автореферат диссертации по истории, специальность ВАК РФ 07.00.02
диссертация на тему:
Политика России и представители северокавказской горской элиты на службе российского государства в первой половине XIX века

  • Год: 2010
  • Автор научной работы: Рясная, Юлия Олеговна
  • Ученая cтепень: кандидата исторических наук
  • Место защиты диссертации: Пятигорск
  • Код cпециальности ВАК: 07.00.02
450 руб.
Диссертация по истории на тему 'Политика России и представители северокавказской горской элиты на службе российского государства в первой половине XIX века'

Полный текст автореферата диссертации по теме "Политика России и представители северокавказской горской элиты на службе российского государства в первой половине XIX века"

На правах рукописи

РЯСНАЯ ЮЛИЯ ОЛЕГОВНА

ПОЛИТИКА РОССИИ II ПРЕДСТАВИТЕЛИ СЕВЕРОКАВКАЗСКОЙ ГОРСКОЙ ЭЛИТЫ НА СЛУЖБЕ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

Специальность 07.00.02 - Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

- 9 ЛЕН 2010

Пятигорск-2010

004617233

Работа выполнена на кафедре социально-гуманитарных наук Пятигорского государственного технологического университета

Научный руководитель:

доктор исторических наук, профессор Казначеев Виктор Алексеевич

Официальные оппоненты:

доктор исторический наук, профессор Абулова Елена Арменаковна

кандидат исторических наук, доцент Артемова Людмила Викторовна

Ведущая организация:

Кабардино-Балкарская государственная сельскохозяйственная академия имени В.М. Кокова

Защита состоится 4 декабря 2010 года в 12-00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212. 194. 01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора (кандидата) наук при Пятигорском государственном технологическом университете по адресу: 357500, Ставропольский край, г. Пятигорск, пр. 40 лет Октября, 56.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Пятигорского государственного технологического университета по адресу: г. Пятигорск, пр. 40 лет Октября, 56.

Автореферат разослан 3 ноября 2010 года.

Ученый секретарь диссертационного совета доктор исторических наук, профессор (¡¿/¿¿^ ' Г.Н. Рыкун

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В настоящее время не потеряла своей актуальности необходимость исследования политики российских властей по строительству и укреплению российской государственности, объяснению её особенностей, проявлявшихся в использовании механизмов, средств и подходов полиэтнического и поликонфессионального сообщества.

При существующих сегодня сложностях государственного строительства новой России опыт решения многотрудных задач имперского устройства в качестве многонародного государства, состоявшего из разноплеменных территорий, может подсказать те или иные способы достижения поставленных жизнью и ходом истории целей.

Каждая территория играла в имперском строительстве свою роль и тем или иным образом определяла устойчивость и силу общего состояния государственного и политического развития. Северный Кавказ и его народы были среди важнейших опор строившейся государственности на протяжении нескольких веков.

В прошлом имел место уникальный феномен постепенной солидаризации народов, которые, на первый взгляд, были далеки друг от друга в своем понимании многих базовых сторон жизненного устройства многонационального государства.

В ходе длительного этапа взаимного «притирания» народов Северного Кавказа и России невозможно было избежать непонимания, конфликтных ситуаций, а то и открытого противостояния. В поисках мер, способных повлиять на развитие ситуации в нужном направлении, российские власти обратили внимание на ту часть горских обществ, которая играла определяющую роль в их существовании - выдающихся личностей, горскую элиту.

Эти люди порой интуитивно ощущали историческую перспективу интеграционного процесса, готовы были положить на алтарь служения, прежде всего, своему народу собственное благополучие и жизнь. При этом современники не всегда понимали их, подвергали остракизму и преследованиям, считая их деятельность нарушением традиционности.

Воспринявшие раньше других культурные ценности российской цивилизации, они становились просветителями и проводниками новых идей для своих соплеменников, не ограничиваясь лишь интересами собственной службы и карьеры. Таким образом, эти люди стали своеобразным мостом между Россией и горскими социумами, во многом нейтрализуя имевшую место взаимную настороженность и непонимание.

Обращение к их деятельности и биографии не только правомерно, но помогает понять исторические события, атмосферу, в которой осуществлялась их деятельность, в жизненной полноте и конкретности.

Судьбы этих людей являются убедительным доводом в опровержении сепаратистских доктрин, которые базируются на тезисе о перманентной русско-кавказской вражде, а потому изучение роли горской элиты в деле строительства

единого российского государственного пространства видится актуальным и востребованным.

Научная разработанность темы. На сегодняшний момент в кавказоведении возникла необходимость в создании обобщающих разработок, посвященных заявленной теме. Различные аспекты поднимаемых в диссертационном исследовании вопросов в той или иной степени нашли отражение в литературе. Историографический обзор будет строиться на принципе характеристики различных сторон изучаемой проблемы при соблюдении хронологии.

Отдельно следует выделить работы, затрагивающие проблемы Кавказской войны. Этому событию посвящено немало трудов дореволюционных историков, которые акцентировали свое внимание преимущественно на описаниях батальных эпизодов.1

Сборник произведений P.A. Фадеева,2 героя Кавказской войны, выдающегося мыслителя - геополитика, историка и социолога - посвящен различным аспектам восточной политики Российской империи, до сих пор не имеет равных по силе и широте исторического горизонта в современной историографии.

