автореферат диссертации по истории, специальность ВАК РФ 07.00.02
диссертация на тему:
Монастыри правобережья Казанской земли во второй половине XVI - первой половине XVIII веков

  • Год: 2011
  • Автор научной работы: Чибис, Александр Алексеевич
  • Ученая cтепень: кандидат исторических наук
  • Место защиты диссертации: Чебоксары
  • Код cпециальности ВАК: 07.00.02
Диссертация по истории на тему 'Монастыри правобережья Казанской земли во второй половине XVI - первой половине XVIII веков'

Полный текст автореферата диссертации по теме "Монастыри правобережья Казанской земли во второй половине XVI - первой половине XVIII веков"

На правах рукописи

Чибис Александр Алексеевич

МОНАСТЫРИ ПРАВОБЕРЕЖЬЯ КАЗАНСКОЙ ЗЕМЛИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVI - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII ВЕКОВ: ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ, ЗЕМЛЕВЛАДЕНИЕ И ХОЗЯЙСТВО

Специальность 07.00.02 - Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

1 2 МАЙ 2011

Чебоксары-2011

4845017

Работа выполнена на кафедре архивоведения и документоведения Федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Чувашский государственный университет имени И.Н. Ульянова»

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

кафедры архивоведения и документоведения Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова Димитриев Василий Димитриевич

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

кафедры отечественной истории ГОУ ВПО «Марийский государственный университет» Айплатов Геннадий Николаевич

кандидат исторических наук, доцент кафедры отечественной и региональной истории ГОУ ВПО «Чувашский государственный педагогический

университет имени И.Я. Яковлева» Ендиряков Валерий Аркадьевич

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Нижегородский государственный

педагогический университет»

Защита состоится 13 мая 2011 г. в 13 часов 30 мин. на заседании объединенного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.301.05 при Чувашском государственном университете им. И.Н. Ульянова по адресу: 428034, Чувашская Республика, г. Чебоксары, ул. Университетская, 38 (учебный корпус № 1), ауд. 513.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова по адресу: 428034, Чувашская Республика, г. Чебоксары, ул. Университетская, 38; с авторефератом -на официальном сайте Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова www.chuvsu.ru

Автореферат разослан «12» апреля 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат исторических наук,

^Н.А. Петров

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. По мере присоединения к Российскому государству в Х\Ч-Х\'П вв. поволжских, уральских, сибирских земель, в них происходили новые по содержанию политические, социально-экономические и прочие процессы, в результате которых эти регионы превратились в неотъемлемые части территориального, государственного и общественного организма России. Важную роль в проведении данной политики на новых территориях государства сыграли созданные правительством и русскими переселенцами учреждения и сословные корпорации, к которым относились православные монастыри, являвшиеся многофункциональным институтом. Уже поэтому изучение истории создания и деятельности монашеских обителей на землях, вошедших в состав России в период ее формирования, выявление степени их воздействия на развитие данных регионов представляют собой несомненную актуальность для исторической науки.

Актуальность значительно усиливается на фоне возросшего в последние десятилетия общественного интереса к русской православной церкви и переоценки ранее сложившихся по отношению к ней стереотипов. Изменившее отношение к духовным учреждениям со стороны власти и общества было отмечено Президентом Российской Федерации Д.А. Медведевым, который в своем выступлении на Архиерейском соборе Русской православной церкви 3 февраля 2011 г. подчеркнул следующее: «Власть (и, может быть, впервые в истории нашего государства в целом, впервые за более чем тысячелетнюю историю нашего государства и православия на Руси) не вмешивается в деятельность религиозных организаций и при этом признает вклад церкви в становление российской государственности, в развитие национальной культуры и утверждение духовно-нравственных ценностей в обществе»'. Объективное изучение деятельности православных институтов в конкретных географических регионах России в определенный период будет способствовать удовлетворению этого интереса и формированию научно подтвержденных представлений об истинной роли церкви в историческом процессе. Положительным опытом такого изучения может послужить создание исследования по функционированию монастырей на территории бывшего Казанского ханства - Казанской земле, которая была первым крупным инонациональным регионом, вошедшим в состав Русского государства в 1551-1552 гг.

Объектом исследования являются православные монастыри, возникшие и действовавшие в пределах Казанской земли во второй половине XVI — первой половине XVIII вв.

Предмет исследования составляют функционирование, землевладение и хозяйство монастырей на территории Казанской земли во второй половине XVI — первой половине XVIII вв., их влияние на различные стороны общественной жизни. В главах диссертации подробно рассматриваются комплексы научных

1 Дмитрий Медведев встретился с участниками Архиерейского собора 3 февраля 2011 г (Москва, Кремль) // Президент России: официальный сайт. URL: http://special.kremlin.ru/transcripts/10220 (01.04.2011).

проблем, связанные с деятельностью монашеских обителей на этой территории:

1) формирование монастырской системы в городах и уездах Среднего Поволжья, влияние на нее других субъектов исторической действительности;

2). административно-политические и социальные . функции монастырей;

3) особенности складывания и развития монастырских вотчин; 4) положение монастырских крестьян.

Хронологические рамки исследования. Нижняя граница диссертационной работы определяется началом 1550-х гг., когда в городах Казанской земли были основаны первые православные монастыри. Верхней рамкой исследования является 1764 г., когда императрица Екатерина II провела секуляризационную реформу, полностью изменившую прежний статус монастырей и лишившую их феодальной собственности.

Территориальные границы исследования. Обширность Казанской земли предопределила ограничение территориальных границ исследования пределами ее правобережной части. Последняя в изучаемый период входила: полностью - в состав Свияжского, Чебоксарского, Алатырского, Цивильского, Ядринского уездов; частично - в пределы Козьмодемьянского, Кокшайского, Казанского уездов. Правобережный Курмышский уезд в исследование не включен, т.к. его большая часть, за исключением чувашской Юмачевской волости, к пределам бывшего Казанского ханства не относилась.

Степень разработанности проблемы. Изучение заявленной темы ведет свой отсчет с начала XIX в., когда в 1807-1815 гг. вышел справочный труд иеромонаха Амвросия с указанием расположения, времени возникновения, достопримечательностей многих монастырей в России, в том числе в пределах правобережья бывшей Казанской земли2. Позднее, в XIX - начале XX вв., в Санкт-Петербурге и Москве вышли подобные справочники А. Ратшина, В.В. Зверинского и др.3 Такие издания примечательны тем, что в них указывалось время основания правобережных монастырей. Но в разных справочниках даты возникновения какого-либо монастыря часто противоречили друг другу.

В последней четверти XIX — начале XX вв. выходят работы по истории христианизации нерусских народов Среднего Поволжья. В них указывалось, что монастыри в Казанской земле стали создаваться со второй половины XVI в. по решению правительства с миссионерскими целями, но участие монастырей в

1 Амвросий. История Российской иерархии. М, 1807-1815. Ч. I-VI.

3 Ратшин А. Полное собрание исторических сведений о всех бывших в древности и ныне существующих монастырях и примечательных церквах в России. М., 1852; Зверинский В.В. Материал для историко-тоггографического исследования о православных монастырях в Российской империи с библиографическим указателем. СПб., 1890. Т. I. Преобразование старых и учреждение новых монастырей с 1764-95 по 1 июля 1890 года (594 монастыря); 1892. Т. И. Монастыри по штатам 1764, 1786 и 1795 годов; 1897. Т. 111. Монастыри, закрытые до царствования императрица Екатерины 11; Историческое описание находящихся 8 России епархий, монастырей и церквей, с показанием начала и построения оных, крестных ходов, храмовых праздников в Санкт-Петербурге и Москве, пасхалии па 50 лет и достопамятнейших в России происшествий хронологическим порядком. СПб., 1825; Денисов Л И. Православные монастыри Российской империи. Полный списох всех 1105 ныне существующих в 75 губерниях и областях России (и 2 иностранных государствах) мужских и женских монастырей, архиерейских домов к общин. М., 1908. '

миссионерстве практически не исследовалось4. Лишь Н.В. Никольский .более полно, по сравнению с другими авторами, осветил роль монастырей в православной миссии, и верно указал на то, что захват монастырями земель нерусских народов в XVII в. только препятствовал принятию последними христианства5. Но историю монастырского землевладения в этом регионе Н.В. Никольский не исследовал.

Первая работа по истории монастырского землевладения в Казанской земле была опубликована в 1864 г. С.А. Нурминским. В ней приводятся некоторые факты приобретения вотчин правобережным Свияжским Успенско-Богородицким монастырем и монастырями Казанского левобережья6. В монографии Г.И. Перетятковича по истории колонизации Поволжья в XVII -начале XVIII вв. подробно рассмотрена история вотчины приписного к Троице-Сергиевой лавре Свияжского Троицкого монастыря во второй половине XVI -первой половине XVII вв.7

В 1890-х - 1900-х гг. в Казани и Симбирске публикуются отдельные исторические работы, посвященные правобережным монастырям8. Однако, большинство из них представляли собой не исследования деятельности монастырей, а только общее описание истории их возникновения и достопримечательностей. Лишь А. Яблоков в очерке по истории Свияжского Успенско-Богородицкого монастыря рассмотрел внешние функции этой обители:

' Можаровский А. Покорение Казани Русской державе и христианству. Казань, 1871. С. 16; Его же. Изложение хода миссионерского дела по просвещению казанских инородцев с 1552 по 1867 года. М, 1880. С. 7-8; Износков И. Об образовании инородцев и о миссии в Казанской епархии (исторический очерк). М, 1909. С. 3; Васильев М. Распространение христианства в Казанском крае (Краткий исторический очерк) // Изв. по Казан, епархии, изд. при Казан, духовн. акад.за 1904 год. Казань, 1904. № 32, С. 1047; Хрусталев А. Очерк распространения христианства между иноверцами Казанского края. // Миссионерский противомусульманский сборник.: тр. студентов миссионер, противо-мусульман. отд. при Казан, духовн. акад. Казань, 1897. Вып. V. С. 15-29.

5 Никольский Н.В. Собрание сочинений в четырех томах. Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2007. Т. II. Труды по историк христианизации и христианского просвещения чувашей. С. 139-147.

6 Нурминский С. Влияние монастырей на расселение народное в Казанском крае // Правоспав. собеседник, изд. при Казан, духовн. акад. Казань. 1864. Ч. I. С. 3-30, 181-226.

7 Перетяткович Г. Поволжье в XVII и начале XVIII века (очерки из истории колонизации края). Одесса, 1882. С. 7-60.

8 Малоа Е. Свияжская Подгородная Макарьевская пустынь. Казань, 1897, Юдин ПЛ. Свияжский Иоанно-Предтеченский девичь монастырь и его замечательные святыни. Казань, 1892; Барсов И. Бывший Николаевский девичий монастырь в г. Чебоксарах И Изв. О-ва археологии, истории и этнографии при имлерат. Казан, ун-те Казань, 1898. Т. XIV. Вып. 5. С. 519-535; Его же. Сретенская Владимирская пустынь (Ныне чувашская женская община) И Изв. по Казан, епархии, изд. при Казан, духовн. акад. за 1914 г. Казань, 1914. № 30-31. С. 959-962; Красовский В.Э. Киево-Николаевский бывший Покровский Ладинский Подгорский новодевичий монастырь Симбирской епархии (Историко-археологическое описание). Симбирск, 1899, Его же. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь Симбирской епархии (историко-археологическое описание). Симбирск, 1899; Соловьев А.И. Апатырская Духовская пустынь (Составлено по архивным документам, собранным К.И. Невоструевым) // Симбирская церковная старина. Симбирск, 1917. Вып. 3. С. 56-70; Рябинский К.С. Малоюнгинский монастырь (1627-1764) // Изв. по Казан, епархии, изд. при Казан, духовн. акад. за 1914 г. Казань, 1895. Т. XIII. Вып. 1. С. 1-9; Малов Е. Малоюнгинская пустынь Казанской епархии. История пустыни и современное ее состояние. Казань, 1892.

создание собственной вотчины, благотворительную деятельность, участие в миссионерстве и др.9 Но эти вопросы были изучены им поверхностно.

В 1902 г. выходит монография И.М. Покровского, представляющая собой первый труд по истории не отдельной монашеской обители, а целой группы монастырей в Казанской земле10. Автор обоснованно указывал на то, что первые монастыри в Казанском крае были созданы во второй половине XVI в. правительством для колонизации его земель и миссионерства среди нерусских народов, но в XVII в. монастыри основывались уже частными лицами. В центре внимания труда И.М. Покровского - политика правительства по отношению к казанским монастырям, особенно в первой половине XVIII в. Историк верно указывал результаты воздействия этой политики на обители - постепенное ослабление монастырских вотчин, сокращение численности монахов, негативное влияние на жизнь обителей присланных на содержание военных. В то же время он фактически не изучал взаимодействие монастырей с русским и нерусским населением, что привело к отсутствию рассмотрения им ряда направлений деятельности монастырей, например, миссионерства. Кроме того, И.М. Покровский изучал только монастыри Казанской епархии - свияжские, козьмодемьянские, чебоксарские. Историю ядринских и апатырских монастырей, входивших в XVII — XVIII вв. в состав сначала Патриаршей области, затем Нижегородской епархии, он не рассматривал.

В 1909 г. вышла книга А.И. Соловьева с ценными сведениями по истории ряда алатырских монастырей, упраздненных в результате реформы 1764 г. -Старо-Николаевского женского, мужских Николаевского Медянского, Казанского Печерского и др." В фонде Казанской духовной академии сохранилась рукопись интересного сочинения неизвестного автора по истории упраздненных монастырей Казанской епархии.

После 1917 г. наследницей дореволюционной отечественной науки стала эмигрантская историческая школа. Ее представитель, профессор И.К. Смолич, в своем труде по истории русского монашества дал краткий обзор процесса монастырской колонизации поволжских земель в XVI - XVII вв.12 Но при написании работы автор пользовался небольшим количеством опубликованных источников, поэтому допустил ряд неточностей.

В отличие от дореволюционных и эмигрантских историков представители советской исторической школы весьма подробно исследовали землевладение и хозяйство монастырей России в XVI - первой половине XVIII вв. В СССР выходили различные солидные труды, посвященные изучению вотчин и

9 Яблоков А Первоклассный мужской Успенско-Богородицкий монастырь в городе Свияжске Казанской губернии. Казань, 1900; Его же. Город Свияжск Казанской губернии и его святыни. Историко-археологический очерк. Казань, 1907. С. 49-211.

|;| Покровский И.М К истории казанских монастырей до 1764 г. // Изв. О-ва археологии, истории и этнографии при нмперат. Казан, ун-те. Казань, 1902. Т. XVIII. Вып. 1-3. С 1-80. Приложение. С I-XXV.

" Соловьев А. Упраздненные монастыри и пустыни Симбирской епархии. Симбирск, 1909.

12 Смолич И.К. Русское монашество 988-1917. Жизнь и учение старцев. Приложение к «Истории русской церкви». М.: Церк.-изд. центр «Православ. энциклопедия», 1997. С. 119-124.

крепостного крестьянства крупных монастырей в отдельных областях. России13. Однако в советское время история монастырских вотчин в Казанской земле подробно не исследовалась. Она лишь отрывочно затрагивалась в небольших отдельных статьях или в работах по .другим проблемам истории. В подобных трудах В.Д. Димитриев в 1959 г. осветил состояние владений Алатырского Троицкого, чебоксарских Троицкого и Преображенского (Спасо-Геронтьевского) монастырей14, а в 1979, 1999 гг. - образование этих же владений в XVII в.15 В 1980 г. А.Г. Иванов рассмотрел положение крестьян Козьмодемьянского Спасо-Юнгинского монастыря в первой половине XVIII в.16

С начала 2000-х гг. количество отдельных исследований по истории феодальной собственности монастырей Казанского правобережья возросло, что во многом было вызвано возросшим в постсоветский период интересом к истории духовных учреждений. В 2000 г. А.Г. Иванов и Г.Н. Айплатов издали книгу с подробным изучением вотчины Спасо-Юнгинского монастыря - от ее возникновения во второй половине 1620-х гг. до 1764 г.17 В 2003 г. вышла содержательная статья М.С. Черкасовой по истории владений приписного к Троице-Сергиевой лавре Алатырского Троицкого монастыря'8. Позднее М.С. Черкасова продолжила изучение владений этой же обители, а также приписного Свияжского Троицкого монастыря в фундаментальной монографии по истории всего вотчинного хозяйства Троице-Сергиевой лавры". Кроме работ о монастырском землевладении и хозяйстве, в 2005 г. М.С. Черкасова выпустила статью о библиотеках в приписных к лавре казанских, свияжских, алатырских

13 См. например: Савич А.А. Главнейшие моменты монастырской колонизации Русского Севера// Сб. О-ва исторических, философских и социальных наук при Перм. ун-те. Пермь, 1927. Вып. 3. С. 47115; Копанев А.И. История землевладения Белозерского края XV — XVI вв. М: Л., 1951; Прокофьева Л.С. Вотчинное хозяйство в XVII в. (По материалам Спасо-Прилуцкого монастыря). М.; Л., 1959; Горфункель А.Х. Рост землевладения Кирило-Белоозерского монастыря в конце XVI и XVII вв. // Историч. зап. М. 1963. Т. 73. С. 219-258; Зимин А.А. Крупная феодальная вотчина и социально-политическая борьба в России (конец XV-XVI вв.). М., 1977; Горская Н А. Монастырские крестьяне Центральной России в XVII в.: О сущности феодально-крепостнических отношений. М., 1977; Ее же. Монастырские крестьяне Центральной России в XVII в.; О сущности феодально-крепостнических отношений. М., 1977.

14 Димитриев В.Д. История Чувашии XVIII века (до Крестьянской войны 1773-1775 годов). Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 1959. С. 118-120,382,492-493,500-502.

15 Димитриев В.Д. Крестьянская война начала XVII века на территории Чувашии // Вопросы истории Чувашии периода феодализма и капитализма.: Тр. НИИ яз., лит., истории и экономики при Совмине Чуваш. АССР. Чебоксары, 1979. Вып. 93. С. 56, 83-84; Его же. Чебоксары во второй половине XVI — XVII веках: административный центр, военная крепость. Монастыри и церкви // Вестн Чуваш, ун-та. 1999. № 1-2. Гуманитар. Науки. С. 16-17; См. также: Его же, Чебоксары. Очерки истории города конца XIII-XVII веков. Чебоксары: Чуваш, гос. ин-т гуманитар, наук, 2003. С. 69-70.

16 Иванов А.Г. Из истории монастырских крестьян Марийского края в XVIII века (по материалам Спасо-Юнгинского монастыря) // Из истории крестьянства Марийского края.; Труды Map. НИИ. Вып. 44. Йошкар-Ола, 1980. С. 66-86.

17 Айплатов Г.Н., Иванов А.Г. Монастырская колонизация Марийского Поволжья. По материалам Спасо-Юнгинского монастыря Козьмодемьянского уезда 1625-1764 гг.: Исследование. Тексты документов / Map. гос. ун-т. Йошкар-Ола, 2000. С. 3-45.

Черкасова М.С. Вотчина Троице-Алатырского монастыря в XVII-начале XVIII в. // Map. археогр. вестник. 2003. № 13. С. 4-12.

" Черкасова М.С. Крупная феодальная вотчина в России конца XVI-XVI1 веков (по архиву Троице-Сергиевой лавры). М.: Древлехранилище, 2004. С. 125-129, 146-147, 160-161 и др.

Троицких обителях20. В 20.05, 2006, 2008 гг. были опубликованы книга и статьи В.Д. Димитриева и A.A. Чибиса с более подробным, чем раньше, анализом истории вотчин чебоксарских Троицкого и Преображенского монастырей21.

Отмеченный рост общественного интереса к истории духовных учреждений привел к тому, что на рубеже XX - XXI вв., стали выходить справочники, энциклопедические статьи, брошюры по общей истории и достопримечательностям церквей и монастырей в различных регионах России, в том числе и в Среднем Поволжье22.

В своих трудах по истории христианизации в Среднем Поволжье П.В. Денисов, В.Д. Димитриев, Д.М. Макаров в основном придерживались вышеназванных выводов Н.В. Никольского о роли монастырей в миссионерском процессе23. Тем не менее, непосредственно миссионерскую деятельность монастырей они специально не изучали..

Резюмируя изложенное, следует отметить, что в историографии история и деятельность монастырей Казанского правобережья изучалась с разной степенью полноты. Высказывались различные и часто противоречащие друг другу, даты основания многих монашеских обителей. Историками были сделаны достаточно верные выводы о степени и результатах участия монастырей в миссионерской деятельности. В настоящее время, на основе вновь выявленных документов, возможно более детальное изучение этого участия. Кроме того, не в полной мере были выявлены социальные взаимоотношения монастырей с населением указанного региона. К малоизученным проблемам следует отнести взаимодействие монастырей с приказными и епархиальными властями в XVI -XVII вв. С разной степенью подробности рассмотрена история землевладения и хозяйства отдельных монастырей вотчинников: Успенско-Богородицкого, Свияжского, Чебоксарского, Алатырского Троицких, Чебоксарского

20 Черкасова М.С. К изучению книжной культуры Поволжья в XVII - начале XVIII ев. (По описям монастырских библиотек) // Map. археогр. вестник. 2005. № 15. С. 44-55.

21 Димитриев В.Д., Чибис A.A. Землевладение и хозяйство Чебоксарского Троицкого монастыря во второй половине XVI - XVII вв. (Исследование и документы). Чебоксары: [Б.и], 2005; Чибис A.A. Монастырское землевладение в Чувашском крае во второй половине XVI — XVII вв. (на примере Чебоксарского Троицкого и Чебоксарского Преображенского монастырей) // Вестник Чуваш, ун-та.

2006. № 6. Гуманитар, науки. С. 131-138; Его же. Церковно-монастырские крестьяне в Чувашии в XVII веке (на примере Чебоксарского Троицкого и Чебоксарского Преображенского монастырей, Чебоксарского Введенского собора) // Там же. 2008. №4. Гуманит. науки. С. 140-145.

*2 См. например; Краткая чувашская энциклопедия. Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2001. С. 275; Чувашская энциклопедия. Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2006. T. I. А-Е. С. 217, 411, 324; 2008. Т. 2. Ж-Л. 129, 183, 247; 2009. Т. 3. М-Се. С. 127-128, 240, 451, 643; Бахмустов С. Монастыри Мордовии. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2000; Стариков C.B., Лееенштейн О.Г. Православные монастыри и храмы Марийского края. Йошкар-Ола: Изд-во «Периодика Марий Эл», 2001; Русские монастыри. Поволжье: Костромская, Ивановская, Нижегородская. Йошкар-Олинская, Чебоксарские епархии. Новомосковск: Изд-во «Очарованный странник»; М.: Изд-во «Троица», 2003. С. 276-563. *' Денисов П.В. Религиозные верования чуваш. Историко-этнографически е очерки. Чебоксары: Чуваш, гос. изд-во, 1959. С. 162-170; Димитриев В.Д. Распространение христианства и чувашские народные массы в период феодализма (середина XVI в. - 1861 г.) //Проблемы религиозного синкретизма и развития атеизма в Чувашской АССР.: Тр. НИИ яз., лит., истории и экономики при Совмине Чуваш. АССР. Чебоксары, 1978. Вып. 86. С. 82-84, 86-88, 90-91, 93-97; Макаров Д.М. Самодержавие и христианизация народов Среднего Поволжья (XV1-XVH1 вв.). Чебоксары: [Б. и.], 2000. С. 33-99.

