автореферат диссертации по истории, специальность ВАК РФ 07.00.02
диссертация на тему:
Повседневная жизнь русского православного монастыря во второй половине XIX - первой четверти XX вв.

  • Год: 2007
  • Автор научной работы: Стикина, Надежда Викторовна
  • Ученая cтепень: кандидат исторических наук
  • Место защиты диссертации: Вологда
  • Код cпециальности ВАК: 07.00.02
Диссертация по истории на тему 'Повседневная жизнь русского православного монастыря во второй половине XIX - первой четверти XX вв.'

Полный текст автореферата диссертации по теме "Повседневная жизнь русского православного монастыря во второй половине XIX - первой четверти XX вв."

На правах рукописи

СТИКИНА Надежда Викторовна

ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ РУССКОГО ПРАВОСЛАВНОГО МОНАСТЫРЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX — ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ XX ВВ. (НА МАТЕРИАЛАХ ВОЛОГОДСКОЙ ЕПАРХИИ)

Специальность 07 00 02 — отечественная история 07 00 07 — этнография, этнология и антропология

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

ии<з 15ЭЭБ5

Архангельск — 2007

003159955

Работа выполнена на кафедре теории, истории культуры и этнологии ГОУ ВПО «Вологодский государственный педагогический университет»

Научный руководитель

доктор исторических наук, профессор Камкин Александр Васильевич

Официальные оппоненты

доктор исторических наук, профессор Лизунов Павел Владимирович

кандидат исторических наук Давыдов Александр Никонович

Ведущая организация

Институт языка, литературы и истории Коми научного центра УрО РАН

Защита состоится 31 октября 2007 г в 14 часов на заседании Диссертационного совета Д 212 191 02 при Поморском государственном университете имени М В Ломоносова по адресу 163002, г Архангельск, ул Смольный Буян, д 7, учебный корпус ПГУ № 2, ауд 10

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Поморского государственного университета имени М В Ломоносова по адресу 163002, г Архангельск, пр Ломоносова, д 4

Автореферат разослан Л% сентября 2007 г

Ученый секретарь Диссертационного совета,

доктор исторических наук, доцент

Соколова Ф X

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Русский православный монастырь как церковный и социальный институт, как феномен культуры обладает множеством функций и значений. Монастырь — активный субъект политической, социальной, хозяйственно-экономической, культурной в духовной жизни современного ему общества. И в то же время — в силу своего канонического предназначения — он обладает известной автономией, отстраненностью от мира, стабильностью и устойчивостью уклада жизни Таким образом, монастырь предстает как некая константа в динамичном социуме

Православные монастыри и монашество — неотъемлемая часть религиозной традиции русских С одной стороны, монастырь существенно влиял на жизнь и г традиции этноса, поскольку транслировал православное мировоззрение, духовные, нравственные, этические ценности С другой стороны, этническая культура влияла на организацию повседневной жизни монастыря, и он впитывал опыт материальной (хозяйственной, бытовой) и нравственно-этической культуры этноса. Несомненно, монастырь способен аккумулировать религиозные, исторические, социокультурные и этнические начала.

На уровне повседневности преломляются и интегрируются как исторические (экономические, политические, социальные, культурные) особенности развития монастыря, так и этническое своеобразие монастырской жизни Уникальность монастырской повседневности в том, что она соединяет несколько культурных и исторических пластов Изучение истории повседневности русского православного монастыря в эпоху второй половины XIX — первой четверти XX века представляется актуальным, так как будет способствовать решению проблемы соотношения и диалектики традиционного и нового в условиях яркой социокультурной динамики.

Изучение региональной монастырской повседневности в эпоху второй половины XIX — первой четверти XX века позволит увидеть общие закономерности и особенности функционирования повседневной системы существования русского монастыря Важно оно и для нынешней ситуации в российском обществе, когда возрождение традиционного института монашества происходит в условиях динамичных политико-социальных изменений

Степень изученности проблемы. Собственная историография поставленной темы сегодня проходит этап своего становления. Поэтому исследователю монастырской повседневности необходимо использовать практически весь накопленный историографический материал по общей церковной истории, по изучению проблем монастырей и монашества, а также по изучению этноконфессиональной повседневности русских

Дореволюционная историография достаточно обширна и разнообразна. Для второй половины XIX — начала XX века характерно увеличение количества работ, посвященных исследованию истории Русской Православной церкви и ее отдельных аспектов Это связано с повышением общественного интереса к проблемам церкви и разворачиванием дискуссий по поводу состояния и возможного реформирования церковных институтов В этот период были созданы обобщающие

труды, введен в научный оборот огромный массив источников1 В ряде исследований конца XIX — начала XX века история русских монастырей и монашества предстает в качестве самостоятельного предмета изучения2 На этой основе были сформулированы концепции истории Русской Православной церкви в целом и монашества, в частности, разработаны периодизации церковной истории, намечены основные пути дальнейшего изучения поставленных проблем

Заметно оживилась в этот период деятельность местных историков-краеведов, которые внесли огромный вклад в изучение истории и этнографии регионов3. Работы по монастырям Вологодской епархии представлены описаниями обителей, составленными Н. И и И. Н Суворовыми, П И Савваитовым, А К Лебедевым, В К Лебедевым, Л Ильинским, В Поповым, Ф. А Арсеньевым, А Голосовым, А и С Неценными4 Нередко подобные описания составлялись любителями церковной старины (П К Кузнецовым, И Остроумовым, К. Случевским)5, а также монахами (А Воскресенским, Н Светлосановым)6 Эти работы отличались фактологичностью, доступным изложением, обилием личных впечатлений авторов Одновременно высок был интерес к вологодским монастырям со стороны искусствоведов (И К Степановский, Г К. Лукомский)7

Таким образом, этот исследовательский этап можно обозначить как время накопления фактического материала, заложившего основу для изучения монастырей и монашества. Отметим, что для работ того времени характерен акцент на описа-

1 Макарий (Булгаков), митр История Русской церкви - M, 1866-1883 Т 1-12 [Репринт M, 19941997 Т 1-7], Знаменский П В История Русской церкви -Казань, 1870 [Репринт Рагш-Москва, 1996], Доброклонский А П Руководство по истории Русской церкви - М, 1887 [Репринт М, 2001], Голубинский Е Е История Русской церкви. - M, 1880—1917 Т 1-2 [Репринт M, 1997 Т 1-3] и др

2 Казанский П С История православного русского монашества от основания Печерской обители преподобным Антонием до основания Лавры Святой Троицы преподобным Сергием - M., 18SS, Кудрявцев М. История православного монашества - М., 1881 [Репринт M, 1999], Богословский M Северный монастырь в XVII веке // Вестник Европы - 1908 - Кн. 11 - С 278-306, Николь-скийН К Киршшо-Белозерский монастырь и его устройство до второй четверти XVII века, (13971625) Вып. 1 - СПб, 1897, Вып. 2 - СПб, 1910 и др

3 Серебрянский H И Очерки по истории монастырской жизни в псковской земле — M, 1908

4 См Суворов H И Описание Вологодского Спасо-Прилуцкого монастыря - Вологда, 1902, он же Описание Павло-Обнорского монастыря Вологодской епархия - Вологда, 1866, Суворов И H Глушицкнй монастырь Вологодской епархии - Вологда, 1876, Савваитов П И Описание Тотем-ского Спасо-Суморина монастыря и приписной к нему Дедовской Троицкой пустыни — Вологда, 1911, Лебедев А К Успенский женский монастырь в городе Вологде и приписная Николо-Озерская пустынь — Вологда, 1899, Лебедев В К Семигородаяя Успенская пустынь и приписной Ншсоло-Катромский монастырь Вологодской епархии Кадниковского уезда. - Вологда, 1902, Ильинский Л. Описание Тотемского Спасо-Суморина монастыря - M, 1850, Попов В Т Город Тоть-ма - Вологда, 1886, Арсеньев Ф А Ульяновский монастырь у зырян - M, 1889, Голосов А Ве-ликоуспогский Михайпо-Архангельский монастырь Вологодской епархии. - Б/м, б/г, Непеин А Святыни и достопримечательности города Великого Устюга и его окрестностей // Вологодские епархиальные ведомости. -1915 -№11 -С 299-302

5 Кузнецов П H Свято-Троицкая обитель преподобного Павла Обнорского Вологодской губернии - СПб, 1913, Остроумов И Спасо-Каменный на Кубенском озере монастырь // Остроумов И Святыни нашего Севера - СПб , 1897 С 137-150, Случевский К По Северу России - СПб, 1886 Т 1

6 Воскресенский А Свято-Троицкий Павло-Обнорский третьеклассный общежительный мужской монастырь Вологодской епархии - Вологда, 1914, Нестор (Светлосанов), иером Вологодский мужской второклассный Спасо-Прилуцкий монастырь. - Одесса, 1907

7 Степановский И К Вологодская старина. - Вологда, 1890, Лукомский Г К. Вологда в ее старине -СПб, 1914

дня внутренней жизни монастыря, его упоминаемой выше «автономности» Но следует подчеркнуть, чего монастырская повседневность представлена в таких работах на уровне личных наблюдений авторов, описательно Вопросы же взаимосвязи монастыря и социума, монастыря и народной традиционной культуры, собирания и сохранения в монастырях этнокультурных ценностей редко попадали в поле интереса авторов. Лишь в краеведческих описаниях встречаются сюжеты (на уровне авторских впечатлений), иллюстрирующие взаимовлияние «мирской» и монастырской повседневности Тему связи внутренней монастырской жизни и народного благочестия поднимала и литература о старчестве (заметки в провинциальной периодике или в Троицких листках, которые считались «благочестивым чтением для народа»)

Работы советского периода. На первом плане в этих исследованиях — отношения церкви и государства Исследования 1920-х — 1930-х годов отличает пропагандистский подход, ярко выраженная атеистическая агитация8 Период 1940-х— 1950-х годов стал периодом относительного затишья, исследований по истории церкви и церковных институтов практически не велось С 1960-х годов наметился подъем интереса к церковной тематике В этот период сохраняется атеистическая направленность работ, но в то же время заметен профессиональный исторический подход к предмету исследования9 В 1985 году вышла книга Г Г Прошина о православном монастыре, ставшая важным рубежом в изучении темы монастырской повседневности10 Следует отметить, что в течение всего советского периода изучались и публиковались источники по истории монастырей, рассматривались искусствоведческие вопроси, проводились историко-филологические исследования Изучение вологодских монастырей шло именно по этим направлениям"

Авторы, оказавшиеся в советский период за границей, в изучении церковной истории продолжили исследовательские традиции, заложенные в дореволюционный период Именно в них был расширен спектр исследовательской проблематики и поставлены вопросы о феномене русской религиозности, святости, церковного быта и ДР

" Буркин Н Монастыри в России. - М, 1931, Горев М Голод и церковные цевности - М, 1922, Кандидов Б П Монастыри-музеи и антирелигиозная пропаганда. - М, 1929, Материн Н Религия и борьба с вею в Северном крае - М., 1930, Никольский Н. М История Русской церкви. - Минск, 1931

9 Билянец С Тьма и ее слуги (о православных монастырях и монашестве) - Киев, 1960, Будов-ницИ.У Монастыри на Руси и борьба с ними >фестьян в XIV—XVI веках. - М, 1966, Греку-лов Е Ф Церковь, самодержавие, народ, (вторая половина XIX — начало XX века) - М, 1969, он же Православная инквизиция в России. - М, 1964, Зыбковец В Ф Национализация монастырских имуществ в Советской России, (1917-1921 г) - М., 1975, Фрумеяков Г Г Узники Соловецкого монастыря Политическая ссылка в Соловецкий монастырь в XVIII—XIX веках - Архангельск, 1965, он же Соловецкий монастырь и оборона Беломорья в XVI—XIX вв - Архангельск, 1975

10 Прошин Г Г Черное воинство Русский щ>авославный монастырь легенда и быль. - М, 1985

" Евдокимов И. В Север в истории русского искусства. - Вологда, 1921, Томский И И Путеводитель по Северу России. — Сольвычегодск, 1920, Рыбаков А А Художественные памятники Вологды ХШ — начала XX веков - Л., 1980, Тельтевский П А Великий Устюг Архитектура и искусство XVII—XIX веков - М, 1977, Бочаров Г, Выголов В Вологда Кириллов Ферапонгово Белозерск - М, 1979, Баните В, Перцев Н Вологда. - М, 1970, Мильчик М И Северный деревянный монастырь на иконах XVII—XIX веков П Памятники культуры Новые открытия 1978 -Л, 1979 С 339-346, Кукушкина М В Монастырские библиотеки Русского Севера. - М, 1977

12 Карташев А В Очерки по истории Русской деркви В 2-х т - М, 1991, Тальберг Н История Русской церкви. - М., 1997, Поснеловский Д В Русская православная церковь в XX веке - М, 1995 идр

В 1952 году вышло в свет фундаментальное исследование И К Смолича о русском монашестве13

Проблемы взаимовлияния монастыря и этноса, формирования и функционирования системы монастырской повседневности в этот период не были заявлены исследователями, эти вопросы снова остались за рамками научного интереса отечественных авторов. Но в то же время большой вклад в монастырскую историографию сделан исследователями-эмигрантами, которые не только осмыслили результаты предыдущего историографического этапа, но и продолжили изучение церковной истории Более того, ими были заявлены проблемы, имеющие важнейшее значение для развития темы монастырской повседневности и ее связи с духовно-религиозными идеалами народа (яркий тому пример — исследование о старчестве, предпринятое И К. Смоличем)

Современная историография Изучением феномена русских монастырей сегодня занимаются представители различных научных течений, школ и даже разных дисциплин В исторической науке вопросы, связанные с изучением истории монастырей и монашества, рассматриваются в связи с более широкими процессами в истории Русской Православной церкви14 В 2002 году вышла книга П Н Зырянова «Русские монастыри и монашество в XIX и начале XX века»15 Монография впервые освещает функционирование системы монастырей в условиях указанного времени Необходимо отметить и книгу «Монашество и монастыри в России, XI—XX века»16 Основные проблемы истории монашества и монастырей на Русском Севере подняты в работах В Н Булатова, А В Камкина, А А Куратова, Е. В Пащенко17и др За последнее десятилетие состоялся прорыв в изучении провинциальных монастырей изучается история отдельных обителей, история региональных монастырских систем18

Культурологический подход к изучению монашества реализован в диссертационном исследовании Л А Щипакиной19 В рамках этого же подхода написаны статьи Л. Штайндорфа и Л Н Пушкарева20 Актуальны сегодня и проблемы, связанные с ис-

13 Смолот И К. Русское монашество -М, 1997

14 Фирсов С Л Русская церковь накануне перемен, (конец 1890-х - 1918 годы) - М, 2002, Римский С В Православная церковь и государство в XIX веке - Ростов-н/Д, 1998, Федоров В А Русская православная церковь и государство Синодальный период, 1700-1917 гг - М, 2003 и др

13 Зырянов П Н Русские монастыри и монашество в XIX - начале XX века. - М, 2002

16 Монашество и монастыри в России, Х1-ХХ века. - М., 2002

17 Булатов В Н Русский Север Кн 1-5 - Архангельск, 1997-2001, Камкин А В Православная церковь на Севере России. - Вологда, 1992, Куратов А А Православные святыни и святые в истории Архангельского Севера. - Архангельск, 2004, Пащенко Е В Очерки о монастырях и храмах Архангельской области - Архангельск, 1999

18 Овчинников В А Православные монастыри, архиерейские дома и женские общины Томской епархии во второй половине XIX - начале XX века Дис канд. ист наук - Кемерово, 2002, Рад-ченко О И Православные монастыри Самарского края во второй половине ХЕХ-ХХ веках Дис

канд. ист наук - Самара, 1998, Щербич С Н История монастырей Тобольской епархии во второй половине XIX - начале XX века опыт социокультурного исследования Дис канд. ист наук. - Тюмень, 2001 и др

19 Щипакина Л А Монашество в культурном сознания русского православия Дис канд фи-лос наук. - Саранск, 1997

30 Штайвдорф Л Монашеская культура как способ общественного дисцшшшшрования в Московской Руси общеевропейский образец // Русская религиозность проблемы изучения - СПб, 2000 С 41-47, Пушкарев Л Н Своеобразие монашеского менталитета и его роль в формировании нравственности в обществе // Ш Уваровские чтения Русский православный монастырь как явление культуры история и современность -Муром, 2001 С 7-9

кусствоведческим изучением монастыря21 Некоторые аспекты монастырской повседневности стали предметом изучения для филологов22 Изучение вологодских монастырей сегодня идет в рамках названных подходов восстанавливается история как региональной монастырской сети, так и отдельных монастырей, изучаются отдельные аспекты исторического развития обителей края (состав монашеских общин, социальное служение монастырей, закрытие вологодских обителей в 20-е годы XX века и пр ), изучаются особенности архитектурной организации монастырского пространства, место и роль монастырей в историко-культурной жизни края23

Постепенно становятся предметом специального исследования монашеская повседневность, организация монастырского быта. В качестве самостоятельного предмета изучения эту тему в ряде статей предложила Л П Найденова24 В 2002 году в ■серии «Повседневная жизнь человечества» вышли работы Л Мулена и Е В Романен-ко о средневековых европейских и русских монастырях25 Большой интерес к изучению монастырской повседневности проявляет современная этнография Именно этнографы впервые поставили вопрос о необходимости изучения проблемы «вера и этнос», о целесообразности ее рассмотрения Теоретическую постановку этой проблемы осуществила в своих работах М М Громыко26 Московской школой этнографов заявлена необходимость изучения монастыря средствами и методами этнографии, намечены и основные линии и вопросы, которые требуют специального этнографического подхода

21 Стонькова И Н Монастыри восточное и залатой традиции наследие архитектуры Беларуси - М, 2002, Еремина Т Мир русских икон и монастырей. - М., 1998, Пуцко В Г Иконописный портрета! северных русских монастырей- корни локальной художественной традиции // Кириллов Краеведческий альманах Выд 2 - Вологда, 1997 С 207-224, Комеч А И. Русские монастыри история и культура. - М, 2001

22 Судаков Г В Монастырская трапеза в XVI веке // Кириллов Краеведческий альманах Вып. 3 -Вологда, 1998 С 88-92, Святые подвижники и обители Русского Севера. -СПб, 2005

23 Смирнов К Н Судьба монастырей Харовского района. - Вологда, 2003, Спасенкова И В Православная традиция русского города в 1917-1930 гг (на материалах Вологды) Дис канд. ист наук. - Вологда, 1999, Петрова Т Г Закрытие Глушицкого Сосиовецкого Дионисиева Предтечен-ского монастыря в 1924 году // Русская культура на пороге третьего тысячелетия Христианство и культура - Вологда, 2001 С 101-104, Миров А, Мухин А Вологодское разорение Монастыри города // Лад. - 1993 - №8 - С 11-17, Рощевская Л. П Коми монашество как феномен культуры //' Христианизация Коми края и ее роль в развитии государственности и культуры Т 1 — Сыктывкар, 1996 С 234-242, Мартюков А Троице-Гледевский монастырь в Великом Устюге // Советская мысль (Великий Устюг) -1994 - № 144(16379), Зенкова О Троице-Гледенскай монастырь в XIX веке // Советская мысль (Великий Устюг) - 1994 - №51(16286), Юшкова Е Под покровом святого Корнилия // Лад -1992 -№7-8 -С 2-6, Белоярская И К Монастырские комплексы Вологодской области Принципы современной реабилитации Дис канд. архитектуры - СПб, 2002, Камкян А В Островные монастыри в культурном ландшафте Русского Севера // Русская культура на рубеже веков Русское поселение как социокультурный феиомен - Вологда, 2002 С 7-16, Зо-лотова О А Храмы в ландшафтной и планировочной структуре Вологды // Вологда Краеведческий альманах Выл, 4 - Вологда, 2003 С 468-476

24 Найденова Л П О возможных подходах к изучению монастырской жизни // Церковь в истории России. Монашество и монастыри в России Сб 1 - М, 1997 С 197-200, она же Внутренняя жизнь монастыря и монастырский быт (по материалам Соловецкого монастыря) // Монашество и монастыри в России, Х1-ХХ века - М, 2002 С 285-301

25 Мулен Л. Повседневная жизнь средневековых монахов Западной Европы, Х-ХУ века. - М, 2002, Романенко Е В Повседневнаяжюнь русского средневекового монастыря -М.2002

16 Громыко М М, Кузнецов С В, Буганов А, В Православие в русской народной культуре направление исследований // Этнографическое обозрение - 1993 -№б - С 60-68, Громыко М М Православие у русских проблемы этнологического исследования // Православие и русская народная культура. Вып 6 - М, 1996 С 160-185

В рамках такого подхода к изучению монастырской повседневности вышли несколько статей московского этнографа А Ю Андрианова27

Итак, в дореволюционной и советской историографии тема монастырской повседневности оказалась не востребованной Это были этапы накопления фактического и теоретического материала Правда, уже на этих этапах предпринимались попытки начать изучение монастырского уклада жизни (работы историков-краеведов, книга Г Г Пропшна) Сегодня исследователи представляют монастыри и монашество как целостное религиозное, историко-культурное и этнокультурное явление. Изучение феномена русского православного монастыря вышло на междисциплинарный уровень Исследователи подходят к тому, чтобы увидеть монастырскую повседневность как структуру, организованную особым образом и функционирующую по особым закономерностям Центральную роль в этом изучении играют усилия этнографов, ориентирующихся на триаду «каноническое — этническое — локальное». В междисциплинарной зоне этой триады находятся и такие направления как история культуры и культура повседневности

Объектом настоящего исследования выступает русский православный монастырь в эпоху российской модернизации пореформенного времени, а предметом— внутренняя организация повседневного уклада монастырей Вологодской епархии второй половины XIX — первой четверти XX века в его историко-культурном и этническом измерении

Цель диссертационного исследования — изучить повседневность монастырей Вологодской епархии второй половины XIX — первой четверти XX века, В историческом ракурсе она означает исследование взаимодействия и взаимовлияния монастырской повседневности с историко-культурной средой и социумом региона. В рамках этнографического аспекта раскрывается феномен «этнического» в повседневной жизни монастыря, а также его место и роль в народной конфессиональной культуре региона

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

— выявить систему монастырской повседневности, представить описательные, типологические характеристики ее основных элементов в период второй половины XIX — первой четверти XX века,

— установить взаимосвязь монастырской повседневности с историко-культурными и этнокультурными особенностями вологодского региона второй половины XIX — первой четверти XX века,

— определить соотношение исторического, социокультурного, канонического и этнического аспектов в организации монастырской повседневности,

— охарактеризовать функционирование системы монастырской повседневности как внутри корпорации, так и в социуме,

— обозначить место и значение монастырского образа жизни в конфессиональной повседневности населения вологодского региона во второй половине ХК — первой четверти XX века

27 Андрианов А Ю Скитская и монастырская жизнь первой трети XIX века в трудах о Зосимы

(Верховского)//Православие и русская народная культура. Кн 2 -М, 1993 С 44-91, он же Зна-

чение одежды в духовном становлении насельников русских православных монастырей XIX ве-

ка//Православие и русская народная культура. Кн 5 -М.,1995 С 284-298, он же Роль режима

питания в духовном становлении насельников русских православных монастырей XIX века // Этнографическое обозрение - 1995 -№5 -С 84-91

Территориальные рамки исследования. Для исследования избраны монастыри, находящиеся на территории Вологодской епархии в ее границах второй половины XIX века Необходимо отметить историческое, конфессиональное и этнокультурное единство выбранной территории Целостность и устойчивость епархиальных границ вплоть до 1918 года обеспечивала устойчивость монастырской сети епархии

Хронологические рамки исследования охватывают вторую половину XIX — первую четверть XX века Нижняя граница обусловлена началом нового, модерниза-ционного периода русской истории, включившего в себя и церковные реформы, начавшиеся в 1863 году и повлекшие заметное оживление церковно-религиозной жизни России, а верхней границей является середина 20-х годов XX века, когда все монастыри епархии были закрыты и монастырская сеть перестала функционировать

Методология исследования. Феноменальность русского православного мо--настыря делает целесообразным и научно актуальным исследование его с меж-дисцитинарных позиций, в данном случае — в рамках отечественной истории и этнографии русских Необходимо подчеркнуть, что изучение монастыря в данной диссертации тесно сопрягается также и с изучением культуры повседневности — междисциплинарным направлением, которое активно развивается в современном гуманитарном знании

В основу исследования, прежде всего, положен феноменологический подход, со всей определенностью вытекающий из методологии микроистории В свете его монастырь рассматривается как целостный и относительно статичный религиозно-институциональный, историко-культурный и этноконфессиональный феномен Он обладает устойчивой микросредой (монастырской повседневностью), существенной для окружающего сообщества и воздействующей на него, и которая, в свою очередь, способна реагировать на «вызовы» внешнего мира. Этот подход, как думается автору, может быть одинаково плодотворным как в историческом, так и в этнографическом аспектах исследования Ведущими в работе стали исто-рико-функциональный метод и метод историко-этнографической реконструкции

Исгочниковав база исследования. Для написания работы использованы источники трех типов: письменные, вещественные и фотодокументы Письменные источники можно разделить на опубликованные и неопубликованные Опубликованные источники.

Источники законодательного и нормативного характера, определяющие юридические основы деятельности монашества и монастырей во второй половине XIX — начале XX века Во-первых, это нормативно-законодательные материалы, исходящие от государственных структур* К этой же группе относятся постановления, распоряжения и указы по различным вопросам, а также законодательные, нормативные, директивные документы Синода29 Во-вторых, это норматив-

28 Духовный регламент - М, 1897, ПСЗ-1 - СПб, 1830 Т 7 №4022 (Прибавление о правилах причта верховного и чина монашеского 1722 года), Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания - СПб, 1869 Т 4 №1197 (Объявление о монашестве 1724 года), Указ о секуляризации церковных владений 1764 года // ПСЗ-1 - СПб, 1830 Т 16 №12060, Уставы духовных консисторий - СПб, 1841, 1883, Инструкция благочинным монастырей 1828 года// Барсов Т Сборник действующих и руководственных церковных и церковно-гражданских постановлений по ведомству православного исповедания Т 1 — СПб, 1885

ПСЗ-1 -СПб, 1830 Т 1-39, ПСЗ-2 - СПб, 1830-1885 Т 1-45.ПСЗ-3 -СПб, 1885-1913 Т 1-

33, Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания -СПб, 1869-1911, 1915-1916 10 т, доп, Полные духовные законы для православных священно- и церковнослужителей, монашествующих благочинных, членов консисторий, архиереев и других начальствующих лиц. - М., 1877, Проволович А Сборник законов о монашествующем духовенст-

ные и законодательные документы церковного происхождения В исследовании используются уставы основателей вологодских обителей и уставы, созданные в течение второй половины XIX — начала XX века30 На рубеже XIX—XX веков создавались Правила благоустройства монашеских братств Филарета (Дроздова), Мужской и женский общежительные уставы, составленные игуменом Серафимом (Кузнецовым)31 Уставы были призваны регулировать богослужебную практику и дисциплину внутри каждой обители Важную информацию дают официальные материалы монашеских съездов 1909 и 1917 годов, работы Предсоборного Присутствия и Церковного Собора 1917—1918 годов32 В этих документах очерчен круг проблем и задач, стоявших перед монастырями и монашествующими в период рубежа XIX—-XX веков, выявлены причины, которые привели к кризисному состоянию церкви вообще и монастырей и монашества в частности, намечены возможные пути выхода из кризиса.