Из работ последнего времени следует выделить работу М.М. Блиева и В.В. Дегоева, которые вывели осознание данной проблемы на качественно новый уровень. Они убедительно показали, что горские набеги были обусловлены социально-экономическими и культурными факторами, имели стадиальный характер.3

Об особенностях российской политики в отдельных частях Северного Кавказа говорится в исследованиях В.Г. Гаджиева,4 ММ. Блиева,5 Р.У. Туганова,6 Ш.А. Гапурова.7

Военно-политические аспекты Кавказской войны нашли отражение в целом ряде публикаций современных кавказоведов. В них дается картина событий вооруженного противостояния в регионе, анализируются причины его

1 Грабовский Н.Ф. Присоединение к России Кабарды и борьба ее за независимость // Сборник сведений о кавказских горцах. - Тифлис, 1876. - Вып.9; Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. - СПб., 1886. - Т. 5; Потто В.А. Кавказская война: В 5 т.: Т.1: С древнейших времен до Ермолова- Ставрополь: Кавказский край, 1994; Он же. Кавказская война: В 5 т.; Т. 2: Ермоловское время. - Ставрополь: Кавказский край, 1994; Романовский П. Кавказ и Кавказская война. - СПб., 1860; Фадеев P.A. Шестьдесят лет Кавказской войны. - Тифлис, 1860 и др.

2 Фадеев P.A. Кавказская война. - М.: Эксмо, 2003.

3 Блиев ММ., Дегоев В.В. Кавказская война. - М: Росет, 1994.

4 Гаджиев В.Г. Роль России в истории Дагестана. - М.: Наука, 1965.

5 Блиев М.М. Русско-осетинские отношения (40-е гг. XVIII - 50-е гг. XIX в.). -Орджоникидзе, 1970.

6 Туганов Р.У. Шариатское движение против царизма в 1799-1807 гг. // Живая старина. -1991. - №1; Он же. Кабарда и Балкария в период Ермоловщины. 4.1.(1816-1822 гг.) // Живая старина. - 1992. -№2.

7 Гапуров Ш.А. Россия и Чечня в первой четверти XIX века. - Нальчик, 2003.

возникновения.8

Исследование В.В. Лапина9 находится в ряду работ, не просто раскрывающих или дополняющих различные стороны военно-политических реалий Кавказской войны, но выявляет сущностные моменты нового подхода к исследованию самого феномена Кавказской войны, роли и месту Российской армии, оказавшейся по воле политиков в непривычных для неё климатогеографических и социально-политических условиях, а также сложным и неоднозначным путям взаимодействия с автохтонным населением Кавказа.

В монографии Б.П. Берозова исследуется важное событие в жизни осетинского народа, связанное с переходом с гор на плоскость. Автор показывает прогрессивное социально-экономическое и политическое значение этого процесса. Подчеркивается роль российской администрации в организации переселения.10

Событиям в истории Кабарды конца XVIII - начала XX вв. посвятил свою работу С.Н. Бейтуганов. В его исследовании дается характеристика различных политических деятелей, сыгравших заметную роль в прошлом региона." Интерес к аналогичным проблемам можно найти и в других работах этого автора.12

Исследование деятельности А.П. Ермолова на Северном Кавказе провел Ю.Ю. Клычников. Он показал различные стороны его шагов по умиротворению региона, получивших неоднозначную, часто противоречивую оценку как у современников, так и у потомков.13

В книге Б.К. Мальбахова рассматриваются вопросы политической истории Кабарды, начиная от Петра I и до конца царствования Александра I. Исследователь показывает свое видение проблемы взаимоотношений народов Кабарды с российским правительством.14

Исследование Ч.Э. Карданова охватывает значительный исторический период с XVI в. до начала XIX в. Анализируются события кабардино-русских отношений сквозь призму судеб ярких личностей кабардинского общества того времени.15

8 Захаревич A.B., Скиба К В. Военно-политические события на Кубанской Линии в 18111816 гг. - попытки мирного сосуществования // Вопросы северокавказской истории. Вып.9,-Армавир, 2004; Скиба К.В. Из истории «Малой кавказской войны» на Кубанской линии / Под ред. В.Б. Виноградова. - Армавир, 2005 и др.

9 Лапин В.В. Армия России в Кавказской войне XVIII-XIX вв. - СПб.: Европейский дом, 2008.

10 Берозов Б.П. Переселение осетин с гор на плоскость (XVIH - XX вв.).- Орджоникидзе, 1980.

" Бейтуганов С.Н. Кабарда и Ермолов: Очерки истории. - Нальчик: Эльбрус, 1993.

п Бейтуганов С.Н. Кабарда: история и фамилии. - Нальчик: Эльбрус, 2007.

13 Клычников Ю.Ю. Деятельность А.П. Ермолова на Северном Кавказе (1816-1827) / Под ред. и с послесловием В.Б. Виноградова. - Ессентуки, 1999.