Преображенского, Козьмодемьянского Спасо-Юнгинского монастырей. Однако феодальное хозяйство перечисленных монастырей изучалось отдельно друг or друга.

Цель исследования - выяснить историю возникновения и комплексно изучить основные направления деятельности монастырей правобережья Казанской земли в заявленный период, определить степень влияния этой деятельности на социально-экономическую жизнь региона. Для реализации поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

- определить время и причины возникновения всех известных монастырей в пределах Казанского правобережья;

- охарактеризовать внутренний быт, социальное происхождение монашествующих лиц в этих монастырях;

- выявить особенности управления правобережными монастырями со стороны светских и духовных епархиальных властей;

- показать участие монастырей в различных сферах управления Казанской землей;

- рассмотреть социально-благотворительную деятельность монастырей;

- выяснить роль монастырей в христианизации нерусского населения Казанского правобережья;

- рассмотреть историю создания и функционирования феодальных вотчин правобережных монастырей;

- проанализировать процесс формирования, социальное положение, степень феодальной эксплуатации монастырских крестьян правобережья Казанской земли.

Источниковпя база исследования. Основными источниками по изучаемой теме являются различные документы XVI - XVIII вв., которые, по признаку вида, делятся на три группы: 1) правовые акты (жалованные грамоты, купчие, вкладные и др.) на собственность, полученную монастырями в результате государственных пожалований или сделок с частными лицами; 2) делопроизводственная переписка (челобитные, указные грамоты, памяти и др.), отражающие взаимодействие монастырей с органами власти; 3) регистрационная документация (описи, ведомости и др.), с помощью которой регистрировалась различная информация, связанная с монастырями; некоторые документы 3-ей группы (писцовые и переписные книги, выписи из них) также имеют правовое значение. 4-ю группу источников составляют различные законодательные акты, которые определяли права и обязанности монастырей, регулировали их взаимоотношения с государством и населением. Такие акты (Стоглав 1551 г., постановления церковных соборов XVII в., Соборное уложение 1649 г., Духовный регламент 1721 г. царские указы первой половины XV1I1 в., касающиеся монастырей) были полностью опубликованы в рахпичных изданиях XIX - XX вв.: Полное собрание законов Российской империи (СПб., 1830. Т. I-XVI); Российское законодательство Х-ХХ вв. (М., 1985. Т. 2-3) и др. Кроме того, в XIX - начале XXI вв. в различной форме (моноизданий, сборников, подборок) изданы документы 1-3 групп, относящиеся к свияжским Успенско-Богородицкому, Троицкому, апатырским Троицкому, Киево-Николаевскому

новодевичьему, чебоксарским Троицкому и Преображенскому, Тетюшскому Покровскому и ряду других правобережных монастырей24. Наиболее содержательной из таких публикаций является подготовленный Г.Н. Айплатовым и А.Г. Ивановым сборник, в котором представлен фонд Спасо-Юнгинского монастыря за 1594-1767 гг. По остальным монастырям вышли в свет лишь сравнительно небольшие отдельные подборки документов.

Преобладающую ■ источниковую базу исследования составили архивные материалы. Диссертантом использованы более 100 документов из хранящихся в Российском архиве древних актов (РГАДА) фондов 281 (Грамоты Коллегии экономии), 1209 (Поместный приказ), 1336 (Спорные дела Генерального межевания по Симбирской губернии), а также из фонда 303 (Архив Троице-Сергиевой лавры) Научно-исследовательского отдела рукописей Российской государственной библиотеки. Это различные акты, указные грамоты, регистрационные книги и выписи XVII в., относящиеся к Алатырскому Троицкому монастырю и его вотчине. Аналогичные документы XVI - XVII вв. Свияжского Успенско-Богородицкого монастыря обнаружены в фонде 10

2,1 См. например: Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографическою экспедициею императорской Академии наук. СПб., 1836. Т. I. М» 248, 249, 322, 358; Т. II. Л°№ 86, 90; Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. СПб., 1841. Т. И. С. 36, Дополнения к Актам историческим. СПб., 1862. Т. VIII. С. 129-131; Федотов-Чеховский А. Акты, относящиеся до гражданской расправы древней России. Киев, 1860. Т. I. № 95; 1863. Т. II № 166; Шумаков С. Сотницы (1537-1597 гг.). Грамоты и записи (1561-1696 гг.). М., 1902. № XLII; Мельникове. Акты исторические и юридические, и древние грамоты Казанской и других соседственных губерний. Казань, 1859. Т. I. №№ II, XII, XXVII, XXXI, XXXII, ХХХШ, XXXV, XXXVI, XLI, XUI, XLVIII, L.XVIII, LXIX, LXXX, LXXIX; Яблоков А. Город Свияжск Казанской губернии и его святыни. Приложение. С. IX-XLII; Список с писцовой и межевой книги города Свияжска и уезда письма и межеванья Никиты Васильевича Борисова и Дмитрия Андреевича Кикина (1565-1567 г.). Казань, 1909; Шумаков С. Сотницы, грамоты и записи // Чтения в императ. О-ве истории и древностей российских при Москов. ун-те. М. 1911. Кн. 3 (238). Материалы историк. С. 1925; История Татарии в документах и материалах. М.: Гос. соц.-эконом, изд-во, 1937. С. 157-161; Каштанов С.М. Возникновение русского землевладения в Казанском крае // Из истории Татарии. Сб. V: Уч. зап. Казан, гос. пед. ин-та. Казань, 1973. Вып. 116. № 17, 18, 19, 20; Его же. К истории феодального землевладения в Свияжском уезде в 70-х годах XVI в. (Жалованные грамоты 1572 и 1575 гг.) // Историография и источниковедение: вопросы методики исследования: Уч. зап. Казан, гос. пед. ин-та. Казань, 1978. Вып. 184. С. 132-142; Документы по истории Казанского края из архивохранилищ Татарской АССР (вторая половина XVI - первая половина XVII в.). Тексты и комментарии. Казань: Изд-во Казан, ун-та, 1990. № 1, 2, 3, 6, 9, 24, 38, 39, 52, 53, 54, 64, 72, 74; Казанские документы 1649 - 1675 годов. Казань: Изд-во Казан, ун-та, 2008. С. 7-12, 39; Козьмодемьянск в конце XVI — начале XX веков: документы и материалы по истории города / Мар. гос. ун-т; сост., предисл. и коммент. А.Г. Иванова. Йошкар-Ола, 2008. № 61; Киево-Николаевский новодевичий монастырь в г. Алатырь (Сборник документов XVII-начапа XVIII веков). Чебоксары:[Б.и.], 2004; Димитриев В.Д., Чибис А.А. Землевладение и хозяйство Чебоксарского Троицкого монастыря... С. 19-75; Документы по истории феодального землевладения и хозяйства в Среднем Поволжье (XVII- первая четверть XVIII в.). Чебоксары: «Пегас», 2006. №№ 16, 17. 33, 44, 80, 85, 87, 89, 88, 90; Айплагов Г.Н.. Иванов А.Г. Новый документ о монастырской колонизации в Среднем Поволжье в XVII веке//Мар. археогр. вестник. 1999. № 9. С. 145-158; Черкасова М.С. Документы из архива Троице-Алатырского монастыря начала XVII в.//Там же. 2006. С. 121-140; Ее же. Документы по истории мордвы первой половины XVII века из архива Троиие-Алатырского монастыря // Там же. 2009. № 19. С. 136-166; Чибис А.А. Вотчина Троице-Свияжского монастыря в XVI-XV1I веках (Документы из Государственного исторического архива Чувашской Республики) // Там же. 2008. № 18. С. 184-197, Иванов И.Г. Новый документ о Спасо-Юнгинском монастыре начала XVIII века//Там же. 2010. №20. С. 147-158.

(Казанская духовная академия) Национального архива Республики Татарстан (НА РТ).

Также использованы хранящиеся в Научном архиве Чувашского государственного института . гуманитарных наук (НА ЧГИГН) фотокопии жалованной грамоты 1606 г. Успенско-Богородицкому монастырю и переписной книги г. Свияжска и его уезда 1646 г., где имеются данные о вотчинах свияжских Троицкого и Успенско-Богородицкого монастырей; микрофильмированные копии документов Ядринской приказной избы, среди которых обнаружено несколько экземпляров о взаимодействии приказных властей с ядринскими Казанско-Богородицким и Михаило-Архангельским монастырями.

Ценные источники за первую половину XVIII в. выявлены диссертантом в Центральном архиве Нижегородской области. В фонде 998 (Макарьевский Желтоводский монастырь) найдено несколько интересных документов об отношениях приписной Алатырской Вознесенской пустыни с ее головным монастырем (он же фондообразователь). В фонде 570 (Нижегородская духовная консистория) выявлено 65 дел за 1721 - 1764 гг. по алатырским и ядринским обителям, с данными о деятельности и численности монахов, о мерах архиереев по управлению монастырями. Такие же документы выявлены в фондах 244 (Алатырекий Киево-Николаевский новодевичий монастырь), 298 (Чебоксарский Троицкий мужской монастырь) Государственного исторического архива Чувашской Республики, и в фонде 6 (Свияжское духовное правление) НА РТ. В фонде Казанской духовной академии были обнаружены копии ведомостей по всем монастырям Казанской епархии за разные годы XVIII в. Кроме того, использованы копии челобитных алатырских монахов начала XVIII в., хранящиеся в фонде 732 (Симбирская губернская ученая архивная комиссия) Государственного архива Ульяновской области.

В находящемся в НА ЧГИГН фонде В.Д. Димитриева содержатся многочисленные выписки из дел Монастырского приказа, Коллегии экономии по чебоксарским, алатырским, свияжским монастырям. В фонде Н.В. Никольского из того же архива обнаружены выписки из документов Синода об открытии в Успенско-Богородицком монастыре 1733 г. школы для сирот, о размещении в нем инвалидов. Монахи Чебоксарского Свято-Троицкокого монастыря предоставили диссертанту копию с хранящейся в фонде 280 (Коллегия экономии) РГАДА офицерской описи этого монастыря от 9 ноября 1763 г.

Перечисленные опубликованные и архивные источники вполне достаточны для решения цели и задач данного исследования.

Методология и методы исследования. Диссертация базируется на принципе историзма - методологической основе диалектического осмысления всех исторических процессов. Объект исследования рассматривается как органическое целое, с учетом всех последовательных изменений его структуры. Использован также принцип объективности, предполагающий охват и всестороннее изучение исторических явлений во всей их сложности, разносторонности, противоречивости.

В ходе знакомства с историографией, источниками, при осмыслении проблематики диссертации использовались общенаучные исторический и

логический методы, метод восхождения от конкретного к абстрактному и от абстрактного к конкретному, а также методы анализа и синтеза, индукции и дедукции, описания и измерения и др.

При написании диссертации применялись в комплексе специально-исторические методы: 1) историко-генетический, 2) историко-типологический, 3) историко-системный. С помощью первого метода была создана общая история монастырей правобережья Казанской земли как общественно-исторической системы. С помощью второго метода была проведена классификация монастырей по признаку наличия факторов, существенно влияющих на их действия. Это: а) статус ктитора, воля которого определяла деятельность основанной им обители; б) наличие или отсутствие у каждого монастыря феодальной собственности, влиявшей на результаты его функционирования. С помощью третьего метода удалось представить правобережные монастыри как общественно-историческую систему и рассмотреть ее взаимодействие с другими такими системами, прежде всего, с органами власти, корпорациями населения, выяснить степень влияния этих субъектов на деятельность монастырей.

Основные положения, выносимые на защиту.

1. Православные монастыри стали возникать на правобережье Казанской земли после ее вхождения в состав Русского государства в 1550-х гг. Главная причина их возникновения заключалась в необходимости организации на присоединенной территории внешней деятельности в интересах: верховной власти и православных корпораций - служилых и посадских людей, крестьян.

2. Формирование монастырской системы на этой территории происходило на всем протяжении изучаемого периода. Во второй половине XVI в. ктитором правобережных монастырей преимущественно выступала государственная власть, а в XVII - первой половине XVIII вв. - представители православных корпораций.

3. В соответствии с порядками изучаемого периода монастыри должны были подчиняться как епархиальным архиереям, так и органам светской власти. Однако до начала XVIII в. монастыри во многом сохраняли свою внутреннюю автономию; порядок и направления их деятельности определял, прежде всего, настоятель, исходя из материальных интересов своей обители.

4. Одна из главных задач, поставленных властью перед основанными ею монастырями, заключалась в их активном участии в христианизации нерусского населения. Тем не менее, фактический вклад монастырей в христианизацию народов указанного региона был весьма невелик.

5. Главная задача монастырей, основанных представителями светских корпораций, заключалась в проведении духовной и благотворительной деятельности в пользу своих ктиторов - организации богомолий, поминовений души, обеспечении пострига в монахи и т.п. Эту задачу большинство монастырей выполняло достаточно хорошо, особенно во второй половине XVI - XVII вв.

6. Все правобережные мужские монастыри, основанные государством, а также несколько обителей, основанных частными лицами, получили от светской власти земли для организации собственных вотчин. Хозяйственная деятельность монастырей привела к наиболее существенным результатам по воздействию на

исторические реалии в пределах Казанского правобережья. С монастырских вотчин получали прибыль как сами монастыри - за счет ренты, так и государство - за счет налогов с монастырских крестьян.

7. Большинство мужских монастырей и все женские монастыри не имели феодальных владений, что существенно снижало их воздействие на действительность. Свое основное содержание такие обители получали главным образом от светских ктиторов и вкладчиков.

8. В начале XVIII в. государство усиливает воздействие на внутреннюю жизнь и деятельность монастырей, как по всей России в целом, так и на правобережье Казанской земли в частности. К середине XVIII в. весь прежний уклад внутренней и внешней жизни монастырей был разрушен, что в конечном итоге привело к секуляризационной реформе 1764 г.

Научная новизна. Впервые в диссертации изучаются в комплексе различные стороны деятельности монастырей, с применением полной совокупности всех исследовательских принципов и методов. С разной степенью полноты затрагивается история возникновения и деятельности, взаимодействия с другими историческими субъектами не одного или нескольких монастырей, а всех известных монашеских обителей Казанского правобережья во второй половине XVI - первой половине XVIII вв. В исследовании функционирование правобережных монастырей впервые рассматривается на фоне ряда основных событий истории России в 1550-х - 1764 гг.: взаимоотношений царской власти с иосифлянским духовенством, Смуты, церковного раскола, петровских реформ, всей политики государства по отношению к церкви. При определении степени воздействия монастырей на различные стороны общественной жизни учитывались возможности участия каждого монастыря в феодальном способе производства. Впервые в научный оборот вводится значительный комплекс ранее не использовавшегося материала.

Практическая значимость исследования. Диссертация может быть использована в исследованиях по таким проблемам истории средневолжского региона, как: государственное и епархиальное управление, социально-благотворительная деятельность государства и церкви, православное миссионерство. Материалы диссертации найдут применение при изучении истории системы феодального землевладения и хозяйства в полиэтническом Поволжском регионе России, т.к. в ней впервые в комплексе рассмотрена история монастырских вотчин, которые являлись важной составляющей частью указанной системы. Приведенные в диссертации многочисленные факты о времени основания монастырей, монастырских церквей и селений целесообразно включить в краеведческие работы, энциклопедические статьи, учебники и учебные пособия по истории республик Марий Эл, Мордовии, Татарстана, Чувашии, а также Нижегородской области. Таким образом, данная диссертация, содержащиеся в ней выводы и факты, могут найти свое применение в самых различных по уровню и тематике исторических работах, способствовать дальнейшему изучению важных исторических проблем.

Апробация результатов исследования. Диссертация обсуждена на расширенных заседаниях кафедры архивоведения и документоведения

Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова, на ряде научных конференций в Москве и Чебоксарах. Проблемы разработки источниковой базы исследования получили отражение в материалах Всероссийской научной конференции. По теме диссертации опубликованы семь статей (две в соавторстве), в том числе две статьи в издании, рецензируемом ВАК Минобрнауки Российской Федерации; одной монографии (в соавторстве), двух сборниках документов (один сборник в соавторстве).

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы, приложений.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обоснована актуальность темы, определены его территориальные и хронологические рамки, проанализированы степень изученности и источниковая база, сформулированы цели и задачи исследования, охарактеризованы его методология и методы, представлены основные положения, выносимые на защиту, указаны научная новизна, практическая значимость, апробация темы, структура диссертации.

В первой главе «Система православных монастырей на правобережье Казанской земли во второй половине XVI - середине XVIII вв.» исследуются время и обстоятельства возникновения монастырей на Казанском правобережье, изучается степень воздействия на монастыри светских и епархиальных властей, внутренний быт и состав монашеских обителей в разные десятилетия изучаемого периода.

В первом параграфе «Возникновение монастырей в правобережных городах и уездах» определено, что в изучаемый период были основаны, по меньшей мере, 35 монастырей (27 мужских, 8 женских). Это свияжские мужские: 1) Троицкий, 2) Успенско-Богородицкий, 3) Макарьевский, 4) Вячеславовский, женские: 5) Иоанно-Предтеченский (Рождественский); чебоксарские мужские: б) Троицкий, 7) Преображенский (Спасо-Геронтьевский), 8) Сретенско-Владимирский, женские: 9) Николаевский (Иоанно-Предтеченский), 10) Благовещенский; алатырские мужские: 11) Троицкий, 12) Свято-Духовский, 13) Казанско-Богородицкий Пичерский; 14) Спасо-Преображенский Старцеугловский; 15) Николаевский Медянский, 16) Николаевский Борковский, 17) Преображенский Гуляевский, 18) Покровский Иваньковский, 19) Кирилло-Вознесенский, 20) Николаевский Городищенский, 21) Казанско-Богородицкий Ключевско-Четвертаковский, женские 22) Старо-Николаевский (Казанский), 23) Киево-Николаевский новодевичий; тетюшские мужские: 24) Николаевско-Зосимо-Савватиевский; 25) Покровский; кокшайский мужской: 26) Троицкий Сундырский; Козьмодемьянские мужские: 27) Николаевский (Покровский), 28) Спасский Малоюнгинский, 29) Богоявленский, 30) Ильинский, женский 31) Вознесенский; цивильский мужской 32) Тихвинско-Богородицкий (Вознесенский), женский 33) Тихвинско-Богородицкий (Вознесенский); ядринский мужской 34) Казанско-Богородицкий, женский 35) Михаило-АрХангельский.

По времени основания восемь монастырей появились в XVI в. (№№ 1, 2, 5, 6, 9, 11, 22, 24); 19 монастырей - в XVII в. (№№ 3, 4, 7, 10, 13-15, 17, 19, 23, 25-29, 31, 32, 34); пять монастырей - в XVIII в. (№№ 8, 16, 21, 30, 33); три монастыря, предположительно,.возникли либо в XVII, либо в XVIII вв. (№№ 12,. 18, 20). Один монастырь был учрежден Суздальско-Торусским архиерейским домом (№ 25); пять монастырей - верховной властью (№№ 1, 2, 6, 11, 23). Восемь монастырей могли быть основаны как властью, так и частными лицами (№№ 5, 9, 20, 25, 29, 31, 33, 35). Ктиторами 21 монастыря выступили либо светские частные лица, либо монахи других обителей (№№ 3, 4, 7, 8, 10, 12-21, 24, 26, 28, 30, 32, 34). Следовательно, ведущая роль в основании правобережных монастырей принадлежала частным светским или духовным лицам.

Во втором параграфе «Епархиальное и светское управление правобережными монастырями» установлено, что в изучаемый период правобережные монастыри находились под юрисдикцией как светских, так и епархиальных властей. Во второй половине XVI - XVII вв. светские власти (Приказ Казанского дворца, воеводы) взаимодействовали, в основном, только с вотчинными монастырями по решению их поземельных тяжб, взысканию налогов и т.п. Почти всегда это делалось без полноправного участия архиерейской власти. Только патриарх Филарет в 1625-1633 гг. решал все вопросы по управлению и суду над монастырями Алатыря, Ядрина, которые входили в Патриаршескую область. Маловотчинные и безвотчинные монастыри тогда в сферу деятельности светских чиновников попадали достаточно редко, за исключением нескольких женских обителей, получавших государственную ругу. Во внутреннюю жизнь монастырей приказные власти не вмешивались, т.к., в соответствии с законами того времени, подобное вмешательство входило в юрисдикцию епархиальных архиереев. Но последние в указанный период влияли лишь на назначение настоятелей и богослужебные дела. Организовать полный контроль над внутренней жизнью монастырей, дисциплиной монахов в XVI -

XVII вв. архиереи не сумели по причине отсутствия государственной поддержки.

В первой половине XVIII в. государство, в лице светской власти и

подчиненного ей Синода, усиливает воздействие на монастырские вотчины и начинает жестко контролировать внутреннюю жизнь монашеских обителей: ограничивает постриг, сокращает расходы на выплату руги. Главными исполнителями в этих мероприятиях на Казанском правобережье стали архиереи Казанской и Нижегородской епархий. Они охотно выполняли распоряжения верховной власти об усилении своего контроля над монастырями. К середине

XVIII в. архиереям удалось создать полный контроль за монастырскими делами. Но вплоть до 1764 г. на территории Казанской земли практически не удалось сократить численность монашеских обителей. Несмотря на все попытки властей упразднять отдаленные и мелкие монастыри в Алатырском, Чебоксарском и других уездах, они, при поддержке местного православного населения, возрождались или возникали впервые.

В третьем параграфе «Внутреннее устройство и быт монастырей, состав монашествующих лиц» показано, что не менее 22-х правобережных монастырей имели, по крайней мере, формально наиболее распространенный общежительный

устав (см. выше №№ 1-3, 6-8, 11, 13-15, 18, 19, 21-25, 27, 28, 30, 34). В некоторых других небольших монастырях (№№ 4, 26) действовали особножительные порядки.

