерском монастыре 1500-х гг.), иногда — на сочетании довольно темных сближенных тонов («Богоматерь Тихвинская» и «Богоматерь Смоленская» второй половины XVI в. из Воскресенского Горицкого монастыря).

В Главе 3 сделаны следующие выводы:

1. Череповецкий ареал в XIV — начале XVI вв. в отношении иконописания был зависим от соседних развитых художественных центров. Собственные очаги иконописания возникают в крае позднее, чем в ведущих центрах художественной культуры (Великом Новгороде, Ростове Великом, Москве, Твери).

2. В XVI в. в Череповецком ареале складывается художественная традиция, о чем свидетельствуют стилистически сходные иконописные произведения, созданные на протяжении длительного периода в пределах рассматриваемого ареала. Иконописное наследие Череповецкого ареала существенно отличается от иконописи сопредельных территорий (Белоозера, Вологды и др.) В XVI в. иконопись края переживает расцвет.

3. Тот факт, что в локальных очагах духовной культуры края в данный период находились значительные в художественном отношении произведения иконописи, означает существование в ареале стабильных художественных центров, имевших исторически сложившиеся традиции иконописания. Возможно, они находились в Череповецком Воскресенском монастыре, Филиппо-Ирапской пустыни, Луковце, селе Долгая Слобода.

4. Устойчивая традиция, обнаруживаемая в иконописи Пошехонья, сложилась под воздействием художественных школ Ростова Великого и Твери, и, в меньшей степени — Новгорода.

В главе 4 «Художественная эволюция иконописания Череповецкого края в XVII—XIX вв.» рассматриваются особенности практически не исследованной иконописи Череповецкого ареала позднего периода. Начало XVII в. — важная грань для всей русской культуры. В Смутном времени, по глубокому убеждению ряда исследователей, отразилась духовная болезнь русского общества. Иконопись XVII в. — явление яркое и противоречивое, объединяющее разнообразные, подчас противоположные тенденции. В связи с заимствованиями из западноевропейского искусства в русскую иконопись проникают новые сюжеты, иная трактовка иконописного образа, приводящая к его искажению и деформации. Само это заимствование стало возможным по причине обмирщения сознания, захватившего общество. Изменение взглядов на эстетические качества иконописного изображения было вызвано изменением понимания онтологии иконописного образа.

Сохранились целые иконописные комплексы XVII—XIX в., происходящие из Никольской и Благовещенской церквей села Дмитриеве, Благовещенской церкви г. Череповца. На основании имеющихся стилистических особенностей произведения данного периода можно разделить на несколько групп: иконы, стилистически близкие верхневолжской художественной традиции; произведения, ориентированные на ярославскую иконописную школу; изображения с элементами «фряжского письма»; икона старообрядцев; произведения эпохи классицизма; икона с элементами фольклора, созданная в крестьянской среде.

В параграфе 4.1 «Иконописные произведения XVII века, стилистически близкие верхневолжской художественной традиции» рассматриваются иконы Череповецкого ареала, в которых наблюдается связь с иконописной традицией городов Верхнего Поволжья. Расцвет художественной традиции Поволжья приходится на вторую половину XVII в. С целью выявления характерных

особенностей местной иконописной традиции, производится сравнительный анализ произведений местной иконописи и аналогов из художественных центров Верхней Волги. Можно отметить, что в иконописи Череповецкого края XVII в. наблюдается интерес к построению усложненных композиций, передаче объема, изображению архитектуры, складок со специфическими закругленными очертаниями и др. Однако для большинства икон рассматриваемого ареала по-прежнему характерна плоскостная силуэтная манера письма, отсутствие резких контрастов, предпочтение довольно сдержанного теплого колорита.

