автореферат диссертации по истории, специальность ВАК РФ 07.00.09
диссертация на тему:
Денежное обращение на территории Европейского Севера России в первой половине XVII в.

  • Год: 1994
  • Автор научной работы: Быков, Александр Владимирович
  • Ученая cтепень: кандидата исторических наук
  • Место защиты диссертации: Москва
  • Код cпециальности ВАК: 07.00.09
Автореферат по истории на тему 'Денежное обращение на территории Европейского Севера России в первой половине XVII в.'

Полный текст автореферата диссертации по теме "Денежное обращение на территории Европейского Севера России в первой половине XVII в."

Государственный комитет Российской Федерации по высшему образованию Российский государственный гуманитарный университет

РГб од

На правах рукописи УДК 336.74(470.1/25) (091)« 17»

Быков Александр Владимирович

Денежное обращение на территории Европейского Севера России в первой половине Х\/11в.

Специальность 07.00.09. — Историография,источниковедение и методы исторического исследования

АВТО РЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

1 с ИЮн 13эЧ

Москва 1994

Работа выполнена на кафедре вспомогательных исторических дисциплин Историко-архивного института Российского государственного гуманитарного университета.

НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ -доктор исторических наук,профессор КАМЕНЦЕВА ЕЛЕНА ИВАНОВНА

ОФИЦИАЛЬНЫЕ ОППОНЕНТЫ : доктор исторических наук — МЕЛЬНИКОВА АЛЛА СЕРГЕЕВНА доктор исторических наук — РОГОЖИН НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ

ВЕДУЩАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ: Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова

Защита состоится «17 » июня 1994 г. в 1400часов на заседании специализированного совета Д .063. 49. 02 Российского государственного гуманитарного университета по адресу: 125267, г. Москва, ул. Чаянова, 15.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке университета

Автореферат разослан «14» мая 1994 г.

Ученый секретарь специализированного совета кандидат исторических наук, профессор Т.В. КУЗНЕЦОВА

Общая характеристика работы

Актуальность темы.

Современное историческое исследование, претендующее на осмысление широкого круга экономических или социально-политических проблем, не может уже обойтись без использования нетрадиционных видов источников, среди которых особое место занимают памятники нумизматики. В процессе перехода хозяйственного организма страны от натурального к денежному товарному хозяйству значение для историкачистонумизматическихисточников и источников, содержащих те или иные сведения, касающиеся государственных финансов, неизмеримо возрастает.

Темой нашей работы является изучение особенностей денежного обращения на территории, называвшейся во времена Московской Руси «Поморьем», получившей в современной литературе устойчивое наименование «Русский Север». Она включает в себя современные Вологодскую, Архангельскую, Мурманскую области, Коми республику и Карелию. Хронологически тема работы ограничивается первой половиной XVII в. —временем, предшествующим денежной реформе царя Алексея Михайловича.

Среди множества противоречий, существовавших в рамках многоукладной российской экономики в первой половине XVII в., отмечается несоответствие между уровнем товарно-денежных отношений и состоянием монетной системы. Реформированная еще в 1535-1538 гг. монетная система не могла должным образом обеспечить денежное обращение. С начала XVII столетия регулярно чеканится только один номинал — копейка, неудобный как при крупных платежах, так и при мелочных расчетах. Состояние денежного обращения на протяжении всей первой половины XVII в. в самом общем виде характеризуется как предкризисное. Указанное выше несоответствие вызвало кжизни денежную реформу царя Алексея Михайловича 1654-1663 гг.

События Смутного времени начала XVII в. дестабилизировали денежное обращение. Вступив на путь эксплуатации монетной регалии и уменьшив серебряное содержание русской копейки в 1610 г., верховная власть активно использовала этот рычаг пополнения казны. Политические события Смуты способствовали административному расколу государства. Прерываются и экономические связи между регионами. Следовательно, на какое-то время денежное обращение могло утратить общерусский характер. Это определяет необходимость изучения региональных особенностей обращения времен Смуты и последующих лет вплоть до конца сороковых годов XVII в.

Цель и задачи исследования:

Цель настоящей работы — изучение особенностей денежного обращения на территории Северной Руси. Она включает следующие задачи:

- выявление, классификация и анализ источников,

- рассмотрение вопроса о «старой» тяжеловесной монете, вопреки правительственнымуказаниямнаходившейся в обращении вплоть до сороковых годов XVII столетия, связи проблемы «старых денег» с проблемой

мелкой разменной монеты, обострившейся после сокращения регулярной чеканки младших номиналов монетной системы 1535 г.,

- выяснение роли иностранной монеты в экономике Русского государства в связи с дискуссионностью вопроса о ефимках, как средстве обращения на окраинах государства, главным образом на Севере и Северо-Западе России,

- исследование влияния поддельной монеты, имевшей преимущественно региональное хождение на рынок Поморья, борьбе правительства с внешними и внутренними фальшивомонетчиками.

Поставленные перед исследованием задачи рассматриваются нами в связи с развитием товарно-денежных отношений в регионе, проблемой генезиса капиталистических отношений в России через состояние денежного обращения.

Научная новизна:

Новизна темы основывается на нетрадиционном подходе к рассмотрению нумизматических проблем: совокупному использованию не только специфических данных кладов, но также и данных письменных источников экономического, нарративного и даже духовного характера. Значение работы основывается навведении в научный оборотогромного комплекса вещественных источников — данных 26 кладов, насчитывающих свыше 13 тысяч монет, уточнении систематизации монет первой половины XVII в., выявлении большого количества новых типов нерегулярного и поддельного чеканов, выделении памятников нескольких зарубежных эмиссий. Все это позволяет дать общую характеристику денежного обращения в регионе в первой половине XVII в., ранее невозможную из-за отсутствия доступа исследователей к главному источнику — данным кладов.