Главным фактором, определяющим жизнь и деятельность монастырей, была проблема их материального обеспечения. В XVI - XVII в. монахи или монахини каждой обители самостоятельно, за счет сделок с властью и представителями светских сословий, приобретали землю и организовывали на ней феодальное хозяйство, принимали вклады и материальную помощь от светских лиц, выхлопатывали у государства ругу. За счет таких доходов содержалась братия, строились храмы и здания, приобреталась утварь. Наиболее благополучными в материальном отношении можно признать только несколько монастырей, сумевших организовать собственное феодальное хозяйство (см. выше №№ 1, 2, 6, 7, 11, 25, 28). Более или менее удовлетворительным было материальное положение некоторых безвотчинных монастырей, расположенных в городах, в том числе и женских (№№ 5, 9, 10, 22, 23, 29, 31). Они получали постоянную материальную поддержку горожан или государственную ругу, находились под защитой городских стен. Наименее благоприятным было положение отдаленных от крупных населенных пунктов небольших монастырей-пустыней (см., например, №№ 12, 13, 14, 24, 26). Монахи таких обителей могли получать материальную поддержку светских лиц, или трудились сами, но в случае нападения разбойников, пожаров помощь со стороны им не оказывалась.

Получение материальных доходов полностью погружало монастыри в светские дела, что не соответствовало монашеским уставам. За вклады настоятели часто постригали в обители лиц, которые, выразив желание служить Богу, внутренне не были готовы к строгостям монашеской жизни. Такие монахи часто нарушали монастырскую дисциплину. Их присутствие в монастырях дало высшей власти в 1720-х и последующих годах законодательно ограничить постриг в обители по признаку возраста, сословного положения. Ограничение пострига нанесло сильнейший удар по внутреннему состоянию монастырей, особенно небольших и безвотчинных, каковых на Казанском правобережье было большинство. По данным 1750-х - 1760-х гг. накануне секуляризации во многих из них проживало лишь несколько человек монахов.

Во второй главе «Административно-политические функции монастырей правобережья Казанской земли во второй половине XVI - первой половине XVIII вв.» изучено участие монастырей в административном и епархиальном управлении, миссионерской, благотворительной и просветительской деятельности среди нерусского и русского населения названного региона.

В первом параграфе «Роль монастырей в обеспечении государственного и епархиального управления» определено, что в середине 1550-х гг., сразу же после образования Казанской епархии и основания крупных Свияжского Успенско-Богородицкого и Казанского Спасо-Преображенского монастырей, их архиепископы и архимандриты получили право контроля над воеводами, суда над монастырскими людьми и др. Этому способствовал сложившийся к середине XVI в. политический союз между царем Иваном IV и Московским митрополитом иосифлянином Макарием. Но после смерти Макария в 1563 г. Иван IV стал

проводить политику ограничения привилегий церкви. Высшее духовенство Казанской земли лишилось права вмешиваться в дела светской власти. Вплоть до 1764 г. власти монастырей-вотчинников были обязаны обеспечивать выплату своими крестьянами всех положенных государственных налогов, и исполнения повинностей, соблюдения законов и т.п. Т.е. в пределах своих вотчин монастырские власти фактически исполняли полицейские функции. Но большинство безвотчинных монастырей Казанского правобережья от решения светских административных задач было свободно.

Что касается участия правобережных монастырей в делах духовного и епархиального управления, то архиереи Казанской и Нижегородской епархии, используя авторитет среди православного населения настоятелей некоторых монастырей, часто назначали их заказчиками духовных дел в городах и уездах, поручали им надзор за исполнением своих предписаний, дисциплиной среди духовенства. Монастыри нередко служили местом ссылки и наказания духовных и светских лиц, нарушивших церковные законы. Власти монастырей-вотчинников обеспечивали в своих владениях строительство приходских церквей, их снабжение богослужебными книгами и утварью, подготовку будущих священнослужителей.

Во втором параграфе «Миссионерская деятельность монастырей среди нерусского населения» установлено, что в середине 1550-х гг. царь Иван IV и митрополит Макарий, в соответствии с иосифлянским учением, были намерены проводить активную миссионерскую политику среди нерусского населения Казанской земли, и рассматривали основанные в ее пределах архиепископскую кафедру и первые монастыри (Успенско-Богородицкий и Спасо-Преображенский) как главных проводников такой политики. Убежденные иосифляне, первый архимандрит Гурий (ум. в 1563 г.), архимандриты названных монастырей Герман (ум. в 1567 г.) и Варсонофий (ум. в 1576 г.) проводили небезуспешную миссионерскую деятельность среди нерусских народов. После распада царско-иосифлянского союза и схода со сцены Гурия, Германа и Варсонофия, власти правобережных монастырей, основанных во второй половине XVI в. государством для осуществления миссионерства, резко снизили его активность, уделяя основное внимание материальному обеспечению своих обителей. Они пропагандировали христианство только среди нерусских феодалов, рассчитывая на них, как на потенциальных вкладчиков. Эти же монастыри во второй половине XVI и, особенно, в XVII вв. нередко расширяли свои вотчины за счет отчуждения различными способами, в том числе и путем захвата, земель нерусских народов, что только препятствовало принятию последними христианства. Большинство правобережных монастырей, основанных по частной инициативе, вообще не имели отношения к миссионерству.

Главным миссионером в Казанской земле выступила государственная власть. В XVI - первой четверти XVIII вв. основными методами христианизации были: вознаграждение лиц, принявших крещение, за счет казны, пропаганда таких вознаграждений среди некрещеных сословий воеводами и епархиальным духовенством, насильственное удержание новокрещен в христианской вере. Но в

указанный период миссионерские действия государства нельзя признать активными и результативными. С 1740 г. государственная власть значительно усилила миссионерскую политику, для ее проведения создала специальный орган - Новокрещенскую крнтору и мобилизовала как светские власти Казанской и Нижегородской губерний, так и духовенство Казанской и Нижегородской епархий. В результате к середине 1760-х гг. большая часть нерусского населения Казанской земли, за исключением татар, по крайней мере, формально, приняли христианство. В 1740-х- 1760-х гг. миссионерская деятельность правобережных монастырей значительно усилилась. Но они несли православную миссию только как исполнители государственной воли.

В третьем параграфе «Социально-благотворительная и просветительская деятельность монастырей» показано, что главной причиной основания монастырей частными лицами было их стремление удовлетворить свои духовные и социальные потребности - обеспечить регулярные молитвы монахов за поминовение своей души, здравие родственников, постричься в монастырь в преклонном возрасте, для отречения от прошлых мирских грехов. Власти многих правобережных монастырей, особенно во второй половине XVI - XVII вв., по заказу светских лиц совершали нужные богослужения, принимали в монастырские стены желавших постричься и получали за это вклады. Следовательно, удовлетворение названных потребностей было источником существования правобережных обителей.

С начала 1720-х гг. власть вменяет монастырям в обязанность содержать за свой счет отставных военных, инвалидов, нищих. Вплоть до 1764 г. отставных военных (от нескольких человек до нескольких десятков) за свой счет содержали вотчинные правобережные монастыри - Успенско-Богородицкий, чебоксарские Троицкий, Преображенский, Козьмодемьянский Спасо-Юнгинский, Алатырский Троицкий. Большинство правобережных монастырей, в основном безвотчинных, обязанностей по содержанию отставных военных и недееспособных лиц не имели. В те же годы Петр I предписал монастырям обеспечивать приют и обучение детей-сирот. Но все правобережные монастыри вплоть до 1764 г. не имели в своих стенах школ и приютов. Лишь в Успенско-Богородицком монастыре в 1730-х - 1740-х гг. с перерывами действовали две школы: для русских детей-сирот и для детей новокрещенов. В целом, можно констатировать, что правобережные монастыри слабо выполняли социальные обязанности, возложенные на них государством.

В третьей главе «Феодальное землевладение и хозяйство монастырей правобережья Казанской земли во второй половине XVI - первой половине XVIII вв.» изучены процесс возникновения, развития и основные результаты феодальных хозяйств тех правобережных монастырей, которые владели такими хозяйствами.

В первом параграфе «Формирование и развитие монастырских вотчин» установлено, что государственная власть была намерена использовать монастыри для колонизации Казанской земли. Все мужские обители, основанные на правобережье во второй половине XVI в. (свияжские Троицкий и Успенско-Богородицкий, Чебоксарский и Алатырский Троицкие), при поддержке

государства довольно быстро обзавелись собственными вотчинами. Но из обителей, возникших в XVII - первой четверти XVIII вв., в основном по частной инициативе, феодальными владениями сумели обзавестись только Козьмодемьянский Спасо-Юнгинский, Чебоксарский . Преображенский, Алатырский Николаевский Медянский и Тетюшский Покровский мужские монастыри. Остальные правобережные монастыри феодальных хозяйств не имели.

Наиболее успешным временем развития монастырского землевладения ка Казанском правобережье являлась вторая половина XVI в. - середина XVII в., когда значительных успехов добились основанные в то время названные свияжские, чебоксарский и алатырский Троицкие, тетюшский монастыри. Основным источником развития их вотчин было освоение монастырскими крестьянами пустынных ничейных земель и угодий. Монастырские власти нередко прибегали также к приобретению новых владений за счет сделок с представителями других феодальных корпораций, в том числе и нерусских, или незаконного захвата их земель.

В пределах правобережья Казанской земли центрами монастырского землевладения являлись Свияжский, часть Казанского и Алатырский уезды. Свияжские Троицкий и Успенско-Богородицкий, Алатырский Троицкий, а также Тетюшский Покровский монастыри основали в этих уездах несколько десятков сел и деревень, организовали хозяйственное освоение больших земельных площадей. Следовательно, они полностью выполнили свои задачи по колонизации Казанского края, ради исполнения которых московское правительство их и создавало.

Менее успешно хозяйственная деятельность монастырей развивалась в Чебоксарском, Ядринском уездах, правобережной части Козьмодемьянского уезда. Чебоксарские Троицкий и Преображенский, Козьмодемьянский Спасо-Юнгинский монастыри в своих уездах создали несколько селений и сформировали вотчинное хозяйство. Но по своим размерам вотчины чебоксарских и козьмодемьянского монастырей были далеки от таких же показателей вотчин свияжских и алатырских обителей. В Кокшайском и Цивильском уездах монастырские вотчины вообще отсутствовали. В Ядринском уезде находилось только одно монастырское село Николаевское (Никольское), Выла тож, основанное в 1683/84 г. Нижегородским Амвросиевым Дудиным монастырем.

Во втором параграфе «Состав и положение крестьянского населения монастырских вотчин» установлено, что крестьянское население монастырских вотчин Казанского правобережья сформировалась, в основном, во второй половине XVI - первой половине XVII вв.. Власти монастырей-вотчинников организовывали призыв переселенцев из центральных уездов России, заселяли их на пожалованные правительством пустынные земли, предоставляли освобождение от владельческой ренты на ряд лет, но затем крестьяне-новопоселенцы становились полными монастырскими крепостными. Наибольшие преимущества по организации заселения своих вотчин имели свияжские Троицкий и Успенско-Богородицкий монастыри, которым царская

власть пожаловала судебный и налоговый иммунитет. Главными факторами, способствовавшими приходу крестьян в вотчины правобережных монастырей, являлись отсутствие в России полного крепостного права во второй половине XVI в., и наличие урочных лет в первой половине XVII в. Приток полноценных работников способствовал успешному развитию монастырских вотчин в указанные периоды. К 1646 г. в вотчинах правобережных монастырей насчитывалось не менее 2473 дворов и 8472 крепостных мужского пола.

Соборное уложение 1649 г. отменило урочные лета, иммунитет свияжских монастырей также был упразднен. В результате, приток во владения правобережных монастырей новых работников сократился; рост населения их вотчин стал зависеть от естественного прироста. Во второй половине XVII в. такой прирост во владениях большинства монастырей, кроме Успенско-Богородицкого, был невелик или вовсе отсутствовал. Особое исключение составлял приписной к Троице-Сергиевой лавре Алатырский Троицкий монастырь, во владения которого головная обитель переводила крепостных крестьян из других уездов России.

Монастырский крепостной крестьянин был объектом собственности и источником прибыли для монастыря-вотчинника. Монастырские власти взыскивали со своих крестьян ренту, жизнь и имущество крестьянина нередко становились предметом сделки монастыря с другими феодалами. Но во второй половине XVI - XVII вв. монастырские власти, эксплуатируя крестьян, старались не допускать их полного разорения, т.к. это могло нанести серьезный ущерб монастырской вотчине.

Кроме владельческой ренты, монастырские крестьяне были обязаны выплачивать в пользу государства денежные и натуральные налоги -полоняничные и ямские деньги, стрелецкий хлеб, выполнять различные повинности по строительству укреплений, военной службе и т.п. Размеры налогов и повинностей монастырских крепостных обычно превосходили аналогичные размеры помещичьих и дворцовых крестьян. В 1701 г. вотчины духовных учреждений перешли под управление Монастырского приказа, и вплоть до начала 1720-х гг. монастырские крестьяне подверглись еще более жесткой эксплуатации со стороны государства, чем раньше. Они выплачивали многочисленные подворные окладные и неокладные денежные и натуральные налоги, выставляли работников для государственных работ, рекрутов в армию.

В начале 1720-х гг. власть вернула монастырям вотчины; их крестьяне, уже достаточно разоренные, были вынуждены выплачивать не только подушную подать, введенную в 1724 г., но и владельческую ренту. Размер последней во второй-третьей четвертях XVIII в. резко возрос, т.к. монастыри за счет своих крестьян содержали не только себя, как раньше, но и отставных солдат стенах, а также выплачивали особые налоги в Коллегию экономии. В монастырских вотчинах, как по всей России в целом, так и на правобережье Казанской земли в частности, резко усилился крестьянский протест, что было чревато не только полным крахом монастырских хозяйств, но и серьезным социальным взрывом.

В Заключении подведены итоги исследования, сформулированы выводы.

Первые монастыри на правобережье Казанской земли были основаны в 1550-х - 1560-х гг. высшей светской и церковной властями для христианизации нерусских народов и колонизации присоединенного края. Со второй половины 1560-х гг., миссионерская активность монастырей в этом регионе резко снизилась, государство прекратило их основывать. С XVII в. главным ктитором монастырей в Казанском правобережье стали корпорации русского православного населения: посадские люди, помещики и др. Именно с ними в XVII - XVIII в. наиболее часто взаимодействовали монастыри: за вклады совершали молебны, принимали в свои стены желающих постричься.

Восемь правобережных монастырей во второй половине XVI - XVII в. сумели обзавестись вотчинным хозяйством. Из всех изученных обителей только эти монастыри-вотчинники оказали наибольшее влияние на социально-экономическую обстановку в пределах Казанского правобережья: организовали хозяйственное освоение тысяч десятин земли, основали ряд селений, некоторые из которых существуют до настоящего времени.

В 1701 г. государство взяло под свое непосредственное управление монастырские вотчины, и вплоть до начала 1720-х гг. подвергало жесткой фискальной эксплуатации монастырское крестьянство. Затем монастырские вотчины были возвращены монастырям, но положение монастырских крестьян, по причине прежних разорений, продолжающихся фискальных и рентных выплат, продолжало ухудшаться. В результате в вотчинах некоторых правобережных монастырей усилился крестьянский протест.

Серьезный удар по монастырям во второй - третьей четверти XVIII в. нанесла политика государственной власти по ограничению монашеского пострига. В результате, к началу 1760-х гг. в большинстве правобережных обителей осталось небольшое число монахов и монахинь. Они держались лишь за счет поддержки частных лиц, которая в перспективе не могла предотвратить их полного краха. Реформа 1764 г., которая передала государству разоренные монастырские вотчины, и поставила монастыри на постоянное государственное содержание, способствовала преодолению кризиса монастырской системы как по всей России, так и в пределах Казанского правобережья.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора

Публикации в ведущих рецензируемых научных журначах, определенных ВАКМинобрнауки Российской Федерации

1. Чибис, A.A. Монастырское землевладение в Чувашской крае во второй половине XVI - XVII вв. (на примере Чебоксарского Троицкого и Чебоксарского Преображенского монастырей) / A.A. Чибис // Вестник Чувашского ун-та. - 2006. -№> 6. Гуманитарные науки. - С. 131-138 (0,6 пл.).

2. Чибис, A.A. Церковно-монастырские крестьяне в Чувашии в XVII веке (на примере Чебоксарского Троицкого и Чебоксарского Преображенского монастырей, Чебоксарского Введенского собора) / A.A. Чибис // Вестник Чувашского ун-та. 2008. -№ 4. Гуманитарные науки. - С. 140-145 (0,5 п.л.).

Монографии и сборники документов

3. Киево-Николаевский новодевичий монастырь в г. Алатырь (Сборник документов XVII - начала XVIII вв. ) / сост. A.A. Чибис. - Чебоксары: [Б.и.], 2004. 76 с. (4 п.л.).

4. Димитриев, В.Д. Землевладение и хозяйство Чебоксарского Троицкого монастыря во второй половине XVI - XVII вв. (Исследование и документы) /

B.Д. Димитриев, A.A. Чибис. - Чебоксары: [Б.и.], 2005. 75 с. (4 п.л.).

5. Документы по истории феодального землевладения и хозяйства в Среднем Поволжье (XVII в. - первая четверть XVIII в.) / сост. A.A. Чибис, Б.М. Пудалов. -Чебоксары: Изд. дом «Пегас», 2006. 348 с. (13 п.л.).

6. Чибис, A.A. Вотчина Троице-Свияжского монастыря в XVI - XVII веках (Документы из Государственного исторического архива Чувашской Республики) / A.A. Чибис. - Марийский археографический вестник. - 2008. - № 18. - С. 184197 (0,6 пл.).

7. Чибис, A.A. Михаило-Архангельский женский монастырь / A.A. Чибис // Чувашская энциклопедия. - Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2009. - Т. 3. М - Се. -

C. 105(0,1 п.л).

8. Димитриев, В.Д. Монастыри / В.Д. Димитриев, A.A. Чибис // Чувашская энциклопедия. - Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2009. - Т. 3. М - Се. - С. 127-129 (0,2 пл.).

9. Головченко, Н.П. Николаевский стародевичий монастырь / Н.П. Головченко, A.A. Чибис // Чувашская энциклопедия. - Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2009. - Т. 3. М - Се. - С. 240 (0,1 пл.).

10. Чибис, A.A. Покровская Иваньковская (Ивановская) пустынь / A.A. Чибис // Чувашская энциклопедия. - Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2009. -Т. 3. М-Се. С. 451(0,1 пл.).

П. Чибис, A.A. Удостоверительные документы второй половины XVI -начала XVIII вв.: перспективы сохранности, выявления, публикации (из археографического опыта историков и архивистов Чувашской Республики) / A.A. Чибис // Архивоведение и источниковедение отечественной истории. Проблемы взаимодействия на современном этапе: доклады и сообщения на Шестой Всероссийской научной конференции 16-17 июня 2009 г. / Росархив, ВНИИДАД. М.: [Б.и.], 2009. С. 224-229 (0,4 пл.).

Подписано в печать 06.04.2011. Формат 60x84/16.

Усл. печ. л. 1,0 Тираж 100 экз. Заказ № 177. Чувашский государственный университет Типография университета 428015, г. Чебоксары, Московский просп., 15

 

Оглавление научной работы автор диссертации — кандидат исторических наук Чибис, Александр Алексеевич

ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА I. Система православных монастырей на правобережной части Казанской земли во второй половине XVI - середине XVIII вв.

1.1 Возникновение монастырей в правобережных городах и уездах.

1.2. Епархиальное и светское управление монастырями.

1.3. Внутреннее устройство и быт монастырей, состав монашествующих лиц.

ГЛАВА II. Административно-политические и социальные функции монастырей правобережья Казанской земли во второй половине XVI — первой половине XVIII веков.

2.1. Роль монастырей в обеспечении государственного и епархиального управления.

2.2. Миссионерская деятельность монастырей среди нерусского населения.

2.3. Социально-благотворительные и просветительские функции монастырей.

ГЛАВА III. Феодальное землевладение и хозяйство монастырей правобережья Казанской земли во второй половине XVI — первой половине XVIII вв.

3.1. Формирование и развитие монастырских вотчин.

3.2. Состав и положение крестьянского населения монастырских вотчин.

 

Введение диссертации2011 год, автореферат по истории, Чибис, Александр Алексеевич

Актуальность темы. По мере присоединения к Российскому государству в XVI - XVII вв. поволжских, уральских, сибирских земель, в их пределах происходили новые по содержанию экономические, политические, социальные и культурные процессы, в результате которых эти регионы, первоначально подчиненные верховной русской власти только политически, полностью превратились в неотъемлемые части территориального, государственного и общественного организма России. Важную роль в проведении указанных процессов на новых территориях сыграли созданные русскими переселенцами или правительством учреждения и сословные корпорации, в число которых входили православные монастыри.

Общеизвестно, что монашеские обители, представлявшие особый институт православной церкви, выполняли самые различные функции: занимались мис-сионерско-просветительской деятельностью, благотворительностью, некоторые из них были феодальными собственниками. Следовательно, деятельность монастырей не могла не оказывать влияния на различные сферы общественной жизни на территориях, где они располагались. Уже поэтому изучение истории функционирования монашеских обителей в регионах, вошедших в состав России в период ее формирования, выявление степени их воздействия на указанные процессы в новых областях представляет собой несомненную актуальность для исторической науки. Эта актуальность еще больше усиливается на фоне значительно возросшего в последние десятилетия общественного интереса к истории русской православной церкви, переоценке ранее сложившихся по отношению к ней стереотипов. Изменившееся отношение к церкви со стороны власти и общества было отмечено Президентом РФ Д.А. Медведевым, который в своем выступлении на Архиерейском соборе Русской православной церкви 3 февраля 2011 г. подчеркнул следующее: «Власть (и, может быть, впервые в истории нашего государства в целом, впервые за более чем тысячелетнюю историю нашего государства и православия на Руси) не вмешивается в деятельность религиозных организаций и при этом признает вклад церкви в становление российской государственности, в развитие национальной культуры и утверждение духовно-нравственных ценностей в обществе»1. Несомненно, объективный анализ истории деятельности православных духовных институтов в конкретных географических регионах России в определенный период может только способствовать и удовлетворению такого интереса, и формированию научно подтвержденных представлений об истинной роли церкви в историческом процессе. Положительным опытом такого изучения может послужить исследование деятельности монастырей на территории бывшего Казанского ханства - Казанской земле, которая была первым крупным инонациональным и иноконфессиональным регионом, вошедшим в состав Русского государства в 1551-1552 гг.

Объектом исследования являются православные монастыри, возникшие в пределах Казанской земли во второй половине XVI — первой половине XVIII вв.