Мальбахов Б.К. Кабарда в период от Петра I до Ермолова (1722 - 1825). - Нальчик, 1998.

15 Карданов Ч.Э. Путь к России: Кабардинские князья в истории отношений Кабарды с Российским государством в XVI-начале XIX века / Перевел с кабардинского В.Г. Кузьмин. -Нальчик: Эльбрус, 2001.

В работе С.А. Айларовой освещается проблема развития северокавказской общественно-политической мысли XIX в., показывается сложность процесса модернизации горских обществ в рассматриваемый период. Предметом исследования стали воззрения выдающихся представителей северокавказской элиты. Среди поднимаемых в труде проблем - вопросы просвещения горцев, их приобщение к российской государственности.16

Предметом исследования Б.В. Виноградова стал достаточно малоизученный период в истории российско-северокавказских отношений, начиная с 1783 по 1816 г. В это время российскими властями апробировались различные модели невоенного урегулирования ситуации на Северном Кавказе, наталкивавшиеся как в целом на неблагоприятную внешнеполитическую обстановку, так и на особенности традиционного уклада горских обществ.17

В совместном исследовании М.В. Клычниковой и Ю.Ю. Клычникова рассматривается один из аспектов формирования северокавказской окраины России. Авторы считают, что вхождение народов региона в культурное поле российского государства явилось длительным процессом, в ходе которого происходило взаимодействие и взаимовлияние между его участниками, что в итоге привело к формированию органичного и жизнестойкого объединения.18

В еще одной работе Ю.Ю. Клычникова дается оценка этапам сближения иноэтнических сообществ Северного Кавказа с российским государством. Показываются препятствия, которые возникали в ходе этого процесса, и пути их преодоления. Раскрывается суть системного кризиса, возникшего к началу XIX в. в российско-северокавказских отношениях.19

Различным аспектам процесса утверждения российских административно-судебных институтов на Северном Кавказе посвящена работа З.М. Блиевой.20

О непростом положении России на Кавказе, сложностях взаимоотношений между правительством и автохтонным населением региона, ошибках и просчетах официального Петербурга говорится в книгах Я.А. Гордина.21

В исследовании Ю.Ю. Гранкина рассматриваются особенности расселения и хозяйствования горских этносов, говорится о процессе

16 Айларова С.А. Общественная мысль народов Северного Кавказа в XIX веке: культурно-исторические проблемы модернизации: Монография / Под ред. докт. ист. наук, проф. В.Д. Дзидзоева; Сев.-Осет. Гос. Ун-т. - Владикавказ: Изд-во СОГУ, 2003.

17 Виноградов Б.В. Специфика российской политики на Северном Кавказе в 1783-1816 гг. -Славянск-на-Кубани, 2005.

18 Клычникова М.В., Клычников Ю.Ю. Вхождение Северного Кавказа в культурное поле России (1777-1864 гг.). - Пятигорск, 2006.

19 Клычников Ю.Ю. Из истории формирования российского Северного Кавказа / Под ред. В.Б. Виноградова. - Пятигорск, 2008.

20 Блиева З.М. Административные и судебные учреждения на Северном Кавказе в конце XVIII - первой трети XIX в. // Автореф. дис.... канд. ист. наук: 07.00.02. - Л., 1984.

21 Гордин Я.А. Кавказ: земля и кровь. Россия в Кавказской войне XIX в. - СПб., 2000; Он же. Зачем России нужен был Кавказ? Иллюзии и реальность. - СПб.: ЗАО журнал «Звезда», 2008.

экономического освоения региона российской государственностью. Основной

акцент делается на анализе становления и развития торговых отношений между

22

Россией и горскими народами.

В контексте заявленной темы вызывают интерес работы, посвященные тем или иным выдающимся деятелям исследуемой эпохи. Персонификация истории позволяет взглянуть на прошедшее сквозь призму человеческих судеб.23

Из работ, посвященных событиям на Кавказе во второй четверти XIX века и освещающих в той или иной степени исследуемую проблему, следует выделить монографию Л.В. Выскочкова.24 Настоящая работа представляет собой по существу первую попытку дать взвешенную и объективную характеристику императору Николаю I как государственному деятелю и человеку. Немаловажное место в исследовании Л.В. Выскочкова уделено государственной политике России в Кавказском крае, этапам и путям её реализации.

Весьма интересной представляется работа адыгского исследователя истории развития Северо-Кавказского региона Хавжоко.25 Эта работа отражает взгляд этнических адыгов не только на этапы своей истории, но стремится представить точку зрения на взаимодействие горцев Кавказа с Оттоманской и Российской империями, рассматривает истоки и причины перехода части горской элиты на службу России.

Биографии, цели и результаты деятельности многих адыгских выдающихся деятелей исследуются в их многообразии и специфике в работах С.Н. Жемухова26 и Т.Х. Кумыкова.27 Авторы подчеркивают не только трагические стороны и результаты взаимодействия горских народов с Российской империей, но и ту позитивную, культурно-просветительскую роль, которую сыграла русская культура в развитии и биографиях исследуемых персон и народов, которых они представляли.