Учительная и агиографическая литература включает в себя жития вологодских святых — основателей монастырей, которые зачастую содержат сведения о начальном периоде истории различных обителей, об исконной духовной традиции монастыря, привнесенной монастыреначальником33 Источниками послужили также сборники поучений для монашествующих, раскрывающие суть монашеского подвига, объясняющие главные монашеские обеты, приводящие высказывания особо почитаемых подвижников о монашестве и монашеской жизни34 К этой группе источников, так или иначе, примыкают акафисты и службы святым — основателям вологодских обителей

ее - M, 1897, Завьялов А Циркулярные указы Святейшего правительствующего Синода. 18671895 - СПб, 1896, Барсов Т Сборник действующих и руководственных церковных и церковно-гражданских постановлений по ведомству православного исповедания Т 1 - СПб, 1885, Айвазов И Г Законодательство по церковным делам в царствование императора Александра Ш -М., 1913

30 Общежительный устав Преподобного Корнилия Комельского // Древнерусские иноческие уставы - M, 2001 С 168-186, Устав Павла Вологодского (Обнорского, Комельского) // Там же С 241-247

31 Филарет (Дроздов), митр Правила благоустройства монашеских братств в Москве II Доброе слово новотачальному иноку, желающему нелицемерно проходить путь Божий - M, 1998, Серафим (Кузнецов), шум Мужской общежительный устав - M, 2000, он же Женские иноческие уставы - Смоленск, 2002

Серафим (Кузнецов), вером Первый Всероссийский съезд монашествующих 1909 года. Воспоминания участника. - M, 1999, Постановления Всероссийского съезда представителей от монастырей, бывшего в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре с 16 по 23 июля 1917 года - М., 1917, Святейший правительствующий Синод. Предсоборное совещание - СПб, 1912-1916 Т 1-5, Священный Собор Православной Российской Церкви. Деяния 1-150 В 12-ти книгах - M, 1994-2000, Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви - М., 1918 Вып 1-»

33 См Верюжский И Исторические сказания о жизни святых, подвизавшихся в Вологодской епархии — Вологда, 1880

34 См Свт Игнатий (Брянчанинов) Приношение современному монашеству - СПб, 1905 [Репринт Изд. Троице-Сергиевой Лавры, 1991], Монашеское делание -М, 1991, Монашеская жизнь по изречениям о ней святых отцев-шдвижников - Изд Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, 1994, Три слова о монашестве - СПб, 1888 [Репринт M, 1995] и др

35 Служба Вологодским святым -Грязовец, 1991, Акафисты русским святым -СПб, 1996 Т 1-3

Нарративные и статистические источники включают в себя воспоминания и описания посещений вологодских монастырей паломниками и путешественниками36, этнографические и историко-статистические заметки, мемуары37

Публицистические источники включили в себя материалы дискуссии конца XIX—начала XX века, проходившей под девизом «На службе миру — на службе Богу» Одним из главных вопросов дискуссии считался вопрос о кризисном состоянии монашества и необходимости монастырских реформ На страницах различных периодических изданий («Церковные ведомости», «Вологодские епархиальные ведомости», ЧОИДР и др ) высказывались различные мнения, предлагались варианты и направления будущих реформ38

Неопубликованные источники представлены материалами четырех архивохранилищ Государственного архива Вологодской области (ГАВО), Сектора письменных источников Вологодского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника (СПИ ВГИАХМЗ), научного архива Тотемского музейного объединения (ТМО), архива УФСБ по Вологодской области Самую обширную группу архивных источников составляет монастырская документация Она отложилась в 11 монастырских фондах ГАВО Весь корпус неопубликованных источников можно условно разделить на несколько проблемно-тематических групп

— финансово-хозяйственные документы — приходо-расходные книги, книги для записи сбора пожертвований, счета монастырей и др,

—■ учетно-статистическая документация — монастырские описи, документы, содержащие сведения о насельниках монастырей, а также книги для записи приходящих в монастыри богомольцев, сюда же относится группа документов, содержащих сведения о насельниках монастыря, которая включает в себя ведомости о монашествующих, ведомости о послушниках и рабочих, проживающих в монастыре, исповедные ведомости, книги об умерших,

— делопроизводственные материалы — материалы монастырского делопроизводства (расписания богослужений) и документация, направляемая из вышестоящих инстанций (текущая деловая переписка),

— документы личного происхождения — записные книжки монахов, рукописные сборники молитв, письма, всего в этой группе выявлено и проанализировано двадцать пять документов за период с середины XIX века по 1915 год39 — это пере-

36 См Паломническая поездка учеников Вологодского духовного училища в июне 1892 года // Вологодские епархиальные ведомости - 1892 - №24 - С 299-305, Лебедев А Путешествие по святым обителям Севера // Церковные ведомости. - 1897 - №30-32, Муромцев П Поездка на Каменный острог в Вологодской губернии // Вологодские губернские ведомости - 1848 — №3-4 , Круглое А В Поездка в Корнилиево-Комельский монастырь // Исторический вестник. - 1897 - Т 1ХХ. - С 216-236, Савваитов П. Дорожные заметки. От Вологды до Устюга // Москвитянин. -1842 -4.6 -№12 -С 310-336, Из дорожных записок//Лучи -1860 -№10 -С 221-243 и др

37 Евлогий (Георгиевский), митр Путь моей жизни - М, 1994, Вениамин (Федченков), митр На рубеже двух эпох - М, 1994, он же Письма о монашестве - М, 2003, Пимен, архим Воспоминания архимандрита Пимена. - М, 1877, Меркурий (Попов), монах Записки монаха-исповедника. - М, 2001, Петр (Сереган), иером Дневник и поучения иеромонаха Петра (Серегина) - СПб, 1998, Сампсон (Сивере), иеросхим Дневник. -М., 2001

"См Д-в Вопрос о реформе монастырей//Вестник Европы -1873 -Т4 -Кн 8.-С 559-582, Пимен (Мясников), архим Монашество и современные о нем толки // ЧОИДР - 1874 - Кн 2 - С 76112, Нагой монастыри // Беседа. -1872 - №3-8, Г И Чем иыне могли бы послужить иноки православным мирянам?//Церковные ведомости -1889 -№51 -С 1574-1576 и др

39 СПИ ВГИАХМЗ Ф 11 Семейный фонд Брянчаниновых. Оп 1 Д. 6 Ф 13 Семейный фонд Суворовых Оп. 1 Д 51 Ф 17 Личный фонд игумена Спасо-Прилуцкого монастыря Павла. Оп 1 Дц. 2,5,6 Ф 22 Личный фонд архимандрита Спасо-Прилуцкого монастыря Анатолия Оп. 1 Д 1,2,3, 4,5,6,7, 8,9,10,11, 12,13,14, Ед.хр № А-255,1879,2016,2018,2027,2146

писка монашествующих с родственниками, друзьями, письма частных лиц в монастыри с различными просьбами по личным вопросам, выказывание благодарности и т п,

— комплексную информацию о повседневной жизни монастыря дают монастырские летописи Павло-Обнорского монастыря за 1884—1914 годы и летопись Кор-нилиево-Комельского монастыря в двух частях, первая из которых охватывает период с 1868 по 1890 годы, вторая — с 1890 по 1912 годы41,

— особо нужно выделить группу документов периода 1917—1930 годов — это делопроизводственная документация, которая отложилась в фондах ГАВО «Вологодский губернский финансовый отдел», «Вологодский губернский отдел управления», «Вологодский губернский административный отдел», «Вологодский губисполком», документы научного архива ТМО и дела архива УФСБ Это организационно-распорядительные документы, докладная документация, протоколы и выписки из протоколов заседаний ГИК, УИК, ВИК, учетно-статистические документы, текущая деловая и личная переписка.

Вещественные источники представлены подборкой монастырских предметов из коллекций трех музеев — ВГИАХМЗ, ТМО, музея Спасо-Прилуцкого монастыря Это предметы повседневного монастырского обихода церковного (кресты, иконы, потиры, подсвечники, покрова, пелены и др ), столового (кухонная и столовая посуда, скатерти, салфетки), личного (рукомойники, платки, полотенца и др), предметы обстановки храмов, келий, трапезной, книги, носильные вещи

В работе также использованы фотодокументы, хранящиеся в фондах ВГИАХМЗ Для исследования были отобраны семнадцать фотографий Все они вошли в приложение к диссертации

Итак, архивные и музейные материалы отражают большинство проявлений повседневной жизни монастыря предметно-сакральную среду, окружавшую монахов, суточный и годовой циклы богослужений, набор пищевых продуктов, виды одежды и до Таким образом, комплекс названных источников является репрезентативной источниковой базой для изучения повседневной жизни православного русского монастыря

Научная новизна исследования. В исследовании предпринята попытка комплексного междисциплинарного изучения русского православного монастыря в период пореформенных модернизационных процессов в российском обществе второй половины XIX — первой четверти XX века, когда конфликт между традиционным и новым приобретает особо острые формы Впервые на примере вологодских обителей монастырская повседневность была структурирована, выделены ее описательные характеристики и определены функции Выявлена специфика монастырской повседневности как историко-культурного и этнического феномена, предложена ее структура и рассмотрен механизм функционирования Сформулированы типологические черты уклада монастырской жизни устойчивость, замкнутость, каноничность, ритмичность, цикличность Введены в научный оборот йовые источники, позволяющие наполнить теоретическую основу работы конкретным содержанием

Теоретическая значимость работы. В исследовании предложена теоретическая схема повседневности монастыря Структуру монастырской повседневности составили предметно-сакральная среда, ритмы повседневности и повседневные

40 ГАВО Ф 521 Оп 1 Д 104

41 ГАВО Ф 520 Оп. 1 Д 164, 228

отношения как внутри, гак и вне монастырских стен Эти составляющие вписаны в три крупных сферы предметную, деятельностную и духовную, которые в свою очередь имеют несколько аспектов культурно-исторический (те черты в укладе жизни монастыря, которые обусловлены историей, социальным и культурным развитием русского общества в целом), церковно-канонический (сформированный многовековой христианской традицией и зафиксированный в соответствующих церковно-канонических документах), этнический возникающий под влиянием особенностей этнокультурного развития конкретного региона, области, местности)

Практическая значимость работы. Материалы и выводы диссертации могут быть использованы для дальнейшего исследования русского православного монастыря, а также в разработке общих и специальных курсов по этнологии, истории России, истории Православной церкви, конфессиональной этнографии русских, краеведению.

Апробация результатов работы. Основные положения и выводы исследования были рассмотрены и одобрены на расширенном заседании кафедры теории, истории культуры и этнологии Вологодского государственного педагогического университета с приглашением докторов наук по специальности 07 00 02 — отечественная история, а также на семинаре в Институте этнологии и антропологии Российской Академии наук, представлены в 5 статьях в научных сборниках, в 1 статье, опубликованной в издании в соответствии с перечнем ВАК Министерства образования и науки РФ Основные положения диссертации изложены на 1 всероссийской, 4 межрегиональных и 2 региональных научных и научно-практических конференциях Наиболее значимыми из них стали конференции «Документы государственных, муниципальных и ведомственных архивов как источник по отечественной истории» (Вологда, 2003), Прокопиевские межрегиональные чтения (Великий Устюг, 2003), «Европейский Север в судьбе России общее и особенное исторического процесса» (Вологда, 2004), «Святые места Вологодчи-ны» (Тотьма, 2004), «Русская культура и XXI век- проблемы сохранения и использования историко-культурного наследия» (Вологда—Кириллов, 2004)

Структура диссертации определена задачами исследования. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и литературы, приложений

П ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во Введении обоснована актуальность исследования, определены главные понятия, указаны объект и предмет работы, сформулированы цель и задачи, обозначены территориальные и хронологические рамки исследования, дан обзор литературы и источников по теме диссертации

Первая глава «Историко-географическая и предметная среда вологодских монастырей во второй половине XIX — первой четверти XX века» посвящена воссозданию предметно-вещной сферы вологодских монастырей Предметно-сакральная среда определялась местом обители в геокультурном ландшафте, организацией монастырского пространства и убранством внутренних (малых) пространств

Монастырь являлся одним из основных элементов историко-культурной среды вологодского края Монастыри располагались в исторически рано сложившихся по-

литических, хозяйственных и культурных центрах региона (таких как Вологда, Великий Устюг, Тотьма) Отчасти поэтому монастырская сеть носила очаговый характер Это проявилось, прежде всего, в неравномерном распределении обителей по уездам епархии Большинство обителей (19) располагались в наиболее густо заселенных и экономически развитых юго-западных уездах (Вологодском, Грязовецком и Кадни-ковском) В нейтральных уездах, Тотемском и Великоустюгском, обширных и также достаточно плотно заселенных, находилось 8 монастырей И, наконец, в отдаленных северо-восточных уездах — Сольвычегодском, Устьсысольском и Яренском располагались 4 обители Из десяти уездов в двух (Никольском и Вельском) вообще не было монастырей

Условно можно выделить несколько очагов концентрации монастырей во второй половине ХИ — начале XX веков В юго-западной зоне это — Вологда и ее округа (Свято-Духов, Горне-Успенский, Спасо-Прилуцкий, Владимиро-Заони-киевский монастыри), Кубеноозерье (Сямский, Спасо-Каменный, Александро-Кушт-ский, Белавинский монастыри), Грязовецкая округа (Павло-Обнорский, Воскресенский скит, Корнилиево-Комельский, Арсениево-Комельский, Николаево-Озер-ский, Арсениево-Одигитриевский монастыри), Кадниковская округа (Лопотов, Дионисиево-Глушицкий, Покровский монастыри), сюда же тяготели несколько отдаленные Семигородняя пустынь и Николо-Катромский монастырь Такая плотность расположения обителей объясняется, во-первых, развитой сетью коммуникаций в этой зоне, во-вторых, давним и достаточно плотным заселением этой территории

В центральной зоне это -— Тотьма и ее округа (Спасо-Суморин, Дедов монастыри), Великий Устюг и округа (Михайло-Архангельский, Иоанно-Предге-ченский, Гледенский, Знамено-Филипповский монастыри), а также Сольвычегод-ский Введенский, Николаево-Коряжемский, Николаево-Прилуцкий монастыри

Наконец, северо-восточный очаг, для которого характерно наименее плотное расположение обителей К нему отнесем всего три монастыря Лальский, Стефа-но-Ульяновский и Яренский Крестовоздвиженский Это территории расселения коми-зырян, и монастыри, расположенные в этой зоне, были своего рода миссионерами

В течение второй половины XIX — начала XX века можно выделить три волны изменения монастырской сети епархии Первая приходится на 60-е годы XIX века, основное ее содержание — переход ряда монастырей в разряд приписных

Вторая волна изменений монастырской сети региона приходится на 10-е годы XX века. Во-первых, увеличивается число женских обителей путем учреждения новых или превращения мужских монастырей в женские (1894 — Яренский, 1910 — Арсениево-Комельский, Гледенский, Знамено-Филипповский)42 Во-вторых, ряд монастырей переходит на общежительный устав (1911 — Николаево-Прилуцкий, Павло-Обнорский, Дионисиево-Глушицкий)43 К 1917 году монастырская сеть Вологодской епархии состояла из 31 монастыря, из которых 9 являлись приписными.

Третья волна (1918—1924) связана со сворачиванием монастырской сети края

Во второй половине XIX — начале XX века монастырская сеть Вологодской епархии была устойчивой и являлась одним из выразительных элементов историко-культурного ландшафта Вологодчины Сложилась своя иерархия обителей выделились монастыри, имеющие общероссийское значение (Спасо-Прилуцкий,

42 ГАВО Ф 496 Оп I Д. 18530 Л 1-Зоб Д 19520 Л. 5 об

43 ГАВО Ф 496 Оп 1 Д 18865 Л 4,9 Д 19413 Л Зоб

Стефано-Ульяновский), монастыри регионального уровня влияния (Павло-Обнорский, Корнюшево-Комельский), монастыри, ставшие локальными центрами религиозной жизни (Знаменно-Филипповский, Николаево-Прилуцкий и др)

Одна из основных функций монастыря в пространстве — организующая Монастыри «фиксируют» наиболее важные коммуникационные узлы региона (основные торговые н почтовые дороги, сухопутные и речные магистрали) Местонахождение вологодских обителей в узловых точках коммуникационной сети региона делало их центрами социально-экономических связей различных уровней, позволяло им так или иначе влиять на формирование экономического пространства макро- и микротерриторий. Монастыри фиксировали также и узлы региональной сакральной сети Наконец, монастырь служил фактором, организующим ландшафтное пространство Монастыри епархии находились в качественно разных ландшафтах- городском, пригородном, сельском, островном, в стороне от сельских и городских поселений

Важна роль монастыря как духовного ориентира. Пространство с точки зрения любой религиозной традиции является поляризованным Для религиозного сознания пространство неоднородно, в нем присутствуют разрывы, разделение на священное и мирское Монастырь в этом смысле является наивысшим проявлением этой поляризации, как пространство, насыщенное «иномирной» семантикой и символикой Он создает пространство-символ, несущее определенный культурный текст.

Одна из функций православного монастыря — сакрализация, наделение географического пространства эмоциональным и религиозно-мифологическим смыслом Сакрализация пространства неразрывно связана с его преображением, тес воздействием Божественной силы на изменение пространства Восприятие места, на котором стоит или будет стоять монастырь, как преображенного, хорошо зафиксировано в житиях вологодских подвижников-основателей монастырей

Таким образом, облик монастыря нес не только эстетическую нагрузку, можно говорить о неповторимом образе обители, ставшем необходимой частью северорусского геокультурного ландшафта и этносознания Монастырь являлся духовным ориентиром и был видимым символом сакрализованного пространства и места.

Организация монастырского пространства определяется православным представлением о монастыре как образе Града Небесного на земле Пространство вологодских монастырей сложилось исторически и было организовано в соответствии с рядом принципов принцип иерархии, принцип функционального зонирования, принцип соподчиненности элементов друг другу, концентричность, принцип подобия44 Уставная регулярность, каноничность в организации монастырского пространства традиционно сохранялись в XIX веке

При этом планировочная композиция вологодских монастырей второй половины ХГХ — начала XX века не оставалась неизменной Ключевые элементы монастырского пространства подвергались ремонтам и перестройкам (обновляются соборные храмы, строятся каменные ограды, каменные жилые корпуса, колокольни) Активная строительная деятельность в целом не нарушала главных принципов организации монастырского пространства. Каменное строительство сохраня-

44 Белоярская И К Влияние жилых и хозяйственных сооружений монастырей на объемно-пространственную композицию монастырских ансамблей // Вологодский политехнический институт Сборник научных трудов института. Т 1 - Вологда, 1998 С 189-194

ло и даже еще сильнее акцентировало архитектурный центр обителей (соборный храм и колокольня), основные элементы монастырской топографии (ограда, корпуса, хозяйственные постройки) Пространство обителей в течение этого периода расширяется, дробится

Все элементы монастырского пространства можно разделить на внутримона-стырские и внемонастырские В первую группу вошли храмы, жилые и хозяйственные корпуса, сады, расположенные внутри монастырских стен, колодцы, кладбища Вне монастыря могли располагаться хозяйственные постройки, земельные монастырские угодья, мельницы и рыбные ловли, гостиницы, странноприимные дома, дома для наемных рабочих, монастырские рощи, монастырские кресты и часовни.

Все основные элементы монастырской топографии были организованы в функциональные зоны жилую, природную, сакральную, хозяйственную, которые пересекались, накладывались друг на друга, т е формировали «многослойное» пространство

К концу ХЕХ века в пространственной композиции монастырей смещается зональность, происходит наложение функциональных зон друг на друга, вследствие чего «плотность» монастырского пространства становится неоднородной

Внутреннее убранство монастырских храмов и помещений создавало особое пространство, освященное присутствием монастырских икон, мощей и других святынь

Малые пространства монастыря — это внутренние помещения, их обустройство, интерьеры, функциональное назначение Это та среда, где протекает повседневная жизнь монашествующих По функциональному признаку в каждом монастыре можно вьщелить пространства для богослужения, пространства для принятия пищи, жилые и хозяйственные пространства. Большая часть повседневных действий монахов и насельников обители проходит в трех из них храме, келье и трапезной

Монастырский храм является пространством, в котором реализуется главная функция и главная цель монашества и монастыря — богослужение Монах проводил в храме большую часть суток Известно, что организация внутреннего пространства православного храма подчинена ряду устойчивых принципов в основе храмовой композиции лежит крест, храм разделен на три части — алтарь, собственно церковь и притвор Каждая из частей имеет свое смысловое и функциональное значение Внутри каждого храма имеются особые пространственные точки, которые, по сути, создают сакральное пространство храма — это Святой престол в алтаре, это иконостас с Царскими вратами, это мощи и особо почитаемые иконы Как правило, эти точки зрительно выделялись своим местоположением в храме, особенно богатым украшением В целом, внутреннее убранство храмов в вологодских монастырях достаточно традиционно Богослужебная утварь в монастырских храмах не отличалась роскошью Большая часть богослужебных предметов была изготовлена из серебра, меди, олова, редко встречались вещи из бронзы или мельхиора Особое отношение монашествующих к храму, восприятие монастырского храма как вместилища главных монастырских святынь, как места главного действия монахов — богослужения, выражалось в первую очередь во внешнем убранстве храмов и содержании их Атмосфера монастырского храма создавала у посетителей и богомольцев особый настрой и совершенно особое поведение Erb можно охарактеризовать как ощущение присутствия святыни и благоговения перед ней

Келья В течение второй половины XIX — начала XX века происходит модернизация жилого пространства (повсеместное внедрение электрического освещения, канализации) Этот процесс оказывал определенное влияние и на организацию жилого пространства в монастырях

Хотя каноны прямо не указывают, как должно быть организовано пространство монашеской кельи, в монастырских уставах даются рекомендации общего плана отсутствие роскоши, простота, чистота, запреты держать в кельях еду (если поставляется общая трапеза), книги мирского содержания и т п Таким образом, обстановка кельи должна соответствовать задачам келейного времяпрепровождения молитва, упражнения в чтении и пении

Большинство монашеских келий в вологодских монастырях располагались в двухэтажных каменных корпусах В течение второй половины XIX века несколько изменяется культура жизнеобеспечения в монастырях В жилых помещениях в дополнение к традиционным русским печам появляются печи-голландки, которые занимают меньше места и предназначены исключительно для отопления, ретирадные места или уборные пристраиваются непосредственно к жилому корпусу, использование паровой тяга позволяет провести водопровод, повсеместно распространяется керосиновое освещение Сложились и общие приемы внутренней отделки стены оштукатурены, покрашены краской или обиты обоями, пол тесовый, окрашен, деревянные двери, деревянные лестницы, деревянные, покрашенные краской оконные рамы При этом довольно ощутимы были разлитая во внутреннем убранстве настоятельских и братских келий

Трапезная Особенность пространства монастырской трапезной заключается в том, что оно имело единственное назначение Это помещение служило исключительно для принятия пищи В общежительных монастырях было предусмотрено одно общее помещение трапезной для всей братии и настоятеля, также как и в необщежительных, в которых поставлялась общая трапеза. К концу XIX века во всех обителях Вологодской епархии было лишь одно помещение для трапезной

Помещение трапезной располагалось чаще всего в том же здании, где и жилые кельи Обстановка трапезной в вологодских обителях во многом сходна В помещении стояли большие деревянные столы, скамьи или лавки, а также кресло для настоятеля В восточном углу размещались иконы

Монастырские интерьеры содержали набор предметов обстановки, характерной для городской и усадебной культуры (передвижная мебель, занавески на окнах и дверях, ковры, зеркала, фотографии и картины на стенах, скатерти на столах, комнатные цветы) И все же в жилом пространстве келий существовали маркеры, наделяющие интерьер типологическими признаками, обнаруживающими принадлежность их владельцев к духовному сословию

Бытовые пространства монастыря, интерьеры и их предметное наполнение представляли собой попытку создать образ «идеального» быта, быта, освященного присутствием Бога и Его святых

Внутри монастырских стен, а тем более внутри монастырских помещений, от человека требовался иной тип поведения, отличный от поведения в миру Ему соответствовали такие понятия как сосредоточенность, благоговение, усиленное внимание к собственному внутреннему миру, отношение ко всему окружающему как к творению Божию Такое поведение и самоощущение затрагивало все малейшие проявления повседневной жизнедеятельности Этот процесс можно назвать сакрализацией быта Такое отношение к бытовым, повседневным сторонам

жизни, рождаясь внутри монастырских стен, воспринималось приходящими богомольцами и воспроизводилось в их мирской жизни

Во второй главе «Формы и нормы повседневной деятельности монастырских корпораций» раскрываются наиболее заметные и наиболее важные проявления повседневной деятельности монастыря — богослужение, трапеза и послушания Ритмичность повседневной жизни обители определялась их устоявшимся чередованием Монастырское богослужение — ядро монастырской повседневности Оно задавало ритм повседневной жизни каждой обители, поскольку все остальные повседневные занятия и заботы были подчинены расписанию церковных служб Именно богослужение придавало духовный смысл всем повседневным действиям монахов и насельников

Богослужение в вологодских монастырях занимало не менее 8 часов в сутки Монастырские богослужения складывались в три цикла- суточный, недельный и годовой В монастырях совершались все положенные по уставу суточные службы (утреня, литургия, вечерня, повечерие, полунощница, молебен и часы) Недельный богослужебный цикл в каждом монастыре подчинялся собственному расписанию В недельном круге церковных служб особое место занимали субботние и воскресные службы, а также еженедельное чтение молебнов и акафистов Годовой круг монастырских богослужений складывался из чередования периодов постных и обычных служб, а также праздничных богослужений В монастырях, как и в приходских храмах, торжественно отмечались двунадесятые праздники, миней-ные праздники, связанные с почитанием общехрисгаанских, общеправославных и русских святых Во второй половине XIX — начале XX века торжественные службы служились в так называемые «царские» и «викториальные» дни

Богослужение являлось наиболее регламентированной сферой повседневной жизни монастыря, содержание ее строго определено канонами и уставами Благодаря этому, в монастыре с наименьшими изменениями сохранялись традиции общеправославного отправления церковных служб, поскольку только монастырское богослужение во второй половине XIX — начале XX века было более остальных приближено к православному богослужебному уставу

Монастырская трапеза являлась одним из наиболее важных элементов монастырской повседневности, элементом, который во многом определял специфику монастырского повседневного уклада жизни Монастырская система питания есть система отказа, поста и воздержания Канонами установлено должное отношение монаха к принятию пищи цель принятия пшци — удовлетворение потребностей тела в еде и питье, есть необходимо не для удовольствия, а для того, чтобы иметь достаточно сия проводить жизнь в подвигах и делах Божиих Много внимания монастырские правила уделяют количеству потребляемой монахами пищи Одно из главных положений —- избегать крайностей в принятии пшци, соблюдать умеренность в потреблении

Структура питания в монастырях определялась уровнем сельскохозяйственного производства, а значит, имела свои особенности в каждой из сельскохозяйственных зон Вологодского края юго-западной, центральной и северо-восточной Основу рациона братии составляли продукты, производимые самостоятельно каждой обителью Во-первых, это хлеб и мучные изделия Одно из главных мест в рационе братии вологодских обителей занимали овощи В каждой обители были огороды, где возделывали овощные культуры. Летом на братском столе обязательно присутствовали продукты монастырского садоводства Почти каждый мо-

настырь содержал пасеку Молочные продукты тоже производились в монастырском хозяйстве, т к практически каждая обитель содержала крупный рогатый скот Определенный вклад в структуру питания вологодских иноков вносили промыслы (рыболовство, собирательство) Рыбное меню вологодских обителей было достаточно разнообразным Рыба попадала на братский стол частью из собственного хозяйства обителей (рыбные ловли), а частью — покупалась Часть продуктов для братской трапезы относились к разряду покупаемых, они не производились в монастырском хозяйстве. Это все специи и приправы, которые, скорее всего, входили в рецептуру сложных блюд- уксус, горчица, мята, анис Покупали также соль, сахар и сахарный песок, чай

Блюда монастырской кухни в обителях Вологодской епархии по существу не отличались друг от друга.