Практическая ценность работы:

Введенный в оборот комплекс источников — это прежде всего научно систематизированная часть коллекции пяти музеев Вологодской и Архангельской областей, описанная в соответствии с правилами II учета музейных экспонатов, что позволяет активно использовать подлинные предметы, ранее лежавшие в фондах неразобранной аморфной массой в новейших экспозициях, что уже сделано после издания кладов, например в Великоустюгском музее-заповеднике Вологодской области.

Разработанная методика публикации кладов имеет большое практическое значение для музеев региона, позволяет приступить к изданию «Корпуса» кладов, найденных на территории Русского Севера.

Данные настоящей работы уточняют, а в некоторых случаях и в корне меняют существующие положения в исследовании русского денежного обращения в XVII в.

Материалы диссертации, опубликованные в ходе работы над темой, позволяют с уверенностью говорить о наличии изученных нумизматических памятников, данные которых могут быть использованы как при создании учебной литературы в рамках преподавания вспомогательных исторических дисциплин с уклоном краеведческого профиля, так и при написании обоб-

щающих монографических трудов по денежному обращению в Русском государстве XVI-XVI1 вв.

Апробация работы:

Различные части работы были доложены автором и обсуждены в ходе следующих научных симпозиумов: Второй всесоюзной конференции в Звенигороде в 1986 г., Всероссийской нумизматической конференции в Вологде 1993 г., в Эрмитаже в1994г., на ежегодных Чтениях отдела нумизматики ГИМ в 1982-91 гг., Нумизматической конференции в Эрмитаже в 1991 г., региональной конференции по источниковедению в Петрозаводске в 1990 г., Семинаре по Вспомогательным историческим дисциплинам в Историко-архивном институте в 1991г. Доклады получили положительную оценку, были рекомендованы к публикации и впоследствии изданы самостоятельно или в составе научных сборников.

Структура и объем работы:

В соответствии с целью и задачами работа включает «Введение» и четыре главы. В первой главе рассмотрены вопросы происхождения и классификации источников, во второй анализируются метрологические проблемы денежного обращения на территории Северной Руси в первой половине XVII в. В третьей главе исследуется проблема значения иностранной монеты в денежном обращении региона, четвертая глава посвящена борьбе государства с «денежными ворами», фальшивомонетчиками, исследуется вопрос о классификации монет нерегулярного чекана и его роли в денежном обращении на территории Русского Севера.

Публикации:

Рассматриваемые в диссертации вопросы отражены в 15 публикациях, общим объемом 19 п.л. Приняты к печати две работы, общим объемом 1,5п.л. (См. список работ в конце автореферата).

Содержание работы

Во «Введении» обосновывается выбор темы исследования, определяется отношение авторак используемой нумизматической терминологии, в частности термину «денежное хозяйство», имеющему в литературе неоднозначное толкование. Автор определяет методологические принципы исследования, заключающиеся в комплексном изучении разноплановых источников. Большое вниманиеуделяется обоснованию выборарегионаисследования, месту Русского Севера в экономической и политической жизни государства в первой половине XVII в. Данный вопрос исследуется в контексте дискуссии о генезисе капитализма в России в связи с развитием товарно-денежных отношений в регионе. Во введении дается обзор литературы по истории русской нумизматики XVII в., уточняется ряд историографических деталей.

История изучения нумизматических памятников первой половины XVII века насчитывает уже более 200 лет. Сведения о русских монетах этого времени впервые появляются в рукописных каталогах (частных и общественных коллекций) XVIII столетия.

В 1781-1786 гг. М.Д. Чулков издал многотомное сочинение «Историческое описание Российской коммерции», где в обстоятельном очерке изложил историю развития монетной системы России.

Анализ текста «Описания Российской коммерции» показывает: историю русской денежной системы Чулков излагал по летописям, привлекая наряду с этим данные степенных книг и актового материала. Историк впервые ввел в литературу царский указ 1620 г. или одно из его последующих повторений о фальшивомонетчиках, который и по сей день служит краеугольным камнем в изучении вопроса борьбы с «денежными ворами» в XVII в. Обращает внимание обилие материала о ефимка-талерах, упоминающихся, как правило, в связи с таможенной политикой государства.

Труд М.Д. Чулкова, наряду с хорошо известным в литературе каталогом Кунсткамеры, может считаться основополагающей работой по русской нумизматике, выполненой в XVIII столетии.

Коллекционные интересы долго влияли на развитие нумизматики как исторической науки.

На это справедливо сетовал Д.П. Сонцов: «Неужели монеты — эти несомненные материальные остатки старины, с типами эпохи своего чекана, с изображением быта и верований того времени — останутся навсегда безгласными и непризнанными со стороны наших ученых и исследователей?»

В 1865 г. была пробита брешь в описательной нумизматике. На эволюцию монетного веса обратил внимание метролог Д.И. Прозоровский. В его монографии исследуются закономерности установления весовой нормы монет.

Несомненным достоинством труда Д. И. Прозоровского явилось обращение исследователя к письменным источникам: летописям пактам, данными которых он иллюстрировал свои положения.

Наибольшей удачей Прозоровского в рамках данной темы следует считать реконструкцию счетной системы XVI-XVII вв., правильное определение метрологического содержания даже таких неконкретныхметрических понятий, как единицы веса «пирог» и «почка». Последнее открытие, забытое почти на столетие, стало настоящим откровением для специалистов-нумизматов второй половины XX в., дав ключ к пониманию вопроса о причинах уменьшения веса монет в XVI-XVII вв. на конкретную метрическую величину.

В тени труда Прозоровского оказалась работа другого исследователя, волопжанина П. И. Савваитова, совпавшая по времени выхода с вышеназванной монографией. В работе совершенно независимо от Прозоровского правильно рассмотрены проблемы денежного счета ХУ1-ХУН вв.

Сведения об изменении монетной стопы, вопросы государственной чеканки и подделки монет в XVII в. разбросаны на страницах соответствующего тома «Истории России» С.М. Соловьева. Изменения монетной стопы в начале XVII в. и его последствия для экономики России интересовали С.Б. Веселовского.