Российской политике в регионе посвящены и работы европейских исследователей, чей взгляд на события позволяет понять, как в западной историографии трактовались процессы освоения Кавказа Россией.28

22 Гранкин Ю.Ю. Торгово-экономические связи России с Народами Западного и Центрального Кавказа (конец XVIII - первая половина XIX в.).- Пятигорск, 2002.

23 Косвен М.О. Кабардинский патриот Измаил-бей Атажукин // Этнография и история Кавказа - М., 1961; Туганов Р.У. Измаил. - Нальчик, 1972; Опрышко О.Л. Через века и судьбы. - Нальчик, 1982; Он же. По тропам истории. - Нальчик: Эльбрус, 2007; Думанов Х.М. Якуб Шарданов. Из истории изучения обычного права кабардинцев. - Нальчик: Эльбрус, 1988 и

др.

2 Выскочков Л.В. Николай I. - М.: Молодая гвардия, 2003.

25 Хавжоко Шаукат Муфти. Герои и императоры в черкесской истории. - Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 1994.

26 Жемухов С.Н. Жизнь Шоры Ногмова. - Нальчик: Эльбрус, 2002.

27 Кумыков Т.Х. Общественная мысль и просвещение адыгов и балкаро-карачаевцев в XIX -начале XX в. - Нальчик: Эльбрус, 2002.

28 Баддели Д. Завоевание Кавказа русскими. 1720-1860. - М.: Центрполиграф, 2007; Осли Э. Покорение Кавказа: Геополитическая эпопея и войны за влияние. -М.: Плюс-Минус, 2008.

Историографический обзор показывает, что долгие годы исследователи рассматривали с различной степенью глубины отдельные стороны взаимодействия российского государства с Кавказом. Многие работы в первую очередь подчеркивали военно-политическую составляющую этих отношений, трагичность их последствий, но мало уделяли внимания причинам, способствовавшим естественному их сближению, и той роли, которую сыграли яркие представители горской элиты для лучшего понимания горской стороной мира России, сделавшись посредниками между империей и миром Кавказа.

Целью данной работы является рассмотрение особенностей взаимодействия российской власти и горской элиты в ходе интеграции Северного Кавказа в состав Российской империи.

В соответствии с поставленной целью были сформулированы следующие задачи:

- показать специфику русско-северокавказских отношений в первой четверти XIX в., когда наметилась активизация российского присутствия в регионе и возникла необходимость всесторонней интеграции горских социумов в состав империи;

- дать характеристику социальной стратификации горских обществ и выяснить место горской элиты в ее структуре;

- выяснить, какие факторы определяли отношение горской элиты к российской политике и как сочетались традиционные ценности и ментальные установки горцев с интересами империи;

- проанализировать сущность российских шагов в регионе во второй четверти XIX в. в контексте активизации Восточного вопроса и выяснить роль субъективного фактора, связанного с личностью Николая I, влиявшего на определение приоритетов кавказской политики;

- рассмотреть позицию северокавказской элиты по отношению к российскому государству в период обострения вооруженного противостояния на Кавказе.

Объектом исследования является процесс интеграции Северного Кавказа в состав многонационального российского государства.

Предметом исследования выступила общественная деятельность представителей горской элиты, которые связали свой жизненный путь со службой российскому государству и раньше остальных увидели историческую перспективу в инкорпорации своего народа в политическое, социально-экономическое и культурное поле России.

Географические рамки диссертации определяются всей территорией Северного Кавказа. В ряде случаев контекст исследуемых событий заставляет выйти за заявленные территориальные границы, когда судьба рассматриваемых персоналий была связана с процессами, происходившими вне исследуемого региона.

Хронологические рамки исследования охватывают период первой половины XIX столетия. В это время процесс русско-северокавказского сближения должен был преодолеть мучительный структурный кризис, вылившийся в события Кавказской войны. Он был обусловлен не только

вполне объективными причинами, но мотивировался еще и субъективными факторами. На данный период выпадает царствование императоров Александра I и Николая I, каждый из которых имел собственное видение ситуации на Кавказе. В итоге, к середине столетия была заложена основа к стабилизации положения в регионе и наметились перспективы по выходу из вооруженного противостояния.

Научная новизна работы заключается в следующем:

- установлено, что российская политика в регионе была обусловлена целым комплексом задач, которые, прежде всего, были направлены на обеспечение безопасности южных рубежей от враждебного вторжения. Естественным союзником России в этом деле были народы Северного Кавказа, которые также нуждались в защите и покровительстве северного соседа. Вместе с тем, уровень социально-экономического развития народов региона, цивилизационные различия не позволяли быстро и бесконфликтно осуществить процесс интеграции данной территории в состав империи;

- выявлено, что проводимый политический курс в регионе во многом зависел от субъективного фактора. Позиция императоров, понимание проблемы представителями кавказской администрации, воззрения горских владельцев накладывали свой отпечаток на характер принимаемых решений;

- выяснено, что решение представителей горской элиты о сотрудничестве с российской стороной принималось в силу самых разных причин. Это происходило либо под давлением неблагоприятных обстоятельств, либо на это решались те, кто в горской среде по разным причинам становились изгоями. Были и те, кто искал в таком сотрудничестве личной выгоды, защиты своих прав. Было немало и тех, кто видел в России покровителя для своего народа;

- обнаружено, что главной проблемой для представителей горской элиты на российской службе было сочетание интересов империи и приверженность традиционным ценностям, присущим их этническому сообществу;

- в научный оборот вводится ряд документальных свидетельств, ранее не использовавшихся специалистами.