Традиции питания в вологодских обителях во многом совпадали с питанием северорусского крестьянства. Совпадения наиболее явно можно проследить в рационе, кулинарных предпочтениях и даже в столовом этикете Рацион состоял преимущественно из пищи растительного происхождения, из тех культур, которые без излишних затрат труда культивировались в северном климатическом поясе Блюда, которые появлялись на монастырском столе, в основном имели простую рецептуру Нормы и правила поведения монаха во время трапезы вполне сопоставимы с традиционными крестьянскими установлениями в этой сфере Сама трапеза — общая, это трапеза иерархичного сообщества, за столом есть главный, он начинает трапезу и руководит ее течением Но нужно указать и на некоторые отличия. В вологодских обителях наблюдается сосуществование как традиционного питания, так и элементов питания, присущих городскому и дворянскому обществу. Эти элементы вносились благодаря особенностям питания настоятелей монастырей, а иногда влиянию городской жизни на жизнь обителей

Труд занимал заметное место в повседневной жизни насельников вологодских обителей Физический труд монаха в русских обителях был одним из способов исполнения обета послушания и носил вспомогательный характер, поскольку лишь дополнял главную работу инока — духовную Система монастырских послушаний охватывала все стороны жизни обители, поскольку, согласно канонам, обитель должна была самостоятельно обеспечивать себя всем необходимым В условиях второй половины XIX — начала XX века это положение более или менее строго реализовывалось только в общежительных монастырях, штатные обители получали небольшое государственное содержание, а значит, жили не на полном самообеспечении

Перечень послушаний, практиковавшихся в вологодских монастырях, не являлся оригинальным, присущим только вологодским обителям При этом, в нем отразились как общерусские, так и локальные этнокультурные хозяйственные традиции, и крестьянской, и городской среды

Группа клиросных послушаний (послушания певчих, гробовых, иеромонахов) поддерживала этнорелигиозные традиции монастырское богослужебное пение, почитание святынь, строгое уставное богослужение Послушания, связанные с обеспечением трапезы, поддерживали связь монастырской традиции питания с устойчивыми этническими практиками Послушания, обеспечивающие монастырское хозяйство (послушания печников, мельников, конюхов, пастухов, сапожников, портных, кузнецов, столяров, плотников, а также сельскохозяйственные работы, огородничество, садоводство), воспроизводили локальные хозяйственные традиции Для этого труда характерны традиционные технологии, устойчивый набор сельскохозяйственных и ремесленных орудий, практически не отличающийся от крестьянского, соблюдение трудовых обычаев Такой труд формировал этническую идентичность

Но были и такие послушания, которые отличали монастырскую хозяйственную систему от традиционной крестьянской Так, навыки переплетного мастерства, резьбы по дереву, слесарного и токарного мастерства, иконописи требовали владения определенными технологиями, сложного инструментария, а также, не в последнюю очередь, особого склада натуры

Все указанные сферы монастырской жизнедеятельности (богослужение, трапеза и послушания) являлись элементами, которые определяли специфику монастырской повседневности Они создавали такие качества повседневной жизни обители как ритмичность и цикличность

Третья глава «Развитие системы повседневных отношений в вологодских монастырях второй половины XIX — первой четверти XX века» посвящена исследованию комплекса взаимоотношений, составляющих неотъемлемую часть повседневного существования каждой обители Психологическая атмосфера внутри монастырской общины определялась такими характеристиками общины как соотношение представителей разных социальных групп внутри нее, соотношение возрастных групп, уровень образования насельников

Перемены в составе братии, произошедшие в течение второй половины XIX — начала XX века, отражали социальные процессы и проблемы пореформенного времени Процесс окрестьянивания монашества совпал с общим увеличением удельного веса выходцев из крестьянства в других социальных слоях и общностях (например, в среде промышленников, купцов и т д ). Так, если в 1861 году среди братии вологодских обителей крестьянское происхождение имели 6,4% монахов и послушников, то в 1902 году эта цифра составила 61,3%45

Большое влияние на внутреннюю жизнь насельников оказывал настоятель понимание настоятелем своей роли и своих задач по управлению общиной, харизматические свойства личности, пастырские качества, организаторские, административные способности оказывали свое воздействие на общность интересов внутри общины, понимание своих задач, своего статуса. Если настоятель оказывался в зависимости от синодальной практики частых переводов с одного места на другое, то неизбежным был упадок духовной жизни обители Аскетические же идеалы сохранялись и становились образом жизни в тех обителях, где настоятель ставил цели духовного роста братии или усиления влияния монастыря на мир и имел достаточно времени для достижения поставленных целей. Такими настоятелями были павло-обнорский игумен Иоасаф, архимандрит Нафанаил, возглавлявший сначала Тотемский Спасо-Суморин, а затем Вологодский Свято-Духов монастыри, архимандрит Иона, который последовательно был настоятелем в трех вологодских обителях Спасо-Каменной, Сямской и Дионисиево-Глупшцкой, и др. Все они в равной степени заботились как о внешнем благолепии вверенных обителей, так и о нравственном климате внутри монашеских общин

Важным являлся «административный ресурс» общины, т е наличие способных и активных монахов на управленческих должностях (казначей, эконом и т п ) Большое влияние на характер взаимоотношений внутри монастырской общины оказывало наличие в общине подвижников

Влияние яркой и сильной личности, признание за такой личностью безусловного авторитета — это не только продолжение церковной традиции духовного водительства, но и отражение устойчивых качеств этнического менталитета русских (таких, как иерархичность, например)

45 Рассчитано по ГАВО Ф 496 Оп 1 Д. 13296,17897

Для русской монастырской традиции характерна тесная связь обителей с миром дела милосердия, миссионерство, заступничество и др Отношения монастыря с миром во второй половине XIX — начале XX века развивались по трем направлениям' православный монастырь, во-первых, выступал как объект религиозного почитания верующих, как центр (локальный, региональный, общероссийский) духовно-религиозной жизни народа, во-вторых, монастырь был субъектом экономических связей местности, региона, и, наконец, в-третьих, каждая обитель осуществляла социальное служение миру (дела благотворительности, миссионерская деятельность, просветительская н образовательная деятельность) Во второй половине ХЕХ века многие монастыри превратились в некое подобие музеев В этом смысле они'становились хранителем этнокультурных ценностей, закрепляя их в коллективной памяти народа

В Заключении диссертации обобщены результаты исследования и сформулированы основные выводы

Исследование повседневной жизни вологодских монастырей показало, что во второй половине ХЗХ — начале XX века на уклад монастырской жизни воздействовали несколько факторов во-первых, общерусские тенденции социального и культурного развития, во-вторых, местные особенности уклада жизни (северорусская этническая традиция), в-третьих, каноническая православная традиция, которая определяла основу монастырской повседневности Именно поэтому монастырский уклад можно рассматривать как отдельный тип организации повседневной жизни. Ему свойственны такие качественные характеристики (свойства) как устойчивость, замкнутость, каноничность, ритмичность, цикличность

Влияние социальных факторов проявилось в том, что во второй половине XIX века произошел процесс окрестьянивания монашества Это был своего рода монастырский «ответ» на социальную модернизацию пореформенной России В то же время, окрестьянивание может рассматриваться не только как «опрощение», но и как еще большее сближение, слияние образа жизни монашества с этнокультурной традицией русских, с традиционной крестьянской культурой Таким образом, вологодское монашество потенциально могло в эпоху яркой социальной динамики выступать в качестве носителя традиционных культурных традиций и самобытности локального этнокультурного сообщества

Сложившуюся во второй половине ХЕХ — начале XX века структуру монастырской повседневности составили предметно-сакральная среда, ритмы повседневности и повседневные отношения как внутри, так и вне монастырских стен Эти составляющие вписаны в три крупных сферы, предметную, деятельностную и духовную В каждой из сфер достаточно четко можно выделить несколько аспектов культурно-исторический, церковно-канонический, этнический При этом указанные аспекты различаются степенью своей весомости в каждой из сфер монастырской повседневности

В предметно-вещной сфере наиболее заметно воздействие культурно-исторического развития русского общества, поскольку этим определялась состав, функции, форма и качество вещей и предметов повседневного обихода Канонический компонент способствовал устойчивости этой сферы. Этническое своеобразие выражено в ней менее явно, но все же его присутствие можно выявить Внешний облик монастыря, его органичная включенность в окружающий геокультурный ландшафт, являли собой один из устойчивых образов этносознания Монастырский ансамбль был неразрывно связан с религиозными и эстетическими предпочтениями, с представлениями о малой родине и т д Не смотря на все подавления и перестройки

второй половины XIX — начала XX веков, вологодские монастыри сохранили те базовые принципы организации пространства, которые можно обозначить как историко-культурную константу Могилы святых, монастырские сакралии, которые сохранялись в каждой обители, создавали уникальную среду для укрепления религиозных чувств и связанного с ними этиоконфессионапьного опыта.

Более открытыми для проникновения этнического являются трапеза и хозяйство монастыря Там влияние локальных традиций питания и хозяйствования прослеживается особенно явно. Каноны в этих сферах монастырской повседневности определяли только дисциплинарную сторону В целом, культура повседневного питания вологодских монахов была в русле этнической культуры питания северорусского населения Ее некоторая корректировка определялась лишь аскетическими установлениями в этой сфере

Деятельностная сфера выразилась во второй половине ХЗХ — начале XX века в широко распространившейся практике паломничества в вологодские обители. Паломничество в святые обители способствовало тому, что монастырский опыт повседневной жизнедеятельности активно воспринимался и реализовывался «в народе» Через монастырь шла сакрализация этнической повседневности Каждое повседневное действие (принятие пищи, труд, сон и т д) приобретало в монастыре особый духовный смысл, который паломники активно транслировали в мирскую повседневность

Эта практика дополнялась нарастающим социальным служением монастырей Благотворительная, просветительская, образовательная и иная социальная деятельность обителей стала особенно востребованной в условиях российской модернизации Одновременно социальное служение было продолжением культурной и этноконфессиональной традиции.

Наиболее регламентированной сферой повседневной жизни монастыря является духовная сфера, прежде всего — богослужение Тем не менее, и эта сфера не была закрыта для проникновения историко-культурных и этнолокальных особенностей. Они прочитываются как в храмовом монастырском богослужении, так и в массовых религиозных монастырских практиках Обязательное празднование «царских» и «викториальяых» дней стало важными вехами на пути формирования и закрепления коллективной памяти народа. В монастырском богослужении большое место занимал цикл, связанный с почитанием собора вологодских святых Массовые празднования дней памяти местных святых тоже превращались в традицию, вплетаясь в годичный государственно-церковный праздничный цикл Свою роль в этом процессе играло монастырское богослужебное пение. Оно, следуя требованиям сохранения древних форм и способов, само являлось уже этноконфессиональной традицией.

Вологодские монастыри второй половины XIX — начала XX века как субъекты историко-культурной среды оказались относительно динамичными и способными реагировать на важнейшие «вызовы» социального развития региона В качестве же носителей религиозных ценностей монастыри проявили себя скорее носителями статики, укрепляя традиционные православные этноконфессиональные практики

ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

Статьи в научных изданиях в соответствии с перечнем ВАК

1 Бридня Н В Повседневная жизнь русского православного монастыря во второй половине XIX — начале XX века теоретический аспект // Вестник Поморского университета Научный журнал Серия «Гуманитарные и социальные науки» -Архангельск,2006 ~№4 - С 89-107

Статьи и материалы научных конференций

2 Бридня Н В Документы Государственного архива Вологодской области о повседневной жизни вологодских монастырей во второй половине XIX века // Историческое краеведение и архивы Вып 10 - Вологда, 2004 С 78-82

3 Бридня Н В О влиянии монастырской повседневности на формирование народной исторической памяти и этнического самосознания (на примере вологодских монастырей второй половины XIX — начала XX века) // Историческое краеведение и архивы Вып 11 - Вологда, 2004 С 112-120

4 Бридня Н В Каноническое и этническое в повседневной жизни монастыря // Европейский Север в судьбе России общее и особенное исторического процесса Материалы научной конференции - Вологда ВИПЭ ФСИН России, 2G05 С 223230

5 Бридня Н В Влияние настоятеля на повседневную жизнь православной обители (на примере вологодских монастырей второй половины XIX — начала XX века) // Глагол времени Исследования и материалы Статьи и сообщения межрегиональной научной конференции «Прокопиевские чтения» - Вологда Книжное наследие, 2005 С 359-366

6 Бридня Н В Геокультурный ландшафт православных монастырей Вологодской епархии во второй половине XIX — первой трети XX века // Русская культура нового столетия проблемы изучения, сохранения и использования историко-культурного наследия - Вологда Книжное наследие, 2007 С 212-220

 

Оглавление научной работы автор диссертации — кандидат исторических наук Стикина, Надежда Викторовна

Введение.

Глава I. Историко-географическая и предметная среда вологодских монастырей второй половины XIX - первой четверти XX века.

§1.Монастыри в геокультурном ландшафте Вологодского края.

§2. Организация пространства вологодских монастырей: традиционное и новое.

§3.Планировка и убранство монастырских помещений.

Глава II. Формы и нормы повседневной деятельности монастырских корпораций.

§ 1 .Монастырское богослужение.

§2.Братские трапезы.

§3.Система послушаний.

Глава III. Развитие системы повседневных отношений в вологодских монастырях второй половины XIX - первой четверти XX века.

§ 1 .Социальный состав братии и внутрикорпоративные отношения.

§2.Монастырь и социум: пути взаимоотношений во второй половине XIX - первой четверти XX века.

 

Введение диссертации2007 год, автореферат по истории, Стикина, Надежда Викторовна

Интерес к феномену русского православного монастыря сегодня достаточно высок как со стороны профессиональных исследователей, так и со стороны широкой общественности. Особое внимание к монастырю обусловлено новыми общественно-политическими условиями, которые позволили Церкви занять активную позицию в современном мире России.

Монастырь как церковный и социальный институт, как феномен культуры обладает множеством функций и значений. Монастырь в отечественной истории, как правило, активный субъект политической, социальной, хозяйственно-экономической, культурной и духовной жизни современного ему общества. И в то же время - в силу своего канонического предназначения - он обладает известной автономией, отстраненностью от мира, стабильностью и устойчивостью уклада жизни. В этом смысле монастырь предстает как некая константа в динамичном социуме.

Монастыри и монашество - неотъемлемая часть религиозной традиции русских. С одной стороны, монастырь существенно влиял на жизнь и традиции этноса, поскольку транслировал православное мировоззрение, духовные, нравственные, этические ценности. С другой стороны, этническая культура влияла на организацию повседневной жизни монастыря, и он впитывал опыт материальной (хозяйственной, бытовой) и нравственно-этической культуры этноса. Несомненно, монастырь способен аккумулировать религиозные, исторические, социокультурные и этнические начала.

На уровне повседневности преломляются и интегрируются как исторические (экономические, политические, социальные, культурные) особенности развития монастыря, так и этническое своеобразие монастырской жизни. Уникальность монастырской повседневности в том, что она соединяет несколько культурных и исторических пластов. Изучение истории повседневности русского православного монастыря в эпоху второй половины XIX -первой четверти XX века представляется актуальным, так как будет способствовать решению проблемы соотношения и диалектики традиционного и нового в условиях яркой социокультурной динамики.

Исследование региональной монастырской повседневности в эпоху второй половины XIX - первой четверти XX века позволит увидеть общие закономерности и особенности функционирования повседневной системы существования русского монастыря. Важно оно и для нынешней ситуации в российском обществе, когда возрождение традиционного института монашества происходит в условиях динамичных политико-социальных изменений.

Изучение сферы повседневного в отечественной науке на сегодняшний день уже прошло этап своего становления. В общих чертах оформилась теоретическая база этого направления исследований, определены все главные понятия (повседневность, образ жизни, ментальность, быт и пр.), рассмотрена структура сферы повседневного, очерчен круг возможных источников для изучения повседневной жизни, разработаны методики исследовательской работы с источниками. На современном этапе разработки этого направления в науке возникла необходимость более узкой специализации исследований, выявления типологических особенностей повседневного уклада жизни на разных временных этапах истории, в рамках различных общественных и частных институтов, в рамках различных наук и научных направлений (социология повседневности, философия повседневности, история повседневности, культура повседневности и пр.). Изучение истории монастырской повседневности может стать тем шагом, который позволит восполнить определенные пробелы как в изучении истории монастырей вообще, так и в изучении отечественной истории и культуры повседневности.

Степень изученности проблемы. Собственная историография поставленной темы сегодня проходит этап своего становления. Поэтому исследователю повседневности необходимо использовать практически весь накопленный историографический материал по общей церковной истории, по изучению проблем монастырей и монашества, а также по изучению этноконфес-сиональной повседневности русских.

Дореволюционные исследования.

1. Исследования по истории Православной Церкви и истории монашества и монастырей. Для второй половины XIX - начала XX века характерно увеличение количества работ, посвященных исследованию истории Русской Православной Церкви и ее отдельных аспектов. Это связано с повышением общественного интереса к проблемам Церкви и разворачиванием дискуссий по поводу состояния и возможного реформирования церковных институтов. Дореволюционные исследования представлены в первую очередь фундаментальными трудами по церковной истории архиепископа Филарета (Гумилев-ского), митрополита Макария (Булгакова), Е.Е. Голубинского, П.С. Знаменского, А.П.Доброклонского, П.И. Малицкого, П.В. Верховского, А.Н. Муравьева, М.В. Толстого. Многотомные исследования архиепископа Филарета и митрополита Макария во многом стали основой и образцом для последующего изучения истории церкви1. Они представляли собой первые систематические изложения исторического пути Православия на Руси. Для этих исследований характерна фактическая полнота, новизна пущенных в оборот ис-точниковых материалов, преобладание официальной точки зрения на церковную историю. Авторы разработали и ввели первые периодизации истории Церкви. Новый на тот момент подход к исследованию церковной истории предложил П.С. Знаменский . Автор не считал возможным изолировать историю церкви от истории русского общества, а религиозно-нравственный фактор называл одним из главных в истории русского народа и стремился выявить внутреннюю связь событий и явлений церковной истории. Исследовательские традиции этих авторов продолжил А.П. Доброклонский . Его работа написана в консервативном ключе, без острого критицизма и полемичности. Общий обзор истории церкви дается на базе обширного документально-фактического материала, на уровне современной автору науки. Выход ра

1 Филарет (Гумилевский), архиеп. История Русской церкви. - Рига, Москва, 1847 - 1848. Т. 1-5; Макарий

Булгаков), митр. История Русской церкви. - М., 1866 - 1883. Т. 1-12. [Репринт М., 1994 - 1997. Т. 1-7]. " Знаменский П.В. История Русской церкви. - Казань, 1870. [Репринт Paris - Москва, 1996].

3 Доброклонский А.П. Руководство по истории Русской церкви. - M., 1887. [Репринт M., 2001]. боты Е.Е. Голубинского4 был неоднозначно воспринят современниками, т.к. для его исследования характерен критический, аналитический подход к рассмотрению истории Русской православной церкви. Автор предложил новую периодизацию церковной истории, ввел в научный оборот новые источники. П.И. Малицкий, по сути, не создал нового, но в небольшой работе объединил достижения своих предшественников5. Очерковый характер носили работы П.В. Верховского6, С.Г. Рункевича7.

Труды А.Н. Муравьева, М.В. Толстого, Е. Поселянина были предназначены для широких кругов читателей и имели просветительские, популяризаторские цели8.

Монастыри и монашество рассматриваются вышеназванными авторами как один из главных институтов Церкви. В названных исследованиях изложена история монастырского учредительства, много внимания уделено взаимоотношениям монастырей и гражданских властей, организации монашества, монастырскому служению, охарактеризована деятельность подвижников и самых видных представителей монашества, определены место, функции и значение монастырей в истории Православной церкви и истории русского общества. Проблема внутреннего устроения монастырской жизни как таковая авторами не ставилась. Но подняты сюжеты, напрямую связанные с организацией монастырской повседневности: сравнительная характеристика монастырских уставов, средства содержания обителей (особенно вопросы монастырского землевладения), система монастырской иерархии, описательные характеристики быта монастырей.

В ряде исследований конца XIX - начала XX века история русских монастырей и монашества предстает в качестве самостоятельного предмета изучения. Возникновению монашеской традиции в Египте и появлению мо

4 ГолубинскийЕ.Е. История Русской церкви.-М., 1880- 1917.Т. 1-2. [РепринтМ., 1997.Т. 1-3].

5 Малицкий П.И. Руководство по истории Русской церкви. - М., 1890. [Репринт М., 2000].

6 Верховской П.В. Очерки по истории Русской церкви в XVIII и XIX столетиях. - Варшава, 1912.

7 История православной церкви в XIX веке: в 2-х тт. Сост. С.Г. Рункевич. - СПб: Издание А.П. Лопухина, 1901. [Репринт Сергиев Посад, 1998].

8 Муравьев А.Н. История российской церкви. - М., 1838. [Репринт М., 2002]; Толстой М.В. Рассказы по истории русской церкви. - М., 1901; Поселянин Е. Русская церковь и русские подвижники XVIII века. - СПб., 1905; Его же. Русские подвижники XIX века. - СПб, 1910. нашества на Руси посвящены работы П.С. Казанского9, развитие монастырской традиции, идущей от Преподобного Сергия Радонежского, осветил М. Кудрявцев10, М. Богословским написан небольшой очерк о жизни северного монастыря в XVII веке11.

2. Работы о положении монастырей и монашества во второй половине XIX - начале XX века. В 60-е - 70-е годы XIX века с новой силой проявились две тенденции в осмыслении современниками роли и места монастырей в пореформенной России: критическая и апологетическая. В рамках первой вышли исследования профессора Д.И. Ростиславова об имуществах и

12 доходах русских обителей . Автор говорит о чрезмерном накоплении материальных благ в руках монашества, об утрате монастырями своих основных функций, ставит вопрос о целесообразности существования монастырей, о необходимости перераспределить материальные и другие средства в пользу белого духовенства. Светская критика рассматривала монастыри в первую очередь с точки зрения их полезности для мира, отсюда вытекали требования усилить общественно-полезные функции монастырей, сократить общее количество монашеских общин, более строго контролировать соблюдение монастырских уставов, ограничить материальные средства обителей. Такие же идеи высказывает и Е.Е. Голубинский в очерке, посвященном реформированию церкви вообще и монастырей в том числе13.

Не менее сильной была апологетическая тенденция, представители которой выступали против масштабных церковных реформ, против публичного обсуждения проблем церкви, высказывались в защиту монастырей и монашества, хотя признавали наличие определенных проблем во внутреннем устроении монашества. Такие авторы как Н.Д. Кузнецов, В.Ф. Шкурко, протои

9 Казанский П.С. Общий очерк жизни иноков египетских в IV и V веках // Приложение к кн.: Сидоров А.И. Древнехристианский аскетизм и зарождение монашества. - М., 1998; он же. История православного русского монашества от основания Печерской обители преподобным Антонием до основания Лавры Святой Троицы преподобным Сергием. - М., 1855;он же. История православного монашества на Востоке. - М.,1856.

10 Кудрявцев М. История православного монашества. - М., 1881. [Репринт М., 1999]. Богословский М. Северный монастырь в XVII веке // Вестник Европы. - 1908. - Кн. 11. - С. 278-306.

12 Ростиславов Д.И. Опыт исследования об имуществах и доходах монастырей. - СПб., 1876; он же. О православном белом и черном духовенстве в России. - Лейпциг, 1866.

13 Голубинский Е.Е. О реформе в быте Русской церкви // ЧОИДР. - 1913. - Кн. 3. - Раздел III. ерей Иоанн Восторгов, архиепископ Никон (Рождественский) и др. полагали, что современный нравственный кризис монашества - это отражение нравственного упадка всего русского общества14. Главный путь для выхода из кризиса они видели во введении общежительного устава в русских монастырях.

Широко представлена справочная литература о современных авторам монастырях. Это работы Л.И. Денисова15, В.В. Зверинского16, А. Ратшина17, а также «Полное иллюстрированное описание всех православных русских мо

18 настырей в Российской империи и на Афоне» . В них описана монастырская сеть страны, указаны ее количественные и качественные изменения, дано краткое описание истории и современного состояния каждой обители. В наиболее ранних по дате издания трудах (А. Ратшина, Л.И. Денисова, В.В. Зверинского) рассматриваемые монастыри России сгруппированы по губерниям. Составителями «Полного иллюстрированного описания монастырей» сделана попытка выявить иные принципы группировки: авторы выделили девять групп обителей по признаку общности исторической судьбы, а также географическому и местно-бытовому признакам.

3. Работы по истории провинциальных монастырей. Заметно оживилась в этот период деятельность местных историков-краеведов, которые внесли огромный вклад в изучение истории и этнографии регионов. Можно указать труды Н. Серебрянского по псковским монастырям19 и Н.К. Никольского

20 по Кирилло-Белозерскому монастырю . Работы по монастырям Вологодской епархии представлены описаниями обителей, составленных Н.И. и И.Н. Су

14 Кузнецов Н.Д. Общественное значение монастырей. - Вышний Волочек, 1908; Шкурко В.Ф. Важность и необходимость монашества. - Киев, 1912; Восторгов И., прот. О монашестве. - Типография Свято-Троицкого Николаевского Шмаковского монастыря, 1913. [Репринт М., 1991]; Никон (Рождественский), архиеп. Высота монашеского подвига в наше время. - М., 1995.

15 Денисов Л.И. Православные монастыри Российской империи. - М., 1908.

16 Зверинский В.В. Материалы для историко-топографического исследования о православных монастырях в Российской империи. - СПб., 1897. Т. 1-3.

17 Ратшин А. Полное собрание исторических сведений о всех бывших в древности и ныне существующих монастырях и примечательных церквах в России. - М., 1852.

18 Православные русские обители. Полное иллюстрированное описание всех православных русских монастырей в Российской империи и на Афоне. - СПб., 1909. [Репринт СПб., 1994].

19 Серебрянский Н.И. Очерки по истории монастырской жизни в псковской земле. - М., 1908.

20 Никольский Н.К. Кирилло-Белозерский монастырь и его устройство до второй четверти XVII века (1397 -1625). - СПб., 1897 (Вып. 1), 1910 (Вып. 2).

21 22 23 24 воровыми , П.И. Савваитовым , А.К. и В.К. Лебедевыми , Л. Ильинским ,

25 26 27 28

В.Поповым, Ф.А. Арсеньевым , А. Голосовым , А. и С. Непеиными . Нередко подобные описания составлялись любителями церковной старины (П.Н. Кузнецовым29, И. Остроумовым30, К. Случевским31), а также монахами (А. Воскресенским32, Н. Светлосановым33). Описания монастырей имеют, как правило, единый алгоритм изложения: краткая история возникновения монастыря, его географическое расположение, значимые события в жизни обители и ее основателя, достопримечательности, святыни обители, современное авторам состояние обители - хозяйство, состояние храмов, жилых и хозяйственных корпусов, численность братии и управление обителью. Такие издания составлялись большей частью как благочестивое чтение для народа и часто использовались в монастырях для раздачи богомольцам. Одновременно высок был интерес к вологодским монастырям со стороны искусствоведов (И.К. Степановский34, Г.К. Лукомский35). В этих работах внимание уделено в первую очередь особенностям монастырской архитектуры, а также описанию памятников иконописи и письменности, хранившихся в обителях.