Вопрос об эволюции цен в XVI-XVII вв. пытался решить В.О. Ключевский, однако, игнорирование нумизматических деталей проблемы не позволило ему достигнуть поставленной цели.

Своеобразный итогисследованиямХ1Х в. подвел И.И. Кауфман в монографии «Серебряный рубль», увидевшей свет в 1910 г. В диссертации подробно проанализирован соответствующий раздел этой работы.

Подводя итог, отметим: работа Кауфмана не охватывала всего комплекса проблем денежного обращения, оставаясь по большей части только метрологическим сочинением. Отчасти это объяснимо. В XIX — начале XX вв.основным нумизматическим источником считали монету, совершенно упуская из виду такой уникальный источник, как клады. Десятки кладов XVII в., представленные в Археологическую комиссию, после рассмотрения признавались «не заслуживающими интереса», сплавлялись или возвращались нашедшему. Погибло множество первоклассных источников. То немногое, что осталось в музеях, центральных и зарождавшихся провинциальных, лежало, как правило, в россыпях, в лучшем случае со стандартной этикеткой «монеты московских царей», допускались случаи перемешивания найденных кладов.

В исторической литературе работа И.И. Кауфмана получила достаточно высокую оценку. «Кауфман, — писал в пятидесятых годах текущего столетия И.Г. Спасский, — разбудил интерес нумизматов к археографическим (и не только — А. Б.) источникам и указал путь от описательной нумизматики к проблемам денежного обращения». Труд ученого, по выражению того же автора, «на 50 лет стал настольной книгой историков и нумизматов».

В середине двадцатого столетия возобновляется интерес исследователей к монетам «царского периода». Новая методика классификации монет, предложенная И.Г. Спасским, позволила разделить россыпи «копеекмосковских царей» на строгие цепочки индивидуальных выпусков, тесно связанные внутри фупп парами штемпелей.

В 1955 г. И.Г. Спасский в специальном историко-нумизматическом исследовании рассмотрел вопрос о денежном обращении в Московском государстве с 1533 по 1617 г. Значение этой работы велико. Впервые выводы были построены не на анализе разрозненных экземпляров хронологически близких монет из частных коллекций, а на изучении кладов, как явления социально-экономической истории.

И.Г. Спасский еще не раз обращался к нумизматическим проблемам XVI-XVII столетий, уделив особое внимание периоду Смуты начала XVII в. Интересы ученого разнообразны. Он исследует шведский чекан в Новгороде 1611-1617 гг. Обращается к проблеме ефимков-талеров на русском рынке XVI-XVII вв. Пишет несколько обобщающих работ о денежном обращении в России XVI-XVII вв., популярную историю русской монетной системы.

Некоторые идеи, заложенные в трудах И.Г. Спасского, получили развитие в работах A.C. Мельниковой. В 60-70 гг. появляются систематизации монет Михаила Федоровича, Алексея Михайловича, несколько позднее уточняется классификация монет Ивана Грозного, его сына Федора, правителей начала XVII в.

s

Большое внимание А. С. Мельникова уделяет изучению кладов, как источника по социально-экономической истории. Возродив во второй половине 50-х годов публикацию кладовых находок, исследователь обращается к этому источнику для решения не только систематизационных задач, ной обоснования сложнейшего для нумизматической науки вопроса о причинах тезаврации кладов. Научные изыскания A.C. Мельниковой обобщены в монографии «Русские монеты от Ивана Грозного до Петра Первого», увидевшей свет в 1989 г. Монография являет собой качественно новую попытку дать развернутую характеристику «монетного дела» и денежного обращения Русского государства в XVI-XVII вв. Значительная часть книги посвящена денежному обращению в первой половине XVII в. Создана систематизация монет, описана деятельность монетных дворов. Специальный раздел монографии отведен «общим тенденциям» развития денежного обращения в XVII в.

Точка зрения A.C. Мельниковой на проблемы истории денежного обращения первой половины XVII в. в ряде случаев спорна. Нумизматические источники, происходящие из окраинных земель государства, в частности с территории Русского Севера, позволяют уточнить как«общиетенденции» развития денежного обращения, так и предложить новое решение ряда частных вопросов.

Наряду с исследователями, основные интересы которых лежат в области изучения монет «царского периода», к указанным проблемам периодически обращаются специалисты других профилей. Нумизмат-медиевист В.М. Потин предложил новую трактовку роли талеров в России XVI-XVII вв. Он считает, что талеры-ефимки принимали активное участие в экономической жизни государства, особенно на Севере, где, по мнению исследователя, они допускались в обращение до реформы царя Алексея Михайловича 1654-1663 гг. В этой же работе ученым рассмотрены метрологические проблемы денежного обращения XVI-XVII вв. Некоторые положения, высказанные в работах В.М. Потина дискуссионны. В специальной главе мы рассмотрим их подробно.

На протяжении тридцати с лишним лет к нумизматическим проблемам XVII в. обращается историк и археолог В.Л. Янин. Круг его интересов распространяется в область изучения кладов и метрологических проблем.

В последнее время в разработке вопросов денежного обращения активное участие принимают молодые исследователи и коллекционеры. В работах И. Тиндо, В.Н. Клещинова, A.M. Колызина, C.B. Зверева рассматриваются вопросы атрибуции памятников нумизматики, связанные с событиями Смутного времени.

За пределами внимания исследователей остался важнейший комплекс региональных проблем обращения, возникших в период Смуты и влиявших на экономику государства всей первой половины XVII столетия. Достаточно отметить, что денежному обращению на территории Русского Севера до наших исследований была посвящена единственная работа A.C. Мельниковой. В статье, увидевшей свет в 1977 г., описывается коллекция кладов из собрания Вологодского краеведческого музея, даются некоторые теоретические обоб-

щения. Данные по Северу России, в том числе данные кладов, фигурируют во многих работах исследователей, но используются иллюстративно, эпизодически. Сколько-нибудь пол ной картины состояния денежного обращения натерритории Северной Руси нет ни в одной работе.