На защиту выносятся следующие положения:

- Северный Кавказ традиционно составлял важную часть Восточного вопроса для России. Его роль особенно выросла после присоединения Картли -Кахетинского царства в начале XIX столетия, что обусловило необходимость фактического распространения российских порядков на народы региона;

- цивилизационные различия обусловили сложность процесса интеграции народов Северного Кавказа в состав российского государства. Для их преодоления пришлось затратить немало усилий и идти на самые различные, в том числе военные меры;

- авторитарный характер власти в России определял методы разработки и реализации кавказской политики страны и зачастую носил субъективный характер;

- несовпадение сторон в оценке набегового промысла становилось причиной конфликтов традиционного горского менталитета и новых установок имперского существования;

- мотивация сотрудничества северокавказской элиты и российской администрации была различной и определялась как патриотическими идеалами и устремлениями, так и стремлением к личному карьерному росту и подтверждению своего привилегированного статуса;

- трагизм судеб горской элиты, находящейся на русской службе, заключался в непонимании многими их соотечественниками исторической перспективы вхождения народов Кавказа в состав многонационального государства и ее роли в этом процессе.

Методологическая и теоретическая основа диссертационного исследования базировалась на использовании преимущественно универсальных научных принципов, среди которых автор отдала предпочтение сравнительно-историческому подходу к анализу объектов исследования. Методологический универсализм рассчитан на решение тех или иных задач, возникающих в познавательной исследовательской деятельности. Одни из них поступают в качестве конкретных познавательных средств на эмпирическом и теоретическом уровне познания, а другие связаны с решением более широких познавательных задач. В процессе изучения судеб ярких представителей горской элиты, находившихся на службе российского государства, исследователь соотносил биографию различных исторических деятелей с общей тенденцией развития ситуации в регионе, шел от конкретного факта к историческому обобщению.

Использовался так же логический подход в изучении общественных явлений как непременного условия адекватного и эффективного раскрытия сущности происходившего события.

Определяющая роль в представленном научном исследовании принадлежит такому общенаучному методу, как восхождение от конкретного к абстрактному и абстрактного к конкретному.

Источниковая база предпринятого исследования опирается на материалы фондов Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного исторического архива (РГИА), Государственного архива Краснодарского края (ГАКК), Государственного архива Ставропольского края (ГАСК), Центрального государственного архива Кабардино-Балкарской республики (ЦГА КБР).

В Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ) обратил наше внимание фонд Ф.672. - Личный архив Николая I (1796-1855 гг.), который дал возможность уяснить многие стороны кавказской политики императора, его неоднозначное отношение к происходившим там процессам, а также его решимость все принимаемые меры основывать на законных основаниях, пресекать, сколько это возможно, в условиях вооруженного противостояния излишнюю жестокость в действиях военных чиновников.

В Российском государственном военно-историческом архиве интерес представили фонды Ф.4. - Армейская экспедиция Канцелярии Военной Коллегии, Ф.13. - Казачья экспедиция Канцелярии Военной коллегии, Ф.38. -Департамент Генерального штаба, Ф.846. - Военно-ученый архив (ВУА),

Ф. 13454. - Штаб войск Кавказской линии и в Черномории расположенных, Ф.14719. - Главный штаб Кавказской армии. Содержащаяся в них информация позволила получить представления об особенностях взаимоотношений российской администрации с северокавказскими народами, охарактеризовать нюансы военно-политических шагов имперских властей, направленных на пресечение набеговой практики, присущей местным реалиям рассматриваемого периода.

В Российском государственном историческом архиве (РГИА) исследовались фонды Ф.932. - Дондуков-Корсаков Александр Михайлович, кн. (1820-1893 гг.) и Ф.1374. - Канцелярия генерал-прокурора (1722-1802 гг.). По материалам данных фондов отчетливо видно, какие усилия предпринимались российской стороной на Правом фланге Кавказской кордонной линии для нормализации взаимодействия с черкесскими народами в целом и с отдельными их группами в частности. Здесь же содержатся «Записки» Хан-Гирея, которые он подавал на имя своих военных начальников как по поводу обращения хамышевских дворян, так и предложения по скорейшему «замирению» Черкесии с выгодой для обеих сторон.

Особый интерес представляют материалы, хранящиеся в фондах Центрального государственного архива Кабардино-Балкарской республики (ЦГА КБР). Важное значение для написания данной диссертационной работы имел фонд Ф. 16. - Управление Центра Кавказской линии, в котором содержатся служебные формуляры Ш. Ногмова, а также наградные представления командования Кавказского горского полуэскадрона на Высочайшее имя, отмечавшие храбрость и геройство личного состава в действиях против польских «инсургентов».