Предмет исследования составляют функционирование и хозяйство монашеских обителей на территории Казанской земли во второй половине XVI - первой половине XVIII вв., их влияние на различные стороны общественной жизни. В главах диссертации подробно рассматриваются комплексы научных проблем, связанные с деятельностью монастырей на указанной территории: 1) формирование монастырской системы в городах и уездах Среднего Поволжья, влияние на нее других субъектов исторической действительности; 2) административно-политические и социальные функции монастырей; 3) особенности складывания и функционирования монастырских вотчин. Отметим, что понятие «монастырь», не отождествляется с понятием «монашество». Если монашество представляло собой особое замкнутое сословие, каждый член которого брал на себя определенные обязательства, в том числе отречение от полноценного общения со светским миром, отказ от владения светскими правами и какой-либо собственностью, то монастырь являлся субъектом исторической действительности, наделенным различными юридическими правами, собственностью и средствами производства. В процессе владения последними монастыри тесно взаимодействовали с другими субъектами - корпорациями светских собственников, органами государственной власти; под юрисдикцией монастыря могли находиться не только монахи, но и светские лица — крестьяне, слуги и пр. Поэтому в данной работе, посвященной исследованию деятельности монастырей, изучение института монашества играет не основную, а вспомогательную роль.

Хронологические рамки исследования. Нижняя граница диссертации определяется началом 1550-х гг., т.к. именно в это время в городах Казанской земли были основаны и начали действовать первые православные монастыри. Верхней рамкой исследования является 1764 г., когда императрица Екатерина II провела секуляризационную реформу, в результате которой монастыри лишились феодальной собственности, являвшейся важным средством воздействия на историческую действительность; многие основанные ранее обители были упразднены. После 1764 г. положение монастырей, как по всей России, так и в Казанской земле, значительно изменилось; они лишились многих возможностей и влияния, которые имели ранее. Следовательно, указанный год можно считать завершающей хронологической точкой данной работы.

Территориальные границы исследования. Обширность Казанской земли предопределила ограничение территориальных границ диссертации пределами ее правобережной части. Последняя в изучаемый период входила: полностью в состав Свияжского, Чебоксарского, Алатырского, Цивильского, Ядринского уездов; частично - в пределы Козьмодемьянского, Кокшайского, Казанского уездов. Правобережный Курмышский уезд в исследование не включен, т.к. большая часть его территории, за исключением чувашской Юмачевской волости, в бывшее Казанское ханство никогда не входила.

Количество монастырей на правобережной части Казанской земли было значительно больше их числа в ее левобережных пределах. Кроме того, большая часть нерусского населения Казанского правобережья (чуваши, марийцы, мордва) в середине XVIII в. приняла православие. Однако большинство населения Казанского левобережья (татары) по-прежнему исповедовало ислам. Следовательно, влияние правобережных монастырей на конфессиональную ситуацию на той территории, где они располагались, теоретически могло быть значительно больше такого же влияния левобережных монастырей. Перечисленные обстоятельства послужили главным аргументом для включения правобережья Казанской земли в территориальные границы исследования.

Степень разработанности проблемы. Начало историографии истории российских монастырей было положено в XIX в. Одним из первых ее трудов можно считать «Историю российской иерархии», которую составил преподаватель Новгородской духовной семинарии иеромонах Амвросий2. В этой весьма объемной работе есть достаточно общие сведения обо всех известных составителю православных российских монастырях: времени их основания, количестве церквей, наличии старинных жалованных актов. В 1852 г. «Полное собрание» аналогичных сведений опубликовал А. Ратшин . В 1890, 1892, 1897 гг. В.В. Зве-ринский издал фундаментальное трехтомное собрание исторических и топографических материалов о монастырях по всей России4. Но работы Амвросия, А. Ратшина, В.В. Зверинского, равно как и некоторые другие подобные им издания5, по своей сути представляли не столько научные исследования, сколько справочники, которые, несмотря на ряд неточностей, в дальнейшем использовались при написании действительно научных трудов.

В 1870-х гг. митрополит Макарий (М.П. Булгаков) издал многотомное сочинение по истории русской церкви за период от апостольских времен до свержения патриарха Никона в 1667 г. В нескольких томах этого труда есть главы по истории возникновения монастырей в XII — XVI вв. в различных областях России, в том числе Казанской земле; их быту, внутреннему устройству, юрисдикции, правам6. Но разделы сочинения Макария о монастырях носили характер не научного исследования, а популярных исторических очерков, т.к. их автор весьма слабо рассматривал конкретную внешнюю деятельность обителей, в том числе и хозяйственную. Для Макария монастыри - это, прежде всего, институт духовный, но не социальный, их главная задача заключалась в укреплении православия среди русских людей и в миссионерстве среди представителей других религий.

Больший научный интерес представляют работы дореволюционных авторов по истории политики государства по отношению к духовным учреждениям в первой половине XVIII в. - от петровских реформ до секуляризации 1764 г. В своем исследовании о деятельности Монастырского приказа священник М.И. Горчаков вполне обоснованно указывал на то, что политика Петра I нанесла сокрушительный удар по монастырям — разорила их вотчины, сократила численность монахов7. В монографии о населении подвластных Синоду духовных вотчин П.В. Верховской подробно показал, как в 1720-х — начале 1760-х гг. государство проводило по отношению к ним фискальную политику. По мнению П.В. Верховского, главной причиной секуляризации таких вотчин стало их полное разорение от действий как чиновников, так и собственных властей, неспособность выплачивать государственные подати8.

Несомненный интерес представляют изданные в XIX - начале XX вв. работы по истории монастырей в отдельных областях России, в том числе достаточно отдаленных - Соловецкого, Антониево-Сийского и др.9

Что касается монастырей правобережья Казанской земли, то по их истории вплоть до рубежа XIX - XX вв. специальных трудов, за исключением нескольких небольших статей (см. ниже), практически не было; до указанного периода отдельные вопросы их прошлого затрагивались в трудах общероссийской монастырской историографии или работах по другим проблемам истории Среднего Поволжья. Так, в публикациях Амвросия, А. Ратшина, Макария, В.В. Зве-ринского приведены сведения о времени возникновения мужских и женских монастырей в Свияжске, Чебоксарах, Алатыре, Ядрине, Цивильске, Козьмодемьян-ске, Тетюшах. Достаточно часто сведения о возникновении в городах и уездах Среднего Поволжья монашеских обителей встречались в дореволюционных местных изданиях — губернских ведомостях, епархиальных известиях, памятных книгах и т.п. Но нередко дата основания какого-либо монастыря, указанная в одном издании, противоречила такой же дате, указанной в другом издании (см. подробнее параграф 1.1).

Митрополит Макарий указывал, что первые монастыри в Казанской земле учреждались правительством для распространения православия среди подчинившихся Москве нерусских народов10. Аналогичную мысль высказали авторы дореволюционных работ по истории христианизации в Среднем Поволжье - А.Ф. Можаровский, И. Износков, М. Васильев, А. Хрусталев, Н.В. Никольский11. В большинстве таких трудов рассматривалось участие в христианизации не столько монастырей, как социальных организаций, сколько отдельных монашествующих лиц - первого Казанского архиепископа Гурия, его помощников архимандритов Свияжского Успенско-Богородицкого и Казанского Спасо-Преображенского монастырей Германа и Варсонофия. Значительно больше внимания роли монастырей в распространении христианства уделил Н.В. Никольский. В своем исследовании о христианстве среди чувашей в XVI - XVIII вв. он обоснованно писал о том, что значительное влияние на успехи или неуспехи миссионерской деятельности монастырей оказывали не только их настоятели, но и хозяйственная деятельность. Во второй половине XVI в. Успенско-Богородицкий и другие монастыри получили свои вотчины по соседству с владениями некрещеных чувашей и татар, что первоначально значительно облегчало монахам пропаганду христианских идей. Но в XVII в. монахи встали на путь прямого захвата земель нерусских народов, что во многом свело на нет все результаты миссионерской деятельности12. Авторы трудов по истории православной миссии указывали на то, что сразу после основания монастырей в Казанской земле во второй половине XVI в. правительство наделяло их вотчинами для лучшего обеспечения миссионерской дея

1 ^ тельности монашества . Но ни в одной дореволюционной работе по истории миссионерства в Среднем Поволжье исследование монастырского землевладения отражения не получило, за исключением общего о нем упоминания.

Одним из первых трудов по истории вотчин монашеских обителей в Казанской земле явилась статья С.А. Нурминского14. В этой публикации, представляющей из себя не столько научное исследование, сколько исторический очерк, автор привел ряд фактов приобретения земельных владений и угодий во второй половине XVI — XVII вв. Успенско-Богородицким монастырем, Казанской митрополичьей кафедрой, монастырями Казанского левобережья. Большинство фактов было заимствовано из публикаций документов указанного периода С. Мельникова, Археографической экспедиции и Археографической комиссии, и поэтому названная работа не представляет собой ничего принципиально нового. Однако она примечательна тем, что ее автор впервые обоснованно указал на два источника образования монашеских обителей в Казанской земле: если во второй половине XVI в. монастыри в ее пределах образовывались по воле московского правительства, то в XVII в. они стали возникать по частной инициативе15.

Значительный интерес представляет собой монография Г.И. Перетятковича по истории колонизации Поволжья в XVI — начале XVIII вв.16 В первой главе автор очень подробно рассмотрел процесс формирования вотчины Свияжского Троицкого монастыря в Свияжском уезде во второй половине XVI — первой половине XVII вв., и возникновения в ее пределах сел: Верхнего Услона, Нижнего Услона, Кильдеево и др. При этом изучении Г.И. Перетяткович учитывал местные природно-географические условия, главным источником для него послужили неопубликованные в то время писцовые и переписные книги, хранившиеся в

Московском архиве Министерства юстиции . Но землевладение других правобережных монастырей в книге Г.И. Перетятковича так подробно изучено не было.

С 1890-х гг. публиковалось немало книг и статей по общей истории и описанию ряда правобережных монастырей. Некоторые работы были посвящены небольшим обителям, которые в рассматриваемый период не имели никаких вотчин и существенно не влияли на социально-экономическую обстановку в тех городах и уездах, где они располагались. Это Свияжская Подгородная Макарьевская мужская пустынь18, Свияжский Иоанно-Предтеченский женский монастырь19, Чебоксарский Иоанно-Предтеченский (Николаевский) женский монастырь , Чебоксарская Сретенско-Владимирская мужская пустынь21, Алатырский Киевогугу

Николаевский женский монастырь , Алатырская Свято-Духовская мужская пустынь23. Соответственно в трудах по перечисленным монастырям практически нет никаких заслуживающих внимания сведений и выводов о их внешней деятельности; в них есть лишь данные, не всегда точные, об основании монастыря, которому они посвящены, о его церквах и достопримечательностях. Такой же характер носила опубликованная в 1844 г. статья по истории Цивильского Тихвинско-Богородицкого мужской обители24.

В 1899 г. член Симбирской губернской ученой архивной комиссии В.Э. Красовский составил описание Алатырского Свято-Троицкого монастыря, который в XVII - первой половине XVIII вв., будучи филиалом Троице-Сергиевой лавры, являлся одним из крупных земельных собственников в Ала-тырском уезде . Но В.Э. Красовский не исследовал хозяйственную и другие направления деятельности монастыря, также ограничившись кратким историческим экскурсом в прошлое обители, описанием ее достопримечательностей.

В 1849, 1895 гг. вышли небольшие статьи священника А.И. Кроковского и К.С. Рябинского, а в 1892 г. — небольшая книга преподавателя Казанской духовной академии Е.А. Малова, посвященные Козьмодемьянскому Спасо-Юнгинскому монастырю . В работах приводились версии о его возникновении, описывались церкви, подчеркивалась роль, которую он якобы сыграл в христианизации язычников-марийцев. Более подробным исследованием истории этого монастыря явилось курсовое сочинение студента Казанской духовной академии В. Знаменского, написанное в 1913 г. На основании сохранившихся монастырских документов XVII — XVIII вв. В. Знаменский достаточно подробно и правдоподобно рассмотрел историю его возникновения, внутреннее устройство, образование монастырской вотчины и др. К сожалению, интересное сочинение В. Знаменского до сих пор не опубликовано и хранится в фонде названной акаде

В 1906 и 1907 гг. вышел очерк протоиерея А. Яблокова по истории и современному автору состоянию Свияжского Успенско-Богородицкого монастыря, который во второй половине XVI - первой половине XVIII вв. был крупным феодальным собственником и центром православия в Казанской земле28. Этот труд явился одной из первых опубликованных работ по истории конкретного монастыря Казанского правобережья, в котором сделана попытка показать все внешние функции обители: создание собственной вотчины, социально-благотворительную деятельность, исполнение поручений светской администрации, миссионерство среди нерусских народов и др. Но рассмотрение этих функций носило поверхностный, эпизодический характер; автор применял не все источники, бывшие в его распоряжении. Так, в разделах по монастырской вотчине А. Яблоков использовал только свияжскую писцовую книгу 1567 г. и офицерскую опись 1763 г., которые отражали, соответственно, этап становления вотчины и этап завершения ее существования29. В монастырском архиве сохранилось немало столбцов, отражающих пик развития монастырской вотчины в XVII в. Но эти источники не нашли исследовательского применения в очерке А. Яблокова. Лишь в приложении к нему были опубликованы несколько таких документов (см. ниже). Гораздо больше внимания А. Яблоков уделил подробному описанию святынь и церквей монастыря, изложению биографий его настоятелей. Для А. Яблокова, как представителя церковной исторической школы, Успенско-Богородицкий монастырь, это, прежде всего, крупнейший духовный центр общероссийского значения, который пользовался и пользуется всеобщим уважением православных жителей; его настоятели и монахи были благодетелями для своих крестьян, выдающимися православными подвижниками и миссионерами. Никаких противоречий ни в монашеской среде, ни во взаимоотношениях монастыря-собственника с представителями других корпораций автор не усматривал.

Одним из главных источников очерка А. Яблокова об Успенско-Богородицком монастыре послужило аналогичное, не публиковавшееся сочине

30 ние студента Казанской духовной академии С. Образцова , написаное на более высоком уровне, чем указанный очерк. С. Образцов привел значительно больше документальных фактов по истории монастыря. Он обоснованно отмечал, что наличие у монастыря большой земельной вотчины побуждало монахов заниматься мирскими делами, что являлось серьезным нарушением монашеских уставов. Кроме того, в вотчинный монастырь часто постригались лица, которые не были склонны к строгости монашеской жизни, но стремились безбедно жить за счет обители, всячески нарушая ее дисциплину31.

Несомненное влияние на работу А. Яблокова оказало исследование профессора Казанской духовной академии И.М. Покровского «К истории казанских монастырей до 1764 г.», представлявшее собой первый труд по истории не отдельной монашеской обители, а целой их группы на территории бывшего Казанского ханства32. И.М. Покровский также указывал на то, что первые монастыри в Казанской земле были основаны по решению правительства с целью колонизации присоединенного края и распространения христианства среди его нерусских народов. Но, как и С.А. Нурминский, И.М. Покровский писал о том, что с первой половины XVII в., основание в Казанской земле монастырей стало делом не правительства, а частных лиц, в том числе отшельников и иноков уже существующих обителей. В начале исследования И.М. Покровский привел даты основания монастырей в указанном регионе, причем главное внимание уделил левобережным обителям - Казанскому Зилантову, Казанскому Спасо-Преображенскому, Казанской Раифской и Царевококшайской Мироносицкой пустыням, и др. Из правобережных монастырей И.М. Покровский упомянул только самые известные — Успенско-Богородицкий, Чебоксарский Троицкий, Спасо-Юнгинский. Все это монастыри Казанской епархии. Об обителях Алатыря и Ядрина, которые в XVII в. входили в состав сначала Патриаршей области, затем Нижегородской епархии, И.М. Покровский не упоминал. При определении времени возникновения левобережных и правобережных монастырей И.М. Покровский пользовался только ранее опубликованными данными, некоторые из которых не всегда верны. Так, сведения о начальной истории Спасо-Юнгинского монастыря И.М. Покровский заимствовал из уже упомянутой статьи К.С. Рябинского, причем из нее же была взята неверная дата основания этой обители — 1627 г. .

Главным предметом исследования И.М. Покровского в названной работе являлась политика государства, особенно в первой половине XVIII в., по отношению к казанским монастырям, ее воздействие на них. О взаимодействии монастырей с другими субъектами исторической действительности И.М. Покровский только упоминал, но его фактически не изучал, что привело к отсутствию рассмотрения им ряда направлений деятельности обителей, например, миссионерства. И.М. Покровский неоднократно касался истории вотчин казанских монастырей. Основным источником их получения он считал правительственные пожалования, не учитывал при этом самостоятельную деятельность монастырских властей и крестьян по приобретению и хозяйственному освоению новых земель. В работе И.М. Покровского имеется немалое количество различных данных из архивных документов XVII — первой половины XVIII вв. о вотчинах, крестьянах и государственных повинностях казанских монастырей. Большая часть таких данных была приведена автором в приложениях и примечаниях, но в основной части работы не анализировалась. Однако заслуживают внимания и являются вполне обоснованными выводы И.М. Покровского о том, что вотчины изучаемых им обителей успешно развивались во второй половине XVI — первой половине XVII вв., когда правительство жаловало им земли и не чинило никаких препятствий. Но со второй половины XVII в. из-за усиления помещичьей колонизации и ограничительной политики по отношению к церковно-монастырским вотчинам последние, равно как и влияние монастырей в Казанском крае пришли в упадок34.

И.М. Покровский первым из историков изучил вопрос о том, как повлияла на монастыри Казанской епархии начатая при Петре I политика государства по сокращению числа монашествующих лиц, уменьшению казенных расходов по их содержанию, упразднению обителей. Ученый документально показывал, что численность монахов в этой епархии в указанный период постепенно сокращалась. Но попытки епархиальных властей закрыть небольшие обители (Чебоксарскую Сретенско-Владимирскую пустынь и др.) наталкивались на противодействие местного светского населения. Достаточно полно И.М. Покровский рассмотрел размещение государственной властью в некоторых казанских монастырях отставных солдат-инвалидов, психически больных, арестантов, совершенно обоснованно указывая, что присутствие в обителях подобных лиц только разлагало монашество. Но ученый практически не исследовал такое направление социальной деятельности монастырей, как добровольный, сделанный без всякого участия государства прием их властями под опеку престарелых и недееспособных лиц из числа местного населения.

Можно констатировать, что И.М. Покровскому не удалось в полной мере изучить социально-экономическую деятельность монастырей Казанской епархии; он осветил лишь отдельные ее стороны. Но рассмотренный труд И.М. Покровского вплоть до настоящего времени не утратил своего научного значения, главным образом, из-за приведенного в нем большого количества документальных данных. Несомненную важность для изучения истории и деятельности монастырей Казанской земли имеют две более фундаментальные монографии И.М. Покровского по истории российских епархий и Казанского архиерейского дома, которые также содержат ряд сведений и выводов по изучаемой проблеме35.

В 1909 г. была издана книга члена Симбирской губернской ученой архивной комиссии А.И. Соловьева об упраздненных монастырях на территории со

О /г временной автору Симбирской губернии . Работа А.И. Соловьева ценна, прежде всего, тем, что в ней приводятся документальные данные по истории ряда небольших монастырей в Алатыре и его уезде - женском Старо-Николаевском, мужских Николаевском Медянском и некоторых других, которые были упразднены в результате реформы 1764 г. Но большинство из них, по причине бедности и отсутствия вотчин, не играли существенной роли в социально-экономической жизни уезда. Уместно отметить, что большинство использованных А.И. Соловьевым документов были собраны в архивах Москвы, Нижнего Новгорода и Симбирска известным археографом и специалистом по церковной истории К.И. Нео «у воструевым (1815-1872 гг.) .

В фонде Казанской духовной академии сохранилась написанная в конце XIX - начале XX вв. рукопись сочинения неизвестного автора об упраздненных после реформы 1764 г. монастырях Казанской епархии (Свияжском Троице-Сергиевом, Чебоксарском Преображенском и др.) с весьма подробными докумен

38 тальными сведениями о них .

После 1917 г. наследницей дореволюционной российской науки стала русская эмигрантская историческая школа. Одним из наиболее известных ее представителей в области церковной истории был профессор И.К. Смолич, написавший сначала труд по истории русского монашества в 988-1917 гг., затем «Историю русской церкви» в 1700-1917 гг. в двух частях, которая стала продолжением уже упомянутой работы митрополита Макария . Первая из названных книг И.К. Смолича считается одним из наиболее совершенных трудов по общей истории русского монашества и монастырей. В одной из ее глав дан обзор монастырской колонизации присоединенных к Русскому государству в XVI — XVII вв. окраин, в том числе и Понизовья — территории по обоим берегам Волги, ранее входившей в состав Казанского и Астраханского ханств40. Монастырская колонизация в Поволжье рассмотрена И.К. Смоличем с привлечением только опубликованных источников, что привело к существенным неточностям. Прежде всего, отметим, что И.К. Смолич значительно преувеличил роль государства в создании обителей в Понизовье. В частности, он писал о том, что в XVI — XVII в. из 101-го понизовского монастыря только шесть возникли по частной инициативе, остальные были основаны по решению государства и высших церковных властей для обеспечения хозяйственной колонизации поволжских земель41. Но только на правобережье Казанской земли большинство монастырей были основаны частными лицами, а не государством (см. параграф 1.1); многие обители землевладельцами и, тем более, колонизаторами не являлись (см. параграф 3.1). Сделанные И.К. Смоличем общие выводы о том, что монастыри много сделали для хозяйственного оживления экономики Понизовья42, можно признать заслуживающими внимания. Однако в целом процесс монастырской колонизации, как Понизовья, так и других окраинных регионов рассмотрен И.К. Смоличем весьма поверхностно и лапидарно, что, кстати, он и сам признавал43.

В отличие от дореволюционных и эмигрантских историков, представители советской исторической школы весьма подробно исследовали монастырское землевладение и хозяйство в России в XVI — первой половине XVIII вв. Начиная со второй половины 1920-х гг. в СССР стали выходить работы по истории вотчин известных русских монастырей - Соловецкого44, Спасо-Прилуцкого45, Иосифо-Волоколамского46, Кирило-Белоозерского47 и др. Были также исследования монастырского землевладения в отдельных областях Русского государства48.

Важным направлением советской исторической науки было изучение истории различных категорий крестьянства в феодальный период, в том числе и цер-ковно-монастырских крестьян. В 1977 г. вышла монография Н.А. Горской с подробным исследованием экономического положения и рентно-фискальных обязанностей монастырских крепостных в XVII в. в различных уездах центральной России49. В том же году вышел труд И.А. Булыгина о монастырских крестьянах России в период секуляризационной реформы Петра I в первой четверти XVIII в.50.

Но в течение всего советского периода в региональной историографии Среднего Поволжья история монастырского землевладения и хозяйства в пределах Казанской земли подробно не исследовалась. Она затрагивалась весьма отрывочно в небольших отдельных статьях или работах по другим проблемам истории. В 1952 г. чувашский историк Н.Р. Романов опубликовал одну такую статью и привел в ней некоторые факты приобретения земли и угодий Алатырским Троицким, Чебоксарским Преображенским, Нижегородским Амвросиевым Дудинским и некоторыми другими монастырями51. Исследовательского характера статья, явившаяся предисловием к изданию документа, не носила. Но автор верно указал, что приобретения монастырями новых земель нередко носили незаконный характер и вызывали протесты у представителей других землевладельческих корпораций. Позднее изложенные в этой публикации факты были включены Н.Р. Романовым в более солидную статью по социально-экономической истории Чувашии XVII в.52.