Первая глава диссертации посвящается происхождению и классификации источников. Весь комплекс источников по теме подразделяется на два больших раздела: вещественные и письменные источники.

К первой группе относятся клады монет. Основной комплекс изученных находокпроисходитстерриторий Вологодской и южных районов Архангельской области, входивших ранее в Вологодскую губернию. Клады хранятся в собраниях Вологодского, Тотемского, Великоустюгского, Вельского, Вытегорскогомузеев. Определение находок всех 26 кладов полностью произведено или уточнено нами.

В главе произведен источниковедческий анализ всех используемых вещественных источников-кладов — от уточнения топографии находки до предположения обстоятельств тезаврации.

Часть кладов традиционно была разделена по топографическому признаку на городские (посадские) и крестьянские клады.

Впервые в литературе выделена новая обширная категория кладов — монастырские, следствие «церковных нестроений» 30-40 гг. XVII в., обосновано историческое появление этой группы кладов, имеющей в свою очередь две подгруппы: клады длительного и короткого накопления. Разработанная в главе специальная методикапозволяет представить структуры кладов в виде графиков, отражающих процесс тезаврации и дающих обобщенную схему состава денежного обращения в определенный хронологический промежуток на протяжении всей первой половины XVII в.

Вторая обширная группа источников — письменные источники. В рамках этого подразделения мы выделяем документы законодательного характера, делопроизводство государственных учреждений, в том числе материалы судебного производства, таможенные книги, приходо-расходную документацию. Последняя носила как государственный, так и общественный характер, (монастырская документация). Сохранились приходо-расходные документы, представляющие интересы частных лиц. Важный материал содержат описи, составлявшиеся после смерти владельца или в связи с судебным иском. Нами используются отписки делового характера, типичные для отношений торговых людей и их агентов в крупных городах и промысловых районах. Интересная информация часто содержится в «явках», поступавших на имя светских и церковных властей.

Ряд данных по теме находится в нарративных источниках. Летописи фиксируют достаточно крупные аномалии, связанные с нестабильностью рынка. Дневники и записки иностранных путешественников как правило отмечают факты, связанные с денежным обращением, сообщая сведения о чеканке монеты, денежных дворах, денежном счете. Записки иностранцев — одна из наиболее широко известных категорий источников этого раздела.

Сведения, содержащиеся в сочинениях западно-европейских путешественников, неоднократно подвергались научной критике как в общих работах, так и в специальных нумизматических исследованиях. Традиционно свидетельства иностранцев используются в иллюстративном плане. Между тем, сведения иностранцев в сочетании с данными русских источников приобретают, после отсечения фантастической информации, неожиданную конкретность, помогая наметить решение некоторых, казавшихся ранее нерешимыми, проблем.

Проведя видовой анализ источников второй группы, мы отмечаем их фрагментарность и определенную сложность для критики в силу отсутствия информационного кода, способного объяснить ряд хорошо известных современнику XVII в., но малопонятных для историков будущего положений. Особого внимания в этом случае заслуживают сообщения иностранцев, которые мы обязательно перепроверяем на основании источников русского происхождения.

Своеобразной попыткой воссоздания информационного кода является комплексная критика источников, в большинстве случаев дополняющих друг друга. Это позволяет представить картину денежного обращения на Севере Русского государства в целом проблемно.

Вторая глава посвящена метрологическим проблемам денежного обращения в регионе. Анализ структур кладов и данных письменных источников позволяетсдостаточной степенью определенности говорить о составе денежного обращения натерритории Поморья впервой половинеХУН в. Мы выделяем три хронологических периода с различным составом денежного обращения в регионе..

Первый период охватывает 1601-1613 г. Денежное обращение первых лет XVII в. несет в себе черты обращения предшествующей эпохи, начало которой было положено реформами Елены Глинской 1535-1538 гг.

В кладах, зарытых в 1605-1613 гг., последовательно откладываются монеты всех эмитентов, от имени которых работали, начиная с 1535 г., денежные дворы. На эту особенность денежного обращения ХМ-ХУН вв. впервые обратил внимание И.Г. Спасский. Широко распространенное в Западной Европе XVI в. явление «порчи монеты», т.е. ухудшения ее пробы, было совершенно не свойственно денежному обращению Московского государства вплоть до 10-х гг. XVII в.

Финансовые эксперименты 1609-1613 гг. облегчили русскую копейку на четверть собственного веса. После изменения стопы «старые» тяжеловесные монеты, чеканенные из расчета «на три рубля из гривенки серебра», согласно закону денежного обращения Коперника-Грешема, должны были исчезнуть из обращения. Значительный по масштабам выпуск новой, более легкой монеты должен был ускорить этот процесс. Клады и письменные источники свидетельствуют: быстрая смена состава денежного обращения произошла лишь в самом центре государства. На окраинах, впервуюочередьвэкономически развитом Поморье, наблюдается парадоксальное явление: «старые» монеты

вопреки постулатам экономической науки продолжали находиться в обращении еще свыше двух десятилетий.

Вопрос о выкупе у населения официально не запрещенной старой монеты стал одной из центральных финансовых проблем царствования Михаила Федоровича. Проблема «старой» монеты многоаспектна. Практически все исследователи денежного обращения XVII в. так или иначе касались ее. Историки исследовали процесс выкупа «старой» монеты, специалисты-нумизматы обращали внимание на злоупотребления, связанные с пестротой, царившей в денежном обращении окраин государства в 10-20 гг.ХУН в. В литературе высказывались мнения о метрологических закономерностях обращения «старой» монеты.