Параграф 4.2 «Произведения, ориентированные на ярославскую художественную традицию», посвящен иконописным образам второй половины XVII — начала XVIII вв., которые созданы под определенным влиянием иконописи Ярославля. Как известно, XVII век считается «золотым веком» ярославской иконописи, которая оказала значительное влияние на развитие иконописания близлежащих земель. Ярославская иконописная традиция нашла отражение в ряде икон из церкви св. Николая Чудотворца с. Дмитриево, иконах Вознесенской церкви с. Курилово, часовни д. Маза и др. Она проявилась преимущественно в колорите, выдержанном в приглушенных тонах (зеленоватых или зеленовато-коричневых), сопоставленных с золотым или серебряным фоном и вкраплениями киноварных пятен особого холодноватого оттенка.

В параграфе 4.3 «Иконы, созданные в крестьянской среде» выявляются особенности икон XVII—XVIII вв., в которых присутствуют элементы фольклора. Эти произведения сложно классифицировать, поскольку в них тесно переплетаются самые различные и противоречивые тенденции: применение старинной иконографической схемы и усложнение композиции, сохранение традиционной техники иконописания и заимствование технических приемов из западноевропейской живописи, следование установленному иконописному канону и «инновации» в трактовке образа. Иконописцами из крестьян созданы такие яркие образы, как «Свв. Модест, Кирик и Улита», «Св. Николай Зарайский», «Рождество Пресвятой Богородицы» из с. Дмитриево и др. В этих иконах присутствуют черты архаизма: фигуры имеют укрупненные пропорции, заметен интерес к выразительному жесту. Иконописцы активно применяют размашистые белильные движки, довольно монотонную линию, но создают по-своему выразительные образы. В композицию вводятся пейзажные элементы, изображения животных, разнообразные детали. Черты архаизма прослеживаются и в технико-технологических особенностях подготовки досок для икон: большинство икон до начала XVIII в. имеют ковчег, в отличие от столичной живописи. В XVII—XVIII вв. нередко встречаются значительные по размерам иконы (ширина их достигает 44—45 см), исполненные на одной цельной доске.

Параграф 4.4 «Основные тенденции развития пошехонской иконописи во второй половине XVIII—XIX вв.» В XVIII в. в иконописи Череповецкого края, как в русском иконописании вообще, заметны новые черты. Грандиозное церковное строительство, развернувшееся в России в XVIII—XIX вв., шло

параллельно с духовной дезориентацией общества. Акценты явно переносятся с «внутреннего делания» на внешнее благочестие. Если ранее иконописец стремился отразить Богом откровенную истину, то теперь его более привлекает красота Богом сотворенного видимого мира. Эти особенности ярко проявились в иконах из Иоанно-Богословской церкви Череповца. Здесь уже приходится говорить не об иконописи, а о живописи, поскольку, выражаясь словами протопопа Аввакума, образы писаны по «плотскому умыслу». Изображения напоминают театральное представление на фоне барочных декораций. Художника привлекают чисто художественные аспекты изображения.

Особенности живописи классицизма присущи образам главного иконостаса Череповецкого Воскресенского собора (первая треть XIX в.), некоторым иконам начала XIX в. церквей Благовещения в с. Дмитриеве, Богоотец Иоакима и Анны в с. Степановском. Наблюдается сближение иконописного образа с портретом. Художники овладевают изображением человеческой фигуры в различных ракурсах, линейной и воздушной перспективой. Нередко евангельский сюжет низводится до уровня вполне земного, хотя и значительного, события. Наиболее строгие в каноническом отношении образы создаются, главным образом, при монастырях, но они немногочисленны.

В целом, значительная часть раскрытых иконописных произведений XVII—XIX вв., происходящих с территории Череповецкого ареала, обладает высокими художественными достоинствами и представляет историко-искусствоведческий интерес. Однако при всех эстетических достоинствах произведений появляются признаки «онтологического измельчания».

В заключении сформулированы основные выводы исследования.

1. Своеобразие иконописного наследия Череповецкого ареала во многом обусловлено особенностями его географического положения: географическая близость к художественным центрам Верхней Волги и епархиальная подчиненность локальных центров Череповецкого ареала сначала Ростову Великому, затем Новгороду, а также Московскому митрополичьему и патриаршему дому, определила стилистическую ориентацию искусства.