В 1959 г. известный чувашский ученый В.Д. Димитриев в монографии по истории Чувашии XVIII в. дал общую характеристику вотчинного хозяйства Ала-тырского и Чебоксарского Троицких, Чебоксарского Преображенского монастырей накануне секуляризации53. В 1979, 1999, 2003 гг. в статье по истории Крестьянской войны начала XVII в. в Чувашии, работах о прошлом Чебоксар в том же столетии В.Д. Димитриев кратко показал историю развития вотчин этих же обителей54. В 1980 г. опубликована статья А.Г. Иванова о положении и государственных повинностях крестьян Спасо-Юнгинского монастыря в первой половине XVIII в.55.

Несмотря на краткость, названные публикации В.Д. Димитриева и А.Г. Иванова послужили начальным этапом для создания в дальнейшем более подробных исследований о землевладении конкретных монастырей Казанского правобережья. Такие исследования стали выходить с начала 2000-х гг., что во многом было вызвано возросшим в постсоветский период интересом к истории учреждений православной церкви. В 2000 г. А.Г. Иванов и Г.Н. Айплатов выпустили книгу с подробным исследованием истории вотчины Спасо-Юнгинского монастыря - от ее возникновения во второй половине 1620-х гг. до секуляризации в 1764 г.56 Дополнительное исследование хозяйственная деятельность этой обители получила в диссертации И.А. Пегенеевой по истории монастырской колонизации Марийского края в конце XVI - XVIII вв.57.

В 2005 г. была опубликована книга В.Д. Димитриева и A.A. Чибиса с более обстоятельным, чем раньше, изучением процесса возникновения и развития вотсо чины Чебоксарского Троицкого монастыря во второй половине XVI - XVII вв. . В 2006 и 2008 гг. вышли две статьи A.A. Чибиса по истории землевладения и крестьянства чебоксарских Троицкого и Преображенского монастырей59.

В 2004 г. вышла монография М.С. Черкасовой по истории вотчины самого известной российской обители - Троице-Сергиевой лавры60. На основе большого количества источников М.С. Черкасова подробно рассмотрела процесс роста владений лавры в различных уездах России, организацию в них феодального хозяйства. Исследованием были затронуты и земли лавры в Алатырском и Свияжском уездах, которые находились под управлением приписных к ней Алатырского Троицкого и Свияжского Троицкого монастырей. Ранее, в 2003 г. М.С. Черкасова опубликовала отдельную статью по истории подведомственной Алатырскому Троицкому монастырю вотчины, ее формированию и заселению в XVII - начале

XVIII вв.61. Кроме исследований о монастырском землевладении и хозяйстве в 2005 г. М.С. Черкасова выпустила весьма содержательную статью о состоянии библиотек в приписных к лавре казанских, свияжских, алатырских Троицких обителей62.

Отмеченный рост общественного интереса к истории духовных учреждений привел к тому, что на рубеже XX — XXI вв., стали выходить справочники, энциклопедические статьи, брошюры по общей истории и достопримечательностям церквей и монастырей в различных регионах России, в том числе и в Сред

63 нем Поволжье . В таких публикациях, равно как и во многих более ранних изданиях, назывались разные даты и обстоятельства возникновения изучаемых здесь монашеских обителей (см. параграф 1.1.).

В работах П.В. Денисова, В.Д. Димитриева, Д.М. Макарова по истории христианизации в Среднем Поволжье в XVI — XVIII вв. также была затронута роль монастырей в миссионерском процессе64. Названные авторы следовали выводам Н.В. Никольского о том, что обители первоначально основывались правительством как миссионерские центры, что их миссионерство, особенно, с XVII в. было слабым, чему во многом способствовала монастырская хозяйственная деятельность. По сравнению с Н.В. Никольским, П.В. Денисов и В.Д. Димитриев еще более негативно оценивали деятельность монастырей по отношению к нерусскому населению, привели ряд новых фактов захватов монахами земель и угодий у нерусских крестьян. Но подробно миссионерская деятельность монастырей в работах П.В. Денисова, В.Д. Димитриева, Д.М. Макарова специально не изучалась.

Резюмируя изложенное, отметим, что в перечисленных работах с разной степенью полноты были рассмотрены проблемы истории и деятельности монастырей правобережья Казанской земли во второй половине XVI - середине XVIII вв. Были высказаны различные, нередко противоречащие друг другу версии о времени и обстоятельствах возникновения конкретных монашеских обителей. Вплоть до настоящего времени такая путаница порождает затруднения и ошибки, просачивающиеся в исторические исследования, учебные пособия, энциклопедические статьи.

Н.В. Никольским и другими авторами были сделаны достаточно верные выводы о степени и результатах участия монастырей в христианизации нерусских народов Казанской земли. Но в настоящее время, с учетом вновь выявленных документальных данных, вполне возможно более подробно рассмотреть процесс миссионерской деятельности правобережных обителей на всем его протяжении — от середины XVI до середины XVIII вв.

Не в полной мере была изучена социальная деятельность монастырей; рассматривались лишь те ее направления, которые были связаны своим происхождением с государственной политикой по отношению к ним. Было сделано немало, особенно в работах И.М. Покровского, для изучения этой политики в первой половине XVIII вв. Но политика государства по отношению к правобережным монастырям за более ранние периоды была изучена недостаточно; практически не рассматривалась практика финансирования ружных обителей и т.п. В достаточной мере не изучалось взаимодействие правобережных монастырей с епархиальными властями.

С разной степенью подробности рассматривалась история землевладения и хозяйства отдельных монастырей-вотчинников: свияжских Успенско-Богородицкого и Троицкого, чебоксарских Троицкого и Преображенского, Ала-тырского Троицкого, Козьмодемьянского Спасо-Юнгинского. Но история вотчин почти всех названных обителей рассматривалась только за период с середины XVII по конец XVII вв., причем довольно часто весьма отрывочно. Лишь история вотчины Спасо-Юнгинского монастыря была рассмотрена весьма подробно — от ее возникновения до ликвидации. Кроме того, феодальное хозяйство каждого из перечисленных духовных вотчинников изучалось отдельно друг от друга, без сравнительно-сопоставительного изучения. Весьма лапидарно была показана история монастырского крестьянства.

Цель исследования заключается в том, чтобы с учетом достижений отечественной науки, системного анализа опубликованных и неопубликованных источников исследовать историю возникновения и комплексно изучить в совокупности основные направления деятельности монастырей правобережья Казанской земли в указанный период, определить степень влияния их деятельности на различные стороны социально-экономической жизни региона.

Для реализации поставленной цели необходимо решить следующие задачи: определить время и причины возникновения всех известных мужских и женских обителей в городах и уездах Казанского правобережья; охарактеризовать внутренний быт, социальное происхождение монашествующих лиц в этих монастырях; выявить особенности управления правобережными монастырями со стороны светских приказных и духовных епархиальных властей; показать участие монастырей в различных сферах управления Казанским краем; рассмотреть социально-благотворительную деятельность монастырей; выяснить роль монастырей в христианизации нерусского населения Казанского правобережья; рассмотреть историю создания и функционирования феодальных вотчин монастырей; показать процесс формирования, социальное положение, степень феодальной эксплуатации монастырских крестьян правобережья Казанской земли.

Решение поставленных задач будет главным способом изучения всей деятельности монашеских обителей правобережья Казанской земли, и как духовных институтов русской православной церкви, и как особых сословных корпораций, обладающих определенными правами и обязанностями в условиях российского феодального общества.

Источниковая база исследования. Главным источником для диссертации являются документы, которые в процессе деятельности монастырей были созданы либо ими же, либо другими субъектами, но предназначались для воздействия на обители. По своей видовой характеристике такие источники делятся на три основные, тесно связанные между собой группы.

Первую группу составляют акты, оформляющие и удостоверяющие права монастырей на различные привилегии и материальную собственность, полученные обителями в результате правительственных пожалований или сделок с частными лицами. Это - жалованные, указные с прочетом и данные грамоты, исходящие от правительства; купчие, данные, вкладные, меновные и другие записи, оформляющие частные сделки монастырей.

Вторая группа представлена делопроизводственной перепиской, возникшей в результате взаимоотношений монастырей с органами светской и епархиальной власти по различным вопросам: челобитными, указными грамотами, памятями должностным лицам и др.

Третья группа включает различные по значению регистрационные документы, многие из которых использовались как при решении администативных проблем монастырей, так и удостоверяли их права. Это писцовые и переписные книги второй половины XVI - XVII вв., выписи из них; ведомости и описи XVII — первой половины XVIII в.; расспросные речи и др.

Четвертую группу источников, использованных в диссертации, представляют собой памятники светского и церковного законодательства, определявшие права и обязанности монастырей, регулировавшие их взаимоотношения с государством и населением.

В изучаемый период большинство документов из первых трех названных групп откладывалось, прежде всего, в архивах самих монастырей в следующих вариантах: подлинниках, снятых с них копиях-списках, черновых отпусках. После секуляризации 1764 г. наиболее значительные правовые и другие документы, удостоверявшие права обителей на феодальную собственность, были переданы в Коллегию экономии. В настоящее время они составляют обширный фонд Грамот Коллегии экономии65. В нем насчитывается 15194 единицы хранения за 13711795 гг., которые касаются вотчинных владений многих российских монастырей, в том числе Алатырского Троицкого, Чебоксарского Троицкого, Чебоксарского Преображенского, Свияжского Троицкого и других монашеских обителей правобережья Казанской земли.

Немало прежних документов осталось в монастырских архивах и после 1764 г. Степень их сохранности в архивах разных обителей различна. Так, в составе архива Троице-Сергиевой лавры, ныне разделенного на несколько архивных фондов, сохранилось большое количество актов XV — XVII вв. о феодальной собственности и деятельности этого крупнейшего монастыря России и приписных к нему обителей, в том числе в Алатырском и Свияжском уездах66.

Но от правобережных монастырей сохранилось только два архива, которые содержат более или менее полные комплексы материалов от основания своих обителей до 1764 г. Это документальные собрания Козьмодемьянского Спасол!

Юнгинского и Алатырского Киево-Николаевского новодевичьего монастырей . От архива Свияжского Успенско-Богородицкого монастыря за изучаемый период о сохранилась только коллекция документов-столбцов за 1555-1701 гг. Также сохранилось девять столбцов второй половины XVII в. из архива Чебоксарской Преображенской пустыни69. По одному делу с делопроизводственной перепиской и регистрационными документами 1740-Х-1760-х гг. сохранилось в архиве Че

7П боксарского Троицкого монастыря . Архивы других правобережных обителей с документами второй половины XVI - первой половины XVIII вв. полностью утрачены.

Кроме монастырских хранилищ, документы по изучаемой проблеме откладывались в фондах тех светских и духовных учреждений, которые взаимодействовали с монастырями. Большое значение для изучаемой темы имеет архивный фонд Нижегородской духовной консистории (Ф. 570), хранящийся в Центральном архиве Нижегородской области. В нем имеется большое количество дел за 1721-1764 гг. по монастырям Нижегородской епархии. В фонде Свияжского духовного правления (Ф. 6) Национального архива Республики Татарстан (НА РТ) отложилось дело с указами и ведомостями 1740-х—1760-х гг. по Свияжскому Ио

71 анно-Предтеченскому монастырю . Также некоторые документы, относившиеся к правобережным обителям, отложилось в архивах высших государственных учреждений России - Монастырского приказа, Коллегии экономии и Синода.

Перечисленные архивы и фонды являются основными хранилищами документального материала по теме диссертации. Научная разработка указанных источников началась примерно с 1830-х гг., причем первой и долгое время основной формой такой разработки была их публикация. В 1836 г. в серийном издании Археографической экспедиции были впервые напечатаны шесть весьма ценных документов из архива Успенско-Богородицкого монастыря. Это жалованные архиерейские грамоты 1556 г. о духовных правах монастырского архимандрита, жалованные царские грамоты 1584 и 1616 гг. о праве монастыря на беспошлинную торговлю и др.72. Особый интерес представляют собой опубликованные в том же издании документы от мая 1555 г. о назначении первого архиепископа Ка

ТХ занской епархии Гурия, архимандритов Германа и Варсонофия .

В серийных изданиях Археографической комиссии также были опубликованы подборки материалов, но из столичных архивов, по правобережным монастырям — переписка о помещении в 1601 г. в Чебоксарский Николаевский женский монастырь тещи боярина Ф. Романова М. Шестовой74; выписки из переписных книг 1677/78 гг. о количестве дворов монастырских крестьян в правобережных уездах ; грамота Приказа Казанского дворца, хранившаяся в Коллегии экономии, алатырскому воеводе К.П. Сомову от 5 мая 1693 г. об охране Алатырской Пичерской пустыни76. В других столичных изданиях были опубликованы несколько подборок удостоверительных актов из архива той же коллегии о крепостных крестьянах и вотчине Алатырского Троицкого монастыря в XVII в.77 В

1911 гг. С.А. Шумаков издал владенную выпись 1593 г. на вотчину Свияжского Троицкого монастыря, полностью отражающую результаты ее развития с середины до конца XVI в.78

С середины XIX в. в Казани и Симбирске стали выходить публикации документов второй половины XVI — XVII вв., в которых были сведения по истории монастырей. Так, в 1859 г. в сборнике С. Мельникова была опубликована подборка материалов о вотчинах Тетюшской Зосимо-Савватиевой-Никольской пустыни и Тетюшского Покровского монастыря79. В 1907 г. в приложении к труду по истории Успенско-Богородицкого монастыря А. Яблоков издал выписи из писцовых книг 1567/68, 1685/86 гг. на его села и деревни80. Еще ранее, в 1897 г. в периодическом издании Е.А. Малов опубликовал внутреннюю опись 1613 г. этой о 1 же обители . В книге А.И. Соловьева также были напечатаны документы XVI — XVIII вв. о времени основания, внутренней жизни небольших алатырских монаол стырей . В 1909 г. в Казани была впервые издана писцовая книга Свияжского уезда 1565-1567 гг. со сведениями о селениях, числе дворов и пашни в вотчинах свияжских Успенско-Богородицкого и Троицких монастырей83.

Таким образом, в XIX - начале XX вв. увидели свет ценные документы второй половины XVI - XVII вв. по истории изучаемых монастырей в форме небольших подборок и иллюстративных приложений, но не в отдельных специальных сборниках.

Подобные публикации выходили и в советское время. В 1937 г. в научно-популярном сборнике по истории Татарии были впервые изданы четыре акта 1574, 1614, 1680 гг. из архива Успенско-Богородицкого монастыря на земли в селах Бежбатман и Хозяшево, и на Уразлин остров, захваченный у ясачных марийцев . В 1973 и 1974 гг. С.М. Каштанов впервые опубликовал важные жалованные грамоты и другие акты второй половины XVI в. о приобретении новых земель свияжскими Успенско-Богородицким и Троицким монастырями, и о предоставлении владениям последнего широких иммунитетных прав85.

В 1990-х - 2000-х гг. количество документальных публикаций по истории монастырей Казанского правобережья значительно возросло. В 1990 г. казанские историки И.П. Ермолаев и Д.А. Мустафина выпустили сборник документов по истории Казанского края, в который вошли 14 вотчинных актов из архива Успено/ско-Богородицкого монастыря , в том числе иммунитетные грамоты 1555, 1606, о*7

1621 гг. В другом сборнике Д.А. Мустафина опубликовала еще несколько документов из того же архива о высылке монастырских крестьян на строительство Симбирска в 1652 г. и в даточные солдаты в 1663 г. 88

В 2000 г. в одной книге с исследованием о вотчине Спасо-Юнгинского монастыря Г.Н. Айплатов и А.Г. Иванов опубликовали весь монастырский фонд за

1594-1767 гг. Это издание является наиболее информативным сборником по истории правобережных монастырей. В нем отразились как история вотчинного хозяйства конкретного монастыря в течение полутора столетий, так и ряд сопутствующих проблем: государственная политика по отношению к монастырям Казанской земли, положение монастырских крестьян и т.п. В сборнике есть документы и про другие козьмодемьянские монастыри — Вознесенский женский и Богоявленский мужской90. Позднее А.Г. Иванов впервые опубликовал владенную выпись 1699 г. на рыболовные угодья последнего названного монастыря91.

В 2004 г. Государственный исторический архив Чувашской Республики (ГИА 4P) издал сборник документов 1639-1705 гг. из фонда Киево-Николаевского монастыря, отражающих историю основания обители в Алатыре, лл порядок выплаты ей руги и повинности ее работников . В 2006 г. в другом сборнике были опубликованы упомянутые столбцы Чебоксарского Преображенского монастыря, его акты из фонда Грамот Коллегии экономии со сведениями о вотчине и благотворительной деятельности этой обители . В 2005 г. в работе В.Д. Димитриева и A.A. Чибиса по истории вотчины Чебоксарского Троицкого монастыря были помещены 17 соответствующих документов XVII в. из монастырского фонда и фонда Грамот Коллегии экономии94.

В «Марийском археографическом вестнике» были напечатаны подборки материалов XVI - начала XVIII по истории и деятельности Козьмодемьянского Болыпеюнгинского Никольского (Покровского)95, Алатырского Троицкого96,

Свияжского Троицкого , Козьмодемьянского Спасо-Юнгинского монастырей.

Кроме фундаментального сборника по Спасо-Юнгинскому монастырю по другим правобережным монастырям за первую половину XVIII в. аналогичных изданий нет. Но за этот век документальные сведения о многих обителях есть в рассмотренных в историографическом разделе монографиях. В приложениях к исследованиям И.М. Покровского и П.В. Верховского приведены данные ведомостей Коллегии экономии за 1730-е — 1740-е гг. о монастырях Казанской и Нижегородской епархий99. В своем очерке А. Яблоков изложил сведения о вотчине Успенско-Богородицкого монастыря из его офицерской описи

1763 г.100 В 1959 г. в своей монографии В.Д. Димитриев привел подробные данные из таких же описей 1763-1764 гг. и некоторых других документов о вотчинах Алатырского Троицкого, Чебоксарского Троицкого и Чебоксарского Преображенского монастырей, и численности церковно-монастырских крестьян в чувашских уездах Казанской и Нижегородской губерний101. Ценная информация по некоторым алатыр-ским, чебоксарским и свияжским монастырям имеется в изданном в 1868-1910 г. многотомном собрании «Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего правительствующего Синода».

В XIX - XX вв. были опубликованы все законодательные акты, необходимые для изучения заявленной здесь темы. В I - XVI томах «Полного собрания законов Российской империи» (СПб., 1830) были изданы Соборное уложение 1649 г., в соответствии с которым решались многие проблемы по монастырским вотчинам; постановления церковного собора 1667 г. о суде над духовенством; царские указы 1701 г. о восстановлении Монастырского приказа и подчинении ему монастырских вотчин; Духовный регламент 1721 г.; Прибавление к Духовному регламенту 1722 г. и др. В многотомном «Полном собрании постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи» (СПб., 1869-1910) напечатаны определения и указы Синода, касающиеся монастырей Казанской и Нижегородской епархий за 1721-1764 гг. В 1985 г. с подробными научными комментариями был издан знаменитый памятник церковного права — Стоглав 1551 г. Таким образом, к настоящему времени вышло в свет немало источников, в которых есть ценная информацию по многим аспектам исследуемой темы, но для комплексного решения сформулированных выше задач их недостаточно.

Основным источником для исследования послужили неопубликованные материалы, выявленные диссертантом при изучении большинства вышеназванных основных и некоторых побочных архивных фондов. Историк В.Д. Кочетков предоставил диссертанту более ста относящихся к Алатырскому Троицкому монастырю фотокопий актов и других документов XVII — начала XVIII вв. из хранящихся в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА) фондов Грамот Коллегии экономии (Ф. 281), Поместного приказа (Ф. 1209), Спорных дел Генерального межевания по Симбирской губернии (Ф. 1336), а также из фонда Архив Троице-Сергиевой лавры (Ф. 303) Научно-исследовательского отдела рукописей Российской государственной библиотеки и фонда Симбирской губернской ученой архивной комиссии (Ф. 732) Государственного архива Ульяновской области. Эти источники отражают общую историю монастыря, его роль в колонизации пустынных районов юго-западной части Среднего Поволжья, положение его крестьян.

В Национальном архиве Республики Татарстан была подробно изучена хранящаяся в фонде Казанской духовной академии (Ф. 10) коллекция упомянутых столбцов Успенско-Богородицкого монастыря103. Особого внимания заслуживает ранее не публиковавшаяся вотчинная жалованная грамота монастырю царя Федора Ивановича от 11 мая 1593 г., в которой весьма подробно описана монастырская вотчина. Значительный интерес представляют указные грамоты, челобитные, наказные памяти о неоднократных вторжениях монастырских властей и их подданных в ясачные угодья марийцев Паратовской волости Казанского уезда, о спорах монастыря из-за смежных владений с помещиками селений Басурманская слобода и Русские Ширданы в Свияжском уезде. В том же фонде были выявлены: а) подлинники указов 1700, 1704 гг. Казанского митрополита Тихона подчиненным ему обителям о сдаче государству церковных колоколов и железных решеток104; б) копии грамоты Приказа Казанского дворца от 2 декабря 1614 г. с единственным упоминанием Сундырской Троицкой пустыни и инструкции от 1761 г. служке Успенско-Богородицкого монастыря Г.С. Хрычеву по управлению монастырской вотчиной105; в) курсовые сочинения студентов академии по истории монашества и монастырей с ценными сведениями о порядках в монастырях, конкретные факты по истории монастырей Казанского правобережья - Успенско-Богородицкому и др.106

В фонде Макарьевского Желтоводского монастыря диссертантом обнаружены документы начала XVIII в., которые касаются положения приписной к монастырю Алатырской Вознесенской пустыни — ее переноса на новое место и др.107

В Научном архиве Чувашского государственного института гуманитарных наук (НА ЧГИГН) также хранятся фототипичные копии документов XVII в., сделанные В.Д. Димитриевым в центральных архивохранилищах. Среди них есть копии: а) жалованной грамоты 1606 г. Успенско-Богородицкому монастырю на

1ПЯ пустошь Мамадыш в Казанском уезде ; б) переписной книги г. Свияжска и его уезда за 1646 г. со сведениями о населении вотчин свияжских Успенско-Богородицкой и Троицких обителей109. В том же архиве были просмотрены микрофильмы документов Ядринской приказной избы, оригиналы которых хранятся в Архиве Санкт-Петербургского филиала Института Российской истории РАН. В результате выявлены память и две выписи 1662 и 1685 гг. о высылке монахов Дц-ринского мужского Казанско-Богородицкого монастыря в Монастырский приказ и выплаты руги попам Ддринской Михаило-Архангельской женской обители110.