21 См.: Суворов Н.И. Описание Вологодского Спасо-Прилуцкого монастыря. - Вологда, 1902; он же. Описание Павло-Обнорского монастыря Вологодской епархии. - Вологда, 1866; Суворов И.Н. Глушицкий монастырь Вологодской епархии. - Вологда, 1876 и др.

22 Савваитов П.И. Описание Тотемского Спасо-Суморина монастыря и приписной к нему Дедовской Троицкой пустыни. - Вологда, 1911; он же. Описание Великоустюгского Архангельского и приписного к нему Троицкого Гледенского монастырей. - СПб., 1848.

23 Лебедев А.К. Успенский женский монастырь в городе Вологде и приписная Николо-Озерская пустынь. -Вологда, 1899; Лебедев В.К. Семигородняя Успенская пустынь и приписной Николо-Катромский монастырь Вологодской епархии Кадниковского уезда. - Вологда, 1902.

24 Ильинский Л. Описание Тотемского Спасо-Суморина монастыря. - М., 1850.

25 Попов B.T. Город Тотьма. - Вологда, 1886.

26 Арсеньев Ф.А. Ульяновский монастырь у зырян. - М., 1889.

27 Голосов А. Великоустюгский Михайло-Архангельский монастырь Вологодской епархии. - б/м, б/г.

28 Непеин А. Святыни и достопримечательности города Великого Устюга и его окрестностей // Вологодские епархиальные ведомости. - 1915. - № 11. - С. 299-302.

29 Кузнецов П.Н. Свято-Троицкая обитель преподобного Павла Обнорского Вологодской губернии. -СПб., 1913.

30 Остроумов И. Спасо-Каменный на Кубенском озере монастырь // Остроумов И. Святыни нашего Севера. -СПб., 1897. С. 137-150.

31 Случевский К. По Северу России. - СПб., 1886. Т. 1.

32 Воскресенский А. Свято-Троицкий Павло-Обнорский третьеклассный общежительный мужской монастырь Вологодской епархии. - Вологда, 1914.

33 Нестор (Светлосанов), иером. Вологодский мужской второклассный Спасо-Прилуцкий монастырь. -Одесса, 1907.

34 Степановский И.К. Вологодская старина. - Вологда, 1890.

35 Лукомский Г.К. Вологда в ее старине. - СПб., 1914.

Итак, дореволюционная историография по монастырской тематике достаточно обширна, разнообразна. В этот период были созданы обобщающие труды, в которых собрано огромное количество фактического материала, введен в научный оборот огромный массив источников. На этой основе исследователями конца XIX - начала XX века сформулированы концепции истории Русской Православной Церкви в целом и монашества в частности, разработаны периодизации церковной истории, намечены основные пути дальнейшего изучения поставленных проблем. Это этап накопления фактического материала, заложивший базу для изучения более узких, частных вопросов, связанных с историей монастырей и монашества. Отметим, что для работ того времени характерен акцент на описании внутренней жизни монастыря, его упоминаемой выше «автономности». Вопросы же взаимосвязи монастыря и социума, монастыря и народной традиционной культуры, собирания и сохранения в монастырях этнокультурных ценностей редко попадали в поле интереса авторов. Лишь в краеведческих описаниях встречаются сюжеты (на уровне авторских наблюдений), иллюстрирующие взаимовлияние «мирской» и монастырской повседневности. Тему связи внутренней монастырской жизни и народного благочестия поднимала и литература о старчестве (заметки в провинциальной периодике или в Троицких листках, которые считались «благочестивым чтением для народа»).

Работы советского периода.

1. Труды отечественных исследователей. События 1917 года прервали эволюционное, поступательное развитие вышеизложенной исследовательской традиции. Началась разработка новой концепции церковной истории, в которой преобладали идеологические установки. На первом плане в этих исследованиях - отношения Церкви и государства.

Работы 1920-х - 1930-х годов по историко-церковной проблематике отличает пропагандистский подход, ярко выраженная атеистическая агитаи

36 37 ция. В этом ключе написаны работы Н. Буркина , М. Горева , Б.П. Кандидова38, Н. Маторина39, Н.М. Никольского40. Период 1940-х - 1950-х годов стал периодом относительного затишья, исследований по истории церкви и церковных институтов практически не велось. С 1960-х годов наметился подъем интереса к церковной тематике. В этот период сохраняется атеистическая направленность работ, но в то же время заметен профессиональный исторический подход к предмету исследования. История монастырей и монашества виделась как история накопления богатств и угнетения зависимого крестьянства. Авторов в первую очередь интересовали такие темы, как монастырское землевладение, процессы секуляризации, социальные конфликты в монастырских вотчинах, политика по отношению к зависимому населению. В рамках такого проблемного поля написаны работы С. Билинца41, И.У. Бу-довница42, Е.Ф. Грекулова43, В.Ф. Зыбковца44, Г.Г. Фруменкова45.

В 1985 году вышла книга Г.Г. Прошина о православном монастыре46, ставшая важным рубежом в изучении темы монастырской повседневности. Она предназначалась для «массового» читателя и охватила огромный хронологический период: от появления первых монастырей на Руси до 1917 года. Автор дает оценку деятельности и идеалам православного монашества, методам воздействия монастыря на верующих. В основе работы тезис, согласно которому монастыри являются в первую очередь средством мощной религиозной пропаганды. Для этого в каждой обители создается особая система эмоционального и психологического воздействия на человека. Организация внутренней жизни православного монастыря (суточные богослужебные рит

36 Буркин Н. Монастыри в России. - M., 1931.

37 Горев М. Голод и церковные богатства. - M., 1922.

38 Кандидов Б.П. Монастыри-музеи и антирелигиозная пропаганда. - M., 1929.

39 Маторин Н. Религия и борьба с нею в Северном крае. - M., 1930.

40 Никольский Н.М. История Русской церкви. - Минск, 1931.

41 Билинец С. Тьма и ее слуги (о православных монастырях и монашестве). - Киев, 1960.

42 Будовниц И.У. Монастыри на Руси и борьба с ними крестьян в XIV - XVI веках. - M., 1966.

43 Грекулов Е.Ф. Церковь, самодержавие, народ (вторая половина XIX - начало XX века). - М., 1969; он же. Православная инквизиция в России. - М., 1964.

44 Зыбковец В.Ф. Национализация монастырских имуществ в Советской России (1917 - 1921 г.).-М., 1975.

45 Фруменков Г.Г. Узники Соловецкого монастыря: Политическая ссылка в Соловецкий монастырь в XVIII-XIX веках. - Архангельск: Северо-Западное книжное издательство, 1965; он же. Соловецкий монастырь и оборона Беломорья в XVI-XIX вв. - Архангельск: Северо-Западное книжное издательство, 1975.

46 Прошин Г.Г. Черное воинство. Русский православный монастырь: легенда и быль. - М., 1985. мы, одежда, пища и пр.) рассматривается автором в качестве доказательства этой идеи. На тот момент это был первый опыт изучения внутренней жизни русской обители. Работы Г.Г. Прошина подготовили развитие темы монастырской повседневности.

В этот период менее подвержены идеологизации оказались темы, связанные с изучением и публикацией источников по истории монастырей, рассмотрением искусствоведческих вопросов, историко-филологические исследования. Изучение вологодских монастырей шло именно по этим направлениям. Это работы И.В. Евдокимова47, И.И. Томского48, А.А. Рыбакова49, П.А. Тельтевского50, Г. Бочарова и В. Выголова51, В. Баниге и Н. Перцева52, М.И. Мильчик33, М.В. Кукушкиной54 и др.

2. Исследования авторов-эмигрантов. Авторы, оказавшиеся за границей, в изучении церковной истории продолжили исследовательские традиции, заложенные в дореволюционный период. В этой научной среде рождались новые темы и ракурсы, поскольку авторы и исследователи не были скованы идеологическими рамками. Фундаментальные работы по истории Русской Православной Церкви с привлечением достаточного источникового материала написаны А.В. Карташевым55, Н. Тальбергом56, Д.В. Поспеловским57. Изучению феномена русской святости посвящены исследования И.М. Кон-цевича58, Г.П. Федотова39. В 1952 году вышло в свет фундаментальное исследование И. К. Смолича о русском монашестве60. Оно носит всеохватывающий характер и сохраняет свою актуальность до сегодняшнего дня. Автор не

47 Евдокимов И.В. Север в истории русского искусства. - Вологда, 1921.

48 Томский И.И. Путеводитель по Северу России. - Сольвычегодск, 1920.

49 Рыбаков А.А. Художественные памятники Вологды XIII - начала XX веков. - Л., 1980.

50 Тельтевский П.А. Великий Устюг. Архитектура и искусство XVII - XIX веков. - М., 1977.

51 Бочаров Г., Выголов В. Вологда. Кириллов. Ферапонтово. Белозерск. - М., 1979.

52 Баниге В., Перцев Н. Вологда. - М., 1970.

53 Мильчик М.И. Северный деревянный монастырь на иконах XVII - XIX веков // Памятники культуры. Новые открытия. 1978.-Л., 1979. С. 339-346.

54 Кукушкина М.В. Монастырские библиотеки Русского Севера. - М., 1977.

55 Каргашев А.В. Очерки по истории Русской церкви. - М., 1991. Т. 1-2.

56 Тальберг Н. История Русской церкви. - Изд. Сретенского монастыря, 1997; Его же. История христианской церкви. - М.-Нью-Йорк, 1991.

57 Поспеловский Д.В. Русская православная церковь в XX веке. - М., 1995.

58 Концевич И.М. Стяжание Духа Святаго в путях Древней Руси. - M., 1993.

59 Федотов Г.П. Собрание сочинений. Т.8: Святые Древней Руси. - Изд. «Мартис», 2000.

60 Смолич И.К. Русское монашество. - M., 1997. только поставил целью написать историю монастырей и монашества от появления их на Руси до 1917 года, но и впервые предложил периодизацию развития этого института. В монографии подробно рассматривается период с XV по XVII века, история русских обителей в более позднее время носит скорее обзорный характер. Но автором выявлены основные тенденции развития монастырей в период императорской России и главные проблемы, встававшие в это время перед монашеством. Особое внимание уделено старчеству как явлению, сохраняющему идею монашества и его главнейшее назначение. Вопросы, связанные с организацией повседневной жизни монастырей, рассмотрены автором в специальных разделах монографии: это внутренний распорядок монастырской жизни, бытовой уклад обителей в разные исторические периоды и их специфика в зависимости от изменяющихся политических и экономических условий.

Итак, изучение истории русских монастырей в советский период продолжилось. Конечно, официальная точка зрения на историю монастырей и монашества была скорее результатом идеологического и политического заказа, чем осмыслением исторической действительности того времени. Одновременно на отечественной почве активно развивалось изучение смежных проблем (источниковедческих, искусствоведческих и др.). Проблема взаимовлияния монастыря и этноса в этот период не была заявлена исследователями, этот вопрос снова остался за рамками научного интереса отечественных авторов. Но в то же время большой вклад в монастырскую историографию сделан исследователями-эмигрантами, которые не только осмыслили результаты предыдущего историографического этапа, но и продолжили изучение церковной истории. Более того, ими были поставлены проблемы, имеющие важнейшее значение для развития темы монастырской повседневности и ее связи с духовно-религиозными идеалами народа (яркий тому пример - исследование о старчестве, предпринятое И.К. Смоличем).

Современная историография.

С конца 80-х годов XX века в научной литературе появляются попытки переосмыслить роль церкви в обществе, что было связано с пересмотром многих этапов исторического прошлого России, с выработкой новых подходов к изучению православия в жизни общества. Одна из первых работ, в которой была сделана попытка отойти от советской концепции истории Церкви в России, - это коллективный труд «Русское православие: вехи истории»61.

Изучением феномена русских монастырей сегодня занимаются представители различных научных течений, школ и даже разных дисциплин. В исторической науке вопросы, связанные с изучением истории монастырей и монашества, рассматриваются как в рамках более широких тем, так и в качестве самостоятельного предмета исследования. Масштабы этого изучения очень разные: от газетных и журнальных статей до полноценных монографий. Часть современных исследователей говорит о монастырях в связи с более широкими процессами в истории Русской Православной Церкви. Это мо/л /1 нографические исследования C.J1. Фирсова , С.В. Римского , В.А. Федорова64. Авторы выбирают для изучения переломные периоды в истории Церкви, на первом плане в этих работах - церковно-государственные отношения. Основные проблемы истории монашества и монастырей на Русском Севере подняты в работах В.Н. Булатова, А.В. Камкина, А.А. Куратова, Е.В. Пащенко65. Монография П.Н. Зырянова впервые освещает функционирование системы монастырей в условиях XIX - начала XX веков66. Главный вопрос исследования - о месте и роли монастырей в русской жизни в этот период. Ав

61 Русское православие: вехи истории. - М., 1989.

62 Фирсов С.Л. Русская церковь накануне перемен (конец 1890-х - 1918 годы). - М., 2002; он же. Православная церковь и Российское государство в 1907 - 1917 гг.: социальные и политические проблемы. - Дис. доктора ист. наук. - СПб., 1997.

63 Римский С.В. Православная церковь и государство в XIX веке. - Ростов-н/Д., 1998; он же. Российская церковь в эпоху великих реформ (Церковные реформы в России 1860-х - 1870-х гг.). - М., 1999.

64 Федоров В.А. Русская православная церковь и государство. Синодальный период. 1700 - 1917 гг. -М., 2003.

65 Булатов В. Н. Русский Север. Кн. 1-5.-Архангельск, 1997-2001 ;Камкин А.В. Православная церковь на Севере России. - Вологда, 1992; Куратов А. А. Православные святыни и святые в истории Архангельского Севера. - Архангельск, 2004; Пащенко Е. В. Очерки о монастырях и храмах Архангельской области. - Архангельск, 1999.

66 Зырянов П.Н. Русские монастыри и монашество в XIX - начале XX века. - М., 2002. тор пытается осмыслить причины нового расцвета монашества в первой половине XIX века (в форме старчества), а также причины кризисных явлений и распада монастырской системы в начале XX века. Монастыри рассматриваются как институт, который играл огромную роль в духовном сплочении русской нации, поддерживал основы нравственности и благочестия в обществе.

Необходимо отметить вышедшую в 2002 году книгу «Монашество и монастыри в России. XI - XX века»67. Книга носит обзорный характер, авторы попытались представить целостную картину истории русских монастырей и монашества, освещая ключевые этапы развития, наиболее спорные вопросы и важные моменты, определить специфику развития этого института в разные эпохи, связать историю монашества с общим ходом исторического развития, определить влияние этого явления на все стороны жизни русского общества. Подобный характер носит очерк игумена Андроника (Трубачева),

А.А. Бовкало, В.А. Федорова .

За последнее десятилетие состоялся прорыв в изучении региональных монастырских систем: изучается история отдельных обителей, история сети региональных монастырей. Это диссертационные исследования В.А.Овчинникова69, О.И.Радченко70, А.В. Рощектаева71, С.В. Чадаевой72, С.Н. Щербич73, Е.В. Дроботушенко74 и др. Частные проблемы истории монастырей и монашества на Руси, отдельные аспекты этого явления рассматриваются в сборниках, посвященных исключительно изучению монастырей и монашества. В

67 Монашество и монастыри в России. XI - XX века. - М., 2002.

68 Андроник (Трубачев), игум., Бовкало А.А., Федоров В.А. Монастыри и монашество. 1700 - 1998 // Православная энциклопедия. Русская Православная церковь. - М., 2000. Вводный том. С. 346-371.

64 Овчинников В.А. Православные монастыри, архиерейские дома и женские общины Томской епархии во второй половине XIX - начале XX века. - Дис. . канд. ист. наук. - Кемерово, 2002.

70 Радченко О.И. Православные монастыри Самарского края во второй половине XIX - XX веках. - Дис. . канд. ист. наук. - Самара, 1998.

71 Рошектаев А.В. Монастыри Казанской епархии во второй половине XIX - начале XX века: хозяйственная деятельность. - Дис. . канд. ист. наук. - Казань, 2001.

72 Чадаева С.В. Православный монастырь в социальном и историческом контексте духовной культуры России. - Дис. . канд. филос. наук. - Нижний Новгород, 2003.

73 Щербич С.Н. История монастырей Тобольской епархии во второй половине XIX - начале XX века: опыт социокультурного исследования,-Дис. . канд. ист. наук. - Тюмень, 2001.

74 Дроботушенко Е.В. Православные монастыри Забайкалья во второй половине XIX - начале XX века. -Дис. канд. ист. наук. - Чита, 2001. них ставятся проблемы, которые позволяют говорить о новом, междисциплинарном уровне изучения феномена русского православного монастыря: монастыри и их место в культурно-историческом развитии России75, монастыри и экология76 и др.

Культурологический подход к изучению монашества реализован в дис

77 сертационном исследовании J1.A. Щипакиной . Автор раскрывает общекультурное значение монашества, выделяет особенности восприятия монашества в русской культуре, место и значение идеала святости в системе морально-эстетических воззрений русских. Монашество рассматривается как фактор, оказавший огромное влияние на русский национальный характер и мировоззрение. В рамках этого же подхода написаны статьи J1. Штайндор

7Я 79 фа и J1.H. Пушкарева .

Актуальны сегодня и проблемы, связанные с искусствоведческим изучением монастыря. Белорусская исследовательница И.Н. Слюнькова объектом своего изучения делает монастырскую архитектуру80. Исследование монастырского зодчества позволяет автору выявить и интерпретировать выраженные в архитектурных образах общие и различающиеся в католической и православной конфессиях основы христианского вероисповедания, мировоззрения и мировосприятия, канонические представления о символике храма и семантике сакрального пространства. В работах Т. Ереминой81, В.Г. Пуцко82,

75 Церковь в истории России: Монашество и монастыри в России. - М., 1997. Сб. 1; Макарьевские чтения: Монастыри России. - М., 2000. Вып. 7; Монастыри в жизни России. - Калуга, 1997; Уваровские чтения III. Русский православный монастырь как явление культуры: история и современность. - Муром, 2001; Наследие монастырской культуры: ремесло, художество, искусство. - СПб., 1996; Монастырская культура: Восток и Запад.-СПб., 1999.

76 Православные монастыри и экология. Международная научная конференция: тезисы докладов. - М., 1994.

77 Щипакина Л.А. Монашество в культурном сознании русского православия. Дис. канд.филос.наук. - Саранск, 1997.

78 Штайндорф Л. Монашеская культура как способ общественного дисциплинирования в Московской Руси: общеевропейский образец// Русская религиозность: проблемы изучения. - СПб., 2000. С. 41-47.

19 Пушкарев Л.Н. Своеобразие монашеского менталитета и его роль в формировании нравственности в обществе // Уваровские чтения III. Русский православный монастырь как явление культуры: история и современность. - Муром, 2001. С. 7-9.

80 Слюнькова И.Н. Монастыри восточной и западной традиции: наследие архитектуры Беларуси. - M., 2002.

81 Еремина Т. Мир русских икон и монастырей. - M., 1998.

82 Пуцко В.Г. Иконописный портреты северных русских монастырей: корни локальной художественной традиции // Кириллов: краеведческий альманах. - Вологда, 1997. Вып. 2. С. 207-224.

А.И. Комеча83 на первом плане - локальные художественные традиции и их развитие в монастырях.

Некоторые аспекты монастырской повседневности стали предметом

84 изучения для филологов. Необходимо отметить работы Г.В. Судакова , где автор реализует еще один подход к изучению монастыря - поиск отражения монастырского быта и повседневных действий в языке. Текстологическое исследование житий северных монастыреначальников представили Г.М. Про

85 хоров и С.А. Семячко .

Изучение Вологодских монастырей сегодня идет в рамках названных подходов. История закрытия вологодских обителей в 20-е годы XX века

86 87 представлена в исследованиях К.Н. Смирнова , И.В. Спасенковой , о о OQ

Т.Г. Петровой , А. Мирова и А. Мухина . Восстановлению истории отдельных северных монастырей посвящены работы Л.П. Рощевской90, А. Мартю-кова91, О. Зенковой92, Е. Юшковой93 и др. Вопросы архитектурной организации вологодских монастырей осветила И.К. Белоярская94. Тема монастыря в пространстве звучит в работах А.В. Камкина95 и О.А. Золотовой96. Отдельные аспекты истории вологодских обителей раскрыты в исследованиях

83 Комеч А.И. Русские монастыри: история и культура. - М., 2001.

84 Судаков Г.В. Монастырская трапеза в XVI веке // Кириллов: краеведческий альманах. - Вологда, 1998. Вып. 3. С. 88-92.

85 Святые подвижники и обители Русского Севера. - СПб., 2005.

86 Смирнов К.Н. Судьба монастырей Харовского района. - Вологда, 2003.

87 Спасенкова И.В. Православная традиция русского города в 1917 - 1930 гг. (на материалах Вологды). -Дис. канд.ист.наук. - Вологда, 1999.

88 Петрова Т.Г. Закрытие Глушицкого Сосновецкого Дионисиева Предтеченского монастыря в 1924 году // Русская культура на пороге третьего тысячелетия: христианство и культура. - Вологда, 2001. С. 101-104.

89 Миров А., Мухин А. Вологодское разорение. Монастыри города // Лад. 1993. №8. С. 11-17.

90 Рощевская Л.П. Коми монашество как феномен культуры // Христианизация Коми края и ее роль в развитии государственности и культуры. - Сыктывкар, 1996. Т. 1. С. 234-242.

91 Мартюков А. Троице-Гледенский монастырь в Великом Устюге // Советская мысль (Великий Устюг). -1994.-24 сентября.-№ 144(16379).

92 Зенкова О. Троице-Гледенский монастырь в XIX веке // Советская мысль (Великий Устюг). - 1994. - 6 апреля.-№ 51 (16286).

93 Юшкова Е. Под покровом святого Корнилия // Лад. - 1992. - № 7-8. - С. 2-6.

94 Белоярская И.К. Монастырские комплексы Вологодской области. Принципы современной реабилитации. - Дис.канд. архитектуры. - СПб., 2002; она же. Влияние жилых и хозяйственных сооружений монастырей на объемно-пространственную композицию монастырских ансамблей // Вологодский политехнический институт. Сборник научных трудов института. - Вологда, 1998. Т. 1. С. 189-194; она же. Предпосылки архитектурно-градостроительной реабилитации монастырских комплексов в постсоветской России // Русская культура на пороге третьего тысячелетия: христианство и культура. - Вологда, 2001. С. 159-164; и др.

95 Камкин А.В. Островные монастыри в культурном ландшафте Русского Севера // Русская культура на рубеже веков: Русское поселение как социокультурный феномен. - Вологда, 2002. С. 7-16.

96 Золотова О.А. Храмы в ландшафтной и планировочной структуре Вологды // Вологда: краеведческий альманах. - Вологда, 2003. Вып. 4. С. 468-476.

А.П. Анишиной, Р.П. Биланчука, Ю.С. Васильева, А.Р. Павлушкова,

М.Ю. Хрусталева, И.Н. Шаминой .

Постепенно становятся предметом специального изучения монашеская повседневность, организация монастырского быта. Разрабатывается новый понятийный аппарат, в научный язык входят такие понятия как монашеский стиль жизни, монастырская и монашеская повседневность как особая форма организации повседневности. Использовать эту проблему в качестве само

98 стоятельного предмета изучения предложила в ряде статей Л.П. Найденова . Проблемы, напрямую связанные с организацией повседневной жизни в монастырях, заявлены в монографии П.Н. Зырянова". Так, проблема влияния условий пореформенной России на монастыри и монашество неизбежно ставит вопрос о взаимовлиянии монастырской повседневности и процессов динамичного развития общества. И хотя автор не выделяет монастырскую повседневность как объект специального изучения, он ставит вопросы, напрямую связанные с организацией повседневной жизни в обителях - адаптация монастырей к новым условиям, изменение функций монастырей в течение XIX -начала XX века, соотношение нового и традиционного в быте обителей.

В 2002 году в серии «Повседневная жизнь человечества» вышли работы JL Мулена и Е.В. Романенко. Исследование французского историка Л. Мулена впервые опубликовано на русском языке и посвящено повседневной жизни монастырей и монашества Западной Европы в средние века100. Автор предложил особый подход к изучению проблемы. Л. Мулен считает монашескую повседневность явлением уникальным, которое нельзя сводить

97 Анишина А.П. Глушицкие Покровский и Иоанно-Предтеченский монастыри // Житие Корнилия Комель-ского. - СПб., 2004. С. 202-216; Биланчук Р.П. Григориево-Пельшемский Лопотов монастырь // Житие Корнилия Комельского. - СПб., 2004. С. 217-219; Васильев Ю.С., Биланчук Р.П. Корнилиево-Комельский монастырь // Житие Корнилия Комельского. - СПб., 2004. С. 220-226; Павлушков А.Р. Пенитенциарная практика северных монастырей XVIII - XIX веков. Дис. . канд. ист. наук. - Вологда, 2000; Хрусталев М.Ю. Тотем-ские святые // Тотьма: краеведческий альманах. - Вологда, 1995. Вып. 1. С. 52-62; Шамина И.Н. Из истории вологодских монастырей XVI - XVII века (состав насельников) // Отечественная история. - 2003. - № 1. -С. 141-154.

98 Найденова Л.П. О возможных подходах к изучению монастырской жизни // Церковь в истории России: Монашество и монастыри в России. - М., 1997. Сб. 1.С. 197-200; она же. Внутренняя жизнь монастыря и монастырский быт (по материалам Соловецкого монастыря) // Монашество и монастыри в России. XI - XX века.-М., 2002. С. 285-301.

99 Зырянов П.Н. Русские монастыри и монашество.

100 Мулен Л. Повседневная жизнь средневековых монахов Западной Европы. X - XV века. - М., 2002. только к ежедневной молитве монахов или к простой цепочке мелких фактов, ежедневных действий, повторяемых в хронологическом порядке. Монашеская жизнь, говорит Мулен, протекает в иной форме свободы, в другом ритме и в других структурах. Это означает, что изучать ее необходимо как особый феномен. Исследованию повседневной жизни русского средневекового монастыря посвящена работа Е.В. Романенко101. Исследовательница разработала еще один подход к изучению монашеской повседневности. По ее мнению, в основе организации монастырской повседневности лежит личность монасты-реначальника. Именно поэтому основным источником для изучения повседневной жизни монастыря выбраны жития подвижников-основателей обителей.

Большой интерес к изучению монастырской повседневности проявляет современная этнография. Именно этнографы впервые поставили вопрос о необходимости изучения проблемы «вера и этнос», о целесообразности ее рассмотрения. Теоретическую постановку этой проблемы осуществила в

1 (V) своих работах М.М. Громыко . Она не только обосновала актуальность этнографического изучения православия у русских, но и предложила конкретные темы для изучения (храм в жизни мирянина, паломничество и странничество, молитва, икона, а также темы, которые ранее относили к материальной культуре этноса - хозяйство, пища, жилище, одежда).

101 Романенко Е.В. Повседневная жизнь русского средневекового монастыря. - М., 2002.