2. Архивные источники свидетельствуют о том, что Череповецкий уезд до революции занимал одно из ведущих мест по числу церквей среди соседних уездов, вошедших впоследствии в Вологодскую область, а также о том, что храмы уезда обладали значительным и своеобразным иконописным фондом. В Череповецком крае были распространены образы Ростовских и Соловецких святых. Из икон местных святых наиболее часто встречаются изображения Кирилла Белозерского, Кирилла Новоезерского и Филиппа Ирапского. Образы свв. Сергия Шухтовского, Афанасия и Феодосия Череповецких встречаются исключительно в храмах Череповецкого края.

3. Иконописное искусство Череповецкого ареала сформировалось, в значительной степени, под влиянием иконописных школ Ростова Великого и Твери,

и, в меньшей степени - Великого Новгорода. Расцвет иконописания Череповецкого ареала приходится на XVI в. Можно отметить следующие черты, характеризующие иконопись этого периода: пластическая выразительность образа создается во многом благодаря особому вниманию к выразительности силуэта и линии. Местным иконописцам присуща плоскостная силуэтная манера письма. От иконописи Ростова Великого произведения Череповецкого ареала отличаются большим вниманием к тональной разработке изображения, сдержанностью колорита. В отличие от иконописи Твери, в цветовой гамме череповецких икон, как правило, не наблюдается резких тональных контрастов, предпочтение отдается тонким охристым, зеленоватым, оливковым оттенкам, которые дополняются звучными пятнами голубовато-зеленого, киноварного цвета. Присутствие цветовых контрастов сглаживается тонально. Иконописные произведения Череповецкого ареала также существенно отличаются от иконописи соседних художественных ареалов и субрегионов.

4. В XVII столетии на развитие местного иконописания оказала некоторое влияние ярославская иконопись. Это отразилось в особенностях построения сложных композиций житийных икон; характерном сопоставлении приглушенных (темно-зеленых, зеленовато-коричневых) тонов с ярким золотым (серебряным) фоном и пятнами киновари холодноватого тона.

5. Сложение иконописной традиции ареала произошло в довольно поздний период (XVI в.), когда ведущие художественные центры постепенно утрачивают оригинальные черты, испытывая влияние московского искусства. Иконопись Череповецкого ареала — значительное явление в художественной культуре Русского Севера наряду с более исследованными художественными ареалами и центрами: Белозерьем, Кубеноозерьем, Вологдой, Великим Устюгом.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

1. Галунова С.Н. Иконописное наследие Череповецкого ареала конца XIV — начала XVII века в собрании Череповецкого музея // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. Общественные и гуманитарные науки. СПБ., 2009. № 106. С. 166—171. (0,5 п. л.).

2. Галунова С.Н. Иконопись Череповецкого ареала II половины XVII — XVIII вв. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов, 2010. № 1 (5). С. 54—58. (0,5 п. л.).

3. Галунова С.Н. Образы святых в составе иконописного фонда церквей Череповецкого уезда в XIX — начале XX в. (по данным архивных источников) // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Нижний Новгород, 2011. № 3 (1). С. 367—371. (0,5 п. л.).

4. Галунова С.Н. Иконописное наследие Пошехонья 2-й половины XVII — начала XIX в. // Вестник Череповецкого государственного университета. Череповец, 2011. № 3 (31). Т. 1. С. 113—120. (0,5 п. л.).

5. Галунова С.Н. Иконы из Воскресенского Горицкого монастыря в собрании Череповецкого музея. Искусство. История // Проблемы текста. Материалы научно-практической конференции, посвященной 100-летию со дня рождения академика Д.С. Лихачева. Вологда, 2006. С. 11—25. (1,4 п. л.).

6. Галунова С.Н. Иконное наследие Пошехонья конца XIV — XVI веков в собрании Череповецкого музея // Альманах современной науки и образования. Тамбов, 2008. № 6 (13). Ч. II. С. 53—58. (0,6 п. л.).