Внешнее содержание большинства охарактеризованных выше документов за период от середины XVI в. до начала 1720-х гг. отражает стремление монастырей приобрести или закрепить какие-либо права, материальную собственность (ругу или вотчины). Но критический анализ внутреннего содержания таких источников позволяет извлечь из них объективные данные не только о деятельности монастырей по приобретению материальных благ, но и о других направлениях их внешнего функционирования и степени воздействия на историческую действительность. Лишь некоторые выявленные документы указанного периода не связаны с материальными приобретениями правобережных монастырей. Это акты епархиальных архиереев к монастырским властям — благословенные грамоты, указы по духовным делам и т.п. Их небольшое количество свидетельствует, прежде всего, о слабом влиянии архиереев на обители в указанный период.

После учреждения Синода и принятия в 1721 г. Духовного регламента влияние архиереев на монастыри резко усилилось, что привело к значительному увеличению документооборота между обителями и органами епархиального управления. В фонде Нижегородской' духовной консистории выявлено 65 различных дел за 1721-1764 г., относящихся к монастырям в Алатырском и Ядринском уездах. В делах сохранились: а) монастырские ведомости с указанием числа монахов или монахинь, количества церквей и т.п.; б) прошения и челобитные монахов по различным вопросам; в) расспросные речи монахов по поводу претензий к ним; г) архиерейские указы и памяти о разрешении пострига в монахи, наказании провинившихся монахов, порядка использования денежных средств и др. Аналогичные указы и ведомости были обнаружены в делах Алатырского Киево-Николаевского, Чебоксарского Троицкого и Свияжского Иоанно-Предтеченского монастырей111, а также в фонде Казанской духовной академии112. Перечисленные документы полностью отражают меры светских и епархиальных властей по сокращению штатов монастырей; возложению на монастыри обязанности по содержанию отставных военных, преступников; борьбу архиереев за усиление монашеской дисциплины. Анализ ведомостей позволяет получить сведения об изменениях численности монахов или монахинь в каком-либо конкретном монастыре за разные годы XVIII в., выяснить социальный состав лиц, принявших монашество. В некоторых документах есть сведения об участии монахов ядринских и других монастырей в миссионерской деятельности.

В хранящемся в НА ЧГИГН фонде В.Д. Димитриева выявлены ценные выписки из архивов Монастырского приказа, Коллегии экономии, Грамот Коллегии экономии по истории чебоксарских, алатырских и свияжских обителей. В фонде Н.В. Никольского из того же архива было обнаружено дело со сведениями о содержавшихся в 1763 г. в Успенско-Богородицком монастыре солдатах-инвалидах,

1 1 «5 об открытии в нем же в 1733 г. школы для детей-сирот . Монахи Чебоксарского Свято-Троицкого монастыря предоставили диссертанту копию с хранящейся в РГАДА офицерской описи этого монастыря от 9 ноября 1763 г.114 В.Д. Кочетков передоставил аналогичную копию по Алатырскому Троицкому монастырю115. Можно констатировать, что все охарактеризованные опубликованные и архивные источники, выявленные в ходе работы над диссертацией, составляют информационную базу, вполне достаточную для решения целей и задач, поставленных в данном исследовании.

Методология и методы исследования. Данное исследование базируется на принципе историзма - методологической основе диалектического осмысления всех исторических процессов. На всем протяжении изучаемого периода объект исследования рассматривается как единое целое, с учетом всех последовательных изменений его структуры. Принцип историзма в данной диссертации применен не только к объекту ее исследования, но и к историографии последнего. Диссертант полностью учитывал все выводы и достижения других историков, которые ранее изучали тот же объект и связанные с ним проблемы. Также использован принцип объективности, предполагающий всестороннее изучение исторических явлений во всей их сложности, разносторонности, противоречивости. Главным способом реализации этого принципа является использование всей совокупности различных по направленности фактов деятельности объекта исследования.

На предварительном этапе работы, т.е. в ходе знакомства с историографией, сбором источников, осмыслением структуры и проблематики диссертации использовались общенаучные методы, применяемые во всех научных исследованиях. Это исторический и логический методы, метод восхождения от конкретного к абстрактному и от абстрактного к конкретному, а также методы анализа и синтеза, индукции и дедукции, описания и измерения и др.116

При написании самой диссертации, применялись в комплексе специальные исторические методы: 1) историко-генетический, 2) историко-типологический, 3) историко-системный117.

С помощью первого метода, на основании всех выявленных данных рассмотрены история возникновения и конкретные действия каждого известного правобережного монастыря, затем воссоздана общая история монастырей, как общественно-исторической системы, функционировавшей в пределах Казанского правобережья во второй половине XVI — середине XVIII вв.

С помощью второго метода проведена классификация монастырей по признаку наличия факторов, существенно влияющих на их действия. Это: а) статус ктитора, воля которого во многом определяла деятельность основанной им обители; б) наличие или отсутствие у каждого монастыря феодальной собственности, которая в условиях феодального общества во многом определяла внутреннее состояние и внешний статус своего владельца, оказывала доминирующее влияние на его функции.

Уже отмечалось, что монастыри Казанского правобережья представляли собой общественно-историческую систему, которая сформировалась из деятельности монахов и монастырских подданных. Соответственно, такая система, во-первых, внутри себя делилась на ряд подсистем (хозяйственная, благотворительная, религиозно-просветительская деятельность и т.п.); во-вторых, занимала определенное место среди других аналогичных систем, действовавших в том же регионе. Положенные в основу третьего метода приемы структурно-системного и функционального анализов позволили: а) рассмотреть функционирование внутри монастырской системы указанных подсистем, определить их влияние друг на друга; б) рассмотреть вертикальное и горизонтальное взаимодействие монастырской системы с органами власти, корпорациями населения, — и выяснить степень влияния этих субъектов на деятельность монастырей. Все охарактеризованные принципы и методы, общепринятые в современной исторической науке, позволили полностью исследовать проблематику данной диссертации.

Основные положения, выносимые на защиту.

1. Православные монастыри впервые возникли в пределах правобережья Казанской земли после ее вхождения в состав Русского государства в 1550-х гг.

Главная причина их возникновения заключалась в необходимости организации на присоединенной территории деятельности в интересах верховной власти и православных корпораций — служилых и посадских людей, крестьян.

2. Формирование монастырской системы на этой территории происходило на всем протяжении изучаемого периода. Во второй половине XVI в. главным ктитором правобережных монастырей выступила государственная власть, а в XVII — первой половине XVIII вв. — представители православных корпораций.

3. В соответствии с порядками изучаемого периода монастыри должны были подчиняться по различным вопросам как епархиальным архиереям, так и органам светской власти. Однако до начала XVIII в. монастыри правобережья во многом сохраняли свою внутреннюю автономию; порядок и направления их деятельности определял, прежде всего, настоятель, исходя из материальных интересов своей обители.

4. Одной из главных задач, поставленных властью перед основанными ею монастырями, являлось их активное участие в христианизации местного нерусского населения. Тем не менее, фактический вклад монастырей в христианизацию народов указанного региона был весьма невелик.

5. Основная задача монастырей, основанных представителями светских корпораций, заключалась в проведении духовной и благотворительной деятельности в пользу своих ктиторов — организации богомолий, поминовений души, обеспечении пострига в монахи и т.п. Эту задачу большинство монастырей выполняло достаточно хорошо, особенно во второй половине XVI — XVII вв.

6. Правобережные мужские монастыри, основанные государством в XVI в., а также несколько монастырей, основанных частными лицами, получили от государства земли для организации собственных вотчин. Хозяйственная деятельность вотчинных обителей привела к наиболее существенным результатам по воздействию на исторические реалии на правобережье Казанской земли. С монастырских вотчин получали прибыль как сами монастыри — за счет ренты, так и государство - за счет налогов с монастырских крестьян.

7. Вотчинные монастыри имели дополнительные права по управлению крепостным населением своих владений.

8. Большинство правобережных монастырей, основанных по инициативе частных лиц, феодальных владений не имели, что существенно снижало их воздействие на действительность. Свое основное содержание такие обители получали главным образом от светских ктиторов и вкладчиков.

9. Во второй половине XVI и особенно — в XVII вв., сложился строй внутренней жизни монастырей, который был полностью ориентирован на связь со светским миром. От доходов вотчин, управление которыми погружало монастыри в светские дела, или вкладов, получаемых за исполнение заказов частных лиц, ,полностью зависело благополучие и обеспечение обители и монахов.

10. В начале XVIII в. государство значительно усилило воздействие на все стороны внутренней жизни и деятельности монастырей, как по всей России в целом, так и на правобережье Казанской земли в частности. В результате к середине XVIII в. весь прежний уклад внутренней и внешней жизни монашеских обителей был разрушен, что в конечном итоге привело к секуляризационной реформе 1764 г.

Научная новизна. В диссертации различные стороны деятельности монастырей впервые изучены в комплексе, с применением полной совокупности всех охарактеризованных выше исследовательских принципов и методов; с разной степенью полноты, в зависимости от наличия выявленных источников, затрагивалась история возникновения и деятельности не одного или нескольких монастырей, а всех известных монашеских обителей в пределах Казанского правобережья. В исследовании изучаемые монастыри впервые выступили не как замкнутые общины монахов, живших закрытой жизнью, а как субъекты исторической действительности своего времени, постоянно взаимодействавшие с другими такими же субъектами. В исследовании деятельность монастырей впервые рас-сматрена на фоне ряда основных событий истории России за период с начала 1550-х гг. до 1764 гг.: взаимоотношений царской власти с иосифлянским духовенством, Смуты, церковного раскола, петровских реформ, а также всей политики государства по отношению к церкви. При определении степени воздействия монастырей на различные стороны жизни обязательно учитывались возможности участия каждой обители в феодальном способе производства, в наличии у нее феодальной собственности. Впервые в научный оборот введен значительный корпус ранее не использовавшегося документального материала. В результате применения всей совокупности принципов и методов исторического исследования, комплексного использования различных источников выполнена настоящая диссертация, представляющая собой первое в отечественной историографии объективное исследование социально-экономической истории монастырей правобережной части Казанской земли за более чем двухсотлетний период.

Научно-практическая значимость исследования. В диссертации в полной мере изучено взаимодействие монастырей правобережья Казанской земли во второй половине XVI — первой половине XVIII вв. с другими субъектами в наиболее важных сферах исторической действительности: административно-политической, социальной и социально-экономической. Диссертация, как уже достигнутый результат научного труда, может быть использована в исследованиях по таким проблемам истории средневолжского региона, как государственное и епархиальное управление, социально-благотворительная деятельность государства и церкви, православное миссионерство. Материалы диссертации о монастырских вотчинах найдут применение при изучении истории системы феодального землевладения и хозяйства в полиэтническом Поволжском регионе России. Приведенные в диссертации многочисленные факты о времени основания монастырей, монастырских церквей и селений можно включить в краеведческие работы, энциклопедические статьи, учебники и учебные пособия по истории республик Чувашия, Марий Эл, Татарстан, Мордовия. Таким образом, данная диссертация, содержащиеся в ней выводы и факты, могут быть использованы в самых различных по уровню и тематике исторических работах, способствовать дальнейшему изучению нерешенных исторических проблем.

Апробация результатов исследования. Диссертация обсуждена на расширенных заседаниях кафедры архивоведения и документоведения Чувашского государственного университета. Проблемы разработки источников исследования

1 1 о получили отражение в материалах Всероссийской научной конференции . По теме диссертации опубликованы семь статей (две в соавторстве), в том числе две статьи в издании, рецензируемом ВАК Минобрнауки РФ119; одной монографии (в

120 121 соавторстве) ; двух сборниках документов (один в соавторстве) .

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы, приложений.

 

Заключение научной работыдиссертация на тему "Монастыри правобережья Казанской земли во второй половине XVI - первой половине XVIII веков"

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Формирование системы православных монастырей на правобережье Казанской земли началось сразу же после вхождения территории Казанского ханства в состав Русского государства в начале 1550-х гг. К моменту присоединения этого региона к России, в его пределах, за исключением разрозненных групп русских полоняников, православного населения практически не было. На правобережной территории, вошедшей в состав Свияжского уезда, проживали чуваши и татары; другие, возникшие позднее правобережные уезды, были, в основном населены: Чебоксарский, Цивильский, Ядринский уезды — чувашами, Козьмодемь-янский и Кокшайский уезды - чувашами и марийцами, Алатырский уезд - мордвой. Соответственно татары исповедовали ислам, другие нерусские народы — языческую религию. При таких условиях ктиторами и дальнейшей опорой православных монастырей в Казанской земле могли стать только те субъекты исторической действительности, которые также стали формироваться в указанном регионе после его вхождения в состав России. Это учреждения российской государственной и духовной власти, русскоязычные сословные корпорации.

В первые десятилетия после вхождения Казанского края в состав России, московская власть рассматривала монастыри как важную опору по его (края) конфессиональному, административному и экономическому укреплению. Подобной позиции светской власти способствовал союз между царской властью и ио-сифлянским руководством русской православной церкви, сложившийся в середине XVI в. Поэтому во второй половине XVI в. главным ктитором монастырей на Казанском правобережье явилась государственная власть, которая тогда же основала Троицкий и Успенско-Богородицкий мужские монастыри в Свияжске, Троицкие мужские монастыри в Чебоксарах и в Алатыре. В те же годы Казанский архиепископ, архимандриты подчиненных ему монастырей были наделены миссионерскими и административными полномочиями; для материального обеспечения казанских монастырей им выделялись пустующие земли.

Вплоть до начала 1560-х гг. союз между руководством русской православной церкви и светской властью в Казанской земле действовал достаточно успешно. Убежденные иосифляне - архиепископ Гурий, его помощник, а затем и преемник, архимандрит Успенско-Богородицкого монастыря Герман проводили небезуспешную миссионерскую политику среди нерусского населения Казанской земли. Но после 1563 г. союз царя с иосифлянами распался, многие видные иосифляне, в том числе Гурий и Герман, сошли со сцены; в городах и уездах Казанской земли полностью складываются штаты приказных и корпорации служилых людей, на которых правительство стало делать свою главную ставку в организации управления Казанским краем. Казанские архиереи и архимандриты лишились предоставленного им ранее права вмешиваться в дела светской администрации. Но потеря высшим духовенством Казанской земли административных полномочий значительно ослабила его миссионерские возможности, ибо в немалой степени возможности духовников повлиять на действия светской администрации по отношению к представителям нерусского населения способствовали принятию последними христианства. Прекращение надобности в административных функциях монастырей, резкое сокращение миссионерства привело к тому, что правительство практически перестало основывать монастыри в Казанской земле.

Роль главного ктитора с начала XVII в. перешла к православным сословным корпорациям - посадским и служилым людям, крестьянам, по инициативе которых в Свияжске, Чебоксарах, других городах и уездах основывались мужские и женские монастыри. Особенно много таких монастырей было основано в Алатыре и его уезде, где численность русского православного населения, по сравнению с другими правобережными уездами, была достаточно высокой. Это свидетельствует о том, что в XVII в. у монастырей сложились тесные взаимоотношения с русскими сословиями в правобережных городах и уездах. Главные причины основания монастырей светскими частными лицами заключались в стремлении последних создать духовный и благотворительный центр, который смог бы обеспечить вечное поминовение своих вкладчиков и ктиторов, принять в свои стены желающих совершить монашеский постриг.

Стремясь использовать влияние монастырей среди местного православного населения, архиереи довольно часто назначали монахов Чебоксарского Троицкого, Козьмодемьянского Спасо-Юнгинского и других монастырей заказчиками духовных дел в городах и уездах, что свидетельствует о значительном участии некоторых обителей в местном духовном управлении.

Одним из главных факторов, влиявших как на внутреннюю жизнь, так и на внешнюю деятельность монастырей, было их материальное обеспечение. В XVI— XVII вв. все основанные по воле государственной власти мужские и женские монастыри получали ругу или недвижимую собственность. Монастыри, основанные частными лицами, руги не получали, но по желанию их властей государство могло предоставить им землю для дальнейшей организации феодального хозяйства. Все монашеские мужские обители, основанные по решению царской власти в правобережных городах во второй половине XVI в., довольно быстро обзавелись собственными вотчинами, отказавшись от государственной руги. Это свияжские Троицкий и Успенско-Богородицкий, Чебоксарский Троицкий, Алатырский Троицкий монастыри. Но из монастырей, возникших в XVII — первой четверти XVIII вв., в основном по частной инициативе, феодальными владениями сумели обзавестись только Спасо-Юнгинский, Чебоксарский Преображенский, Алатырский Николаевский Медянский и Тетюшский Покровский мужские монастыри, причем последний унаследовал вотчину от быстро прекратившей существование Те-тюшской Николаевско-Зосимо-Савватиевой пустыни. Остальные правобережные мужские и женские монастыри феодальных хозяйств не имели. Несколько женских обителей (Свияжский Иоанно-Предтеченский, алатырские СтароНиколаевский и Киево-Николаевский и др.) получали ругу. Остальные безвотчинные мужские и женские монастыри кормились за счет вкладов, ведения собственными силами небольших подсобных хозяйств и т.п.

Соответственно из 35 правобережных монастырей (27 мужских, 8 женских) только восемь монастырей-вотчинников сумели оказать реальное воздействие на историческую действительность в Казанской земле. Особо существенную роль при этом сыграли наиболее крупные свияжские Успенско-Богородицкий, Троицкий и Алатырский Троицкий монастыри. Они сумели организовать хозяйственную разработку тысяч десятин земли, основать десятки селений. Некоторые из них (Верхний Услон, Нижний Услон, Мамадыш и др.) существуют и в настоящее время. Их основание есть самый существенный результат внешней деятельности названных монастырей-феодалов на территории правобережья Казанской земли.

Монастыри-феодалы имели весьма значительное духовное влияние на русское православное население Казанской земли, являлись центрами православной культуры. За счет получаемой ренты власти таких обителей неоднократно возводили богатые храмы, которые привлекли многочисленных богомольцев, брали под свое покровительство мелкие пустыни. В обители, имевшие крепкое хозяйство, хорошие церкви более часто обращались желающие обеспечить поминовение души или принять монашеский постриг. Но многие лица, став монахами, сохранили за собой прежние светские привычки и навыки, что часто приводило к нарушению монашеской дисциплины и норм жизни. В XVII в. большинство монахов уже не проявляли особого миссионерского рвения, присущего Гурию и Герману, свое главное внимание они уделяли материальному обеспечению обителей, используя при этом полученный в светской жизни административный и хозяйственный опыт. Осуществляя хозяйственную деятельность, монастыри сталкивались не только с русскоязычными корпорациями, но и с сословиями коренного населения, которые также имели весьма значительные феодальные владения.

Во второй половине XVI—XVII вв. монастыри нередко приобретали или отчуждали феодальную собственность у представителей нерусского населения различными способами. Были случаи вполне законного или мирного получения земель. Так, в 1614/15 г. власти Чебоксарского Троицкого монастыря купили землю на реке Кувшин у чувашей Шерданской волости. Монахи Алатырского Троицкого монастыря неоднократно убеждали мордовских мурз принять христианство и монашеский постриг, затем передать свои земли монастырю. Но имел место и открытый незаконный захват земель у нерусских сословий. Примером тому служат факты захвата марийских ясачных земель и угодий властями и подданными Козьмодемьянского Спасо-Юнгинского и Успенско-Богородицкого монастырей во второй половине XVII в. Естественно, что такая деятельность монастырей не только не способствовала принятию нерусскими народами христианства, но и отталкивала их от этого шага. Еще одним последствием захватнических действий монастырей было усиление противоречий и различные конфликты между монастырскими крестьянами и представителями других русских и нерусских сословных корпораций.

Прекращение монастырями миссионерской деятельности, нарушение монахами монашеской дисциплины вызывали обоснованное недовольство епархиальных архиереев. Но в XVII в. архиереи не могли решить данные проблемы самостоятельно, прежде всего, по причине слабости собственного духовно-административного аппарата. Государство, формально разделяя озабоченность архиереев проблемами монастырей, во внутреннюю жизнь последних долгое время предпочитало не вмешиваться. Лишь решение различных вопросов, связанных с монастырскими вотчинами и выплатой руги было основным предметом взаимодействия органов светской власти с монастырскими подданными. Однако в 1701 г. государственная власть взяла под свое непосредственное управление монастырские вотчины, как в Казанской земле, так и по всей России. Наибольшее, весьма негативное воздействие эта реформа имела, прежде всего, на монастырских крестьян. В течение 19 лет они подвергались жесткой фискальной эксплуатации, выплачивая налоги и выполняя повинности в пользу государства в больших размерах, чем крестьяне других категорий.

Возвращение в 1720-х гг. разоренных монастырских вотчин прежним духовным хозяевам для их крестьян мало что изменило. В большинстве уездов Казанской земли введенная в 1724 г. подушная подать для церковно-монастырских крестьян превосходила размеры прежних налогов. С начала 1720-х гг. государственная власть вменила в обязанность вотчинным монастырям обеспечивать пожизненный приют отставным военным и инвалидам. Но необходимость их содержания заставляла монахов увеличивать рентные выплаты со своих крестьян. Увеличение фискальных и рентных выплат, в сочетании с усилившимся произволом со стороны монастырских властей, привели к тому, что к началу 1760-х гг. во владениях Успенско-Богородицкого, Спасо-Юнгинского и, по-видимому, других правобережных монастырей-вотчинников усилился крестьянский протест.

У большинства небольших монастырей и пустыней, по причине отсутствия феодальных владений, не было особых проблем ни с волнениями крестьян, ни и выплатой государственных налогов, ни с обязанностями содержать за свой счет военных. Но весьма серьезный удар по таким обителям нанесла политика государства по ограничению пострига в монастыри, сокращению численности монашествующих лиц и государственных расходов на их содержание. Монастырские власти уже не могли по собственному желанию принимать в обители всех лиц, желающих за вклады принять постриг ради «вечного покоя» и обретения приюта. Это можно было сделать только в соответствии с законами, жестко регламентирующими постриг, и разрешением архиереев, власть которых по отношению к монашеским обителям резко возросла. Во многих монастырях численность монахов сократилась до нескольких человек, что еще в первой половине XVIII в. поставила некоторые из них на грань полного упразднения. Тем не менее, вплоть почти все безвотчинные правобережные монастыри просуществовали на исторической сцене вплоть до 1764 г., главным образом, благодаря поддержке местного православного населения, как это было в случае с Чебоксарской Сретенско-Владимирской пустынью и некоторыми другими обителями. Однако такая поддержка, не всегда являвшаяся регулярной, могла лишь отсрочить, но отнюдь не предотвратить полностью ликвидацию таких монастырей. Занятые внутренними проблемами, а порой и вопросом собственного выживания, правобережные монастыри, за исключением разве что Успенско-Богородицкого монастыря, не могли сыграть существенной роли в миссионерской политике по отношению к нерусским народам Среднего Поволжья, активно проводимой в середине ХУ1П в. государством.