102 Громыко M.M., Кузнецов С.В., Буганов А.В. Православие в русской народной культуре: направление исследований // Этнографическое обозрение. - 1993. - № 6. - С. 60-68; Громыко М.М. Православие у русских: проблемы этнологического исследования // Православие и русская народная культура. - M., 1996. Вып. 6. С. 160-185.

Этот подход был развит в трудах московских этнографов Т.А. Ворониной103, О.В. Кириченко104, И.А. Кремлевой105, С.В. Кузнецова106, Т.А. Листовой107, Х.В. Поплавской108, Л.А. Тульцевой109, К.В. Цеханской110 и др.

Московской школой этнографов заявлена необходимость изучения монастыря средствами и методами этнографии, намечены и основные линии и вопросы, которые требуют специального этнографического подхода: отличия образа жизни насельников русских монастырей в одежде, в пище и т.д. и связь этих элементов материальной культуры с духовными задачами насельников, анализ духовной и национальной специфики разных видов монастырей, их место в православной монастырской традиции. В рамках такого подхода к изучению монастырской повседневности вышло несколько статей московского этнографа А.Ю. Андрианова111. Главная задача этих исследований - выявить влияние различных аспектов монастырской повседневности (суточное распределение времени, одежда, пища, трудовые послушания, молитва) на достижение главной цели иноческого жития - «спасения души», духовно-нравственного совершенствования.

103 Воронина Т.А. Проблемы этнографического изучения русского православного поста // Этнографическое обозрение. - 1997. - № 4. - С. 85-96; она же. Особенности соблюдения постов в народной среде XIX века // Православная жизнь русских крестьян XIX - XX веков. - М., 2001. С. 53-72; она же. Практика русского православного поста в XX веке (1917-1991 гг.) // Православная вера и традиции благочестия у русских в XVIII - XX веках. - М, 2002. С. 209-242.

104 Кириченко О.В. Дворянское благочестие. - М., 2002.

105 Кремлева И.А. Похоронно-поминальные обряды у русских: связь живых и умерших // Православная жизнь русских крестьян XIX - XX веков. - М., 2001. С. 72-87.

106 Кузнецов С.В. Нравственность и религиозность в хозяйственной деятельности русского крестьянина // Православная жизнь русских крестьян XIX - XX веков. - М., 2001. С. 168-182.

107 Листова Т.А. Народный православный обряд создания семьи // Православная жизнь русских крестьян XIX - XX веков. - М., 2001. С.7-35; она же. Религиозно-нравственное отношение к деторождению в русской семье // там же. С. 36-52; она же. Народные представления о душе, связанные с деторождением // Православная вера и традиции благочестия у русских в XVIII - XX веках. - М., 2002. С. 101-127, и др.

108Поплавская Х.В. Паломничество, странноприимство и почитание святынь в Рязанском крае. XIX - XX вв. -Рязань, 1998.

109 Тульцева Л.А. Престольный праздник в картине мира (мироколице) православного крестьянина // Православная жизнь русских крестьян XIX- XX веков. - М., 2001. С. 124-167; она же. Тайная милостыня // Православная вера и традиции благочестия у русских в XVIII - XX веках. - М., 2002. С. 90-100.

110 Цеханская К.В. Иконопочитание в русской традиционной культуре. - М., 2004. Андрианов А.Ю. Скитская и монастырская жизнь первой трети XIX века в трудах о. Зосимы (Верховско-го) // Православие и русская народная культура. - М., 1993. Кн. 2. С. 44-91; он же. Значение одежды в духовном становлении насельников русских православных монастырей XIX века // Православие и русская народная культура. - М., 1995. Кн.5. С. 284-298; он же. Роль режима питания в духовном становлении насельников русских православных монастырей XIX века // Этнографическое обозрение. - 1995. - № 5. - С. 84-91.

Свое отражение эта проблематика нашла в работах петербургских исследователей - Т.А. Бернштам112, А.А. Панченко113. Их более интересует соотношение официальной религиозной культуры и «народного христианства».

Эти труды в их совокупности создали необходимое теоретическое поле для настоящего исследования.

Итак, заметно расширился набор аспектов исследования: изучается история отдельных обителей, история сети региональных монастырей, изучаются различные стороны монастырского служения (книжное дело и библиотеки, состав и организация братии, связи обителей друг с другом, хозяйство ' монастырей) и др. В настоящее время появляются исследования, воссоздающие не только фактическую историю монастырей и их хозяйственно-экономическую деятельность, но и их вклад в духовную культуру страны и отдельных регионов. Оформилась и новая источниковая база проблемы, в которую вошли документы, по разным причинам ранее не вводимые в научный оборот.

Сегодня исследователи представляют монастыри и монашество как целостное религиозное, историко-культурное и этнокультурное явление. Изучение феномена русского православного монастыря вышло на междисциплинарный уровень. Исследователи подходят к тому, чтобы увидеть монастырскую повседневность как структуру, организованную особым образом и функционирующую по особым закономерностям. Началось изучение влияния внутренних и внешних факторов на организацию и функционирование монастырской повседневности. Центральную роль в этом изучении играют усилия этнографов, ориентирующихся на триаду «каноническое - этническое - локальное», в междисциплинарной зоне изучения этой проблематики находятся такие направления как история культуры и культура повседневности.

112 Бернштам Т.А. Русская народная культура и народная религия // Советская этнография. - 1989. -№ 1. -С. 91-100; она же. Молодость в символизме переходных обрядов восточных славян: Учение и опыт церкви в народном христианстве. - СПб., 2000.

1 Панченко А.А. Исследования в области народного православия: Деревенские святыни Северо-Запада России.-СПб., 1998.

Цель настоящего исследования - изучить повседневность монастырей Вологодской епархии второй половины XIX - первой четверти XX века. В историческом ракурсе она означает исследование взаимодействия и взаимовлияния монастырской повседневности с историко-культурной средой и социумом региона. В рамках этнографического аспекта раскрывается феномен «этнического» в повседневной жизни монастыря, а также его место и роль в народной конфессиональной культуре региона.

Для достижения поставленной цели необходимо решить, следующие задачи:

- выявить систему монастырской повседневности, представить описательные, типологические характеристики ее основных элементов в период второй половины XIX - первой четверти XX века;

- установить взаимосвязь монастырской повседневности с историко-культурными и этнокультурными особенностями вологодского региона второй половины XIX - первой четверти XX века;

- определить соотношение исторического, социокультурного, канонического и этнического аспектов в организации монастырской повседневности;

- охарактеризовать функционирование системы монастырской повседневности как внутри корпорации, так и в социуме;

- обозначить место и значение монастырского образа жизни в конфессиональной повседневности населения вологодского региона во второй половине XIX - первой четверти XX века.

Объектом настоящего исследования выступает русский православный монастырь в эпоху российской модернизации пореформенного времени, а предметом - внутренняя организация повседневного уклада монастырей Вологодской епархии второй половины XIX - первой четверти XX века в его историко-культурном и этническом измерении. Столь обширная проблема приводит к необходимости определить рамки нашего исследования. Первое замечание связано с абсолютным преобладанием в выбранном регионе мужских монастырей. Тендерная специфика мужских обителей заставляет нас сосредоточиться на изучении повседневного уклада в первую очередь именно в них. Там, где это представляется возможным, могут быть сделаны отступления от заданных рамок, в частности, в приведении конкретных примеров из жизни женских обителей, не связанных с тендерными различиями в укладе жизни. Второе замечание обусловлено тем, что монастырь был замкнутой духовной корпорацией, изначально его основные задачи принадлежат сфере духовной. В связи с этим, в спектр рассматриваемых вопросов практически не попадают те, которые связаны с социальным служением монастырей, их вкладом в общественно-культурное развитие региона и т.п. Отношения «монастырь - мир» рассматриваются только лишь как одно из проявлений повседневной жизни.

Территориальные рамки исследования. Для изучения монастырской традиции выбраны монастыри, находящиеся на территории Вологодской епархии в ее границах второй половины XIX века. До 1917 года она включала в себя 10 уездов (Вологодский, Грязовецкий, Кадниковский, Тотемский, Великоустюгский, Вельский, Никольский, Сольвычегодский, Устьсысоль-ский, Яренский). В 20-е годы XX века в результате изменения административно-территориального деления территория губернии сократилась в четыре раза. В ее состав вошли Вологодский, Грязовецкий, Кадниковский, Тотемский, Вельский уезды и Каргопольский уезд, ранее входивший в Олонецкую губернию. В это же время была организована Северо-Двинская губерния, куда вошли бывшие уезды Вологодской губернии - Великоустюгский, Сольвычегодский, Яренский, Никольский. А территория бывшего Устьсысольского уезда стала ядром Автономной области Коми. Необходимо отметить, что единая антицерковная и ликвидационная политика 1918 - 1930-х годов позволяет нам, говоря об этом периоде, остановиться на рассмотрении только тех обителей, которые вошли в Вологодскую епархию в ее новом административно-территориальном составе.

Вологодская епархия в границах XIX века территориально представляла собой центральный район огромного региона Европейский Север. К XIX веку активные миграции населения здесь затухают и в основном сводятся к незначительным внутрирегиональным перемещениям населения. К концу XIX века состав населения продолжает оставаться этнически однородным. 91,23% населения в Вологодской епархии составляли русские114. В конфессиональном плане территория тоже была однородна - более 99% населения исповедовали православие. Необходимо отметить и культурное единство выбранной территории, которое выражалось в единстве языка, а также в единстве и традиционности хозяйственного и бытового уклада.

Устойчивость монастырской традиции в выбранном регионе обусловлена следующими моментами. Целостность и устойчивость административно-территориальных границ вплоть до 1918 года обеспечивала устойчивость монастырской сети епархии (изменения незначительны и в основном количественные, а не качественные). Неизменность бытового уклада в рамках территории означала неизменность быта в обителях.

Хронологические рамки исследования охватывают вторую половину XIX - первую четверть XX века. Нижняя граница обусловлена началом нового, модернизационного периода русской истории, включившего в себя экономические, политические, социальные, культурные преобразования. Еще одной вехой, определившей нижнюю хронологическую границу, стали церковные реформы, начавшиеся в 1863 году. Верхней хронологической границей является середина 20-х годов XX века, когда все монастыри епархии были закрыты и монастырская сеть перестала функционировать.

Вторая половина XIX - начало XX века - очень динамичный период развития русского общества. Одно из основных направлений этого развития - модернизация, усложнение взаимосвязей основных сфер бытия (человек, природа, общество), изменение культурных характеристик основных сфер бытия, секуляризация общественного сознания. Церковь, как один из тради

114 Власова И.В. Дорогами земли Вологодской. Этнографические очерки. - M., 2001. С. 8. ционных общественных институтов, начинала ощущать проникновение этих новых тенденций. Особенно это касалось наиболее неподвижных, наиболее замкнутых церковных корпораций - монастырей и монашества. На фоне динамичного социокультурного развития второй половины XIX - начала XX века монастыри выступали как хранители ценностей религии и человеческого бытия в их традиционном контексте. Они постепенно становились своего рода центрами притяжения, аккумулирования тех предметов и явлений, которые формируют коллективную память народа, его сознание, практические знания и пр., т.е. этничность. В то же время в жизни монастырей и монашества в этот период начал обозначаться кризис, связанный с необходимостью приспособления к изменившимся условиям. Монашествующие и светские деятели активно искали выход из кризиса. На страницах официальных периодических изданий начинается горячая дискуссия о роли монастырей и монашества в современном мире: сохранит ли оно свои молитвенно-созерцательные задачи в числе главных, либо примет на себя общественно-полезные функции, например, благотворительность или социальное попечение. Монашество должно было вступить в полемику и публично отстаивать свою точку зрения. Такая ситуация в обществе отразилась на укладе внутри-монастырской жизни. Новое и традиционное сосуществовали в нем. 1917 год прервал естественное развитие русских монастырей. Новые социально-политические условия поставили обители перед проблемой выживания.

Методология исследования. Феноменальность русского православного монастыря делает целесообразным и научно актуальным исследование его с междисциплинарных позиций, в данном случае - средствами отечественной истории и этнографии русских. Необходимо подчеркнуть, что изучение монастыря в данной диссертации тесно сопрягается также и с изучением культуры повседневности - междисциплинарным направлением, которое активно развивается в современном гуманитарном знании.

В основу исследования, прежде всего, положен феноменологический подход, со всей определенностью вытекающий из методологии микроистории. В свете его монастырь рассматривается как целостный и относительно статичный религиозно-институциональный, историко-культурный и этно-конфессиональный феномен. Он обладает устойчивой микросредой (монастырской повседневностью), существенной для окружающего сообщества и воздействующей на него, и которая, в свою очередь, способна реагировать на «вызовы» внешнего мира. Этот подход, как думается автору, может быть одинаково плодотворным как в историческом, так и в этнографическом аспектах исследования.

Ведущими в работе стали историко-функциональный метод и метод историко-этнографической реконструкции. Обращение именно к этим методам исходило из следующих оснований. Монастырская повседневность имеет ярко выраженные особенности, ее можно рассматривать как отдельный тип организации повседневной жизни. Монастырская повседневность являет себя через три крупных сферы: предметную, деятельностную и духовную. К первой мы отнесли все вещи и предметы, наполняющие пространство монастыря, а также «неподвижную» повседневность, т.е. храмы, жилые и хозяйственные корпуса и другие постройки и сооружения в пространстве монастыря. Это тот фон, на котором протекает повседневная жизнь каждой обители. В деятельностную сферу входят ритмы питания, труда и досуга насельников и повседневные отношения по поводу организации управления и хозяйства обители. В духовную сферу монастырской повседневности мы включаем богослужения и индивидуальные монашеские религиозные практики, а также связанные с ними нормы и формы поведения насельников и отношения, как внутри монастырской общины, так и за ее пределами. Все сферы взаимопроникают друг в друга и взаимодействуют.

Под повседневной жизнью монастыря в диссертационном исследовании понимается уклад жизни в монастыре, которому свойственны устойчивые формы и нормы корпоративной и индивидуальной деятельности и поведения насельников, разнообразные события и отношения по поводу материальной и духовной составляющих жизни обители в определенный исторический период (вторая половина XIX - первая четверть XX вв.). Монашеская повседневность - более узкое понятие, под которым подразумевается повседневность лишь одной категории насельников - монашествующих, с присущими ей специфическими чертами (особенностями практической реализации монашеских норм, стандартов и ценностей). Монастырский образ жизни -способ реализации в формах повседневного монастырского бытия православных представлений о мире (православной картины мира).

Источниковая база исследования. Для написания работы использованы источники трех типов: письменные, вещественные и фотодокументы.

Письменные источники можно разделить на опубликованные и неопубликованные. Опубликованные источники. Круг выявленных опубликованных источников достаточно широк и разнообразен. Это сборники и кодексы документов, исходящих от властей разного уровня, куда вошли указы, уставы, постановления, распоряжения, так или иначе касающиеся организации жизнедеятельности монастырей, это материалы периодической печати, материалы работы Церковного собора и монашеских съездов, документы личного происхождения (мемуары, воспоминания). Весь этот комплекс выявленных источников распадается на четыре крупных группы по видовому признаку.

1. Источники законодательного и нормативного характера в целом определяют юридические основы деятельности монашества и монастырей во второй половине XIX - начале XX века. Во-первых, это нормативно-законодательные материалы, исходящие от государственных структур: Духовный регламент 1721 года115, Прибавление о правилах причта церковного и чина монашеского 1722 года116, Объявление о монашестве 1724 года"7, Указ

118 о секуляризации церковных владений 1764 года , Уставы духовных конси

115 Духовный регламент. - M., 1897. Изд. 4-е.

116 Прибавление о правилах причта церковного и чина монашеского // ПСЗ-1. - СПб., 1830. Т. 7. № 4022.

117 Объявление о монашестве// Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания. - СПб., 1869. Т. 4. № 1197.

118 Указ о секуляризации церковных владений//ПСЗ-1.-СПб., 1830. Т. 16. № 12060. сторий 1841 и 1883 годов119, Инструкция благочинным монастырей 1828 года . После событий октября 1917 года основным документом, регулирующим основы жизнедеятельности Церкви, стал Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви 1918 года. К этой же группе относятся постановления, распоряжения и указы по различным вопросам, а также законодательные, нормативные, директивные документы Синода. Эти документы публиковались на страницах официальных церковных периодических изданий («Церковные ведомости», «Вологодские епархиальные ведомости»),

часть их сведена в кодексы, специальные собрания или сборники . Источники официального, нормативного характера в общих чертах воссоздают то правовое поле, в рамках которого протекала жизнедеятельность монастырей и правовой статус монашествующих во второй половине XIX - начале XX веков.

Во-вторых, это нормативные и законодательные документы церковного происхождения. К ним относятся церковные и монастырские уставы, материалы монашеских съездов, работы Предсоборного Присутствия и Церковного Собора 1917 года, а также официальные документы местных церковных властей, сообщения благотворительных обществ и попечительств, официальные материалы общественных организаций, публиковавшиеся в периодических изданиях, таких как «Церковные ведомости», «Вологодские епархиальные ведомости».

В исследовании используются уставы основателей вологодских обителей и уставы, созданные в течение второй половины XIX - начала XX века. Среди вологодских монастыреначальников известны уставы Корнилия Ко

119 Уставы духовных консисторий.-СПб., 1841, 1883.

120 Барсов Т. Сборник действующих и руководственных церковных и церковно-гражданских постановлений по ведомству православного исповедания. - СПб, 1885. Т. 1.

121 См.: ПСЗ-1.-СП6., 1830. Т. 1-39; ПСЗ-2. - СПб., 1830- 1885. Т. 1-45.; ПСЗ-З. - СПб., 1885- 1913. Т. 133; Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания. - СПб., 1869 - 1911, 1915-1916. 10 т., доп.; Полные духовные законы для православных священно-и церковнослужителей, монашествующих благочинных, членов консисторий, архиереев и других начальствующих лиц. - М., 1877; Проволович А. Сборник законов о монашествующем духовенстве. - М., 1897; Завьялов А. Циркулярные указы Святейшего правительствующего Синода. 1867 - 1895. - СПб., 1896; Барсов Т. Сборник действующих и руководственных.- СПб, 1885; Айвазов И.Г. Законодательство по церковным делам в царствование императора Александра III - М., 1913.

1 лл мельского и Павла Обнорского . Как правило, в таких уставах из всего духовного наследия выбраны те положения, которые наиболее необходимы для того, чтобы защитить обитель от внутренних и внешних нестроений. Каждый подвижник в этом выборе руководствовался собственным духовным опытом, поэтому устройство монастырской повседневности во многом определялось такими духовными завещаниями основателей обителей.

В течение второй половины XIX века большинство монастырей не имели собственного писаного устава, попытки же создать типовой монастырский устав активизировались лишь на рубеже XIX - XX веков, когда были созданы Правила благоустройства монашеских братств Филарета (Дроздова) , Мужской и женский общежительные уставы, составленные игуменом Серафимом (Кузнецовым)124. Уставы призваны регулировать богослужебную практику и дисциплину внутри каждой обители. Они позволяют реконструировать идеальный монастырский быт.

Важную информацию дают официальные материалы монашеских съездов 1909 и 1917 годов, работы Предсоборного Присутствия и Церковного Со

19 ^ бора 1917 - 1918 годов . В этих документах очерчен круг проблем и задач, стоявших перед монастырями и монашествующими в период рубежа XIX -XX веков, выявлены причины, которые привели к кризисному состоянию Церкви вообще и монастырей и монашества в частности, намечены возможные пути выхода из кризиса. В постановлениях и определениях съездов монашествующих, Предсоборного Присутствия, Священного Собора содержится ряд важных решений, направленных на оживление деятельности Церкви, повышение ее роли в обществе. Многие положения представляют собой

122 Общежительный устав Преподобного Корнилия Комельского // Древнерусские иноческие уставы. - М., 2001. С. 168-186; Устав Павла Вологодского (Обнорского, Комельского) //там же. С.241-247.

123 Филарет (Дроздов), митр. Правила благоустройства монашеских братств в Москве // Доброе слово новоначальному иноку, желающему нелицемерно проходить путь Божий. - М., 1998.

124 Серафим (Кузнецов), игум. Мужской общежительный устав. - M., 2000; он же. Женские иноческие уставы. - Смоленск, 2002.

125 Серафим (Кузнецов), иером. Первый Всероссийский съезд монашествующих 1909 года: воспоминания участника. - М., 1999; Постановления Всероссийского съезда представителей от монастырей, бывшего в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре с 16 по 23 июля 1917 года. - М., 1917; Святейший правительствующий Синод. Предсоборное совещание. - СПб., 1912 - 1916. Т. 1-5; Священный Собор Православной Российской Церкви. Деяния 1-150. В 12-ти книгах. - М., 1994 - 2000; Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви. - М., 1918. Вып. 1-4. развернутую программу устроения монастырей и монашества и могут рассматриваться как проект общего устава о российских монастырях и монашестве, поскольку туда вошли вопросы, касающиеся внешнего и внутреннего строя монастырей, проблемы монастырской дисциплины и быта, хозяйственные вопросы, задачи организации просветительской, образовательной, благотворительной деятельности русских обителей.

2. Учительная и агиографическая литература. Этот блок включил в себя жития Вологодских святых-основателей монастырей, которые зачастую содержат сведения о начальном периоде истории различных обителей, об исконной духовной традиции монастыря, привнесенной монастыреначальни-ком126.

Источниками для настоящей работы послужили также сборники поучений для монашествующих, раскрывающие суть монашеского подвига, объясняющие главные монашеские обеты, приводящие высказывания особо почи

111 таемых подвижников о монашестве и монашеской жизни . Такие издания часто хранились в монастырских библиотеках и предназначались для послушников и новопостриженных монахов, готовили их к проведению жизни в обители.

К этой группе источников, так или иначе, примыкают акафисты и

128 службы святым-основателям вологодских обителей . 2. Нарративные и статистические источники.

В эту группу вошли воспоминания и описания посещений вологодских монастырей паломниками и путешественниками, этнографические и истори-ко-статистические заметки, мемуары. Воспоминания о посещениях вологодских монастырей паломниками и путешественниками обычно содержат описание местоположения обители, описание ее внешнего вида, храмов, сведе

126 См.: Верюжский И. Исторические сказания о жизни святых, подвизавшихся в Вологодской епархии. -Вологда, 1880; Коноплев Н. Святые Вологодского края // ЧОИДР. - 1895. - Кн. 4. - Отдел IV; Житие Корни-лия Комельского. - СПб., 2004.

127 См.: Свт. Игнатий (Брянчанинов). Приношение современному монашеству. - СПб., 1905 [Репринт Изд. Троице-Сергиевой Лавры, 1991]; Монашеское делание. - М., 1991; Монашеская жизнь по изречениям о ней святых отцев-подвижников. - Изд. Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, 1994; Три слова о монашестве. - СПб., 1888 [Репринт М., 1995] и др.

128 Служба Вологодским святым. - Грязовец, 1991; Акафисты русским святым. - СПб., 1996. Т. 1-3. ния о святынях монастыря, а также отдельные штрихи монастырской повседневности: описание трапезы, келий и т.д. Печатались такие заметки как в церковной периодике («Церковные ведомости», «Вологодские епархиальные ведомости»), так и в светских журналах и газетах («Исторический вестник», «Историческая летопись», «Нива», «Лучи», «Москвитянин», «Вологодские

129 губернские ведомости» и др.) .

Материал по общественно-церковной истории края (этнографические и историко-статистические заметки, сообщения о местных церковных и мирских праздниках, о почитании местных святых и святынь, примеры благочестивой жизни и пр.) как правило, публиковался в местной и центральной периодике. В нем также есть место и для сведений о монастырях и устроении монастырской жизни130.

К мемуарным источникам следует отнести воспоминания митрополита Евлогия (Георгиевского), воспоминания митрополита Вениамина (Федченко-ва), воспоминания архимандрита Пимена (Мясникова), в которых отразилась

131 реальная жизнь Церкви и монашества во всем ее многообразии . Дневниковый характер имеют сведения в изданиях Меркурия (Попова), Петра (Сере

129 См.: Паломническая поездка учеников Вологодского духовного училища в июне 1892 года // ВЕВ. - 1892 - № 24. - С. 299-305; Лебедев А. Путешествие по святым обителям Севера // Церковные ведомости. - 1897. -№№ 30-32; Муромцев П. Поездка на Каменный остров в Вологодской губернии // ВГВ. - 1848. -№ 3-4.; Круглов А.В. Поездка в Корнилиево-Комельский монастырь // Исторический вестник. - 1897. - Т. LXX. -С. 216-236; Савваитов П. Дорожные заметки. От Вологды до Устюга // Москвитянин. - 1842. - Ч. 6. -№ 12.-С. 310-336; Из дорожных записок // Лучи. - 1860. - № 10. - С. 221-243; Арсеньев Ф.А. От Шексны до Ку-бенского озера. - б/м, б/г.; Макаренко Н. Путевые заметки и наброски о русском искусстве. - Издание А.А. Жукова, 1914; Трапезникова Р. По городам древнего Заволочья // Русский экскурсант. - 1916. -№ 7. - С. 1119; Фирсов А.И. По рекам Вологде, Сухоне и Северной Двине // Исторический вестник. - 1907. - Т. 110. - С. 629-652, 981-1014; Ц-кий. Путевые заметки. - Вологда, 1910; Шереметев П. Зимняя поездка в Белозерский край. - М., 1902.

130 Из Корнилиево-Комельского монастыря Вологодской епархии // Церковные ведомости. - 1889. - № 45. -С. 1364-1367; Миролюбов А. 300-летний юбилей Владимирской Заоникиевой пустыни // ВЕВ. - 1888. -№ 14. - С. 123-124; Неофит, игум. Спасо-Прилуцкий монастырь, 17 января // ВЕВ. - 1910. -№ 6. - С. 79-89; Освящение храма в Арсениево-Комельском монастыре // ВГВ. № 48. С. 545-546; Павлообнорский игумен Иоасаф, в схиме Серафим, ученик Преподобного Серафима Саровского // ВЕВ. - 1913. - № 20. - С. 573-578; Спасо-Прилуцкий монастырь близ Вологды // Нива. - 1883. -№ 9. - С. 210; Торжество освящения в Вологодском Спасокаменном Свято-Духовом монастыре главного престола в новопостроенной теплой церкви // ВЕВ. - 1873. - № 12. - С. 460-467.

111 Евлогий (Георгиевский), митр. Путь моей жизни. - М., 1994; Вениамин (Федченков), митр. На рубеже двух эпох. - М., 1994; Его же. Письма о монашестве. - М., 2003; Пимен, архим. Воспоминания архимандрита Пимена. - М., 1877. гина), Сампсона (Сиверса)132. Они составлены монашествующими, поэтому отражают особенности монашеского менталитета, мировосприятия.

Общие статистические материалы для исследования взяты из ежегодных Памятных книжек по Вологодской губернии, Статистических и церков-но-исторических сборников.

4. Публицистические источники включили в себя материалы дискуссии конца XIX - начала XX века, которая проходила под девизом «На службе миру - на службе Богу». Одним из главных вопросов дискуссии был вопрос о кризисном состоянии монашества и необходимости монастырских реформ. На страницах различных периодических изданий («Церковные ведомости», «Вологодские епархиальные ведомости», ЧОИДР и др.) высказывались раз

1 П личные мнения, предлагались варианты и направления будущих реформ .