7. Галунова С.Н. К вопросу о формировании иконописной традиции Череповецкого ареала (на примере произведений из села Долгая Слобода) // Альманах современной науки и образования. Тамбов, 2009. № 1 (20). Ч. 2. С. 47—50. (0,35 п. л.).

8. Галунова С. Н. Состав иконописного фонда церквей города Череповца дореволюционного периода // Альманах современной науки и образования. Тамбов, 2009. № 7 (26).Ч. 1. С. 24—28. (0,4 п. л.).

9. Галунова С.Н. К вопросу о формировании Череповецкого историко-художественного ареала в период средневековья // Диалоги о науке. Журнал исследовательских публикаций. СПб., 2010. № 1 (4). С. 12—16. (0,5 п. л.).

10. Галунова С.Н. Архивные источники, связанные с историей иконного наследия Череповецкого ареала // Альманах современной науки и образования. Тамбов, 2010. № 1 (32). Ч. 11. С. 29—33. (0,4 п. л.).

11. Галунова С.Н. Состав иконописного фонда церквей Череповецкого уезда дореволюционного периода // Церковь в истории и культуре России. Сборник материалов Международной научной конференции, посвященной памяти преподобного Трифона Вятского (1546—1612). Киров, 2010. С. 268—270. (0,35 п. л.).

12. Галунова С.Н. Основные тенденции в развитии иконописи Череповецкого ареала второй половины XVII — XVIII в. // Череповецкие научные чтения

— 2010. Череповец, 2010. Ч. 2. С. 36—39. (0,35 п. л.).

13. Галунова С.Н. Иконы местночтимых святых в составе иконописного фонда церквей Череповецкого уезда (по данным архивных источников XIX — начала XX в.) // Современные тенденции развития изобразительного, декоративно-прикладного искусств и дизайна: периодич. науч. журнал. Москва — Магнитогорск, 2011. Вып. 8. С. 68—72. (0,3 п. л.).

14. Галунова С.Н. Иконописный фонд церквей Череповецкого уезда в XIX

— начале XX в. // Реставрация и исследование памятников культуры Русского Севера. Сб. материалов Межрегиональной научной конференции (Вологда, 10— 12 ноября 2010 г.). Вологда: Арника, 2011 С. 126—141. (0,5 п. л.).

15. Галунова С.Н. Образы северных святых в составе иконописного фонда церквей Череповецкого уезда (по данным архивных источников XIX — начала XX в.) // VIII Ушаковские чтения. К 90-летию со дня рождения профессора И.Ф. Ушакова (1921—2002). Сб. науч. статей. Мурманск, 2012. С. 255—259. (0,35 п. л.).

Подписано в печать 28.02.13 Формат 60x84'/i6 Цифровая Печ. л. 1.25 Тираж 100 Заказ 12/02 печать

Отпечатано в типографии «Фалкон Принт» (197101, г. Санкт-Петербург, ул. Большая Пушкарская, д. 54, офис 2, тел. 313-26-39, e-mail: fc2003@mail.ru)

2012497736

2012497736

 

Текст диссертации на тему "Иконописное наследие Череповецкого ареала Русского Севера конца XIV - XIX веков"

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Череповецкий государственный университет»

04201357438

На правах рукописи УДК 745.04

Галунова Светлана Николаевна

ИКОНОПИСНОЕ НАСЛЕДИЕ ЧЕРЕПОВЕЦКОГО АРЕАЛА

РУССКОГО СЕВЕРА КОНЦА XIV — XIX ВЕКОВ (К ПРОБЛЕМЕ ФОРМИРОВАНИЯ РЕГИОНАЛЬНЫХ И ЛОКАЛЬНЫХ ЦЕНТРОВ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЫ)

Том I

Специальность: 17.00.09- теория и история искусства

Диссертация на соискание ученой степени кандидата искусствоведения

Научный руководитель:

доктор искусствоведения, профессор А.А. Рыбаков

Череповец

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ.........................................................................................4

ГЛАВА I ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ ИКОНОПИСНОГО НАСЛЕДИЯ ЧЕРЕПОВЕЦКОГО КРАЯ И ИХ ОТРАЖЕНИЕ В ИСТОЧНИКАХ И ИСТОРИОГРАФИИ........................................................................18

1.1 Источники, связанные с историей храмового строительства и иконописания Череповецкого края................................................19

1.2 История Череповецкого Воскресенского монастыря, церквей и пустыней Череповецкого уезда в трудах XIX — начала XX в...................30

1.3 Историография архитектурно-художественного наследия Череповецкого ареала XX — начала XXI в...........................................37

ГЛАВА II. ФОРМИРОВАНИЕ И ИКОНОГРАФИЧЕСКИЙ СОСТАВ ИКОНОПИСНОГО ФОНДА ЧЕРЕПОВЕЦКОГО АРЕАЛА............................49

2.1 Исторический контекст возникновения иконописания в Пошехонье................................................................................49

2.2 Состав иконописного фонда в храмах Череповецкого уезда дореволюционного периода (по архивным источникам)..........................59

2.3 Иконопись Череповецкого ареала в составе музейных и немузейных коллекций...............................................................81

Глава III ИКОНОПИСНОЕ НАСЛЕДИЕ ЧЕРЕПОВЕЦКОГО КРАЯ

КОНЦА XIV—XVI вв.........................................................................91

3.1 Иконы с признаками влияния иконописной традиции Ростова Великого и Твери........................................................................94

3.2 Иконы московской школы......................................................128

3.3 Произведения иконописи, ориентированные на новгородскую

школу.....................................................................................130

ГЛАВА IV ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЭВОЛЮЦИЯ ИКОНОПИСАНИЯ ЧЕРЕПОВЕЦКОГО КРАЯ В XVII—XIX вв............................................142

4.1 Иконописные произведения XVII в., стилистически близкие верхневолжской художественной традиции...........................................147

4.2 Произведения, ориентированные на ярославскую иконописную традицию....................................................................................158

4.3 Иконы, созданные в крестьянской среде......................................167

4.4 Основные тенденции развития пошехонской иконописи во второй половине XVIII — XIX вв............................................................181

ЗАКЛЮЧЕНИЕ..................................................................................191

Примечания.............................................................................197

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ И УСЛОВНЫХ ОБОЗНАЧЕНИЙ.......................215

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ...............217

ТОМИ ПРИЛОЖЕНИЯ

Приложение 1. Схемы-картограммы и географические карты.........................3

Приложение 2. Каталог........................................................................13

Приложение 3. Иллюстрации................................................................50

Приложение 4. Список иллюстраций.....................................................185

Приложение 5. Историческая справка о монастырях, пустынях и храмах Череповецкого ареала, из которых происходят иконы и иконописные комплексы,

рассмотренные в диссертации..............................................................195

Приложение 6. Иконографический указатель............................................207

Приложение 7. Указатель иконописцев...................................................217

Приложение 8. Антология архивных источников......................................219

ВВЕДЕНИЕ

Иконопись Русского Севера на протяжении нескольких десятков лет привлекает внимание исследователей древнерусской живописи. В поле зрения ученых оказалось обширное иконописное наследие бывших северных территорий Великого Новгорода и Северо-Восточной Руси, включавших земли по берегам Онежского озера, Архангельское Поморье и регион с центром в Вологде.