Проблема «старой» монеты была краеугольным камнем денежного обращения на территории Русского Севера, более чем на двадцать лет сделав его отличным от общерусского. Период обращения «старой» монеты, выявленной нами поданным кладов и письменных источников, втомчислетакихуникальных, как структура казны Спасской церкви Куропольского посада и строгановской казны 1627 гг., заканчивается где-то во второй половине 30-х гг. XVII в., хотя не исключено, что в ряде мест; удаленных от зоны активного обращения, он продолжался дальше.

Новая монета в регионе Поморья в 10-20 гг. XVII в. представлена главным и практически единственным номиналом — копейкой. Наличие в кладах фракций копейкихисчисляется единицами, необходимость денги и полушки<в платежах составляет от 13 до 50% в зависимости от обстоятельств рынка. Это позволяет считать, что новые фракции копейки были не в состоянии обслужить нужды обращения. Выход из затруднительного положения, по нашему мнению, был найден с помощью «старой» монеты. Для разрешения вопроса обратимся к весовому содержанию монет. Средний вес «денег» времени Ивана Грозного и Федора Ивановича равен 0,30-0,32 г. Вес копейки в 20-х гг. XVII в. установился между 0,46-0,48 гг. Исходя из этого, сделаем следующее вычисление: вес двух копеек колеблется в пределах от 0,92 до 0,96 г. Взвешивание трех «денег» дает следующие результаты -0.91-0,96 г. Таким образом, с точностью до 1-2 сотых грамма видно, что две копейки времен Михаила Федоровича по весу, а следовательно, и по цене, равнялись трем «денгам» трехрублевой стопы. Простота расчета, на наш взгляд, служит доказательством реальной возможности такого тождества.

Предложенная схема использования «старых» монет не противоречит и древнерусской сошной арифметике, где дроби конструировались по принципу последовательного деления двух исходных дробных величин: «четверти и трети». Таким образом, одной из причин столь длительного обращения тяжеловесных экземпляров XVI — начала XVII вв. среди более легких копеек времен Михаила Федоровича на Русском Севере была нехватка в обращении фракций новой копейки. Монеты трехрублевой стопы, по нашему мнению, заменили на время эти номиналы, возник своеобразный промежуточный счет.

Метрологические проблемы третьего периода обращения, занимающего по нашим данным промежуток с конца тридцатых годов до времени денежной

реформы царя Алексея Михайловича, рассматриваются на основании обширной группы вещественных источников-кладов монет. В качестве источника по проблеме нами использованы также высказывания современников о монетной системе, причем главное внимание уделено русским источникам, никогда ранее в нумизматических исследованиях не использовавшимся. Единственный известный документ метрологического характера, впервые использованный П.И. Буцинским в конце XIX в. в работе о населении Сибири, помогает связать нумизматические проблемы второго и третьего периодов.

Основной единицей русской денежной системы во второй половине 30-40 гг. XVII в. стала новая копейка, чеканенная по стопе 4,25 рубля из гривенки серебра. Ее вес, по данным A.C. Мельниковой, составлял в среднем 0,44-0,48 г. Взвешивание более 10 тысяч монет из исследуемых нами кладов в полной мере подтверждает вышеприведенные данные.

Наряду с копейкой в денежном обращении Русского государства продолжают находиться денги и полушки. Об этом свидетельствуют данные кладов и иностранцы, современники событий, такие как Адам Олеарий.

В Поморье фракции копейки встречены всего лишь в трех кладах из шестнадцати, попавших в землю в 1635-1645 гг. Полушек в кладах не обнаружено. Наиболее «богата» денгами-московками оказалась находка из Великого Устюга, крупнейшего торгового центра Северной Руси. Денги в кладе представлены 10 экземплярами, что составляет чуть меньше 1 % количественного состава находки.

В кладах, происходящих из Спасо-Каменного монастыря в Вологодском уезде и пригорода Вологды, содержится по одному экземпляру денежек Михаила Федоровича. (0,033 % и 0,3 % от общего числа монет соответственно). Данные кладов свидетельствуют: с выходом из обращения в регионе «старых монет» фракции копейки стало заменить нечем. Приток младших номиналов денежной системы из центра был невелик и с трудом покрывал даже минимальные потребности в разменной монете. Денежное обращение в регионе оказалось в предверии разменного кризиса. Великолепным подтверждением тому является документ, датированный концом тридцатых годов XVII в. Он отражает положение, сложившееся на другой, смежной окраине государства, в Сибири, денежное обращение на территории которой имело много общего с Поморьем.

В челобитной содержится просьба о посылке в Тобольск двух-трех тысяч «московок и полушек для размену всяким людем копеек». Небольшими партиями денежек-московок и полушек правительство могло на время стабилизировать денежное обращение и других окраин государства. Однако это не снимало проблемы. Денежная реформа Алексея Михайловича также не привела к решению этого вопроса.

Предкризисное состояние обращения продолжалось до 80-х годов XVII в., когда и разразился разменный кризис, следствием которого был известный указ 1682 г. о запрещении «торговать сечеными копейками». Имеющиеся данные о разменном кризисе на территории Поморья в 80-х гг. XVII в.

подтверждают положение о предкризисном состоянии обращения с конца 30-х гг. XVII в.

Характеризуя денежную системуXVII в., нельзя обойтись без рассмотрения вопроса о величине «пирога-мортки» — самой малой единицы денежного счета. Проблема бытования «пирога»-»мортки» — метрической единицы денежно-счетной системы XVI-XVII в., насчитывает более 150 лет. Д.И.Прозоровским установлена счетная величина единицы в 1/16 копейки для XVI в. и 1/8 — для XVII столетия. П.Ф. Симеон предположил взаимосвязь счетного «пирога» и денежной единицы «пуло» в рамках монетной системы XVI-XVII в. Позиции современных исследователей можно сгруппировать. И.Г. Спасский, В.М. Потин, П.Г. Гайдуков, отрицая присутствие пул начала XVI в. в денежном обращении XVII столетия, считают концепцию П.Ф. Симеона фантастичной и даже курьезной. А.С. Мельн икова, отдавая должное ар гуме нтам названных выше исследователей, тем не менее допускает возможность существования подобного счета, оговорив необходимость дополнительного изучения проблемы.