Неопубликованные источники представлены материалами четырех архивохранилищ: Государственного архива Вологодской области, Сектора письменных источников Вологодского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника, научного архива Тотемского музейного объединения, архива УФСБ по Вологодской области. Это монастырская документация, источники личного происхождения, монастырские летописи, комплекс документов первых лет советской власти.

Самую обширную группу архивных источников составляет монастырская документация. С точки зрения информативности комплекс монастырских делопроизводственных документов является достаточно репрезентативной источниковой базой для изучения монастырской повседневности. Ко второй половине XIX века перечень монастырской документации окончательно формируется, уточняется форма ведения документов, появляются пе

132 Меркурий (Попов), монах. Записки монаха-исповедника. - М., 2001; Петр (Серегин), иером. Дневник и поучения иеромонаха Петра (Серегина). - СПб., 1998; Сампсон (Сивере), иеросхим. Дневник. - M., 2001.

133 См.: Д- в. Вопрос о реформе монастырей //Вестник Европы. - 1873. - Т. 4. - Кн.8. - С. 559-582; Пимен (Мясников), архим. Монашество и современные о нем толки // ЧОИДР. - 1874. - Кн. 2. - С. 76-112; Наши монастыри // Беседа. - 1872. - №№ 3-8; Г.И. Чем ныне могли бы послужить иноки православным мирянам? // Церковные ведомости. - 1889. -№ 51. - С. 1574-1576; На службе Богу- на службе близким: какую пользу приносят русскому народу православные монастыри (по письмам Оптинских старцев о. Амвросия и о. Анатолия)-М., 1996. чатные формуляры документов. Число форм отчетности постепенно возрастает и охватывает все сферы монастырской жизни.

Монастырская документация отложилась в 11 монастырских фондах ГАВО: ф. 511 «Горне-Успенский женский монастырь г. Вологды»; ф. 512 «Вологодский Спасо-Прилуцкий мужской монастырь»; ф. 515 «Спасо-Камен ный мужской монастырь Вологодского уезда»; ф. 519 «Арсениево-Комельский монастырь Грязовецкого уезда»; ф. 520 «Корнилиево-Комельский монастырь Грязовецкого уезда»; ф. 521 «Павло-Обнорский монастырь Грязовецкого уезда»; ф. 522 «Григориево-Пелыпемский Лопотов монастырь Кадниковского уезда»; ф. 523. «Дионисиево-Глушицкий монастырь Кадниковского уезда»; ф. 524 «Семигородняя Успенская мужская пустынь Кадниковского уезда»; ф. 526 «Тотемский Спасо-Суморин мужской монастырь»; ф. 1041 «Свято-Духов монастырь в г. Вологде»; а также в фонде Вологодской духовной консистории (496) и в трех фондах СПИ ВГИАХМЗ (ф. 2 «Вологодская духовная консистория»; ф. 3 «Спасо-Прилуцкий монастырь»; ф. 6 «Коллекция документов монастырей и церквей Вологодской и других епархий XVII - начала XX веков»).

Весь корпус неопубликованных источников можно условно разделить на несколько проблемно-тематических групп.

1. Финансово-хозяйственные документы.

К ним мы отнесли приходо-расходные книги, книги для записи сбора пожертвований, счета монастырей.

Приходо-расходные книги - это книги штатных сумм, книги неокладных сумм, книги прихода и расхода хозяйственных продуктов. Нами выявлен сорок один документ, материалы которых охватывают период с 1840 по 1917 год и отражают потоки прихода и расхода денежных сумм и продуктов каждого монастыря епархии. Подробные росписи статей прихода и расхода помогают выявить набор продуктов питания (как повседневный, так и постный и праздничный), виды и качество монашеской одежды и обуви, предметы повседневного обихода (посуда, мебель и пр.). В приходных статьях помимо другой информации перечисляются требы, выполняемые монастырем по заказу мирян (поминовения, панихиды, молебны и др.).

Книги для записи сбора пожертвований содержат информацию о географии пожертвований, о социальном статусе жертвователя. В монастырских фондах ГАВО отложилось десять подобных документов за период с 1850 по 1869 год.

Отдельным источником по монастырской повседневности являются счета монастыря за различные покупки, за выполнение работ наемными работниками (строительных, сельскохозяйственных и др.). В нашем распоряжении оказалось три таких документа за 1850, 1854, 1915 годы, принадлежавших Спасо-Прилуцкому монастырю.

2. Учетно-статистическая документация - это различные описи, документы, содержащие сведения о насельниках монастырей, а также книги для записи приходящих в монастыри богомольцев.

Описи включают в себя главные и дополнительные описи имущества и церквей монастырей, описи имущества умерших монахов или настоятелей, описи библиотек монастырей. Всего нами использовано для исследования сорок восемь подобных документов, из которых сорок описей монастырского имущества, за период с 1842 по 1918 годы, пять описей библиотек (опись библиотеки Горне-Успенского за 1856 год, опись библиотеки Лопотова монастыря за 1885, Стефано-Ульяновского монастыря за 1887 год, Семигород-ней пустыни за 1908, Спасо-Прилуцкого монастыря за 1913 год); три описи имущества монашествующих (опись имущества настоятеля Семигродней пустыни игумена Александра за 1892 год; опись имущества иеромонаха Спасо-Прилуцкого монастыря Гавриила за 1851 год; опись имущества иеромонаха Спасо-Прилуцкого монастыря Варнавы за 1899 год).

Описи имущества и церквей монастырей позволяют уяснить пространственную организацию обители - расположение храмов, жилых и хозяйственных корпусов, выделить особо почитаемые места на территории монастыря, отмеченные часовнями, памятными или поклонными крестами, колодцами. Сюда же входит описание зданий вне монастырской ограды, составляющих с монастырем единый хозяйственный комплекс (например, скотный двор, мельницы). По описям можно с достаточной подробностью воссоздать интерьер настоятельских и братских келий, трапезной, гостиницы. Итак, описи имущества и церквей монастыря позволяют увидеть ту предметно-сакральную среду, которая каждодневно окружала монаха, и выявить влияние ее на духовное становление живущих в монастыре.

Описи имущества монахов представляют собой перечень имущества, принадлежавшего лично монаху (иконы, одежда, обувь, книги, посуда). Каждой вещи, указанной в описи, обычно сопутствует краткое описание (например, если перечисляется одежда, то описано ее состояние и вид ткани, если книги, то их размер, качество бумаги).

Интересны описи библиотек монастырей. Набор книг в монастырской библиотеке позволяет понять, какая литература была доступна монаху и формировала его внутренний нравственный мир.

Группа документов, содержащих сведения о насельниках монастыря, включает в себя ведомости о монашествующих, ведомости о послушниках и рабочих, проживающих в монастыре, исповедные ведомости, книги об умерших. Для того чтобы не просматривать всю массу монастырских ведомостей, имеющуюся в фондах ГАВО, выбрано четыре временных среза и проанализированы ведомости всех вологодских монастырей, соответствующие выбранным срезам (1840, 1861, 1881, 1902 гг.). Ведомости о насельниках - монашествующих, послушниках, бельцах, рабочих, лицах, находящихся на епитимии в монастырях, представлены двадцатью девятью документами за период с 1850 по 1917 год. Автором проанализировано восемь исповедных ведомостей за период с 1871 по 1909 год, принадлежавших Спасо-Прилуцкому, Павло-Обнорскому, Корнилиево-Комельскому, Дионисиево-Глушицкому, Стефано-Ульяновскому, Сямскому монастырям, а также Бела-винской и Владимиро-Заоникиевской пустыням. В распоряжении автора имеется двадцать три книги регистрации умерших насельников за период с

1904 по 1906 год, отдельная книга из Павло-Обнорского монастыря за 1896 -1898 годы и отдельная книга Горне-Успенского женского монастыря 1845 года.

Все указанные документы содержат подробное описание монашеской общины и позволяют выделить категории лиц, проживающих в монастыре, возрастные характеристики насельников, уровень образованности братии, перечень монашеских послушаний. Интересно, что в ведомостях о монахах содержатся краткие характеристики поведения каждого монаха. Все эти сведения позволяют сделать достаточно обоснованные выводы об атмосфере внутри монастыря, о характере построения взаимоотношений между монахами.

Книги для записи богомольцев представляют собой поименное перечисление посещающих монастырь паломников с указанием социального статуса каждого богомольца. В нашем распоряжении имеется пять таких книг: две книги Спасо-Прилуцкого монастыря за 1899 и 1906 годы; книга Корнилиево-Комельского монастыря за 1906 - 1916 годы, книга Дионисиево-Глушицкого монастыря за 1885 - 1891 годы и книга Арсениево-Комельского монастыря за 1883 - 1886 годы. Они позволяют выявить численность потока богомольцев, географию паломничества (имело ли паломничество местный характер или оно было общероссийским), временные периоды наплыва и спада потока паломников.

3. Делопроизводственные материалы.

В эту группу архивных источников входят материалы внутримона-стырского делопроизводства (расписания богослужений) и документация, направляемая из вышестоящих инстанций (текущая деловая переписка).

Из группы документов, характеризующих богослужебную деятельность монастыря, наиболее информативны расписания богослужений. Нами выявлены расписания богослужений трех обителей: Спасо-Прилуцкого монастыря за 1861 - 1862, 1900 - 1903, 1904 - 1908 годы134, Семигородней Ус

134 ГАВО. Ф. 512. On. 1. Дд. 767, 1145,1146.

37 1 пенской пустыни за 1900 - 1903 годы , Дионисиево-Глушицкого монастыря за 1900 - 1912 годы136. Эти документы дают полную картину монастырского богослужения. В них прописаны суточный, недельный и годовой богослужебные циклы, очередность служения братии (так называемая череда), обязательно указывались отсутствующие на службе монахи и причина отсутствия. Изучение этих документов дает возможность выявить особый пласт богослужебной монастырской традиции - локальные особенности богослужения, специфические формы, принятые только в данном, отдельно взятом монастыре. К этой же группе документов можно отнести монастырские синодики, которые должны были прочитываться перед службой.

Еще одна группа монастырской документации - материалы текущей деловой переписки. Это отчеты настоятелей вологодских обителей, отчеты благочинных монастырей, итоги осмотра обителей благочинными или епархиальным архиереем, рапорты о состоянии монастырей, прошения настоятелей, ходатайства, дела о недостойном поведении монашествующих. Всего автором выявлено восемьдесят три подобных документа за период с 1846 по 1917 год. Такие документы позволяют с достаточной степенью достоверности охарактеризовать отношения монастырского начальства с епархиальными властями

4. Документы личного происхождения - это записные книжки монахов, рукописные сборники молитв, письма. Они отложились в четырех фондах Сектора письменных источников ВГИАХМЗ. Всего в этой группе выявлено и проанализировано двадцать пять документов за период с середины XIX века

137 по 1915 год . Это переписка монашествующих с родственниками, друзьями, письма частных лиц в монастыри с различными просьбами по личным вопросам, выказывание благодарности и т.п. Среди экспонатов ВГИАХМЗ есть сборник, предположительно принадлежавший монаху Спасо-Каменного мо

35ГАВО. Ф. 524. On. 1. д. 99.

136 ГАВО. Ф. 523. On. 1. Д. 155.

137 СПИ ВГИАХМЗ. Ф. 11 «Семейный фонд Брянчаниновых». Оп. 1.Д. 6; Ф. 13 «Семейный фонд Суворовых». On. 1. Д. 51; Ф. 17 «Личный фонд игумена Спасо-Прилуцкого монастыря Павла». On. 1. Дд. 2, 5, 6; Ф. 22 «Личный фонд архимандрита Спасо-Прилуцкого монастыря Анатолия». On. 1. Дд. 1,2, 3,4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14; ед.хр. №№ А-255, 1879,2016,2018,2027,2146. настыря, в который вошли молитвы на разные случаи жизни и молитвы, входящие в келейное правило монаха. Интересна записная книжка монаха Спа-со-Суморина монастыря, которая содержит различные молитвы, записи дневникового характера, записи о событиях государственной важности (коронация императора, газетные сведения о войне), стихи.

5. Комплексную информацию о повседневной жизни монастыря дают монастырские летописи. Нами выявлено два подобных документа. Это лето

118 пись Павло-Обнорского монастыря за 1884 - 1914 годы и летопись Корни-лиево-Комельского монастыря в двух частях, первая из которых охватывает период с 1868 по 1890 годы, вторая - с 1890 по 1912 годы139.

Главные темы обеих летописей: особенные события в монастырях (праздники, посещения благочинного или архиерея, смена настоятеля монастыря, события внутри монашеской общины - пострижения, смерть кого-либо из братии и пр.); благоустройство монастырей (ремонты в храмах и монастырских корпусах); хозяйственные заботы обителей. Большое внимание обе летописи уделяют описаниям метеорологических условий - ледостав и ледоход на реках, характеристика погоды весной, летом. Отмечается начало, ход и завершение посадочных и посевных работ, сенокоса, дается характеристика урожайности в сравнении с предыдущими годами.

6. Особо нужно выделить группу документов периода 1917 - 1930 годов. Это делопроизводственная документация, которая отложилась в фондах ГАВО 5 «Вологодский губернский финансовый отдел», 53 «Вологодский губернский отдел управления», 412 «Вологодский губернский административный отдел», 585 «Вологодский губисполком», документы научного архива Тотемского музейного объединения (№№ 80, 653, 682, 1668/1-2), и дела архива УФСБ (Д. П-3650, П-6104, П-6235, П-14583, П-15412, П-15528). Это организационно-распорядительные документы - соглашения, уставы, акты передачи в пользование монастырских зданий и храмов, распоряжения и постановления местных властей; докладная документация - доклады, докладные и

138 ГАВО. Ф. 521. Оп. 1.Д. 104.

139 ГАВО. Ф. 520. On. 1. Дд. 164, 228. служебные записки, акты осмотров монастырей, договоры; протоколы и выписки из протоколов заседаний ГИК, УИК, ВИК; учетно-статистические документы - списки насельников обителей, списки членов религиозных обществ, описи монастырского имущества; текущая деловая и личная переписка - ходатайства, прошения, заявления; следственные дела. Всего в этой группе нами проанализировано сорок три документа. Они позволяют восстановить процесс свертывания монастырской сети епархии в 1918 - 1920-х годах, а также оценить изменения в организации повседневной жизни обителей в этот период.

Вещественные источники представлены подборкой монастырских предметов из коллекций трех музеев - ВГИАХМЗ, Тотемского музейного объединения, музея Спасо-Прилуцкого монастыря. Это предметы повседневного монастырского обихода: церковного (кресты, иконы, потиры, подсвечники, покрова, пелены и др.), столового (кухонная и столовая посуда, скатерти, салфетки), личного (рукомойники, платки, полотенца и др.); предметы обстановки храмов, келий, трапезной; книги, носильные вещи. Изучение монастырских вещей наглядно позволяет оценить их функциональность, качество, сравнить с вещами повседневного крестьянского быта или быта белого духовенства.

В работе также использованы фотодокументы, хранящиеся в фондах ВГИАХМЗ. Для исследования были отобраны семнадцать фотографий, иллюстрирующих расположение вологодских монастырей в окружающем ландшафте, элементы пространственной организации обителей, внутреннее убранство монастырских храмов, наиболее значимые пространственные точки в храмах (иконостасы, раки с мощами, особо почитаемые иконы), портреты монашествующих того времени. Все фотодокументы вошли в приложение к настоящей диссертации.

Итак, архивные и музейные материалы отражают большинство проявлений повседневной жизни монастыря: предметно-сакральную среду, окружавшую монахов, суточный и годовой циклы богослужений, набор пищевых продуктов, виды одежды и др. Сведения документов позволяют наполнить конкретным содержанием выявленные в монастырской повседневности сферы (предметную, деятельностную и духовную) и аспекты (общекультурный, канонический и этнический). Но необходимо отметить, что в названных источниках почти отсутствует информация по ряду важных проблем. В частности, документы не отражают специфику межличностных отношений в монашеской среде, особенности самовосприятия монаха. Для выявления такой информации требуется анализ большого количества архивных источников, сопоставление различных видов документации, сравнение документов разных периодов. В целом, учитывая указанные особенности, можно говорить о том, что комплекс названных источников является репрезентативной источ-никовой базой для изучения повседневной жизни православного русского монастыря.

 

Заключение научной работыдиссертация на тему "Повседневная жизнь русского православного монастыря во второй половине XIX - первой четверти XX вв."

Заключение

В определенный момент социокультурного и историко-культурного развития России монастыри стали некими аккумуляторами всего того, что составляет понятие «этничность»: вещей, предметов, явлений, процессов, которые поддерживают коллективную память этноса, влияют на формирование этносознания, этнической идентичности. Такая аккумуляция происходила не в тех сферах жизнедеятельности монастырей, которые были хорошо видны социуму, а в мелочах, которые составляли монастырскую повседневность, на уровне повседневных действий, отношений, практик. Этот процесс стал наиболее заметным во второй половине XIX - начале XX века, в период динамичного развития страны. На фоне активно развивающихся социокультурной, социально-экономической сфер монастырь - в силу своего предназначения - создает свой автономный мир, отличающийся стабильностью, устойчивостью уклада. Таким образом, монастырская жизнь в период второй половины XIX - начала XX века предстает как некая константа в динамичном социуме.

Исследование повседневной жизни вологодских монастырей показало, что во второй половине XIX - начале XX века на уклад монастырской жизни воздействовали несколько факторов: во-первых, общерусские тенденции социального и культурного развития, во-вторых, местные особенности уклада жизни (северорусская этническая традиция), в-третьих, каноническая православная традиция, которая определяла основу монастырской повседневности. Именно поэтому монастырский уклад можно рассматривать как отдельный тип организации повседневной жизни. Ему свойственны такие качественные характеристики (свойства) как устойчивость, замкнутость, каноничность, ритмичность, цикличность.

Влияние социальных факторов проявилось в том, что во второй половине XIX века произошел процесс окрестьянивания монашества. Это был своего рода монастырский ответ на социальную модернизацию пореформенной России. В то же время, окрестьянивание может рассматриваться не только как «опрощение», но и как еще большее сближение, слияние образа жизни монашества с этнокультурной традицией русских, с традиционной крестьянской культурой. Таким образом, вологодское монашество потенциально могло в эпоху яркой социальной динамики выступать в качестве носителя традиционных культурных традиций и самобытности локального этнокультурного сообщества.

Сложившуюся во второй половине XIX - начале XX века структуру монастырской повседневности составили предметно-сакральная среда, ритмы повседневности и повседневные отношения как внутри, так и вне монастырских стен. Эти составляющие вписаны в три крупных сферы: предметную, деятельностную и духовную. В каждой из сфер достаточно четко можно выделить несколько аспектов. Выделяются:

- историко-культурный аспект (те черты в укладе жизни монастыря, которые обусловлены историей и культурным развитием русского общества в целом);

- церковно-канонический аспект (сформированный многовековой христианской традицией и зафиксированный в соответствующих церковно-канонических документах);

- этнический аспект (возникающий под влиянием особенностей этнокультурного развития конкретного региона, области, местности).

При этом отдельные стороны монастырской повседневности различаются соотношением названных аспектов.

Предметно-сакральная среда монастыря определялась местом обители в геокультурном ландшафте, организацией монастырского пространства и убранством внутренних (малых) пространств. Они вмещали в себя ту предметно-вещную среду, которая являлась естественным фоном повседневной жизни каждого монастыря.

В предметно-вещной сфере наиболее заметно воздействие культурно-исторического развития русского общества, поскольку этим определялись состав, функции, форма и качество вещей и предметов повседневного обихода. Канонический компонент способствовал устойчивости этой сферы. Этническое своеобразие выражено в ней менее явно, но все же его присутствие можно выявить. Во второй половине XIX - начале XX века монастырская сеть Вологодской епархии была устойчивой и являлась одним из выразительных элементов геокультурного ландшафта Вологодчины. Внутренние изменения монастырской сети за этот период не были радикальными и не нарушали ее устойчивости. Монастыри располагались в исторически рано сложившихся политических, хозяйственных, культурных центрах. Это и обусловило такую региональную особенность их географического расположения как очаговость. Сложилась своя иерархия обителей: выделились монастыри, имеющие общероссийское значение (Спасо-Прилуцкий, Стефано-Ульяновский), монастыри регионального уровня влияния (Павло-Обнорский, Корнилиево-Комельский), монастыри, ставшие центрами местной религиозной жизни (Знаменно-Филипповский, Николаево-Прилуцкий и др.).

Одна из основных функций монастыря как геокультурного объекта -организующая. Монастыри «фиксируют» наиболее важные коммуникационные узлы региона (основные торговые и почтовые дороги, сухопутные и речные магистрали). Местонахождение вологодских обителей в узловых точках коммуникационной сети региона делало их центрами социально-экономических связей различных уровней, т.е. позволяло им так или иначе влиять на формирование экономического пространства макро- и микротерриторий.

Помимо пространственных точек, связанных с хозяйственно-экономическими коммуникациями, монастыри фиксировали точки сакральные, т.е. формировали узлы региональной сакральной сети.

Наконец, монастырь служил фактором, организующим ландшафтное пространство. Монастыри епархии находились в качественно разных ландшафтах: городском, пригородном, сельском, островном, в стороне от сельских и городских поселений.

Из вышесказанного вытекает еще одна функция обителей в пространстве. Монастырь становился необходимым ориентиром на открытых пространствах Вологодского края.

Безусловно, важнее роль монастыря как духовного ориентира. Пространство с точки зрения любой религиозной традиции является поляризованным. Для религиозного сознания пространство неоднородно, в нем присутствуют разрывы, разделение на священное и мирское. Монастырь в этом смысле является наивысшим проявлением этой поляризации, как пространство, насыщенное «иномирной» семантикой и символикой. Монастырь создает пространство-символ, несущее определенный культурный текст.

Одна из функций православного монастыря в пространстве Русского Севера - сакрализация, наделение географического пространства эмоциональным и религиозно-мифологическим смыслом.

Сакрализация пространства неразрывно связана с его преображением, т.е. с воздействием Божественной силы на изменение пространства. Восприятие места, на котором стоит или будет стоять монастырь, как преображенного, хорошо зафиксировано в житиях вологодских подвижников-основателей монастырей.

Внешний облик монастыря, его органичная включенность в окружающий геокультурный ландшафт, являли собой один из устойчивых образов этносознания. Монастырский ансамбль был неразрывно связан с религиозными и эстетическими предпочтениями, с представлениями о малой родине и т. д.

Планировочная композиция вологодских монастырей второй половины XIX - начала XX века также не оставалась неизменной. Пространство обителей в течение этого периода расширяется, дробится. Благодаря активному каменному строительству видоизменяется внешний облик большинства вологодских монастырей, а значит, изменяется и их образ в сознании паломников.

В русском православном монастыре канонические основы организации монастырского пространства одновременно являлись и конфессионально-этническими особенностями. Пространственные композиции вологодских обителей второй половины XIX - XX веков, не смотря на все поновления и перестройки второй половины XIX - начала XX веков, сохранили те базовые принципы организации пространства, которые можно обозначить как историко-культурную константу.

Все элементы монастырского пространства можно разделить на внутримонастырские и внемонастырские. К первой группе мы отнесем храмы, жилые и хозяйственные корпуса, сады, расположенные внутри монастырских стен, колодцы, кладбища. Вне монастыря могли располагаться хозяйственные постройки, земельные монастырские угодья, мельницы и рыбные ловли, гостиницы, странноприимные дома, дома для наемных рабочих, монастырские рощи, монастырские кресты и часовни.

Все основные элементы монастырской топографии были организованы в функциональные зоны: жилую, природную, сакральную, хозяйственную, которые пересекались, накладывались друг на друга, т.е. формировали «многослойное» пространство.

К концу XIX века в пространственной композиции смещается зональность, происходит наложение функциональных зон друг на друга, вследствие чего «плотность» монастырского пространства становится неоднородной.

Могилы святых, монастырские сакралии, которые сохранялись в каждой обители, создавали уникальную среду для укрепления религиозных чувств и связанного с ними этноконфессионального опыта.

В пространстве монастыря воспроизводились и сохранялись фундаментальные образы русского Православия. Внутренне убранство монастырских храмов и помещений создавало особое пространство, освященное присутствием монастырских икон, мощей и других святынь.

Бытовые пространства монастыря, интерьеры и их предметное наполнение представляли собой попытку создать образ «идеального» быта, быта, освященного присутствием Бога и Его святых.

Внутри монастырских стен, а тем более внутри монастырских помещений, от человека требовался иной тип поведения, отличный от поведения в миру. Его характеризуют такие понятия как сосредоточенность, благоговение, усиленное внимание к собственному внутреннему миру, отношение ко всему окружающему как к творению Божию. Такое поведение и самоощущение затрагивало все малейшие проявления повседневной жизнедеятельности. Этот процесс можно назвать сакрализацией быта. Такое отношение к бытовым, повседневным сторонам жизни, рождаясь внутри монастырских стен, воспринималось приходящими богомольцами и воспроизводилось в их мирской жизни.

Ритмичность повседневной жизни обители определялась чередованием богослужений, питания и труда. Богослужение, трапеза и послушания -наиболее заметные и наиболее важные проявления повседневной деятельности монастыря.

Более открытыми для проникновения этнического являются трапеза и хозяйство монастыря. Там влияние локальных традиций питания и хозяйствования прослеживается особенно явно. Каноны в этих сферах монастырской повседневности определяли только дисциплинарную сторону.

Монастырская трапеза являлась одним из наиболее важных элементов монастырской повседневности, элементом, который во многом определял специфику монастырского повседневного уклада жизни. Традиции питания в вологодских обителях во многом совпадали с питанием северорусского крестьянства. Совпадения наиболее явно можно проследить в рационе, кулинарных предпочтениях и даже в столовом этикете. Рацион состоял преимущественно из пищи растительного происхождения, из тех культур, которые без излишних затрат труда культивировались в северном климатическом поясе. Блюда, которые появлялись на монастырском столе, в основном имели простую рецептуру. Нормы и правила поведения монаха во время трапезы вполне сопоставимы с традиционными крестьянскими установлениями в этой сфере. Сама трапеза - общая, это трапеза иерархичного сообщества, за столом есть главный, он начинает трапезу и руководит ее течением. Но нужно указать и на некоторые отличия. В вологодских обителях наблюдается сосуществование как традиционного питания, так и элементов питания, присущих городскому и дворянскому обществу. Эти элементы вносились благодаря особенностям питания настоятелей монастырей, а иногда влияние города в обителях.

В целом, культура повседневного питания вологодских монахов была в русле этнической культуры питания северорусского населения. Ее некоторая корректировка определялась лишь аскетическими установлениями в этой сфере.

Труд занимал заметное место в повседневной жизни насельников вологодских обителей. Перечень послушаний, практиковавшихся в вологодских монастырях, не являлся оригинальным, присущим только вологодским обителям. При этом, в нем отразились как общерусские, так и локальные этнокультурные хозяйственные традиции, и крестьянской, и городской среды.

Группа клиросных послушаний (послушания певчих, гробовых, иеромонахов) поддерживала этнорелигиозные традиции: монастырское богослужебное пение, почитание святынь, строгое уставное богослужение. Послушания, связанные с обеспечением трапезы, как бы поддерживали связь монастырской традиции питания с устойчивыми этническими практиками. Послушания, обеспечивающие монастырское хозяйство (послушания печников, мельников, конюхов, пастухов, сапожников, портных, кузнецов, столяров, плотников, а также сельскохозяйственные работы, огородничество, садоводство), воспроизводили хозяйственные традиции русских, практически не внося ничего нового. Для этого труда характерны традиционные технологии, устойчивый набор сельскохозяйственных и ремесленных орудий, практически не отличающийся от крестьянского, соблюдение трудовых обычаев. Такой труд формировал этническую идентичность.