Актуальность исследования. До настоящего времени остается недостаточно изученной иконопись отдельных художественных центров и ареалов, располагавшихся в пределах названных выше историко-культурных зон. В результате активного развития научно-реставрационных работ в последние десятилетия в музеях северных регионов России раскрыты многочисленные памятники иконописи XIII—XIX вв., которые требуют глубокого и детального изучения. Назрела необходимость уточнения границ отдельных центров северной иконописи. По сей день в искусствоведческой науке существует весьма условный термин «северные письма», объединяющий широкий круг произведений, созданных на Русском Севере в XIV—XVIII вв. Традиционно «северные письма» связывают с влиянием иконописи Великого Новгорода. Обычно отмечают, что этим иконам присуща наивная трактовка образов, простота живописных приемов, даже примитивизм. Однако данное мнение обусловлено малоизученностью иконописного наследия Русского Севера. Многие иконописные произведения, происходящие из российской провинции, могут быть по праву отнесены к настоящим шедеврам древнерусской иконописи. Изучение региональных фондов отечественного иконописного наследия позволяет более глубоко и разносторонне рассмотреть факторы, под влиянием которых происходило формирование древнерусского искусства и создать более целостное и глубокое представление о его богатстве и многообразии. Наконец, что особенно важно, возвращение к православным ценностям немыслимо без понимания красоты иконописного образа. Как известно, кра-

сота в Православии является категорией онтологической, неразрывно связанной со смыслом бытия. Она нашла воплощение в русской иконе, создававшейся как в крупных иконописных центрах, так и в провинции.

Географические и хронологические рамки исследования. Определение терминов. В диссертации рассматриваются произведения иконописи, связанные с историко-культурным ареалом, центром которого со второй половины XIV в. был Череповской (Череповецкий) Воскресенский монастырь, а с 1777 г. Череповец — уездный город Новгородской губернии. Но прежде, чем обратиться к кругу проблем и задач, связанных с темой исследования, необходимо определить некоторые термины. Для целей данного исследования важное значение имеет определение термина «Русский Север» («Европейский Русский Север»), сформировавшегося на рубеже XIX—XX вв. Исследователи считают, что он является скорее историко-культурным (или этно-культурно-природным) понятием, чем географическим или административным1. Эта обширная зона (ок. 1,7 млн. кв. км) протянулась от побережья Ледовитого океана на севере до водораздела Волга — Северная Двина на юге и от границ с Финляндией на западе до Уральских гор на востоке.

В период раннего средневековья Русский Север был заселен финно-угорскими племенами, в X в. колонизирован славянским населением. С XI в. часть его территорий подчинялась Великому Новгороду, другая часть — Ростово-Суздальскому княжеству. В конце XV — XVI вв. эти земли отошли к Москве. Формирование самобытной культуры Русского Севера было неразрывно связано с развитием культуры Древнерусского государства. К Русскому Северу обычно относят земли Олонецкой, Архангельской, Вологодской, а некоторых случаях — частично территории Санкт-Петербургской, Новгородской, Тверской и Костромской губерний . Русский Север рассматривается как целостное явление российской культуры и является особой зоной российского культурного наследия3.

В пределах Русского Севера выделяют историко-культурные региональные образования (регионы), с регионообразующими центрами, отличающиеся определенным своеобразием. Обычно они связаны с бассейнами крупных рек, озер и

морей. К ним относят Заволжье, Подвинье, Обонежье, Поморье, земли по р. Ваге, обширный регион с центром в Вологде. Относительная самостоятельность этих регионов обусловлена географическим фактором: в средневековый период непроходимые леса и болота создавали своеобразные границы для заселенных речных областей4.

Внутри регионов существуют субрегиональные объединения (субрегионы). Ряд исследователей выделяет особую географическую зону — Заволжье, включающее уезды в верхнем течении Волги (Костромской, Романовский, Угличский и Ярославский), а также примыкающие к ним земли волжского левобережья (Белозерский, Галичский и Пошехонский уезды). Заволжье образовало своеобразную буферную зону между замосковными уездами и уездами Русского Севера и Приуралья в историческом районировании Российского государства XVI—XVII вв.5 Термин «Заволжье» отражает географическое и историко-культурное своеобразие указанных территорий: по типу хозяйственной деятельности заволжские уезды сближались с районами Русского Севера, а экономически были теснее связаны с центральными уездами России6. К Заволжскому региону относятся субрегионы Белозерье, Пошехонье, Сугорье, Ухтома, Шелешпань и др.