Таким образом, в первой половине XVIII столетия монастырская система на правобережной части Казанской земли, как и в других регионах России, оказалась в глубоком кризисе. Ее воздействие на различные стороны общественно-исторической действительности резко сократились. Некоторые направления деятельности монастырей вызывали у представителей различных социальных групп, в том числе и монастырских крестьян, еще более негативную реакцию, чем в предшествующие столетия.

Секуляризационная реформа 1764 г. во многом предотвратила негативные последствия указанного кризиса. Монастыри были лишены своих вотчин, над которыми они уже теряли контроль; многие небольшие и средние монастыри с маленькой численностью братии были закрыты, а их монахи переведены в более крупные монастыри, которые находились на полном государственном содержании и были под полным государственным контролем. Соответственно в результате секуляризации монастырская система во всех российских регионах, в том числе и в средневолжском, была вынуждена функционировать в совсем других условиях, чем раньше.

 

Список научной литературыЧибис, Александр Алексеевич, диссертация по теме "Отечественная история"

1. Архивные источники

2. Архив Санкт-Петербургского филиала Института Российской истории1. РАН

3. Ф. 157. Ядринская приказная изба. Д. 81, Д. 457.

4. Государственный архив Ульяновской области

5. Ф. 732. Симбирская губернская ученая архивная комиссия. Оп. 2. Д.131.

6. Государственный исторический архив Чувашской Республики

7. Ф. 206. Земельные планы Чувашии XVIII — начала XX веков. Оп. 4а.1. Д. 6.

8. Ф. 225. Чебоксарское духовное правление. Оп. 3. Д. 3, Д. 4.

9. Ф. 244. Алатырский Киево-Николаевский новодевичий монастырь. Оп. 1.Д. 2, Д.З,Д. 4.

10. Ф. 298. Чебоксарский Троицкий мужской монастырь. On. 1. Д. 1

11. Ф. 334. В.К. Магницкий. On. 1. Д. 19.

12. Научно-исследовательский отдел рукописей Российской государственной библиотеки

13. Ф. 303. Архив Троице-Сергиевой лавры. Д. 578.

14. Научный архив Чувашского государственного института гуманитарных наук

15. Ф. В. Д. Димитриева. T. XV; T. XXXI; T. LXXXIII. Отд. I; Т. 197. Отд. II. Ед. хр. 138. Инв. № 308; Отд. VIII. Ед. хр. 276. Инв. № 2105; Ед. хр. 962. Инв. № 3749.

16. Национальный архив Республики Татарстан

17. Ф. 4. Казанская духовная консистория. Оп. 92. Д. 172; Оп. 133. Д. 30.

18. Ф. 6. Свияжское духовное правление. Оп. 31. Д. 1.

19. Ф. 10. Казанская духовная академия. Оп. 2. Д. 186, Д. 335, Д. 1010, Д.1792.

20. Оп. 5. Д. 511, Д. 513, Д. 914, Д. 1130, Д. 1131, Д. 1132, Д. 1133, Д. 1134, Д. 1135, Д. 1136, Д. 1137.

21. Российский государственный архив древних актов

22. Ф. 280. Коллегия экономии. Оп. 3. Д. 614, Д. 653.

23. Ф. 1209. Поместный приказ. Оп. 2. Д. 5972, Д. 6511.

24. Ф. 1336. Спорные дела Генерального межевания по Симбирской губернии. Оп. 2. Ч.П. Д. 3018.

25. Центральный архив Нижегородской области

26. Оп. 553. Д. 121 за 1744 г., Д. 125 за 1744 г., Д. 20 за 1746 г., Д. 68 за 1747 г., Д. 189 за 1747 г., Д. 39 за 1748 г., Д. 269 за 1748 г., Д. 46 за 1749 г., Д. 279 за 1749 г.

27. Ф. 998. Макарьевский Желтоводский мужской монастырь. Оп. 558. Д. 565; Оп. 588. Д. 756.1. Опубликованные источники

28. Айплатов, Г.Н. Новый документ о монастырской колонизации в Среднем Поволжье в XVII веке / Г.Н. Айплатов, А.Г. Иванов // Мар. археогр. вестн. 1999. -№ 9. - С. 145-158.

29. Айплатов, Г.Н. Переписная книга города Козьмодемьянска и его уезда 1646 года / Г.Н. Айплатов // Мар. археогр. вестн. 2000. - № 10. - С. 141-151.

30. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. I. 1334-1598. СПб., 1841. - VIII+551+44 с.

31. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. II. 1598-1613. СПб., 1841. -IV+43 8+31 с.

32. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. III. 1613-1645. СПб., 1842. - Ш+501+16 с.

33. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. IV. 1645-1676. СПб., 1842. - Ш+565+16 с.

34. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. V. 1676-1700. СПб., 1842. - Ш+539+21 с.

35. Акты, относящиеся к истории Южной и Западной России, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. III. 1638-1657. — СПб., 1861. — 604+134+22 с.

36. Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией императорской Академии наук. Т. I. — СПб., 1836. — XV+548 с.

37. Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией императорской Академии наук. Т. II. СПб., 1836. -392+15 с.

38. Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией императорской Академии наук. Т. III. — СПб., 1836.- 496+24 с.

39. Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией императорской Академии наук. Т. IV. СПб., 1836.- 500+22 с.

40. Акуновский, Вл. Село Промзино в 1739 году по отказным книгам Алатырского уезда и сравнение его с нынешним / Вл. Акуновский // Симбирский сборник. Симбирск, 1870. - Т. II, отд. I. - С. 21-40.

41. Алатырь. Летопись города. Факты, события, воспоминания, фотографии. Ч. I. XVI век начало XX века. - Алатырь, 2002. - 512 с.

42. Димитриев, В.Д. Документы о помещичьем землевладении в национальных районах Среднего Поволжья во второй половине XVII века / В.Д. Димитриев, A.A. Чибис // Map. археогр. вестн. — 2000. — № 10. — С. 151—159.

43. Димитриев, В.Д. Документы Ядринской приказной избы о трудовых повинностях и службах населения Чувашии в конце XVII — начале XVIII веков / В.Д. Димитриев, И.Д. Кузнецов, A.A. Чибис // Map. археогр. вестн. 2004. - № 14.-С. 111-150.

44. Димитриев, В.Д. Отчет Курмышской приказной избы о приходе и расходе денег в середине XVII века / В.Д. Димитриев // Вестн. Чуваш, ун-та. -2000. № 1-2. Гуманитар, науки. — С. 3-9.

45. Димитриев, В.Д. Посадские люди, помещики, монастыри и крепостные крестьяне Чебоксарского, Цивильского, Ядринского, Кокшайского уездов по переписным книгам 1646 года / В.Д. Димитриев // Вестн. Чуваш, ун-та. — 2004. — № 1. Гуманитар, науки. — С. 10—28.

46. Документы по истории Казанского края из архивохранилищ Татарской АССР (вторая половина XVI середина XVII в.): тексты и коммент. / сост. И.П. Ермолаев, Д.А. Мустафина. - Казань: Изд-во Казан, ун-та, 1990. — 206 с.

47. Документы по истории феодального землевладения и хозяйства в Среднем Поволжье (XVII- первая четверть XVIII в.) / сост. A.A. Чибис, Б.М. Пу-далов. — Чебоксары: Изд. дом «Пегас», 2006. — 348 с.

48. Дополнения к Актам историческим. Т. VIII. СПб., 1862. -VIII+350+2+6 с.

49. Древний памятник исторического описания г. Чебоксар. Сообщено священником и законоучителем Андреем Кроповским // Журн. МВД. 1855. -Дек., отд. III. Материалы для статистики России. - С 113-116.

50. Дьяконов, М. Акты, относящиеся к истории тяглого населения в Московском государстве. Вып. II. Грамоты и записи / М. Дьяконов. Юрьев, 1897. -VI+129 с.

51. Законодательные акты Русского государства второй половины XVI — первой половины XVII века: Ч. I. Тексты / АН СССР, Ин-т истории СССР, Ле-нингр. отд-ние. — Л.: Наука, 1986. — 261 с.

52. Законодательные акты Русского государства второй половины XVI — первой половины XVII века: Ч. II. Комментарии / АН СССР, Ин-т истории СССР, Ленингр. отд-ние. Л.: Наука, 1987. - 260 с.

53. Иванов, И.Г. Новый документ о Спасо-Юнгинском монастыре начала XVIII века / И.Г. Иванов // Map. археогр. вестн. 2010. - № 20. - С. 147-158.

54. История Татарии в документах и материалах. — М.: Гос. соц.-экон. изд-во, 1937.-503 с.

55. Казанские документы 1649 1675 годов / изд. подгот. Д.А. Мустафи-на, Э.И. Амерханова. - Казань: Изд-во Казан, ун-та, 2008. — 136 с.

56. Каштанов, С.М. Возникновение русского землевладения в Казанском крае / С.М. Каштанов // Из истории Татарии. — Казань, 1973. С. 3-35. - (Ученые записки / Казан, гос. пед. ин-т; сб. V, вып. 116).

57. Киево-Николаевский Новодевичий монастырь в г. Алатырь: (сборник документов XVII начала XVIII веков) / сост. A.A. Чибис. — Чебоксары: Б.и., 2004.-76 с.

58. Кирилов, И.К. Цветущее состояние Всероссийского государства / И.К. Кирилов. М.: Наука, 1977. - 443 с.

59. Козьмодемьянск в конце XVI начале XX веков: документы и материалы по истории города / Map. гос. ун-т; сост., предисл. и коммент. А.Г. Иванова. - Йошкар-Ола: Б.и., 2008. - 616 с.

60. Крестьянская война под предводительством Емельяна Пугачева в Чувашии: сб. док. / под ред. В.А. Нестерова. — Чебоксары, 1972. — 528 с.

61. Крестьянская война под предводительством Степана Разина: сб. док. Т. II. Август 1670 январь 1671. Ч. I. Массовое народное восстание в Поволжье и смежных областях. - М.: Изд-во АН СССР, 1957. - 665 с.

62. Кроковский, А. Синодик, хранящийся в библиотеке Чебоксарской Покровской церкви / А. Кроковский // Казан, губерн. ведомости. — 1849. — Ч. не-офиц., отд. I. С. 199-204.

63. Лепехин, И.И. Дневные записки путешествия доктора и Академии наук адъюнкта Ивана Лепехина по разным провинциям Российского государства 1768 и 1769 года. Т. I / И.И. Лепехин. СПб., 1771.-532 с.

64. Малов, Е. Древние грамоты и разные документы: материалы для истории Казан, епархии, собр. прот. Евфимием Маловым / Е. Малов. Казань, 1902. -54 с.

65. Малов, Е. Опись Свияжского Богородицкого мужского монастыря 1614 года / Е. Малов // Изв. по Казан, епарх., изд. при Казан, духов, акад. за 1892 год. Казань, 1892. -№ 17. - С. 468-490; № 18. - С. 499-517.

66. Материалы для русской истории // Москвитянин. — 1846. № 1, ч. 1. — С. 155-167.

67. Мельников, С. Акты исторические и юридические и древние грамоты Казанской и других соседственных губерний. Т. I / С. Мельников. Казань, 1859. -231 с.

68. Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего правительствующего Синода. Т. III (1723 г.). СПб., 1878. - 667+CDLXI стб.+84+4+VI с.

69. Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего правительствующего Синода. Т. IV (1724 г.). СПб., 1880. - 560+CXXVI стб. + 80+II с.

70. Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего Синода. Т. I. (1542-1721 гг.). СПб., 1868. - 775+CCCCLXXV стб. +87+5+ III с.

71. Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего Синода. Т. II. Ч. I. СПб., 1879. - 1199 + DC стб. + 133 с.

72. Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего Синода. Т. II. Ч. II. СПб., 1879. - 652+XCI стб.+61+ II с.

73. Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего Синода. Т. V (1725 г.). СПб., 1897. - 672+DLXXXIV стб. +84+11 с.

74. Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего Синода. Т. XI. СПб., 1903.-4 C.+1323 стб.

75. Описание документов и дел, хранящихся в архиве святейшего Синода. Т. XIV (1734 г.). СПб., 1910. - VI с.+1127 стб.

76. Писцовая книга Казанского уезда 1647-1656 годов / сост. И.П. Ермолаев, Д.А. Мустафина. М.: Изд. центр Ин-та Рос. истории РАН, 2001. - 541 с.

77. Полное собрание законов Российской империи. Т. I. — СПб., 1830. — XXXI+1029+12 с.

78. Полное собрание законов Российской империи. Т. II. СПб., 1830. — 971+2 с.

79. Полное собрание законов Российской империи. Т. III. СПб., 1830.690 с.

80. Полное собрание законов Российской империи. Т. IV. — СПб., 1830. — 881+3 с.

81. Полное собрание законов Российской империи. Т. IX. — СПб., 1830. — 1023 с.

82. Полное собрание законов Российской империи. Т. V. — СПб., 1830. —780 с.

83. Полное собрание законов Российской империи. Т. VI. СПб., 1830. —815 с.

84. Полное собрание законов Российской империи. Т. VII. СПб., 1830.922 с.

85. Полное собрание законов Российской империи. Т. VIII. — СПб., 1830. -1014 с.

86. Полное собрание законов Российской империи. Т. X. СПб., 1830. —995 с.

87. Полное собрание законов Российской империи. Т. XI. СПб., 1830. —988 с.

88. Полное собрание законов Российской империи. Т. XII. СПб., 1830.960 с.

89. Полное собрание законов Российской империи. Т. XIV. — СПб., 1830.- 863 с.

90. Полное собрание законов Российской империи. Т. XV. СПб., 1830. -1050 с.

91. Полное собрание законов Российской империи. Т. XVI. — СПб., 1830. -1080+103 с.

92. Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. Т. I. 1721. Царствование государя царя и великого князя Петра Алексеевича. СПб., 1869. — 16+349+33 с.

93. Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. Т. II. 1722. Царствование государя императора Петра I. СПб., 1872. - 28+685+73 с.

94. Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. Т. IV. 1724 — 1725 января 28. Царствование государя императора Петра I. — СПб., 1876. — 16+365 с.

95. Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. Т/У. 28 января 1725 — 5 мая 1727. Царствование государыни императрицы Екатерины I. — СПб., 1881. 512+83 с.

96. Полное собрание русских летописей. Т. XIII. Половина 1. Летописный сборник, именуемый Патриаршею или Никоновскою летописью. СПб., 1904.-532 с.

97. Полное собрание русских летописей. Т. XIX: История о Казанском царстве (Казанский летописец). — М.: Яз. рус. культуры, 2000. — ХЬ+530 с.

98. Полное собрание русских летописей. Т. XXIX. Летописец начала царства царя и великого князя Ивана Васильевича. — Александро-Невская летопись.- Лебедевская летопись. — М.: Наука, 1965. — 390 с.

99. Пономарев, A.A. Отрывок из Цивильской старины / A.A. Пономарев // Памятная книга Казанской губернии на 1861 и 1862 год. — Казань, 1862. — Отд. IV.-С. 59-64.

100. Продолжение Древней российской вивлиофики. Ч. V. — СПб., 1789.314 с.

101. Российское законодательство Х-ХХ веков: в 9 т. Т. 2. Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. — М.: Юрид. лит., 1985. 520 с.

102. Российское законодательство Х-ХХ веков: в 9 т. Т. 3. Акты земских соборов. — М.: Юрид. лит., 1985. — 512 с.

103. Сборник историко-статистических материалов по Симбирской губернии. Симбирск, 1868. - 281+41+Ш с.

104. Список с писцовой и межевой книги города Свияжска и уезда письма и межеванья Никиты Васильевича Борисова и Дмитрия Андреевича Кикина (1565-1567 г.). Казань, 1909. - 143 с.

105. Федотов-Чеховский, А. Акты, относящиеся до гражданской расправы древней России. Т. I / А. Федотов-Чеховский. — Киев, 1860. — 500 стб.

106. Федотов-Чеховский, А. Акты, относящиеся до гражданской расправы древней России. Т. II / А. Федотов-Чеховский. — Киев, 1863. 909 стб.

107. Черкасова, М.С. Документы из архива Троице-Алатырского монастыря начала XVII в. / М.С. Черкасова // Map. археогр. вестн. 2006. - № ?. - С. 121140.

108. Черкасова, М.С. Документы по истории мордвы первой половины XVII века из архива Троице-Алатырского монастыря / М.С. Черкасова // Map. археогр. вестн. 2009. -№ 19. - С. 136-166.

109. Чибис, A.A. Вотчина Троице-Свияжского монастыря в XVI-XVII веках: (документы из Государственного исторического архива Чувашской Республики) / A.A. Чибис // Map. археогр. вестн. 2008. - № 18. - С. 184-197.

110. Шумаков, С. Обзор «Грамот Коллегии экономии». Вып. I. Обзор бежецких (1300-1767 гг.) и алатырских (1607-1761 гг.) актов / С. Шумаков. — М., 1899.-169 с.

111. Шумаков, С. Сотницы (1537-1597 гг.), грамоты и записи (1561-1696 гг.) / С. Шумаков. -М., 1902. 272 с.

112. Шумаков, С. Сотницы, грамоты и записи / С. Шумаков // Чтения в императ. О-ве истории и древностей рос. при Моск. ун-те. — М., 1911. Кн. 3 (238). Материалы исторические. - С. 19-25.1. Монографии

113. Айплатов, Г.Н. Монастырская колонизация Марийского Поволжья. По материалам Спасо-Юнгинского монастыря Козьмодемьянского уезда 16251764 гг.: Исследование. Тексты документов / Г.Н. Айплатов, А.Г. Иванов; Map. гос. ун-т. Йошкар-Ола: МарГУ, 2000. - 464 с.

114. Алатырская старина: сб. ист. очерков В.Э. Красовского. М.: ГП «КНИСС», 1995.-72 с.

115. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь. — М., 1905. 39 с.

116. Амвросий. История Российской иерархии. Ч. I. М., 1807. - 647+V с.

117. Амвросий. История Российской иерархии. Ч. II. М.,1810. - CLIX + 685+5 с.

118. Амвросий. История Российской иерархии. Ч. III. М., 1811. - 761 с.

119. Амвросий. История Российской иерархии. Ч. IV. М.,1812. - 887+Vс.

120. Амвросий. История Российской иерархии. Ч. V. М.,1813. - 737+Шс.

121. Амвросий. История Российской иерархии. Ч. VI. — М.,1815. 1148+IIIс.

122. Анисимов, Е.В. Податная реформа Петра I. Введение подушной подати в России 1719-1728 гг. / Е.В. Анисимов. Л.: Наука, 1982. - 296 с.

123. Баженов, Н. Казанская история. Ч. II. По покорении Казани / Н. Баженов. — Казань, 1847. — 151 с.

124. Бахмустов, С. Монастыри Мордовии / С. Бахмустов. Саранск: Мор-дов. кн. изд-во, 2000. — 850 с.

125. Богословский, Г. Краткий исторический очерк Казанской епархии: с прил. биогр. сведений о казан, архипастырях / Г. Богословский. Казань, 1892. — 155 с.

126. Браславский, Л. Ю. Православные храмы Чувашии / Л.Ю. Браслав-ский. Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 1995. — 350 с.

127. Браславский, Л. Ю. Храмы, приходы и монастыри Чебоксарской и Чувашской епархии / Л.Ю. Браславский. — Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2003. — 223 с.

128. Булыгин, И.А. Монастырские крестьяне в России в первой четверти XVIII века / И.А. Булыгин. М.: Наука, 1977. - 327 с.

129. Верхний Услон: край родной, навек любимый. — Казань: Изд-во «По городам и весям», 2001. — 368 с.

130. Веселовский, С.Б. Дьяки и подьячие XV-XVII веков / С.Б. Веселов-ский. М.: Наука, 1975. - 607 с.

131. Веселовский, С.Б. Село и деревня в Северо-Восточной Руси XIV -XVI вв. / С.Б. Веселовский. — М.: Л.: Соцэкгиз, 1936. — 166 с.

132. Волга от Твери до Астрахани / сост. Н.П. Боголюбов. СПб., 1862. —415 с.

133. Горская, H.A. Монастырские крестьяне Центральной России в XVII в.: о сущности феод.-крепостн. отношений / H.A. Горская. — М.: Наука, 1977. — 365 с.

134. Горчаков, М. Монастырский приказ. (1649-1725 г.): опыт ист.-юрид. исслед. / М. Горчаков. СПб., 1868. - 296+159 с.

135. Денисов, П.В. Религиозные верования чуваш: ист. этногр. очерки / П. В. Денисов. — Чебоксары: Чуваш, гос. изд-во, 1959. - 408 с.

136. Димитриев, В.Д. Землевладение и хозяйство Чебоксарского Троицкого монастыря во второй половине XVI-XVII вв.: (исслед. и док.) / В.Д. Димитриев, A.A. Чибис. Чебоксары: Б.и., 2006. - 75 с.

137. Димитриев, В.Д. История Чувашии XVIII века (до Крестьянской войны 1773-1775 годов) / В.Д. Димитриев. Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 1959. — 530 с.

138. Димитриев, В.Д. Чебоксары. Очерки истории города конца XIII-XVII веков / В.Д. Димитриев. — Чебоксары: Чуваш, гос. ин-т гуманитар, наук, 2003. — 178 с.

139. Димитриев, В.Д. Чувашия в эпоху феодализма (XVI-начало XIX вв.) / В.Д. Димитриев. Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 1986. — 456 с.

140. Ермолаев, И.П. Среднее Поволжье во второй половине XVI — XVII вв. (Управление Казанским краем) / И.П. Ермолаев. — Казань: Изд-во Казан, ун-та, 1982.-223 с.

141. Завьялов, А. Вопрос о церковных имениях при императрице Екатерине II / А. Завьялов. СПб., 1900. - 300 с.

142. Зайцев, A.B. Дореволюционная российская историография христианизации народов Среднего Поволжья / A.B. Зайцев, Т.С. Сергеев. Чебоксары: Чуваш, гос. пед. ун-т., 2009. — 168 с.

143. Зверинский, В.В. Материал для историко-топографического исследования о православных монастырях в Российской империи: с библиогр. указ. Т. II. Монастыри по штатам 1764, 1786 и 1795 годов / В.В. Зверинский. СПб., 1892. -462 с.

144. Зверинский, В.В. Материал для историко-топографического исследования о православных монастырях в Российской империи: с библиогр. указ. Т. III. Монастыри, закрытые до царствования императрицы Екатерины II / В.В. Зверинский. СПб., 1897. - 259 с.

145. Зимин, A.A. И.С. Пересветов и его современники: очерки по истории рус. общ. полит, мысли сер. XVI века / A.A. Зимин. — М.: Изд-во АН СССР, 1958.-498 с.