Комплексные исследования, проведенные нами в работе, позволяютсделать следующие выводы: данные податного обложения XVI-XVII вв. четко указывают на взаимосвязь пула-пирога (мортки). Установлены следующие пропорции— в первой половине XVI в. в копейке-новгородке насчитывалось 64 пула, в конце

XVI в. (до 1613 г.) фиксируется 32 пула в копейке. После изменения монетной стопы в 1610-1613 гг. пуло становится равно 1/16 копейки.

Таким образом, реконструируется последнее звено русской денежной системы XVI-XVII вв. В XVII в., когда в определенных случаях требовался точный расчет «пирог-мортка» и его фракции, «пулы» могли выступать, например, при податном обложении и чисто счетным понятием. Однако это не исключает возможности реального использования «пул», на которую вполне определенно намекают иностранные источники, и особенно Августин Мейерберг.

Счет на «пироги» (мортки) продолжал существовать на протяжении всего

XVII столетия, был признан в народе, и поэтому не случайно монетная реформа Петра I началась с выпуска медных монет денги, полушки и полуполушки-«пирога», привычной населению самой малой счетной единицы русской денежной системы XVI-XVII вв.

Третья глава исследования посвящена изучению роли иностранной монеты в регионе. Мнения исследователей, рассматривавших проблему, разошлись. И.Г. Спасский, соглашаясь с положениями Д.И. Прозоровского, в своих работах отстаивал мысль о товарно-сырьевом значении западноевропейской монеты на Русском рынке XVI-XVII вв.

В.М. Потин, развивая идеи нумизматов XIX в. Ф.Ф. Гейтца и С.И. Шодуара, считает, что золотая и серебряная монета была не только «сырьем для местной ремесленной чеканки», но и доказывает «ее участие во внутреннем денежном обращении».

В трудах исследователей особо подчеркивается роль северных земель Русского государства, население которых раньше других и наиболее часто имело дело с иностранной монетой. Именно там, на окраинах, где «государево око» не столь бдительно следило за выполнением царских указов, могло возникнуть обращение иностранной монеты.

В главе рассматриваются пути проникновения западноевропейской монеты, объемы поступления золота, серебраимеди нарегиональный рынок, таможенная политика правительства, направленная на увеличение «государевой прибыли» от поступления иноземного серебра.В основном золотые и ефимки привозились северным водным путем в Архангельск и доставлялись через северо-западную границу со Швецией. Размеры привозимого, на основании приведенных выше данных, представляются нам значительными. Кроме того, как правильно отметил в своей работе о талерах В.М. Потин, огромное количество золота и серебра попадало в Россию контрабандным путем.

Для сдатчиков драгоценных металлов в казну существовала льгота, с них не взималась пошлина. Золотые и ефимки, пущенные в свободную торговлю, пошлиной облагались. На практике очень часто это уравнивало условия продажи ефимков и золотых, т.к. часть прибыли, иногда большая, поступала в виде пошлины в казну.

Другим дополнительным источником дохода являлась пошлина со всех иноземных товаров, взимаемая золотыми и ефимками.

Государство периодически осуществляло торговые операции по продаже напрямую и через посредников на западно-европейском рынке русских товаров за золотую и, особенно, серебряную монету. В качестве торговых посредников выступают специальные купцы-агенты, торгующие из процента фактического дохода.

Казна является основным, ноотнюдьне единственным покупателем золотых и ефимков. Известная часть монет уходила в частные руки, попадая таким образом на внутренний рынок Русского государства.

В главе подробно проанализированы известные и ряд новых принципиальных случаев функционирования на внутреннем рынке Северной Руси иностранной золотой и серебряной монеты. На основании изученного материала мы пришли к следующим выводам: на территории Северной Руси в первой половине XVII в. золотые и ефимки присутствуют в качестве товара-сырья, потребляемого для местных ювелирных нужд. Количество монет этой группы по отношению к предполагаемой цифре общего поступления незначительно. Подавляющая часть золотых и ефимков следует через Северные земли транзитом в Москву, отправляясь затем в переплавку или поступая в казну. Казна активно использует иностранную монету, но только на внешнем рынке.

Сбор налогов ефимками с некоторых групп населения Кольского полуострова — одна из форм натурального налога. Собранные средства поступают в государственную казну.

Таким образом, мы полагаем, что для внутреннего рынка России в первой половине XVII в. ефимки, как и золотые, были только товаром.

В работе рассмотрен и частный вопрос о медной монете — шведских «шкилях» и плотах. Экспортное значение в России медной шведской монеты в XVII веке было велико. Это и способствовало выделению товара в особый класс «шкилевую медь».

Проанализировав все известные нам случаи употребления на Севере Русского государства «шкилей», мы приходим к выводу об их исключительно сырьевом значении как для региона, так, по-видимому, и для государства в целом. Мнение В.М. Потина, говорящего о шведской монете XVII в. как о товаро-деньгах, источниками не подтверждается.

Четвертая глава работы посвящена классификации монет нерегулярного чекана, борьбе правительствасфапьшивомонетчиками натерритории Русского Севера.

В нумизматических исследованиях, посвященных монетной системе России XVII в., неоднократно ставился вопрос о влиянии незаконных эмиссий на денежное обращение.

Временем наибольшего распространения фальшивых монет исследователи считают30-40 гг. XVII в. Систематизация монетного материала первой половины XVII в. позволяет выделить конфетные типы нерегулярного чекана. Корпус кладов первой половины XVII в., найденных на территории Европейского Севера России, данные которого исследуются нами в настоящей работе, позволяет дать сравнительную характеристику практически всех известных незаконных эмиссий, применительно к данной территории, а также ряда новых, ранее неизвестных центров чеканки поддельной монеты.