Но были и такие послушания, которые отличали монастырскую хозяйственную систему от традиционной крестьянской. Так, навыки переплетного мастерства, резьбы по дереву, слесарного и токарного мастерства, иконописи требовали владения определенными технологиями, сложного инструментария, а также, не в последнюю очередь, особого склада натуры.

Деятельностная сфера выразилась во второй половине XIX - начале XX века в широко распространившейся практике паломничества в вологодские обители. Паломничество в святые обители способствовало тому, что монастырский опыт повседневной жизнедеятельности активно воспринимался и реализовывался «в народе». Через монастырь шла сакрализация этнической повседневности. Каждое повседневное действие (принятие пищи, труд, сон и т.д.) приобретало в монастыре особый духовный смысл, который паломники активно транслировали в мирскую повседневность.

Эта практика дополнялась нарастающим социальным служением монастырей. Благотворительная, просветительская, образовательная и иная социальная деятельность обителей стала особенно востребованной в условиях российской модернизации. Одновременно социальное служение было продолжением культурной и этноконфессиональной традиции.

Наиболее регламентированной сферой повседневной жизни монастыря является духовная сфера, прежде всего - богослужение. Монастырское богослужение - ядро монастырской повседневности. Оно задавало ритм повседневной жизни каждой обители, поскольку все остальные повседневные занятия и заботы были подчинены расписанию церковных служб. Именно богослужение придавало духовный смысл всем повседневным действиям монахов и насельников. Тем не менее, и эта сфера не была закрыта для проникновения историко-культурных и этнолокальных особенностей. Они прочитываются как в храмовом монастырском богослужении, так и в массовых религиозных монастырских практиках. Обязательное празднование «царских» и «викториальных» дней стало важными вехами на пути формирования и закрепления коллективной памяти народа. В монастырском богослужении большое место занимал цикл, связанный с почитанием собора вологодских святых. Массовые празднования дней памяти местных святых тоже превращались в традицию, вплетаясь в годичный государственно-церковный праздничный цикл. Свою роль в этом процессе играло монастырское богослужебное пение. Оно, следуя требованиям сохранения древних форм и способов, само являлось уже этноконфессиональной традицией.

Вологодские монастыри второй половины XIX - начала XX века как субъекты историко-культурной среды оказались относительно динамичными и способными реагировать на важнейшие «вызовы» социального развития региона. В качестве же носителей религиозных ценностей монастыри проявили себя скорее носителями статики, укрепляя традиционные православные этноконфессиональные практики.

 

Список научной литературыСтикина, Надежда Викторовна, диссертация по теме "Отечественная история"

1. Неопубликованные (архивные) источники.

2. Государственный архив Вологодской области.

3. Ф. 5. Вологодский губернский финансовый отдел. On. 1. Д. 592, 2042, 2866.

4. Ф. 53. Вологодский губернский отдел управления. Оп. 2. Д. 113, 189, 190, 191а, 211,212, 213, 345, 346, 354,479, 806. Ф. 412. Вологодский губернский административный отдел. On. 1. Д. 121.

5. Ф. 496. Вологодская духовная консистория.

6. Ф. 519. Арсениево-Комелъский монастырь Грязовецкого уезда. On. 1. Д. 230.

7. Ф. 520. Корнилиево-Комелъский монастырь Грязовецкого уезда. On. 1. Д. 164,228,294,332.

8. Ф. 521. Павло-Обнорский монастырь Грязовецкого уезда. On. 1. Д. 43,50,51,60, 83,94, 101, 104, 109, 110, 124, 130, 132,133, 145, 147, 148, 149,153,155, 160, 163, 166, 172.

9. Ф. 522. Григориево-Пелыиемский Лопотов монастырь Кадниковскогоуезда.1. Оп. 1.Д. 67, 134.

10. Ф. 523. Дионисиево-Глушицкий монастырь Кадниковского уезда. On. 1. Д. 144, 155.

11. Ф. 524. Семигородняя Успенская мужская пустынь Кадниковскогоуезда.1. Оп. 1.Д. 99, 339,373.

12. Ф. 526. Тотемский Спасо-Суморин мужской монастырь. On. 1. Д. 54, 57, 60, 62, 63, 65, 70, 88, 89. Ф. 585. Вологодский губисполком.

13. On. 1. Д. 56, 71, 72, 107, 126, 176, 237, 237а, 281, 307, 371,428, 428а, 578, 592.1. Оп. 2. Д. 198,245.

14. Ф. 1041. Свято-Духов монастырь в г. Вологде. ОпЛ.Д. 49, 50, 65,71,74, 79, 82,85,86,91,95,97, 100, 102, 105,111, 113, 119, 127, 131,132, 135, 147,237.

15. Отдел письменных источников Вологодского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника.

16. Ф. 2. Вологодская духовная консистория. Оп. 2. Д. 65.

17. Ф. 3. Спасо-Прилуцкий монастырь. On. 1. Д. 18,20, 22, 23.

18. Ф. 6. Коллекция документов монастырей и церквей Вологодской и других епархий XVII- начала XX веков. On. 1. Д. 2,3, 10, 14,25. Ф. 11. Семейный фонд Брянчаниновых. Оп. 1.Д.6.

19. Ф. 13. Семейный фонд Суворовых. On. 1. Д. 51.

20. Ф. 17. Личный фонд игумена Спасо-Прилуцкого монастыря Павла. Оп. 1.Д.2, 5,6.

21. Ф. 22. Личный фонд архимандрита Спасо-Прилуцкого монастыря Анатолия.

22. Оп. 1.Д. 1,2,3,4,5,6, 7, 8,9, 10, 11, 12,13, 14. Ед. хр. №№ А-255, 1879, 2016, 2018, 2027,2146.

23. Научный архив Тотемского музейного объединения. Ед.хр. №№ 80, 653, 682, 1668/1-2.

24. Архив УФСБ по Вологодской области.

25. Д. П-3650, П-6104, П-6235, П-14583, П-15412, П-15528.1. Опубликованные источники.

26. Айвазов И.Г. Законодательство по церковным делам в царствование императора Александра III. М.: Печатня

27. A.И. Снегиревой, 1913. 222 с.

28. Акафисты русским святым: в 3-х тт. СПб.: Титул, 1996.

29. Арсеньев Ф.А. От Шексны до Кубенского озера. Б/м, б/и, б/г. -48 с.

30. Барсов Т. Сборник действующих и руководственных церковных и церковно-гражданских постановлений по ведомству православного вероисповедания. СПб.: В Синодальной типографии, 1885. Т. 1.- 186 с.

31. Вениамин (Федченков), митрополит. На рубеже двух эпох. -М.: Правило веры, 2004. 842 с.

32. Вениамин (Федченков), митрополит. Письма о монашестве. -М.: Скименъ: Пренса, 2003. 192 с.

33. Верюжский И. Исторические сказания о жизни святых, подвизавшихся в Вологодской епархии. Вологда: Типография

34. B. А. Гудкова-Белякова, 1880. 699 с.

35. Вологда в воспоминаниях и путевых записках. Вологда: Областная универсальная научная библиотека им. И.В. Бабушкина: Русь, 1997.-380 с.

36. Воскресенский А. Светлые воспоминания о праздновании 500-летия Павло-Обнорского монастыря // ВЕВ. 1915. - № 10.

37. C. 265-274; № 11. С. 292-298.

38. В.П. Прогулка в Прилуцкий монастырь // ВГВ. 1859. - № 22. -С. 179-183.

39. Время богослужения в церквах города Вологды // Вологодский иллюстрированный календарь на 1894 год. Вологда, Издание типографии братьев Гудковых-Беляковых, 1893. - С. 22.

40. Г.И. Чем ныне могли бы послужить иноки православным мирянам? //Церковные ведомости. 1889.-№ 51. - С. 1574-1576.

41. Д-в. Вопрос о реформе монастырей // Вестник Европы. 1873. -Т. 4.-Кн. 8.-С. 559-582.

42. Доброе слово новоначальному послушнику, желающему нелицемерно проходить путь Божий. М.: Издательство им. Святителя Игнатия Ставропольского, 1998. - 80 с.

43. Документы свидетельствуют (материалы Государственного архива Вологодской области о вскрытии мощей Преподобного Феодосия). Публикация JI.H. Мясниковой // Тотьма: краеведческий альманах. -Вологда: Русь, 1997. Вып. 2. С. 547-587.

44. Древнерусские иноческие уставы. М.: Северный паломник, 2001. -296 с.

45. Духовный регламент. М.: Синодальная типография, 1897. Изд. 4-е.

46. Евлогий (Георгиевский), митрополит. Путь моей жизни. -М: Московский рабочий, 1994. 624 с.

47. Житие Корнилия Комельского. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского университета, 2004. - 228 с.

48. Завьялов А. Циркулярные указы Святейшего Правительствующего Синода. 1867 1895 годы. - СПб.: Издание книгопродавца И.Л. Тузова, 1896.-280 с.

49. Закрытие монастырей в Грязовецком уезде. Публикация И.А. Кожевниковой // Городок на Московской дороге. Вологда: Ардвисура, 1994. С. 83-88.

50. Игнатий (Брянчанинов), свт. Приношение современному монашеству. Издание Троице-Сергиевой Лавры, 1991. - 464 с.

51. Из дорожных записок //Лучи. 1860. -№ 10. - С. 221-243.

52. Из Корнилиево-Комельского монастыря Вологодской епархии // Церковные ведомости. 1889. -№ 45. - С. 1364-1367.

53. Коноплев Н. Святые Вологодского края // ЧОИДР. 1895. - Кн. 4.- Отдел IV.

54. Краткие сведения о чудотворных и местночтимых святых иконах в Вологодской губернии // Вологодский иллюстрированный календарь на 1894 год. Вологда: Издание типографии братьев Гудковых-Беляковых, 1893. С. 22-24.

55. Круглов А.В. Поездка в Корнилиево-Комельский монастырь // Исторический вестник. 1897. - Т. LXX. - С. 216-236.

56. Лебедев А. Путешествие по святым обителям Севера // Церковные ведомости.- 1897.-№30.-С. 1024-1031; № 31. С. 1070-1078; № 32.-С. 1107-1114.

57. Лебедев А. 400-летие Корнилиево-Комельского монастыря // Прибавления к «Церковным ведомостям». 1897. - № 25. - С.853-855.

58. Лебедев В.К. От Вологды до Ульянова монастыря. Кострома, б/и, 1914.- 130 с.

59. Лебедев В. Паломничество окончивших курс воспитанниц Вологодского епархиального училища в 1907 году // ВЕВ. 1908.- № 6. С. 147-151.

60. Лебедев В. 500-летие Глушицких монастырей // ВЕВ. 1900. -№ 12.-С. 120-122.

61. Макаренко Н. Путевые заметки и наброски о русском искусстве. -Издание А.А. Жукова, 1914. 60 с.

62. Меркурий (Попов), монах. Записки монаха-исповедника. -М.: Изд-во Московской Патриархии, 2001. 272 с.

63. Миролюбов А. 300-летний юбилей Владимирской Заоникиевой пустыни // ВЕВ. 1888. - № 14. - С. 123-124.

64. Монашеская жизнь по изречениям о ней святых отцев-подвижников. Издание Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, 1994. - 164 с.

65. Монашеское делание. М.: Свято-Данилов монастырь: СП "Квадрат", 1991.-208 с.

66. Муравьев А.Н. Русская Фиваида на Севере. М.: Паломник, 1999. -526 с.

67. Муромцев П. Поездка на Каменный остров в Вологодской губернии // ВГВ. 1848. - № 3. - С. 25-30; № 4. - С. 37-43.

68. На службе Богу на службе ближним: какую пользу приносят русскому народу православные монастыри (по письмам Оптинских старцев о. Амвросия и о. Анатолия). - М.: Православный Свято-Тихоновский богословский институт, 1996. - 32 с.

69. Наши монастыри // Беседа. 1872. - №№ 3-8.

70. Неофит, игумен. Спасо-Прилуцкий монастырь, 17 января // ВЕВ. -1910,-№6.-С. 79-89.

71. Непеин А.С. По реке Сухоне до города Тотьмы // Историческая летопись.- 1916. -№ 11.-С. 1062-1068.

72. Объявление о монашестве // Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. СПб., 1869. т. 4. № 1197.

73. Описание освящения храмов в Семигородней Успенской пустыни и Глушицком монастыре // ВГВ. 1849. - № 52. - С. 518-523.

74. Паломническая поездка учеников Вологодского духовного училища в июне 1892 года // ВЕВ. 1892. - № 24. - С. 299-305.

75. Петр (Серегин), иеромонах. Дневник и поучения иеромонаха Петра (Серегина). СПб.: Светослов, 1998. - 256 с.

76. Пимен (Мясников), архимандрит. Воспоминания архимандрита Пимена. М.: Изд. Императорского Общества истории и древностей Российских при Московском университете, 1877. -418 с.

77. Пимен (Мясников), архимандрит. Монашество и современные о нем толки // ЧОИДР. 1874. - Кн. 2. - С. 76-112.

78. П-ов С.С. Поездки в монастыри Ферапонтов, Кирилло-Белозерский, Горицкий//Временник.- 1916.-С. 78-91.

79. Полные духовные законы для православных священно- и церковнослужителей, монашествующих благочинных, членов консисторий, архиереев и других начальствующих лиц. М.: Типография Ф. Иогансон, 1877. - 294 с.

80. Постановления Всероссийского съезда представителей от монастырей, бывшего в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре с 16 по 23 июля 1917 года. М.: Типография Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 1917.

81. Празднование 500-летия со дня кончины Преподобного Димитрия Прилуцкого в Спасо-Прилуцком монастыре // ВЕВ. 1892. - № 5. -С. 211-213.

82. Празднование 700-летия основания Великоустюгского Михайло-Архангельского монастыря. Великий Устюг, б/и, 1913. - 48 с.

83. Прибавление к духовному Регламенту // ПСЗ-1. т. 7. № 4022.

84. Прибавление о правилах причта церковного и чина монашеского // ПСЗ-1. СПб., 1830. Т. 7. № 4022.

85. Прилуцкий монастырь (из дорожных записок) // Лучи. 1859. -Т. 19.- № 10.-С. 226-238.

86. Пр. К. Монах Иоанн (на добрую память о Ване) // Церковное слово.- 1907.- №41.-С. 654-656; №42.-С. 666-671.

87. Проволович А. Сборник законов о монашествующем духовенстве.- М.: Типо-литография И. Ефимова, 1897. 100 с.

88. Савваитов П. Дорожные заметки. От Вологды до Устюга // Москвитянин. 1842.-Ч. 6.-№ 12.-С. 310-336.

89. Сампсон (Сивере), иеросхимонах. Дневник. М.: Журнал "Держава", 1998.- 192 с.

90. Святейший Правительствующий Синод. Предсоборное Совещание. В 5-ти тт. СПб.: Синодальная типография, 1912 - 1916.

91. Священный Собор Православной Российской церкви. 1917 1918 годы. Обзор деяний. Третья сессия. - М.: Крутицкое Патриаршее Подворье: Общество любителей церковной истории, 2000. - 432 с.

92. Священный Собор Православной Российской Церкви. Деяния 1150. М. - Пг., 1918. В 12-ти книгах. М.: Новоспасский монастырь, 1994 - 2000.

93. Серафим (Кузнецов), иеромонах. Женские иноческие уставы. -Смоленск: Гомеопатическая медицина, 2002. 292 с.

94. Серафим (Кузнецов), игумен. Мужской общежительный устав. -М.: Изд-во имени Святителя Игнатия Ставропольского, 2000. -336 с.

95. Серафим (Кузнецов), иеромонах. Первый Всероссийский съезд монашествующих 1909 года: воспоминания участника. -М.: Изд-во имени Святителя Игнатия Ставропольского, 1999. 368 с.

96. Служба Вологодским святым. Грязовец: Издание Крестовоздвиженской православной церкви, 1991. - 9 с.

97. Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви, 1917 1918 гг. - М.: Новоспасский монастырь, 1994. Вып. 1 -4.

98. Суворов Н.И. Возобновление и освящение Вознесенской церкви в Спасо-Прилуцком монастыре // ВЕВ. 1876. - № 14. - С. 203-206.

99. Титов Н. Посещение Белавинской пустыни // ВГВ. 1847. - № 32. -С. 143-147.

100. Титов Н. Путевые очерки от Вологды до Новоезерского монастыря // ВГВ. 1848. - № 21. - С. 229-235; № 32. - С. 231-243.

101. Толстой М. Путевые письма с Севера. М.: Университетская типография, 1868. - 99 с.

102. Торжество освящения в Вологодском Спасо-Каменном Свято-Духовом монастыре главного престола в новопостроенной теплой церкви//ВЕВ. 1873.-№ 12. - С. 460-467.

103. Трапезникова Р. По городам древнего Заволочья // Русский экскурсант. 1916.-№ 7. - С. 11-19.

104. Три слова о монашестве. М.: Русский Хронографъ, 1995. - 46 с.

105. Указ о секуляризации церковных владений // ПСЗ-1. т. 16. № 12060.

106. Уставы Духовных консисторий. СПб.: В Синодальной типографии, 1841, 1852, 1883, 1891.

107. Фирсов А.И. По рекам Вологде, Сухоне и Северной Двине // Исторический вестник. 1907. - Т. 110. - С. 629-652, 981-1014.

108. Ц-кий Н. Путевые заметки. Вологда: Типография Губернского правления, 1910. - 17 с.

109. Шевырев С. Поездка в Кирилло-Белозерский монастырь. М.: Университетская типография, 1850. - 247 с.

110. Шереметев П. Зимняя поездка в Белозерский край. М.: Синодальная типография, 1902. - 180 с.

111. Шереметев С. По Сухоне. М.: б/и, 1900. - 20 с.1. Научная литература

112. Александр (Федоров), иеромонах. Соотношение «храм монастырь - город» в связи с типологией русских монастырей // Наследие монастырской культуры: ремесло, художество, искусство. - СПб.: РИИИ, 1996. С. 11.

113. Алферова Г.В. Русские города XVI XVII веков. - М.: Стройиздат, 1989.-214 с.

114. Андрианов А.Ю. Роль режима питания в духовном становлении насельников русских православных монастырей XIX века // Этнографическое обозрение. 1995. - № 5. - С. 84-91.

115. Андрианов А.Ю. Скитская и монастырская жизнь первой трети XIX века // Православие и русская народная культура. М.: Координационно-методический центр Прикладной этнографии Института этнографии и антропологии РАН, 1993. Кн. 2. С. 44-91.

116. Андроник (Трубачев), игум., Бовкало А.А., Федоров В.А. Монастыри и монашество. 1700 1998 // Православная энциклопедия. Русская Православная церковь. - М.: Церковно-научный центр "Православная энциклопедия", 2000. Вводный том. С. 346-371.

117. Анишина А.П. Глушицкие Покровский и Иоанно-Предтеченский монастыри // Житие Корнилия Комельского. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского университета, 2004. С. 202-216.

118. Арсеньев Ф.А. Ульяновский монастырь у зырян. М.: Типолитография Н. И. Куманина, 1889. - 148 с.

119. Баниге В., Перцев Н. Вологда. -М.: Искусство, 1970. 168 с.

120. Барсегян Т.В. Типология монастырских поселений России // Монастыри в жизни России: материалы научной конференции. -Калуга-Боровск, 1997. С. 86-93.

121. Барсегян Т.В. Типология православных монастырей в России // Монастыри в жизни России: материалы научной конференции. -Калуга-Боровск, 1997. С. 94-106.

122. Белоярская И.К. Влияние жилых и хозяйственных сооружений монастырей на объемно-пространственную композицию монастырских ансамблей // Вологодский политехнический институт. Сборник научных трудов института. Вологда: ВоПИ, 1998. Т. 1.С. 189-194.

123. Белоярская И.К. Монастырские комплексы Вологодской области. Принципы современной реабилитации: Дис. . кандидата архитектуры. СПб., 2002. - 205 с.

124. Белоярская И.К. Предпосылки архитектурно-градостроительной реабилитации монастырских комплексов в постсоветской России // Русская культура на пороге третьего тысячелетия: Христианство и культура. Вологда: Легия, 2001. С. 159-164.

125. Белоярская И.К., Маринова Е.В. Градостроительное исследование освоения Вологодского края на примере возникновения и развития монастырских ансамблей // Вузовская наука региону: материалы конференции. - Вологда: ВоГТУ, 2000. Т. 1. С. 36-39.

126. Белоярская И.К., Пьянкова Н.С. Проблема воссоздания Павло-Обнорского монастыря как духовного центра Вологодского края // Менеджмент экологии. Вологда: ВоГТУ, 1999. С. 190-192.

127. Бернштам Т.А. Русская народная культура и народная религия // Советская этнография. 1989. -№ 1. - С. 91-100.

128. Бернштам Т.А. Молодость в символизме переходных обрядов восточных славян: Учение и опыт церкви в народном христианстве. СПб.: Петербургское востоковедение, 2000. - 274 с.

129. Биланчук Р.П. Григориево-Пельшемский Лопотов монастырь // Житие Корнилия Комельского. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского университета, 2004. С. 217-219.

130. Билинец С. Тьма и ее слуги (о православных монастырях и монашестве). Киев: Госполитиздат УССР, 1960. - 88 с.

131. Богословский М. Северный монастырь в XVII веке // Вестник Европы. 1908. - Кн. 1. - С. 278-306.

132. Борисов Н.С. Посвящения престолов в русских храмах XVIII -XIX веков // Вестник МГУ. Серия 8: История. 1993. - № 3. -С. 23-34.

133. Бочаров Г., Выголов В. Вологда. Кириллов. Ферапонтово. Белозерск. М.: Искусство, 1979. - 354 с.

134. Братановский А. Бывший настоятель Павло-Обнорского монастыря Иоасаф, в схиме Серафим // ВЕВ. 1885. - № 2. -С. 37-48.

135. Будовниц И.У. Монастыри на Руси и борьба с ними крестьян в XIV XVI веках. - М.: Издательство АН СССР, 1966. - 392 с.

136. Булатов В. Н. Русский Север. Кн. 1-5. Архангельск: ПТУ, 1997 -2001.

137. Буркин Н. Монастыри в России, их эксплуататорская контрреволюционная роль. М.: «Безбожник», типография «Гудок», 1931.-40 с.

138. Васильев Ю.С., Биланчук Р.П. Корнилиево-Комельский монастырь // Житие Корнилия Комельского. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского университета, 2004. С. 220-226.

139. Верховской П.В. Очерки по истории Русской церкви в XVIII и XIX столетиях. Варшава: типография Варшавского учебного округа, 1912.-148 с.

140. Витов М.В., Власова И.В. География сельского расселения Западного Поморья в XVI XVII веках. - М.: Наука, 1974. - 192 с.

141. Власова И.В. Дорогами земли Вологодской. Этнографически очерки. М.: Институт этнологии и антропологии РАН, 2001. -276 с.

142. Волков В.А. Православные монастыри и проблемы экологического оздоровления российских городов // Православныемонастыри и экология. М.: Русский христианский экологический дом, 1994. С. 28-33.

143. Воронина Т.А. Об особенностях питания крестьян Тотемского уезда в конце XIX века // Тотьма: краеведческий альманах. -Вологда: Русь, 1997. Вып. 2. С. 132-164.

144. Воронина Т.А. Особенности соблюдения постов в народной среде в XIX веке // Православная жизнь русских крестьян XIX XX веков. -М.: Наука, 2001. С. 53-72.

145. Воронина Т.А. Практика русского православного поста в XX веке (1917 1991 гг.) // Православная вера и традиции благочестия у русских в XVIII - XX веках. - М.: Наука, 2002. С. 209-242.

146. Воронина Т.А. Проблемы этнографического изучения русского православного поста // Этнографическое обозрение. 1997. - № 4. -С. 85-96.

147. Воскресенский А. Многоскорбный ученик Преподобного Серафима Саровского игумен Павло-Обнорского монастыря Иоасаф, в схиме Серафим. Вологда: б/и, 1914. - 190 с.

148. Воскресенский А. Свято-Троицкий Павло-Обнорский третьеклассный общежительный мужской монастырь Вологодской епархии. СПб.: Типография П.А. Цветова, 1914. - 250 с.

149. Восторгов И., протоиерей. О монашестве. М.: Государственная Публичная Историческая библиотека: Московское Благотворительное Братство Св. Равноапостольного князя Владимира, 1991. - 32 с.

150. Голосов А. Великоустюгский Михайло-Архангельский монастырь Вологодской епархии. Вологда: Типография Вологодского губернского правления, 1901. - 74 с.

151. Голубинский Е.Е. История русской церкви: в 3-х тт. М.: Крутицкое Патриаршее Подворье: Общество любителей церковной истории, 1997.

152. Голубинский Е.Е. О реформе в быте Русской церкви // ЧОИДР. -1913. Кн. 3.-Раздел III.

153. Грекулов Е.Ф. Православная инквизиция в России. М.: Наука, 1964.- 168 с.

154. Грекулов Е.Ф. Православная церковь враг Просвещения. - М.: Издательство Академии наук СССР, 1962. - 192 с.

155. Грекулов Е.Ф. Церковь, самодержавие, народ (вторая половина XIX начало XX века). - М.: Наука, 1969. - 184 с.

156. Громыко М.М. О единстве православия в Церкви и в народной жизни русских // Традиции и современность. 2002. - № 1. -С. 3-31.

157. Громыко М.М. О народном благочестии у русских XIX века // Православие и русская народная культура. М.: Координационно-методический центр Прикладной этнографии Института этнографии и антропологии РАН, 1993. Кн. 1. С. 144-182.

158. Громыко М.М. Православие как традиционная религия большинства русского народа // Православие и культура этноса. -М.: Старый сад, 2000. С. 5-8.

159. Громыко М.М. Православие у русских: проблемы этнологического исследования // Православие и русская народная культура. М.: Координационно-методический центр Прикладной этнографии Института этнографии и антропологии РАН, 1996. Кн. 6. С. 160-185.

160. Громыко М.М., Кузнецов С.В., Буганов А.В. Православие в русской народной культуре: направление исследований // Этнографическое обозрение. 1993. - № 6. - С. 60-68.

161. Денисов Л.И. Православные монастыри Российской империи. -М.: Типография А.Д. Ступина, 1908. 984 с.

162. Дмитриева З.В. Проблемы изучения описей строений и имущества монастырей Русского Севера XVI XVII веков //

163. Наследие монастырской культуры: ремесло, художество, искусство. СПб.: РИИИ, 1996. С. 24.

164. Доброклонский А.П. Руководство по истории Русской церкви. -М.: Крутицкое Патриаршее Подворье: Общество любителей церковной истории, 2001. 936 с.

165. Дроботушенко Е.В. Православные монастыри Забайкалья во второй половине XIX начале XX века. Дис. . канд. ист. наук. -Чита, 2001.-225 с.

166. Дроздов А.А. Формирование архитектурных ансамблей монастырей Русского Севера // Православные монастыри и экология. М.: Русский христианский экологический дом, 1994. С. 17-19.

167. Евдокимов И.В. Север в истории русского искусства. Вологда: Союз северных кооперативных союзов, 1921. - 232 с.

168. Еремина Т. Мир русских икон и монастырей. М.: Наука, 1998. -597 с.