В пределах субрегионов существовали локальные центры, вокруг которых формировались ареалы, обладавшие специфическими чертами историко-культурных традиций. Термин ареал (от лат. area — площадь, пространство) обозначает область распространения каких-либо явлений, в том числе и культурных традиций. Поэтому данное понятие применимо по отношению к местности, в пределах которой на протяжении столетий существовали устойчивые элементы художественной культуры (например, иконописания), отличные от элементов художественной культуры соседних областей.

Среди субрегионов Заволжья особое место принадлежит Пошехонью. Термин «Пошехонье», предположительно, происходит от финно-угорского гидронима7. Пошехоньем обозначают земли, расположенные по реке Шексне (левый приток Волги), которая называлась также «Шехонь», «Шокстна», «Шохсна», «Ше-хона». Земли Пошехонья занимают пограничное положение относительно ука-

занных выше субрегиональных образований. Бассейн реки Шексны находится в пределах нынешней Вологодской области, которую традиционно включают в понятие Русского Севера, а южная часть Пошехонья — в Ярославской области, она теснейшим образом связана с Верхневолжским регионом. Северные границы Пошехонья сливаются с Белозерьем (Белозерским краем) — местностью, географическим центром которой является Белое озеро. Исторически термину Белозе-рье (так стал называться этот край в советское время) предшествовал термин Бе-лоозеро. Город Белоозеро впервые упоминается в летописи под 862 г., с 1238 г. он является центром княжества Белозерского, а с конца XV в. — Белозерского уезда. Однако термин «Белоозеро» применяется не только по отношению к городу, но и по отношению ко всему краю, расположенному в бассейне Белого озера. Поскольку река Шексна берет начало из Белого озера, географически и исторически Белозерье и Пошехонье связаны друг с другом.

Во второй половине XIV в. в среднем течении Шексны, при впадении в нее притока Ягорбы, возникает Череповецкий Воскресенский монастырь как важнейший локальный центр духовной культуры края. Вокруг Череповецкого Воскресенского монастыря со временем основываются пустыни, погосты, в которых концентрируются произведения народного искусства и иконописи. Воскресенский монастырь совокупно с расположенными близ него небольшими локальными центрами художественной культуры в бассейне Шексны, может рассматриваться, по мнению известного исследователя A.A. Рыбакова, как особый истори-

о

ко-художественный ареал Русского Севера . Применительно к Череповецкому ареалу в науке и литературно-обиходном языке употребляются термины «Череповецкий край», «Череповецкая округа»9. В данном исследовании они применяются как синонимы.

Череповецкий историко-художественный ареал находился в пределах Мо-лого-Шекснинской низменности (значительная часть затоплена Рыбинским водохранилищем) и Средне-Шекснинской низины. На севере территория ареала ограничена Белозерской грядой, на северо-востоке — Кирилловской грядой, на северо-западе — Андогской грядой, на востоке и юго-востоке Вологодской (Шекс-

нинско-Сухонской) возвышенностью на западе и юго-западе — рекой Мологой. Южная его граница проходила севернее городов Рыбинска и Мологи.

Череповецкий ареал претерпел несколько переделов административных и епархиальных границ. Первоначально территория Пошехонья, на которой возник монастырь, входила в состав Белозерского уезда. В епархиальном отношении Бе-лозерье находилось в юрисдикции ростовских архиереев. С конца XV в. храмы Белозерского уезда постепенно отходят к Новгородской епархии. Воскресенский монастырь был домовым митрополичьим и ставропигиальным.