Нами выделены следующие группы монетнерегулярногочекана—памятники незаконных эмиссий. Поддельные денги с именем Ивана IV вероятнее всего продукт деятельности фальшивомонетчиков всей первой трети XVII в. Поддельные денги исчезли из обращения во второй половине 30-х гг. XVII в. вместе с подлинными «старыми» образцами.

В исследуемых находках встречаются довольно редкие монеты, определяемые как зарубежный чекан копеек с именем Ивана IV и Федора Иоанновича, или «английские копейки». Проведя анализ данных кладов, мы пришли к выводу, что эти монеты — явление на русском рынке случайное. Основным потребителем «западных» копеек был прибалтийский, ливонский рынок. В землях Северной Ливонии в конце XVI в. русские монеты выполняли роль международного средства обращения, наряду с талерами. Популярность монетного типа всегда порождает соблазн подделки. Именно такими подделками, изготовленными, по нашему мнению, для Ливонии, и были монеты, классифицированные A.C. Мельниковой как «английские» копейки — продукция Московской Английской компании.

Вопрос об эмитенте «западных» копеек остается пока открытым. Изготовителем этой группы монетмогли быть даже шведы, заинтересованные в интенсивном притоке в Ливонию высокопробного серебра из соседней Московии.

В денежном обращении Русского Севера изредка встречаются копейки пониженного веса с именем Василия Шуйского. Их классификация произведена A.C. Мельниковой. Нами обнаружены поддельные копейки с именем того же царя, позволяющие предположить связь с копейками облегченного веса и существование еще одного, пока не исследованного Особого чекана.

Наиболее известными и массовыми подделками являются шведские копейки 1611 -1617 гг. Нами проанализированоучастие этихмонет в денежном обращен ии региона. Поток легковесных копеек хлынул на территорию Севера в 20-х гг. XVII в. Шведские подделки занимают в это время достаточно прочный и большой процент в обращении (2,6 %). В дальнейшем за счет обновления состава обращения процент «шведских» новгородских подделок становится меньше. Однако на протяжении всей первой половины XVII в. они занимают около 1 % от общего состава обращения, что представляется цифрой весьма значительной, во много раз перекрывающей значение для обращения любой другой эмиссии. Данные кладов свидетельствуют, что шведские подделки новгородского происхождения сохраняются в обращении вплоть до начала монетной реформы Петра I.

К числу шведских подделок относят и «чекан Нефедки в Свее». В 1617 г. войска Делагарди покинули Новгород. Вместе с ними в Швецию отправилась станица мастеров с Новгородского денежного двора «Нефедка с товарищи» и «денежные снасти». Мастеров вывезли «сильно», т.е. в качестве пленников. Монеты шведского чекана Нефедки попадали на внутренний рынок Русского государства через границу в Карелии.

Вес поддельных шведских копеек колеблется от 0,42 до 0,47 г., что практически укладывается в нормы стопы 30-40 гг. XVII в. Видимо поэтому шведские копейки, имеющие к тому же сходство с копейками новгородского чекана 1617-1627 г., занимают довольно прочное место в обращении всей первой половины XVII в.

Еще одна группа монет Особого чекана была выделена A.C. Мельниковой свыше 30 лет назад. Первоначально исследователь отнес необычные экземпляры пониженного веса, копирующие некоторые типы регулярного чекана, к подделкам. Входе изучения большого количества монетМихаилаФедоровича разрозненные некогда типы приобрели общие связи, разделившись в свою очередь на три изолированные группы. В монографии 1989 г. A.C. Мельникова определила их как Особый чекан, назвав местом производства копеек г. Ярославль. Суть Особого чекана в сознательной порче монеты самим правительством, допуск в обращение низкопробных неполновесных копеек. Связь монет этой эмиссии с общегосударственным чеканом доказывается наличием нескольких общих пар штемпелей, высокопрофессиональной работой резчиков.

В главе разбирается атрибуция новых типов Особого чекана, обнаруженных в вологодских кладах. Изучив ряд новых аспектов эмиссии, мы пришли к выводу о том, что монеты 11-111 группы по классификации A.C. Мельниковой никакого отношения к Ярославским копейкам не имеют. Это самостоятельные, незаконные выпуски, вероятно относящиеся к области иностранных подделок.

Одной из известных незаконных эмиссий первой половины XVII в. являются датские денниги. В работе не только разбирается атрибуционный аспект эмиссии, но и приводятся уникальные данные о выявлении правительством Михаила Федоровича датских подделок, которые ранее нумизматами не использовались.

В кладах значительную группу составляют единичные экземпляры поддельных монет и памятников незаконных эмиссий, эмитент которых неизвестен. Они объединили в 2 группы «Монеты с именем Михаила Федоровича» и «кустарные подделки». Разделение проведено по простейшему признаку —качеству исполнения штемпелей. Информационное значение этих монет ограничено, т.к. для обобщений единичного материала недостаточно. В русских источниках эти монеты, как и многие из вышеназванных типов, назывались просто «воровскими денгами». Анализ кладовых структур впервые позволил определенно охарактеризовать роль поддельной монеты в денежном обращении региона. Определив монеты кладов по штемпелям, мы выделили две большие группы, не имеющие отношения к Основному чекану. В первую группу вошли памятники нерегулярного чекана: монеты Особого чекана в Ярославле, связанные с государственной казной, копейки, выпускавшиеся шведами в оккупированном Новгороде, датские денниги (или денинги) и копейки западной работы с именем Ивана IV и Федора Ивановича, Для всех эмиссий характерен общий признак — тайный характер эмиссии, осуществленный на государственном уровне. Другой вид поддельной монеты — кустарные подделки, представляющие собой наиболее примитивные подражания монетам Основного чекана.