В Государственном архиве Краснодарского края был исследован фонд Ф. 249. - Канцелярия наказного атамана Кубанского казачьего войска, Ф. 254. -Войсковое дежурство Черноморского казачьего войска, Ф. 261 - Канцелярия начальника Черноморской кордонной линии, Ф. 332. - Лейб-гвардии Черноморский казачий дивизион. В них содержались сведения о ситуации на Северо-Западном Кавказе, о мерах российской администрации по налаживанию отношений с автохтонным населением региона, о попытках пресечь «хищничества», существенно осложнявшие взаимодействие между народами региона, а также о характере, обязанностях и структуре особого воинского подразделения, каким был Лейб-гвардии казачий дивизион.

Материалы Государственного архива Ставропольского края, сосредоточенные в фондах Ф. 87. - Канцелярия гражданского губернатора Кавказской губернии и Ф. 128. - Кавказское губернское правление пополнили представление о специфике северокавказской повседневности, дали возможность получить представления о тех сложностях, с которыми сталкивалась кавказская администрация при выстраивании взаимоотношений с местным населением.

В диссертационной работе нашли широкое применение уже опубликованные документы. Особо следует выделить одно из крупнейших дореволюционных собраний - «Акты, собранные Кавказской археографической

комиссией». Из двенадцати томов были использованы первые семь.29 В них имелась информация по самым разным вопросам, среди которых следует выделить военно-политические аспекты российской политики на Кавказе, административно-судебные преобразования в крае, экономические стороны жизни народов региона.

Аналогичный интерес представляют законодательные акты, размещенные в Полном собрании законов Российской империи.30 Они характеризуют особенности государственной политики на Северном Кавказе.

В советский и постсоветский период отечественной истории интерес к Кавказу оставался высоким. Вышли в свет многочисленные сборники документов, касающихся различных сторон прошлого региона, а так же отдельных персоналий.31 Хотя подборка материалов и комментарии к ним не избежали идеологической окраски, тем не менее они являются важным инструментом по реконструкции прошлого и позволяют объективно подойти к оценке происходивших в регионе событий.

Существенный пласт опубликованных источников составляет мемуарная литература.32 Безусловно, она носит ярко выраженный субъективный характер, но при этом дополняет официальные документы, придавая им эмоциональную окраску, порой различаясь в оценках происходивших событий. Многообразие мнений лучше позволяет добиться понимания специфики эпохи, а это дает возможность объективно взглянуть на ситуацию.

Теоретическая и практическая значимость работы заключается в возможности использования материалов и выводов диссертационного исследования в научной, преподавательской и лекторской деятельности.

29 Акты, собранные Кавказской археографической комиссией / Под ред. А.П. Берже. -Тифлис, 1866-1878.-Т. I. — VII.

30 Полное собрание законов Российской империи (собрание I с 1644 по 1825 гг.). - СПб., 1830.

31 Движение горцев Северо-Восточного Кавказа в 20-50-х гг. XIX в. Сборник документов. -Махачкала, 1959; Документальная история образования многонационального государства Российского. В четырех книгах. Книга первая. Россия и Северный Кавказ в XVI-XIX веках / Под ред. Г.Л. Бондаревского, Г.Н. Колбая. - М.: Изд-во НОРМА, 1998; Народно-освободительная борьба Дагестана и Чечни под руководством имама Шамиля. Сборник документов. - М.: «Эхо Кавказа», 2005; Русско-дагестанские отношения в XVIII - начале XIX века: Сб. док./ отв. ред. В.Г. Гаджиев. - М.: Наука, 1988.

32 Вершигора А.Д. Хан-Гирей: новые документы и источники. - Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2003; Грибоедов A.C. Горе от ума, письма и записки. - Баку: Маариф, 1989; Давыдов Д.В. Дневник партизанских действий 1812 года. — Л.: Лениздат, 1985; Записки А.П. Ермолова. 1798-1826 гг. / Сост., подгот. текста, вступ. ст., коммент. В.А. Федорова. - М.: Высш. шк., 1991; Письма А.П. Ермолова // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. - Махачкала, 1926. - Вып.45; Письма Алексея Петровича Ермолова к Арсению Андреевичу (впоследствии графу) Закревскому // Сборник императорского исторического общества. - СПб.,1890. Т.73; Погодин, М.Н. Алексей Петрович Ермолов. Материалы для его биографии; Толстой В. С. Характеристики русских генералов на Кавказе / Публ. [вступ. ст. и примеч.] В.М. Безотосного // Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII-XX вв.: Альманах. - М.: Студия ТРИТЭ: Рос. Архив, 1996. - [Т.] VII.

Работа также может служить основой для дальнейшего изучения и последующей разработки данной проблематики или отдельных ее аспектов. Материалы диссертации могут быть использованы при формировании стратегии национальных отношений на Северном Кавказе.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования излагались на межвузовских научно-практических конференциях. По материалам диссертационного исследования опубликовано шесть статей, общим объемом 2,55 п.л. в том числе 2 в журнале «Научные проблемы гуманитарных исследований», включенном в перечень журналов, рекомендуемых ВАК РФ. Работа обсуждалась на кафедре социально-гуманитарных наук ПГТУ.