В 1764 г. Воскресенский монастырь был упразднен, официально существовал приходской храм Воскресения Христова, находившийся в составе Вологодской и Белозерской епархии. В 1780-е гг. Череповецкий уезд вновь передан в ведении Новгородских архиереев. С 1797 г. Воскресенский собор вошел в состав Старорусского викариата. Кроме того, Новгородская епархия в 1775—1891 гг. находилась под управлением Санкт-Петербургских митрополитов. Часть пустыней, приписанных в XVII в. к Череповецкому Воскресенскому монастырю, после преобразований 70—80 гг. XVIII в. входит в состав Ярославской губернии и подчиняется Ярославской епархии.

Территориальные границы современного Череповецкого района не совпадают с границами дореволюционного уезда. Что касается Череповецкого ареала, то его территория лишь приблизительно совпадает с территорией уезда (см. прил. 1, карты 1, 9), поскольку часть пустыней и храмов, входивших изначально в сферу духовного окормления монастыря, оказалась за рамками образованного в 1777 г. Череповецкого уезда. Вплоть до XIX в. уезд именовался Череповским, лишь постепенно закрепилось его новое написание — Череповецкий. Воскресенский собор официально оставался «Череповским» до начала XX в.

В исследовании выделены два этапа развития иконописания на территории Череповецкого ареала Русского Севера: первый, конца XIV — XVI вв. и второй, XVII—XIX вв. Наиболее ранние раскрытые иконописные произведения Череповецкого края относятся к концу XIV—XV вв. Начало XVII в. — важный рубеж в художественной культуре ареала. Бедствия Смутного времени, а в дальнейшем

реформы Патриарха Никона 50—60-х гг. XVII в. и связанные с ними трагические события в жизни Православной Церкви нашли отражение в иконописи. В иконо-писании Пошехонья в XVII—XVIII вв. отчетливо заметны новые черты, связанные с обмирщением всех сторон жизни общества. Последние крупные иконописные комплексы Череповецкого ареала относятся к середине XIX в.

Степень разработанности проблемы. Наиболее ранние сведения об особо почитаемых иконах Череповецкого Воскресенского монастыря содержатся в «Истории Российской иерархии» (1815) архимандрита Амвросия (Орнатского)10. Во второй половине XIX — начале XX в. появляется ряд справочников и исследований краеведческого характера, содержащих информацию о пустынях и храмах Череповецкого уезда. Это «Полное собрание исторических сведений о монастырях и церквях в России» А. Ратшина11, «Исторические сведения о бывших и существующих монастырях, их строителях и основателях в Череповском уезде Новгородской епархии» Н. Поройкова12, «Краткое описание Свято-Троицкой Фи-липпо-Ирапской пустыни» иеромонаха Антония13, а также справочник П.И. Шу-лятикова14, описание Череповецкого уезда А.Д. Коровкина15. Известный исследователь П. Покрышкин оставил ценные свидетельства об иконах разрушенного Троицкого собора г. Череповца16. Однако в задачу упомянутых выше исследователей не входило изучение иконописного наследия Череповецкого края.

Вплоть до 70-х годов XX в. иконопись Вологодской части Пошехонья практически не была известна. Впервые к ее изучению обратился A.A. Рыбаков. Он выявил, отреставрировал целый ряд наиболее ценных, с художественной точки зрения, иконописных произведений, составил их каталог. Основные результаты исследования отражены A.A. Рыбаковым в работах «Устюжна. Череповец. Вытегра» (1981), «Вологодская икона. Центры художественной культуры земли

17

Вологодской XIII—XVIII веков» (1995) и др. Исследователь пришел к выводу, что иконопись Череповецкого ареала составляет особое структурное звено в ис-торико-художественной классификационной системе древнерусской иконописи18. Однако детальный историко-художественный анализ открытых произведений не входил в задачи автора.

В 2009 г. вышел в свет альбом О.В. Куликовой с воспроизведением икон из собрания Череповецкого музея19. В интерпретации эволюции художественной

культуры Пошехонья автор придерживается концепции A.A. Рыбакова. Публика-

20 21

ции В.Г. Пуцко , С.К. ЧерновоГ1 посвящены отдельным произведениям иконописи края.

При изучении иконописного наследия региона немаловажное значение имеют исследования современных исто