«Непрямые», по выражению А. Мейерберга, деньги составляли до 2-3 % (поданным кладов) структуры денежного обращения. Состояние обращения представляло угрозу для доходной части казны, дестабилизировало рынок. Именно поэтому в 30-40 гг. XVII в. активизируется борьба с фальшивомонетчиками, вводится смертная казнь для «денежных воров». Проследив в рамках специального параграфа детали сыска по материалам самого крупного сыска первой половине XVII в. — дела о «корелках худых», мы пришли к выводу о слабой эффективности мер правительства. Основные гнезда фальшивомонетчиков находились за границей в порубежных шведских городах на территории Карелии. Решать проблему фальшивых денег необходимо было на дипломатическом уровне. Ряд мер дипломатического характера, предпринятых правительством, способствовали ликвидации нескольких групп «денежных воров» в Швеции, но не решили проблему в целом. Данные кладов и письменных источников подтверждают тезис И.Г. Спасского, высказанный более 30 лет назад, о фальшивой монете, как «болезни русского денежного обращения в первой половине XVII в.»

В заключении диссертации делаются обобщения по всей работе, формулируются основные выводы.

В ходе работы над темой была предпринята попытка комплексного анализа разноплановых источников для решения ряда проблем денежного обращения на территории Европейского Севера России в первой половине XVII в. Впервые в нумизматическом исследовании были широко применены документы хозяйственного характера, приходно-расходные книги, данные податного обложения. Разработанная методика анализа кладовых структур, как по месту происхождения находки, так и по составу, позволила разделить исследуемые клады по социальному признаку, рассматривая их уже не единой аморфной массой, а с учетом тенденций социально-экономической жизни различных слоев населения, зарывавших клады в первой половине XVII в.

Рассмотрены особенности денежного обращения, сложившиеся на Севере России после Смутного времени, предложено решение нескольких метрологических проблем и вопросов, связанных с сырьевым значением иностранной монеты. Выделено несколько десятков новых типов фальшивых монет, уточнены сведения об известных эмиссиях, поставлены вопросы о ряде новых незаконных выпусков.

Важным итогом была публикация 2 выпусков корпуса кладов первой половины XVII в., найденных в пределах Вологодской и Архангельской областей.

Исследованный материал почти полностью введен в научный оборот и может быть использован историками-нумизматами, музейными работниками, краеведами, изучающими проблемы России XVII в.

Список работ, опубликованных по теме диссертации:

1. Быков А. В., ШустроваМ.Ю. Памятники нумизматики из фондов Вологодского областного краеведческого музея (буклет). — Вологда, 1983. —0,2 п. л.

2. Быков A.B. Нумизматическая коллекция Вологодского областного краеведческого музея.//Записки музея имени Германа Отто (Венгрия).—Мишкольц, 1984. — № 22 (на венгерском языке) — 0, 5 п. л.

3. Быков A.B. О метрологическом значении термина «пирог» в денежном обращении России XVI-XVII вв. // Тезисы Второй Всесоюзной нумизматической конференции. — М., 1987. —0,1 п. л.

4. Быков A.B. О содержании термина «пирог» в денежном обращении России XVII в. Нумизматика. Материалы и исследования. // Нумизматический сборник. — Ч. X. —Труды Государственного исторического музея. — Выпуск N 69. — М., 1988.

— 0,5 п. л.

5. Быков А. В. Некоторые особенности денежного обращения в России в первой пoлoвинeXVII столетия.//Труды музея имени Германа Отто (Венгрия).—Мишкольц, 1989.- 1 п. л.

6. Быков A.B. Опись «денежной казны» М. М. Строганова 1627 г. Опыт источниковедческого анализа. // Археография и источниковедение истории Европейского Севера РСФСР. Тезисы республиканской конференции. — Вологда, 1989, —Ч. II.-0,2 п. л.

7. Быков A.B. Клады Смутного времени 1605-1619 гг. Каталог. -Вологда, 1989.

— Памятники нумизматики в музеях Вологодской области- Ч. I. — 3, 5 п. л.

8. Быков A.B. О судьбе мелкой разменной монеты в России в первой половине XVII в. //Культура Европейского Севера России. Дооктябрьский период. Межвузовский сборник научных трудов. — Вологда, 1989. — 0,6 п. л.

9. Быков A.B. «Монастырское нестроение» и вологодские монастырские клады сороковых годов XVII столетия. // Тезисы III краеведческой научно-практической конференции. — Вологда, 1990.-0,2 п. л.

10. Быков A.B. «Корелки худые» на Севере Русского государства в первой половине XVII в. //Европейский Север: история и современность. Тезисы докладов Всероссийской научной конференции. — Петрозаводск, 1990. — 0,2 п. л.

11. Быков A.B. Клады 30-40 гг. XVII в. Исследование и каталог, —Вологда, 1992.

— Памятники нумизматики в музеях Вологодской области. Часть II. — 10,5 п. л.

12. Быков A.B. О вологодских монастырских кладах. / Деньги и кредит. — 1992, № 11.-0,5 п. л.

13. Быков A.B. Борьба с фальшивомонетчиками в Московском государстве в первой половине XVII в. Нумизматика, Бонистика, Фалеристика. Исследования и материалы. //Нумизматический сборник. — Ч. 11. Труды ГИМ, №80 —М., 1992,— 0,5 п. л.

14. Быков A.B. Наличные деньги крестьян Северной Руси и некоторые проблемы тезаврации кладов в первой половине XVII в. // Тезисы докладов и сообщений Всероссийской нумизматической конференции в Вологде. — Вологда, 1993.

— 0,3 п. л.

15. Быков A.B. «Шкилевая» медь на территории Северной Руси в XVII в. // Всероссийская нумизматическая конференция.Тезисы докладов. — Спб.,

Государственный Эрмитаж., 1994 г. — 0,2 п. л. Приняты к печати:

16. Быков A.B. Ефимки на Русском Севере в первой половине XVII в. // Нумизматика и эпиграфика, — план издания, 1994. —0,6 п. л.

17. Быков A.B. Метрологические реликты «мортка—пирог» в денежном обращении Московского государства XVI-XVII вв. // Межвузовский сборник научных трудов. — Вологда, темплан 1994. -0,75 п.л.