Структура работы подчинена исследовательской логике и состоит из введения, двух глав, пяти параграфов, заключения, примечаний и списка использованных источников и литературы.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Первая глава «Особенности северокавказских реалий в первой четверти XIX века» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Задачи российской политики на Северном Кавказе и их решения» раскрываются особенности ситуации, сложившейся на Северном Кавказе в первой четверти XIX столетия.

В начале своего царствования император Александр I подтвердил решение своего отца о присоединении Картли - Кахетинского царства в состав Российской империи. Это решение далось нелегко. В правительстве прекрасно осознавали последствия этого шага. Ни Персия, ни Турция не смирились бы с усилением позиций своего соперника в этом регионе. Но, как показали дальнейшие события, главной проблемой для империи станет адаптация новых северокавказских подданных к порядкам, по которым жило все государство.

Не желая смириться с потерей былой вольности, на которую неминуемо должно было покушаться российское государство, горцы готовы были с оружием в руках отстаивать свое право на привычный образ жизни. Непонимание друг друга, нежелание, да, пожалуй, и невозможность в данных исторических условиях уступить друг другу приведут к затяжному конфликту, преодоление которого займет половину столетия. Начало же данного процесса выпадет на царствование Александра I.

Следует особо подчеркнуть значение неблагоприятного внешнеполитического фактора, который неминуемо придавал брутальные черты российским шагам на Кавказе.

Вынужденно применяя силу против непокорных горцев, российская администрация параллельно искала способы мирного разрешения вопроса. Правительство соглашалось даже на признание духовного суда в Кабарде, если при этом местные владельцы гарантировали спокойствие на Линии. Особая роль отводилась наиболее здравомыслящей части кабардинского общества, способной к диалогу.

Увы, следует признать, что надежды на духовный суд в Кабарде оказались несбывшимися. Как и родовые суды, и расправы, он не стал идеальным «лекарством» в деле нормализации отношений между российскими интересами в крае и позицией кабардинской верхушки. Но сам по себе факт поиска компромисса весьма примечателен в понимании политики российского государства по отношению к иноэтнической окраине.

Однозначно утверждать, что все мирные начинания и усилия терпели крах, нельзя. Есть немало примеров взаимного тяготения, перехода горцев на российскую сторону, чему сохранилось немало архивных документальных свидетельств.

Российская администрация стремилась в равной степени выражать интересы всех народов, проживающих на Северном Кавказе. С этой целью она пресекала политические амбиции не в меру зарвавшихся феодалов. Такая политика находила понимание среди местных жителей, и они готовы были с оружием в руках поддерживать акции российского командования.

Среди многих задач российской политики в регионе одной из важнейших была задача по привлечению на свою сторону ярких представителей горской элиты, совместно с которой происходил поиск взаимоприемлемых способов органичной адаптации Северного Кавказа к общеимперским порядкам.

Во втором параграфе «Роль элиты в стратегии российских властей и её место в социальной структуре горских обществ Северного Кавказа» дан анализ стратегии, которая применялась властями Российской империи в борьбе за Кавказ в его северных регионах, а также показана роль горской элиты, которую ей отводила Россия в планах интеграции Кавказа с империей.

В параграфе дается определение понятия «элита» с точки зрения современной социально-политической науки, и выявляются элитные слои в горских обществах. Рассматривается социально-политическое устройство этнических обществ различных народов Северного Кавказа, достигших высокой степени развития феодальных отношений или только вступавших на этот путь. Независимо от степени феодализации горских обществ везде присутствовала общественная иерархия, которую стремились использовать российские власти в собственных целях.

Автор показывает различие подходов со стороны имперских властей в отношениях с горскими элитами так называемых «аристократических» и «демократических» обществ, выявляя социально-политические и экономические причины таких различий, которые коренились не только и не столько в социально-политической природе самой Российской империи, но, прежде всего, внутри горских обществ. Россия их актуализировала и одновременно сохраняла сложившуюся на Северном Кавказе социальную иерархию, обычное право и стремилась в первой половине XIX в. подталкивать горские элиты к лояльности имперским властям и их целям, выступая в качестве новой силы, обладающей правом и инструментарием, гарантирующими общественную правоспособность и традиционную функциональность и статусность в общественных системах.

Третий параграф «Горская элита в поисках компромисса между

государственными интересами и этническим патриотизмом» посвящен анализу событий, связанных с постепенным приобщением части горской элиты к российским государственным интересам.

Закономерный интерес российского государства к Северному Кавказу был обоюдным. Народы региона также были заинтересованы в налаживании прочных и выгодных для них связей с могучей державой. Россия исторически выступала в качестве покровителя местных племен. Вместе с тем, специфика местных реалий не позволяла безболезненно включить регион в состав многонационального государства. Разный уровень социально-экономического и политического развития северокавказских народов, специфичная ментальность делала их достаточно конфликтной средой, весьма трудно воспринимавшей внешнее воздействие.