169. Желтов М.С., Сергий (Правдолюбов), протоиерей. Богослужение Русской церкви. X XX века // Православная энциклопедия. Русская православная церковь. - М.: Церковно-научный центр "Православная энциклопедия", 2000. Вводный том. С. 485-517.

170. Зверинский В.В. Материалы для историко-топографического исследования о православных монастырях в Российской империи. -СПб.: Типография В. Безобразова и Комп., 1897. В 3-х ч.

171. Зенкова О.Б. «Мы наш, мы новый мир построим.» (из истории преобразования устюгских монастырей после революции 1917 года) // Великий Устюг: краеведческий альманах. Вологда: Легия, 2000. Вып. 2. С. 108-133.

172. Зенкова О. Троице-Гледенский монастырь в XIX веке // Советская мысль (Великий Устюг). 1994. - 6 апреля. -№ 51 (16286).

173. Знаменский П.В. История русской церкви. Paris: Центр русских исследований в Медоне; Москва: Крутицкое Патриаршее Подворье : Общество любителей церковной истории , 1996. - 480 с.

174. Золотова О.А. Храмы в ландшафтной и планировочной структуре города Вологды // Вологда: краеведческий альманах. Вологда: Легия, 2003. Вып. 4. С. 468-476.

175. Зыбковец В.Ф. Национализация монастырских имуществ в Советской России (1917 1921). - М.: Наука, 1975. - 206 с.

176. Зырянов П.Н. Русские монастыри и монашество в XIX и начале XX века. М.: Вербум-М, 2002. - 320 с.

177. Историческое и статистическое описание Корнилиево-Комельского монастыря. Вологда: Типография С.А. Зубова, 1855. -116 с.

178. История православной церкви в XIX веке: в 2-х тт. Сергиев Посад: Патриарший издательско-полиграфический центр, 1998.

179. Казанский П.С. История православного монашества на Востоке: в 2-х ч. М.: Типография А. Семена, 1854-1856.

180. Казанский П.С. История православного русского монашества от основания Печерской обители Преподобным Антонием до основания Лавры Святой Троицы Преподобным Сергием. М.: Типография А. Семена, 1855.-205 с.

181. Казанский П.С. Общий очерк жизни иноков египетских в IV и V веках // Сидоров А.И. Древнехристианский аскетизм и зарождение монашества. М.: Православный паломник, 1998. 525 с. Приложение.

182. Калуцков В.Н., Иванова А.А., Давыдова Ю.А., Фадеева Л.В., Родионов Е.А. Культурный ландшафт Русского Севера: Пинежье, Поморье. -М.: ФМБК, 1998. 136 с.

183. Камкин А.В. Островные монастыри в культурном ландшафте Русского Севера // Русская культура на рубеже веков: русскоепоселение как социокультурный феномен. Вологда: Книжное наследие, 2002. С. 7-16.

184. Камкин А.В. Православная церковь на Севере России. Вологда: ВГПИ, 1992.- 164 с.

185. Кандидов Б.П. Монастыри-музеи и антирелигиозная пропаганда.- М.: Издательское акционерное общество «Безбожник», типография газеты «Правда», 1929. 227 с.

186. Карташев А.В. Очерки по истории русской церкви: в 2-х тт. М.: ЭКСМО-Пресс, 1991.

187. Катканов С. Прилуцкий век // Лад. 1994. - № 9. - С. 52-59; № 10.-С. 44-59.

188. Кириченко Е. Русский интерьер 70-х 90-х годов XIX века // Декоративное искусство СССР. - 1971. - № 3. - С. 24-31.

189. Кириченко О.В. Дворянское благочестие. М.: Паломникъ, 2002.- 464 с.

190. Комеч А.И. Русские монастыри: история и культура. М.: АРТЕМЕ, 2001.-239 с.

191. Концевич И.М. Стяжание Духа Святаго в путях Древней Руси. -М.: Московский патриархат: Посад, 1993. 230 с.

192. Котельников В.А. О смысле и границах понятия «аскетическая культура» // Монастырская культура: Восток и Запад. СПб.: Алм. "Канун": Фонд "Сервантес", 1999. С. 31-35.

193. Кремлева И.А. Похоронно-поминальные обряды у русских: связь живых и умерших // Православная жизнь русских крестьян XIX -XX веков. -М.: Наука, 2001. С. 72-87.

194. Круглов Д.Н. Повседневность как предмет философской рефлексии. Дис .канд. филос. наук. СПб., 1996. - 162 с.

195. Кудрявцев М. История православного монашества. М.: Крутицкое Патриаршее Подворье. Общество любителей церковной истории, 1999.-280 с.

196. Кузнецов Н.Д. Общественное значение монастырей. Вышний Волочек: б/и, 1908.-47 с.

197. Кузнецов П.Н. Свято-Троицкая обитель преподобного Павла Обнорского Вологодской губернии. СПб.: Типография Александро-Невского общества трезвости, 1913. - 16 с.

198. Кузнецов С.В. Нравственность и религиозность в хозяйственной деятельности русского крестьянина // Православная жизнь русских крестьян XIX-XX веков. М.: Наука, 2001. С. 168-182.

199. Кукушкина М.В. Монастырские библиотеки Русского Севера. -JL: Наука. Ленинградское отделение, 1977. 224 с.

200. Куратов А. А. Православные святыни и святые в истории Архангельского Севера. Архангельск: ПГУ, 2004. - 228 с.

201. Лебедев А.К. Успенский женский монастырь в городе Вологде и приписная Николо-Озерская пустынь. Вологда: Типография Г.С. Панова, 1899.-49 с.

202. Лебедев В. Семигородняя Успенская пустынь и приписной Николаевский Катромский монастырь Вологодской епархии Кадниковского уезда. Вологда: Типография К.А. Бараньева, 1902. -88 с.

203. Лидов A.M. Иконостас: итоги и перспективы развития // Иконостас: происхождение развитие - символика. - М.: Прогресс-Традиция, 2000. С. 11-19.

204. Листова Т.А. Народный православный обряд создания семьи // Православная жизнь русских крестьян XIX XX веков. - М.: Наука, 2001. С.7-35.

205. Листова Т.А. Религиозно-нравственное отношение к деторождению в русской семье // Православная жизнь русских крестьян XIX XX веков. - М.: Наука, 2001. С. 36-52.

206. Листова Т.А. Народные представления о душе, связанные с деторождением // Православная вера и традиции благочестия у русских в XVIII XX веках. - М.: Наука, 2002. С. 101-127.

207. Лихачев Д.С. Поэзия садов. Л.: Наука: Ленинградское отделение, 1982. - 469 с.

208. Лукомский Г.К. Вологда в ее старине. СПб.: Типография «Сириус», 1914. - 366 с.

209. Макарий (Булгаков), митрополит. История русской церкви: в 7-ми тт. М.: Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, 1994 -1997.

210. Малицкий П.И. Руководство по истории Русской церкви. М.: Крутицкое Патриаршее Подворье: Общество любителей церковной истории, 2000. - 464 с.

211. Мальцев Н.В. Резные изображения «Христа в темнице» XVII -XVIII веков // Резные иконостасы и деревянная скульптура Русского Севера. Архангельск - М.: ВХНРЦ, 1995. С. 75-86.

212. Мартюков А. Троице-Гледенский монастырь в Великом Устюге // Советская мысль (Великий Устюг). 1994. - 24 сентября. -№ 144(16379).

213. Маторин Н.М. Религия и борьба с нею в Северном крае. Л.: «Прибой», гос. типография им. Е. Соколовой, 1930.-47 с.

214. Матрусов Н.Д., Анискович Е.М., Кивва К.В. Монастыри и преображение жизненной среды России // Православные монастыри и экология. М.: Русский христианский экологический дом, 1994. С. 26-28.

215. Мелехова Г.Н. Духовенство и его роль в жизни населения Каргополья (XIX первая треть XX века) // Православная вера итрадиции благочестия у русских в XVIII XX веках. - М.: Наука, 2002. С. 179-208.

216. Мельник А.Г. К семантике монастырского сада // Памятники культуры. Новые открытия. Ежегодник. 1994. М., 1996. С. 517-518.

217. Мильчик М.И. Островные монастыри Русского Севера в иконографии XVI начала XVIII веков // Святые и святыни северорусских земель. - Каргополь: Каргопольский государственный историко-архитектурный и художественный музей, 2002. С. 109-117.

218. Мильчик М.И. Северный деревянный монастырь на иконах XVII XIX века // Памятники культуры. Новые открытия. 1978. -Л., 1979. С. 333-346.

219. Миров А., Мухин А. Вологодское разорение. Монастыри города //Лад.- 1993.-№8.-С. 11-17.

220. Монастырские комплексы // Русское градостроительное искусство. Древнерусское градостроительство X XV веков. - М.: Стройиздат, 1993. С. 291-310.

221. Монашество и монастыри в России. XI XX века. - М.: Наука, 2002. - 346 с.

222. Мулен Л. Повседневная жизнь средневековых монахов Западной Европы. X XV века. - М.: Молодая гвардия Классик, 2002. -346 с.

223. Мороз А.Б. Сакральная география Каргополья // Святые и святыни северорусских земель. Каргополь: Каргопольский государственный историко-архитектурный и художественный музей, 2002. С. 94-109.

224. Муравьев А.Н. История российской церкви. М.: Паломникъ, 2002.-512 с.

225. Мухин А. Чудотворная. Семигородняя икона в Вологде // Лад. -1993. -№ 10.-С. 46-53.

226. Мясникова Л.Н. Протест против поругания православной святыни мощей Преподобного Феодосия, Тотемского Чудотворца // Региональные аспекты исторического пути православия. -Вологда: Областное общество историков-архивистов, 2001. С. 411-417.

227. Найденова Л.П. Внутренняя жизнь монастыря и монастырский быт (по материалам Соловецкого монастыря) // Монашество и монастыри в России XI XX века. - М.: Наука, 2002. С. 285-301.

228. Найденова Л.П. О возможных подходах к изучению монастырской жизни // Церковь в истории России. М., 1997. Сб. 1.С. 197-200.

229. Непеин А.С. Святыни и достопримечательности города Великого Устюга и его окрестностей // ВЕВ. 1915. - № 11. - С. 299-302.

230. Непеин С. Павло-Обнорский монастырь Вологодской губернии // Русский паломник. 1911.-№24.-С. 380-381.

231. Нестор (Светлосанов), иеромонах. Вологодский мужской второклассный Спасо-Прилуцкий монастырь. Одесса: Типография Е.И. Фесенко, 1907. - 16 с.

232. Николаевский Коряжемский монастырь Сольвычегодского уезда Вологодской губернии. Вологда: Типография губернского правления, 1901. -40 с.

233. Никольский Н.К. Кирилло-Белозерский монастырь и его устройство до второй четверти XVII века (1397 1625). - СПб.: б/и, 1897, 1910. Вып. 1-2.

234. Никольский Н.М. История русской церкви. Минск: Беларусь, 1990.-540 с.

235. Никон (Рождественский), архиепископ. Высота монашеского подвига в наше время. М.: Изд-во им. святителя Игнатия Ставропольского, 1995. - 64 с.

236. Овчинников В.А. Православные монастыри, архиерейские дома и женские общины Томской епархии во второй половине XIX -начале XX века. Дис. канд. ист. наук. Кемерово, 2002. - 294 с.

237. Описание Тотемского Спасо-Суморина монастыря. -М.: Типография В. Готье, 1850. 70 с.

238. Опыт исследования об имуществах и доходах наших монастырей.- СПб.: Типография Морского Министерства, 1876. 397 с.

239. Освящение храма в Арсениево-Комельском монастыре // ВГВ. -№ 48. С. 545-546.

240. Остроумов И. Спасо-Каменный на Кубенском озере монастырь // Остроумов И. Святыни нашего Севера. СПб., 1897. С. 137-150.

241. Павлообнорский игумен Иоасаф, в схиме Серафим, ученик Преподобного Серафима Саровского // ВЕВ. 1913. - № 20. -С. 573-578.

242. Павлообнорский подвижник иеромонах Николай // ВЕВ. - 1913.- № 19. С. 541-547; № 20. - С. 571-573.

243. Павлушков А.Р. Пенитенциарная практика северных монастырей XVIII XIX веков. Дис. канд. ист. наук. — Вологда, 2000. — 309 с.

244. Панченко А.А. Исследования в области народного православия: Деревенские святыни Северо-Запада России. СПб.: Алетейя, 1998. -305 с.

245. Пащенко Е. В. Очерки о монастырях и храмах Архангельской области (XVII XX века). - Архангельск: АГМА, 1999. - 111 с.

246. Петрова Т.Г. Закрытие Глушицкого Сосновецкого Дионисиева Предтеченского монастыря в 1924 году // Русская культура на пороге третьего тысячелетия: Христианство и культура. Вологда: Легия, 2001. С. 101-104.

247. Питирим, епископ. Путь становления обители. Сыктывкар: Сыктывкарская и Воркутинская епархия, 2001. - 116 с.

248. Поплавская Х.В. Паломничество, странноприимство и почитание святынь в Рязанском крае. XIX XX вв. - Рязань: Рязанский областной научно-методический центр народного творчества, 1998. -115 с.

249. Попов А. Описание Великоустюгского Иоанно-Предтеченского девичья монастыря // ВЕВ. 1877. - №№ 9, 12, 13, 14, 15.

250. Попов В.Т. Город Тотьма. Вологда: Типография губернского правления, 1886. - 128 с.

251. Поселянин Е. Русские подвижники XIX века. СПб.: Издание книгопродавца И. JI. Тузова, 1910. - 570 с.

252. Поселянин Е. Русская церковь и подвижники XVIII века. СПб.: Издание книгопродавца И. JI. Тузова, 1905. - 320 с.

253. Поспеловский Д.В. Русская православная церковь в XX веке. -М.: Республика, 1995. 509 с.

254. Православные русские обители. Полное иллюстрированное описание всех православных русских монастырей в Российской империи и на Афоне. СПб.: Воскресеше, 1994. - 732 с.

255. Припачкин И.А. Обстановка игуменской кельи середины XVIII века // Из истории монастырей и храмов Курского края. Курск: КГМУ, 1998. С. 46-51.

256. Природа и историко-культурное наследие Кожозерья. -Архангельск: УрО РАН, 2006. 310 с.

257. Проскурякова Т.С. О некоторых принципах планировки православных монастырей Сибири XVIII XIX веков // Архитектурное наследство. - М.: Стройиздат, 1996. Вып. 41. С. 119-124.

258. Прохоренко А. Храм, человек, природа // Журнал Московской Патриархии. 1996. - № 6. - С.39-46.

259. Прошин Г. Правда о православных монастырях // Атеистические чтения. М.: Политиздат, 1984. Вып. 13. С. 11-25.

260. Прошин Г.Г. Черное воинство. Русский православный монастырь: легенда и быль. М.: Политиздат, 1988. - 317 с.

261. Пуцко В.Г. Иконописные портреты северных русских монастырей: корни локальной художественной традиции // Кириллов: краеведческий альманах. Вологда: Русь, 1997. Вып. 2. С.207-224.

262. Радченко О.И. Монастырь как центр духовной жизни русской провинции // Монастыри в жизни России. Калуга-Боровск, 1997. С.144-156.

263. Радченко О.И. Православные монастыри Самарского края во второй половине XIX начале XX веков. Дис. . канд. ист. наук. -Самара, 1998.- 184 с.

264. Ратшин А. Полное собрание исторических сведений о всех бывших в древности и ныне существующих монастырях и примечательных церквах в России. М.: Университетская типография, 1852. - 566 с.

265. Римский С.В. Церковная реформа Александра II // Вопросы истории. 1996. - № 4. - С. 32-48.

266. Римский С.В. Церковная реформа 60-х 70-х годов XIX века // Отечественная история. - 1995. - № 2. - С. 166-175.

267. Романенко Е.В. Нил Сорский и традиции русского монашества. Дис. .канд. ист. наук. М., 1997. - 289 с.

268. Романенко Е.В. Повседневная жизнь русского средневекового монастыря. М.: Молодая гвардия, 2002. - 330 с.

269. Ростиславов Д.И. О православном белом и черном духовенстве в России. В 2-х тт. Лейпциг: Ф. Вагнер, 1866.

270. Рощевская Л.П. Коми монашество как феномен культуры // Христианизация Коми края и ее роль в развитии государственности и культуры. Сыктывкар: СГУ, 1996. Т. 1. С. 234-242.

271. Рощевская Л.П. Хозяйственная деятельность православного монастыря в Коми крае. 1866 1917 годы // Церковь в истории России. -М., 1997. Сб. 1.С. 164-172.

272. Рощектаев А.В. Монастыри Казанской епархии в XIX начале XX века: хозяйственная деятельность. Дис. . канд. ист. наук. -Казань, 2001.-209 с.

273. Русский Север: этническая история и народная культура. XII -XX века. М.: Наука, 2004. - 848 с.

274. Русское православие: вехи истории. М.: Политиздат, 1989. -719 с.

275. Рыбаков А.А. Вологодская икона: Центры художественной культуры земли Вологодской XIII XVII веков. - М.: Галарт, 1995. - 484 с.

276. Рыбаков А.А. Художественные памятники Вологды XIII начала XX века. - Л.: Художник РСФСР, 1980. - 316 с.

277. Савваитов П. Описание Великоустюгского Архангельского и приписного к нему Троицкого Гледенского монастыря. СПб.: Типография П. Крашенинникова и комп., 1848. - 64 с.

278. Савваитов П.И. Описание Тотемского Спасо-Суморина монастыря и приписной к нему Дедовской Троицкой пустыни. -Вологда: Типография товарищества «Знаменский и Цветов», 1911. -56 с.

279. Самсонова Т.Ю. Братия Соловецкого монастыря во второй половине XIX начале XX века // Вестник Московского Университета. Серия 8: История. - 1996. - № 6. - С. 36-52.

280. Святая обитель // Церковное слово. 1907. - № 48. - С. 755-761.

281. Святые подвижники и обители Русского Севера. СПб.: Издательство Олега Абышко, 2005. - 416 с.

282. Серебрянский Н.И. Очерки по истории монастырской жизни в псковской земле. М.: Общество истории и древностей российских при Московском университете, 1908. - 114 с.

283. Сизоненко Т.Д. О Ветхозаветной символике Царских врат древнерусского иконостаса // Иконостас: происхождение -развитие символика. - М.: Прогресс-Традиция, 2000. С. 501-517.

284. Случевский К. По Северу России. СПб.: Типография Э. Гоппе, 1886-1888. Т. 1-3.

285. Слюнькова И.Н. Монастыри восточной и западной традиции: наследие архитектуры Беларуси. М.: Прогресс-Традиция, 2002. - 600 с.

286. Смирнов К.Н. Судьба монастырей Харовского района. Вологда: б/и, 2003.-36 с.

287. Смолич И.К. Русское монашество. М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 1997. - 606 с.

288. Спасо-Каменный на Кубенском озере монастырь. СПб., 1895.-32 с.

289. Спасо-Прилуцкий монастырь близ Вологды // Нива. 1883. -№9.-С. 210.

290. Спасенкова И.В. Православная традиция русского города в 1917- 1930 годах (на материалах Вологды). Дис. . канд. ист. наук. -Вологда, 1999.-276 с.

291. Спасенкова И.В. Сакральная топография города Вологды 1920-х- 1930-х годов: смена образа // Русская культура на рубеже веков: Русское поселение как социокультурный феномен. Вологда: Книжное наследие, 2002. С. 399-404.

292. Степановский И.К. Вологодская старина. Вологда: Типография губернского правления, 1890. - 602 с.

293. Суворов И.Н. Владимирская Заоникиева пустынь. Вологда: Типография товарищества «Знаменский и Цветов», 1912. - 42 с.

294. Суворов И.Н. Описание Вологодского Духова монастыря. -Вологда: Типография товарищества «Знаменский и Цветов», 1912. -90 с.

295. Суворов И.Н. Описание Тотемского Спасо-Суморина монастыря и приписной к нему Дедовской Троицкой пустыни. Вологда: Типография товарищества «Знаменский и Цветов», 1911. - 55 с.

296. Суворов Н.И. Глушицкий монастырь Вологодской епархии. -Вологда: Типография губернского правления, 1876. 88 с.

297. Суворов Н.И. Знамено-Филипповский Янковский монастырь Вологодской епархии. Великий Устюг: Типография «Скоропечатня П.Н. Лагирева», 1893. - 12 с.

298. Суворов Н.И. Лопотов Богородицкий монастырь Вологодской епархии. Вологда: Типография губернского правления, 1875. -28 с.

299. Суворов Н.И. Монастырские трапезы 100 лет назад // ВЕВ. -1902.-№ 16.-С. 483-486.

300. Суворов Н.И. Описание Арсениево-Комельского монастыря Вологодской епархии. Вологда: Типография губернского правления, 1870. - 36 с.

301. Суворов Н.И. Описание Вологодского Спасо-Прилуцкого монастыря. Вологда: Типография товарищества «Знаменский и Цветов», 1902.-58 с.

302. Суворов Н.И. Описание Павло-Обнорского монастыря Вологодской епархии. Вологда: Типография губернского правления, 1866. - 67 с.

303. Суворов Н.И. Описание Спасокаменного, что на Кубенском озере монастыря //ВЕВ. 1871,- №6. -С. 1-10.

304. Суворов Н.И. Сольвычегодский Введенский монастырь и приписной к нему Николаевский Коряжемский // ВЕВ. 1878. -№ И.-С. 195-212.

305. Суворов Н.И. Сямский Богородице-Рождественский монастырь Вологодской епархии. Вологда: Типография губернского правления, 1896. - 30 с.

306. Судаков Г.В. «Место, где ты можешь спастись.» // Кириллов: краеведческий альманах. Вологда: Русь, 1997. Вып. 2. С. 5-8.

307. Судаков Г.В. Монастырская трапеза в XVI веке // Кириллов: краеведческий альманах. Вологда: Легия, 1998. Вып. 3. С. 88-92.

308. Судаков Г.В. Монастырские описи XVII века как источник по истории книги // Северный археографический сборник. Вологда: ВГПИ, 1978. Вып. 6. С. 41-49.

309. Судаков Г.В. Рукописная и старопечатная книга на Вологодчине: проблемы изучения // Вологда: краеведческий альманах. Вологда: Русь, 1997. Вып. 2. С. 544-548.

310. Тальберг Н. История русской церкви. М.: Издательство Сретенского монастыря, 1997. - 924 с.

311. Тальберг Н. История христианской церкви. М. - Нью-Йорк: СП "Интербук": Астра, 1991. - 142 с.

312. Тельтевский П.А. Великий Устюг. Архитектура и искусство XVII XIX веков. - М.: Государственное издательство литературы построительству, архитектуре и строительным материалам, 1977. -180 с.

313. Теребихин Н.М. Сакральная география Русского Севера. -Архангельск: Изд-во Поморского международного педагогического университета, 1993.-223 с.

314. Толстой М.В. Рассказы по истории русской церкви. М.: Типография А.Д. Ступина, 1901. - 630 с.

315. Томский И.И. Путеводитель по Северу России: спутник экскурсанта. Сольвычегодск: б/и, 1920. - 232 с.

316. Топографический очерк Вологодской губернии // Вологодский иллюстрированный календарь на 1893 год. Вологда: Изд. типографии братьев Гудковых-Беляковых, 1892. С. 61-64.

317. Тульцева Л.А. Престольный праздник в картине мира (мироколице) православного крестьянина // Православная жизнь русских крестьян XIX-XX веков. -М.: Наука, 2001. С. 124-167.

318. Тульцева Л.А. Тайная милостыня // Православная вера и традиции благочестия у русских в XVIII XX веках. - М.: Наука, 2002.С. 90-100.

319. Украинская Т. Спасо-Прилуцкий Дмитриев мужской монастырь // Русские монастыри: Север и Северо-Запад Росиии. М.: Очарованный странник, 2001. С. 394-399.

320. Успенский женский монастырь в городе Вологде и приписная к нему Николо-Озерская пустынь. Вологда: Типография Г.С. Панова, 1899.-50 с.

321. Ушаков Ю.С. Ансамбль в народном зодчестве Русского Севера. -Л.: Стройиздат: Ленинградское отделение, 1982. 168 с.

322. Федотов Т.П. Собрание сочинений. Т. 8: Святые Древней Руси. -Издательство «Мартис», 2000. 268 с.

323. Федоров В.А. Русская православная церковь и государство. Синодальный период. 1700 1917. - М.: Русская панорама, 2003. -480 с.

324. Филарет (Гумилевский), архиепископ. История русской церкви: в 5-ти тт. М.: Издание книгопродавца И.Л. Тузова, 1847-1848.

325. Фирсов С.Л. Православная церковь и Российское государство в 1907 1917 годах: социальные и политические проблемы. Дис. . доктора ист. наук. - СПб., 1997. - 665 с.

326. Фруменков Г.Г. Соловецкий монастырь и оборона Беломорья в XVI-XIX вв. Архангельск: Северо-Западное книжное издательство, 1975. - 184 с.

327. Фруменков Г.Г. Узники Соловецкого монастыря: Политическая ссылка в Соловецкий монастырь в XVIII-XIX веках. Архангельск: • Северо-Западное книжное издательство, 1965. - 120 с.

328. Хрусталев М.Ю. Тотемские святые // Тотьма: краеведческий альманах. Вологда: Русь, 1995. Вып. 1. С. 52-62.

329. Цеханская К.В. Иконопочитание в русской традиционной культуре. М.: Институт этнологии и антропологии РАН, 2004. -256 с.

330. Чадаева С.В. Православный монастырь в социальном и историческом контексте духовной культуры России. Дис. . канд. филос. наук. Н. Новгород, 2003. - 200 с.

331. Чинякова Г.П. Епископ Игнатий (Брянчанинов) о духовной культуре русских монастырей // Макарьевские чтения: Монастыри России. -М.: «Терра», 2000. Вып. VII. С. 282-290.

332. Шамина И.А. Боковые врата иконостаса: символический замысел и иконография // Иконостас: происхождение развитие -символика. - М.: Прогресс-Традиция, 2000. С. 559-590.

333. Шамина И.Н. Из истории вологодских монастырей XVI XVII века (состав насельников) // Отечественная история. - 2003. - № 1. -С. 141-154.

334. Шаромазов М.Н. Описи Кирилло-Белозерского монастыря как источник для изучения монастырской иконописи XVII XIX веков // Наследие монастырской культуры: ремесло, художество, искусство. - СПб.: РИИИ, 1996. Вып. 1. С. 25.

335. Шкурко В.Ф. Важность и необходимость монашества. Киев: Типография Киево-Печерской Успенской лавры, 1912. - 16 с.

336. Штайндорф Л. Монашеская культура как способ общественного дисциплинирования в Московской Руси общеевропейский образец // Русская религиозность: проблемы изучения. - СПб.: МАЭ, 2000. С. 41-47.

337. Щепанская Т.Б. Кризисная сеть (традиции духовного освоения пространства) // Русский Север. К проблеме локальных групп. -СПб.: МАЭ, 1995. С. 110-176.

338. Щербич С.Н. История монастырей Тобольской епархии во второй половине XIX начале XX века: опыт социокультурного исследования. Дис. канд. ист. наук. - Тюмень, 2001. - 273 с.

339. Щипакина JI.A. Монашество в культурном сознании русского православия. Дис. канд. филос. наук. Саранск, 1997. - 168 с.

340. Юшкова Е. Под покровом святого Корнилия // Лад. 1992. -№ 7-8. - С. 2-6.