146. Зимин, A.A. Крупная феодальная вотчина и социально-политическая борьба в России (конец XV-XVI вв.) / A.A. Зимин. М.: Наука, 1977. - 356 с.

147. Зимин, A.A. Реформы Ивана Грозного: очерки соц. экон. и полит, истории России сер. XVI в. / A.A. Зимин. - М.: Соцэкгиз, 1960. - 511 с.

148. Иванов, А.Г. Очерки по истории Марийского края XVIII века / А.Г. Иванов. Йошкар-Ола: Map. кн. изд-во, 1995. — 367 с.

149. Ивина, Л.И. Внутреннее освоение земель в России в XVI в.: ист.-геогр. исслед. по материалам монастырей / Л.И. Ивина. — Л.: Наука, 1980. 273 с.

150. Ивина, Л.И. Крупная вотчина Северо-Восточной Руси конца XIV — первой половины XVI в. / Л.И. Ивина. — Л.: Наука, 1979. — 223 с.

151. Износков, И. Об образовании инородцев и о миссии в Казанской епархии: (ист. очерк) / И. Износков. М., 1909. - 121 с.

152. Изоркин, A.B. Ядрин. Исторический очерк / A.B. Изоркин. — Чебоксары: Изд-во «Калем», 2003. — 232 с.

153. История крестьянства России с древнейших времен до 1917 г.: в 5 т. Т. 3. Крестьянство периода позднего феодализма (середина XVII в. 1861 г.). — М.: Наука, 1993. - 664 с.

154. История крестьянства СССР с древнейших времен до Великой Октябрьской социалистической революции: в 5 т. Т. 2. Крестьянство в периоды раннего и развитого феодализма. — М.: Наука, 1990. — 615 с.

155. Каменцева, Е.И. Русская метрология / Е.И. Каменцева, Н.В. Устюгов. М.: Высш. шк., 1975. - 326 с.

156. Карамзин, П. Явление чудотворной иконы св. Николая Мирликийско-го в городище Промзине Симбирской губернии и исторический очерк Промзина / П. Карамзин. Саратов, 1893. — 20 с.

157. Карташев, A.B. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 2 / A.B. Кар-ташев. — М.: Терра, 1992. — 568 с.

158. Ключевский, В.О. Русская история: полный курс лекций в трех кн. Кн. 2 / В.О. Ключевский. М.: Мысль, 1993. - 592 с.

159. Ковальченко, И.Д. Методы исторического исследования / И.Д. Ко-вальченко. М.: Наука, 2003. - 468 с.

160. Комиссаренко, А.И Русский абсолютизм и духовенство в XVIII в.: (очерки истории секуляризац. реформы 1764 г.) / А.И. Комиссаренко. М.: Изд-во Всесоюз. заоч. политехи, ин-та, 1990. - 202 с.

161. Копанев, А.И. История землевладения Белозерского края XV — XVI вв. / А.И. Копанев. -М.: JL: Наука, 1951.-254 с.

162. Красовский, В.Э. Алатырский Свято-Троицкий мужской монастырь Симбирской епархии (историко-археологическое описание) /В.Э. Красовский. — Симбирск, 1899. 24 с.

163. Красовский, В.Э. Киево-Николаевский бывший Покровский Ладин-ский Подгорский новодевичий монастырь Симбирской епархии: (ист.-археол. описание) / В.Э. Красовский. Симбирск, 1899. — 22 с.

164. Красовский, В.Э. Хронологический перечень событий в Симбирской губернии 1372-1901 / В.Э. Красовский. Симбирск, 1901. - 181+XXXII с.

165. Кузнецов, И.Д. Очерки по истории чувашского крестьянства / И.Д. Кузнецов. Чебоксары: Чуваш, гос. изд-во, 1957. —344 с.

166. Макарий (Булгаков, М.П.). История Русской Церкви. Кн. II. История Русской Церкви в период совершенной зависимости ее от Константинопольского патриарха (988-1240) / Макарий (Булгаков М.П.). М.: Изд-во Спасо-Преображ. Валаам, монастыря, 1995. — 703 с.

167. Макарий (Булгаков, М.П.). История Русской Церкви. Кн. III. История Русской Церкви в период постепенного перехода ее к самостоятельности (12401589) / Макарий (Булгаков М.П.). — М.: Изд-во Спасо-Преображ. Валаам, монастыря, 1995. 703 с.

168. Макарий (Булгаков, М.П.). История Русской Церкви. Кн. IV, ч. I: История Русской Церкви в период постепенного перехода ее к самостоятельности (1240-1589) / Макарий (Булгаков М.П.). М.: Изд-во Спасо-Преображ. Валаам, монастыря, 1996.-591 с.

169. Макарий (Булгаков, М.П.). История Русской церкви. Т. VI. В период разделения ее на две митрополии. 1448-1589. Кн. I / Макарий (Булгаков М.П.). — СПб., 1870. -383+VIII с.

170. Макарий (Булгаков, М.П.). История Русской церкви. Т. VII. В период разделения ее на две митрополии. (1448-1589). Кн. II / Макарий (Булгаков М.П.). -СПб., 1874.-528 с.

171. Макаров, Д.М. Самодержавие и христианизация народов Среднего Поволжья (XVI-XVIII вв.) / Д.М. Макаров. Чебоксары: Б. и., 2000. - 279 с.

172. Малов, Е. Малоюнгинская пустынь Казанской епархии. История пустыни и современное ее состояние / Е. Малов. — Казань, 1892. — 32 с.

173. Малов, Е. Свияжская Подгородная Макарьевская пустынь / Е. Малов. -Казань, 1897.-42 с.

174. Маньков, А.Г. Уложение 1649 года — кодекс феодального права России / А.Г. Маньков. Л.: Наука, 1980. - 271 с.

175. Милюков, П. Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия и реформа Петра Великого / П. Милюков. СПб., 1905. - XV+678 с.

176. Михайлов, С.М. Собрание сочинений: автобиография, статьи и корреспонденции, публикации документов, очерки и рассказы, фольклорные записи, письма / С.М. Михайлов. Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2004. - 510 с.

177. Можаровский, А. Изложение хода миссионерского дела по просвещению казанских инородцев с 1552 по 1867 года / А. Можаровский. М., 1880. — 261+11 с.

178. Можаровский, А. Покорение Казани Русской державе и христианству / А. Можаровский. Казань, 1871. - 52 с.

179. Муравьев, А.Н. Русская Фиваида на Севере / А.Н. Муравьев. СПб., 1855.-504 с.

180. Никольский, Н.В. Собрание сочинений: в 4 т. Т. 2. Труды по истории христианизации и христианского просвещения чувашей / Н.В. Никольский. — Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2007. — 447 с.

181. Обновление Цивильского Тихвинского монастыря в Казанской епархии. -Казань, 1872. 16 с.

182. Описание Киево-Николаевского новодевичьего монастыря. — М., 1913.-36 с.

183. Описание Цивильского Богородицкого общежительного монастыря Казанской епархии и чудотворной иконы пресвятой Богородицы, называемой Тихвинскою. Казань, 1887. - 68 с.

184. Очерки истории СССР. Период феодализма. XVII в. М.: Изд-во АН СССР, 1955.-1032 с.

185. Очерки истории СССР. Период феодализма: конец XV в. — начало XVII в. М.: Изд-во АН СССР, 1955. - 959 с.

186. Пегенеева, И.А. Монастырская вотчина Марийского края в конце ХУ1-ХУШ веках.: дис. . канд. ист. наук /И.А. Пегенеева. — Йошкар-Ола, 2002. — 340 с.

187. Перетяткович, Г. Поволжье в XV и XVI веках: (очерки из истории края и его колонизации) / Г. Перетяткович. М., 1877. — 331 с.

188. Перетяткович, Г. Поволжье в XVII и начале XVIII века: (очерки из истории колонизации края) / Г. Перетяткович. — Одесса, 1882. — Ш+399+П с.

189. Платон (Любарский). Сборник древностей Казанской епархии и других приснопамятных обстоятельств / Платон (Любарский). Казань, 1868. — 230+П с.

190. Покровский, И.М. Русские епархии в ХУ1-Х1Х вв., их открытие, состав и приделы: опыт церков.-ист., стат. и геогр. исслед. Т. I / И.М. Покровский. — Казань, 1897. 534+ХЬУШ с.

191. Приволжские города и селения в Казанской губернии с картою р. Волги и рисунками. Казань, 1892. — 203.

192. Прокофьева, Л.С. Вотчинное хозяйство в XVII в.: (по материалам Спасо-Прилуц. монастыря) / Л.С. Прокофьева. — М.; Л.: Наука, 1959. 119 с.

193. Прошин, Г.Г. Черное воинство: (русский православный монастырь. Легенда и быль) / Г.Г. Прошин. — М.: Политиздат, 1988. — 350 с.

194. Ратшин, А. Полное собрание исторических сведений о всех бывших в древности и ныне существующих монастырях и примечательных церквах в России / А. Ратшин. -М., 1852. 564+45 с.

195. Русские монастыри. Поволжье: Костромская, Ивановская, Нижегородская, Йошкар-Олинская, Чебоксарские епархии. — Новомосковск: Изд-во «Очарованный странник»; М.: Изд-во «Троица», 2003. — 575 с.

196. Русское православие: вехи истории. — М.: Изд-во полит, лит., 1989. — ,719 с.

197. Рыбушкин, М. Краткая история города Казани. Ч. II / М. Рыбушкин. — Казань, 1834.- 163 с.

198. Савич, A.A. Соловецкая вотчина XV-XVII вв.: (опыт изучения хозяйства и социальных отношений на крайнем русском Севере в древней Руси) / A.A. Савич. Пермь: О-во ист., филос. и соц. наук при Перм. гос. ун-те, 1927. - 280 с.

199. Скрынников, Р.Г. Царство террора / Р.Г. Скрынников. СПб.: Наука, 1992.-571 с.

200. Смирнов, И.И. Очерки политической истории Русского государства 30-50-х годов XVI века / И.И. Смирнов. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1958. - 516 с.

201. Смолич, И.К. История русской церкви. 1700-1917. Ч. I / И.К. Смолич. — М.: Изд-во Спасо-Преображ. Валаам, монастыря, 1996. — 799 с.

202. Смолич, И.К. История русской церкви. 1700-1917. Ч. II / И.К. Смолич. -М.: Изд-во Спасо-Преображ. Валаам, монастыря, 1997. — 799 с.

203. Смолич, И.К. Русское монашество 988-1917. Жизнь и учение старцев. Приложение к «Истории русской церкви» / И.К. Смолич. М.: Церк.-изд. центр «Православ. энцикл.», 1997. - 607 с.

204. Соловьев, А. Упраздненные монастыри и пустыни Симбирской епархии / А. Соловьев. Симбирск, 1909. - XVI+193 с.

205. Списки населенных мест Российской империи. T. XIV. Казанская губерния. СПб., 1859. - LXXIX+237 с.

206. Стариков, C.B. Православные храмы и монастыри Марийского края / C.B. Стариков, О.Г. Левенштейн. Йошкар-Ола: Изд-во «Периодика Марий Эл», 2001.- 159 с.

207. Степанов, И.В. Крестьянская война в России в 1670-1671 гг. Восстание Степана Разина. Т. I / И.В. Степанов. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1966. — 371 с.

208. Строев, П.М. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской церкви / П.М. Строев. СПб., 1877. - 1055+67 стб.

209. Таймасов, Л.А. Православная церковь и христианское просвещение народов Среднего Поволжья во второй половине XIX — начале XX века / Л.А. Таймасов. Чебоксары: Изд-во Чуваш, ун-та, 2004. — 523 с.

210. Титов, A.A. Троицкий Макарьевский Желтоводский монастырь / A.A. Титов.-М., 1910.-160 с.

211. Тихомиров, М.Н. Россия в XVI столетии / М.Н. Тихомиров. М.: Изд-во АН СССР, 1962. - 583 с.

212. Церковь в истории России (IX—1917 г.): крит. очерки. М.: Наука, 1967.-336 с.

213. Чебоксарский Свято-Троицкий мужской монастырь. — Чебоксары: Изд-во Чебоксар. Свято-Троиц. муж. монастыря, 2008. 19 с.

214. Черкасова, М.С. Крупная феодальная вотчина в России конца XVI-XVII веков: (по архиву Троице-Сергиевой лавры) / М.С. Черкасова. М.: Древлехранилище, 2004.-395 с.

215. Юдин, П.Л. Свияжский Иоанно-Предтеченский девичь монастырь и его замечательные святыни / П.Л. Юдин. — Казань, 1892. 40 с.

216. Яблоков, А. Город Свияжск Казанской губернии и его святыни: ист.-археол. очерк / А. Яблоков. Казань, 1907. — 211+XLVI с.

217. Яблоков, А. Первоклассный мужской Успенско-Богородицкий монастырь в городе Свияжске Казанской губернии / А. Яблоков. Казань, 1906. - 179 с.255 Статьи

218. Алюшин, М. Загадка Цивильской обители / М. Алюшин // Совет. Чувашия. -2009. — 15 мая. С. 3.

219. Барсов, И. Бывший Николаевский девичий монастырь в г. Чебоксарах / И. Барсов // Изв. О-ва археологии, истории и этнографии при императ. Казан, ун-те. 1898. - Т. 14, вып. 5. - С. 519-535.

220. Барсов, И. Сретенская Владимирская пустынь, (ныне Чувашская женская община) / И. Барсов // Изв. по Казан, епархии, изд. при Казан, духов, акад. за 1914г.- 1914.-№30-31.-С. 959-962.

221. Богословский, М. Северный монастырь в ХУП-м веке / М. Богословский // Вестн. Европы: журн. истории, политики, лит. — 1908. — Т. 1У(243). — С. 278-306.

222. Булыгин, И.А. Церковная реформа Петра I / И.А. Булыгин // Вопросы истории. 1974. - № 5. - С. 79-93.

223. Васильев, М. Распространение христианства в Казанском крае: (крат, ист. очерк) / М. Васильев // Изв. по Казан, епархии, изд. при Казан, духов, акад. за 1904 год. 1904. -№ 32. - С. 1046-1062.

224. Веселовский, С.Б. Монастырское землевладение в Московской Руси во второй половине XVI в. / С.Б. Веселовский // Ист. зап. 1941. - Т. 10. - С. 95— 116.

225. Глаголева, А. Извлечение из краткого обозрения древних русских зданий и других отечественных памятников / А. Глаголева // Журн. МВД. 1840.- № 2 (февр.), ч. XXXV. С. 255-268.

226. Голубцов, И.А. К истории податной реформы 1679-1681 гг. / И.А. Голубцов // Ист. архив. 1959. - № 5. - С. 155-161.

227. Город Чебоксары, его святыни, монастыри, храмы и достопримечательности // Изв. по Казан, епархии, изд. при Казан, духов, акад. за 1906 г. 1906.- № 20. С. 626-632; № 21. - С. 647-660; № 22. - С. 689-693.

228. Горфункель, А.Х. Рост землевладения Кирило-Белоозерского монастыря в конце XVI и XVII вв. / А.Х. Горфункель // Ист. зап. 1963. - Т. 73. - С. 219-258.

229. Димитриев, В.Д. Из истории городов Чувашии второй половины XVI-XVII веков / В.Д. Димитриев // Вопросы истории Чувашии. Чебоксары, 1965. — С. 135-183. - (Ученые записки / НИИ яз., лит., истории и экономики при Совмине Чуваш. АССР; вып. XXIX).

230. Димитриев, В.Д. Чебоксары во второй половине XVI XVII веках: административный центр, военная крепость. Монастыри и церкви / В.Д. Димитриев // Вестн. Чуваш, ун-та. - 1999. - № 1-2. Гуманитар, науки. - С. 3-21.

231. Замечательные селения по Волге в пределах Казанской губернии // Памятная книга Казанской губернии на 1866/67 год. — Казань, 1866. Отд. IV. -С. 3-54.

232. Замечательные селения по Волге в пределах Казанской губернии // Памятная книга Казанской губернии на 1868-1869 гг. — Казань, 1868. Отд. III. -С. 3-22.

233. Иванов, А.Г. Из истории монастырских крестьян Марийского края в XVIII века: (по материалам Спасо-Юнгинского монастыря) / А.Г. Иванов // Из истории крестьянства Марийского края. — Йошкар-Ола, 1980. — С. 66-88. (Труды / Map. НИИ; вып. 44).

234. Кроковский, А. Чебоксарский второй Николаевский собор / А. Кро-ковский // Казан, губерн. ведомости. — 1849. № 2 (10 янв.). - Ч. неофиц., отд. I. — С. 29-30.

235. Кроковский, М. Краткое описание Спасского монастыря, существовавшего на Малой Юнге в Козьмодемьянском уезде / М. Кроковский // Казан, губерн. ведомости. — 1849. — № 33. — Ч. неофиц., отд. I. — С. 326-331.

236. Летопись Богоявленской церкви села Исакова Свияжского уезда // Изв. по Казан, епарх., изд. при Казан, духов, акад. за 1897 год. Казань, 1897. -№ 19.-С. 529-530.

237. Местная археология // Казан, губерн. ведомости. — 1848 — № 11 (15 марта), ч. неофиц.; № 12 (22 марта), ч. неофиц. С. 75-77.

238. Нестеров, В. Забытый монастырь / В. Нестеров // Чебоксар, новости. -1993.-16окт.-С. 3.

239. Нестеров, В. Царь и великий князь Иван Васильевич велел в Чебокса-рех устроити манастырь / В. Нестеров // Чебоксар, новости. 1992. - 3 июня. - С. 3.

240. Нестеров, В.А. Чувашия в составе Русского государства во второй половине XVI и начале XVII веков: (очерк соц.-полит. истории) / В.А. Нестеров // Материалы по истории Чувашской АССР. Чебоксары, 1958. - С. 129-149.

241. Никольский, Н.К. Общинная и келейная жизнь в Кирилло-Белоозерском монастыре в XV и XVI веках, и в начале XVII-го / Н.В. Никольский

242. Христ. чтения. 1907. - Авг. - С. 125-189; 1908. - Февр. - С. 267-292; Июнь-июль. - С. 880-907.

243. Нурминский, С. Влияние монастырей на расселение народное в Казанском крае / С. Нурминский // Православ. собеседник, изд. при Казан, духовн. акад. Казань, 1864. - Ч. I. - С. 3-30, 181-226.

244. Покровский, И.М. К истории казанских монастырей до 1764 г. / И.М. Покровский // Изв. О-ва археологии, истории и этнографии при императ. Казан, ун-те. Казань, 1902. - T. XVIII, вып. 1-3. - С. 1-80+XXV.

245. Романов, Н.Р. Новый документ XVII века о вооруженном выступлении чувашских крестьян против захвата земли монастырем / Н.Р. Романов // Записки / НИИ яз., лит. и истории при Совмине Чуваш. АССР. Чебоксары, 1952. — Вып. VI.-С. 109-117.

246. Романов, Н.Р. Чувашия в XVII веке. Участие чувашского народа в Крестьянской войне под предводительством С.Т. Разина / Н.Р. Романов // Материалы по истории Чувашской АССР. — Чебоксары, 1958. — С. 150-207.

247. Рябинский, К.С. Малоюнгинский монастырь (1627-1764) / К.С. Ря-бинский // Изв. О-ва археологии, истории и этнографии при императ. Казан, унте. 1895. - T. XIII, вып. 1. - С. 1-9.

248. Савич, A.A. Главнейшие моменты монастырской колонизации Русского Севера / A.A. Савич // Сб. О-ва ист., филос. и соц. наук при Перм. ун-те. — Пермь, 1927. Вып. 3. - С. 47-115.

249. Село Услон (Верхний) // Изв. по Казан, епарх., изд. при Казан, духов, акад. за 1881 год.-Казань, 1881.-№7.-С. 173-188.

250. Соловьев, А.И. Алатырская Духовская пустынь: (сост. по арх. док., собр. К.И. Невоструевым) / А.И. Соловьев // Симбирская церковная старина. — Симбирск, 1917. Вып. 3. - С. 56-70.

251. Статистический очерк Свияжского уезда // Казан, губерн. ведомости.- 1847. -№. 14, ч. неофиц. С. 189-192.

252. Харлампович, К. Казанские новокрещенские школы. (К истории христианизации инородцев Казанской епархии в XVIII в.) / К. Харлампович // Изв. О-ва археологии, истории и этнографии при императ. Казан, ун-те. — Казань, 1906.-Т. 21.-Вып. 1.-С. 1-91.

253. Хронусов, М. История Свияжского Иоанно-Предтеченского монастыря / М. Хронусов // Изв. по Казан, епарх., изд. при Казан, духов, акад. за 1870 г. Казань, 1870. - № 19. - С. 597-600; № 20. - С. 624-635; № 23. - С. 729-735.

254. Хрусталев, А. Очерк распространения христианства между иноверцами Казанского края / А. Хрусталев // Миссионерский противомусульманский сборник.: тр. студентов миссионер, противомусульман. отд. при Казан, духов, акад. Казань, 1897. - Вып. V. - С. 15-29.

255. Цивильский Богородицкий монастырь // Прибавлен, к Казан, губерн. ведомост. 1844. - 16 окт. (№ 42). - Стб. 583-588.

256. Черкасова, М.С. Вотчина Троице-Алатырского монастыря в XVII-начале XVIII в. / М.С. Черкасова // Map. археогр. вестн. 2003. - № 13. - С. 4-12.

257. Чибис, A.A. Монастырское землевладение в Чувашской крае во второй половине XVI XVII вв.: (на примере Чебоксарского Троицкого и Чебоксарского Преображенского монастырей) / A.A. Чибис // Вестн. Чуваш, ун-та. - 2006.- № 6: Гуманитар, науки. — С. 131-138.

258. Энциклопедии, словари, справочники

259. Краткая Чувашская энциклопедия. — Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 2001.-526 с.

260. Нестеров, В.А. Населенные пункты Чувашской АССР. 1917-1981 годы: справ, об адм.-территор. делении / В.А. Нестеров. — Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 1981.-352 с.

261. Православная энциклопедия. Русская православная церковь. — М.: Церков.-науч. центр «Православ. энцикл.», 2000. — 655 с.

262. Русский биографический словарь. Т. 5. Гербенский Гогенлоэ. — М., 1916.-442 с.

263. Справочная книга по Казанской епархии. — Казань, 1904. — 798+XXIXс.

264. Философский энциклопедический словарь. — М.: Совет, энцикл., 1989.-814 с.

265. Энциклопедический словарь. Т. XIII 25. Имидоэфиры Историческая школа / изд. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. - СПб., 1894. - 480 с.1. Интернет — ресурсы

266. Дмитрий Медведев встретился с участниками Архиерейского собора 3 февраля 2011 г (Москва, Кремль) // Президент России: официальный сайт. URL: http://special.kremlin.ru/transcripts/10220 (01.04.2011).