Даже дальновидным представителям горской элиты, ратовавшим за сближение с русскими, непросто было отказаться от традиционного мировоззрения, базирующегося на этническом патриотизме, и проникнуться общегосударственными интересами, которые зачастую расходились с привычными оценками и стереотипами. Это приводило к мучительному поиску компромисса, взаимоисключающим поступкам, смене политических ориентиров, которые можно найти в биографиях горских деятелей той поры. Безусловно, охватить судьбы абсолютно всех горцев на русской службе -задача непосильная для одного исследователя, но на примере некоторых ярких и незаурядных личностей можно проследить процесс формирования российской идентичности у народов региона.

К числу таких ярких людей относится кабардинский князь Кучук Джанхотов. К авторитету князя не раз обращалась российская администрация, пытаясь мирным путем урегулировать возникающие у нее противоречия с местным населением.

Примерно в 1806 г. Кучук Джанхотов становится князем-валием. На этой должности ему приходилось прилагать немалые усилия, чтобы соблюсти интересы российского правительства и социально близких ему кабардинских феодалов. Удавалось это далеко не всегда. Определенная политическая раздвоенность, попытка соединить узко кабардинские интересы и военно-политическую необходимость российского государства не раз будет встречаться в карьере этого незаурядного человека. Пришлось князю пережить и личную трагедию. Один из его сыновей, Джамбулат, оказался в лагере врагов России. При аресте он оказал сопротивление и был убит.

Другой, не менее заметной фигурой был князь Измаил (Исмаил) Атажукин. Эта личность интересна еще и тем, что он стал прототипом знаменитого лермонтовского «Измаил-бея». Суть политической позиции Измаила Атажукина сводилась к тому, что Кабарда должна была стать своеобразным посредником между народами Кавказа и Российской империей. Атажукин, демонстрируя свои исторические познания, приводил немало примеров из прошлого своего народа, который сознательно сделал выбор в пользу России. При внешней комплиментарное™ к российской власти, предложения Измаил-бея, в большей степени, соответствовали чаяниям

кабардинской феодальной верхушки, которая, опираясь на имперский военно-экономический потенциал, становилась бы господствующей силой на Кавказе.

Ярким примером горца на российской службе в александровскую эпоху может считаться Якуб Магометович Шарданов. Если учесть то, что Я. Шарданов хорошо разбирался в вопросах государственного устройства и права как восточных, так и европейских государств, а также то, что он владел несколькими языками, то можно предположить, что он окончил высшее учебное заведение. Возможно и то, что он получил домашнее образование, так как его отец был образованным человеком и имел большие связи с чиновниками царской администрации на Кавказе. Высочайшую оценку эрудиции Якуба Шарданова даст его ученик, кабардинский просветитель Д.С. Кодзоков. Он неоднократно привлекался для составления документов и рекомендаций по управлению Кабардой и получал от государства пенсию, дожив до середины XIX столетия.

Заметной фигурой среди горских владельцев на российской службе был знатный кабардинский владелец Федор Александрович Бекович-Черкасский. Кавказские власти поручали князю Бековичу выполнение самых разнообразных задач, направленных на поддержание мирных условий жизни в Кабарде, где ему приходилось выступать посредником-поручителем в конфликтных ситуациях. Непросто было князю Ф.А. Бековичу-Черкасскому выполнять приказы, связанные с наказанием его «немирных» соплеменников. Но, верный своему долгу, он участвовал в сражениях, в том числе и против «беглых кабардинцев».

В «Замечаниях касательно просьбы кабардинского народа и средства к улучшению благосостояния оного» Ф.А. Бекович выступал с весьма дельными предложениями, среди которых поднимался и такой болезненный для Кабарды вопрос, как земельный. Он ратовал за основание у себя на родине города, который стал бы экономическим и культурным центром.

Рассмотренные судьбы ярких представителей горской элиты, находящихся на российской службе, при всех их особенностях похожи друг на друга. Для них характерна определенная раздвоенность в оценках происходящего на их малой родине. Судьба многих из них была трагичной, не понятые соотечественниками, не пользуясь доверием со стороны кавказской администрации, они тем не менее были связующим звеном между Кавказом и остальными народами многонациональной России.

Вторая глава «Общие тенденции развития Северо-Кавказского региона во второй четверти XIX века» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Северо-Кавказский край в политике Николая I» дается характеристика политики России в регионе во второй четверти XIX столетия. Среди груза проблем, доставшихся императору Николаю Павловичу в наследство от старшего брата, императора Александра I, не последнее место занимал тесно связанный с Восточным вопросом кавказский узел противоречий. Исторический опыт контактов с народами, населявшими Северный Кавказ, не внушал оптимизма в отношении безболезненного решения кавказской проблемы. Стратегические и экономические интересы Российской

империи требовали подчинения Кавказа, а народы, его населявшие, продолжали сопротивляться геополитическим устремлениям империи. Столкновение интересов происходило в полиэтническом и поликультурном регионе, что осложняло решение поставленной задачи.

После побед русского оружия над персами в войне 1826-1828 гг. и над турками в войне 1828-1829 гг. весь Кавказ перешел под юрисдикцию Российской империи, однако в большинстве мест горские народы находились в более вассальной зависимости, нежели в подданстве у русского царя. Поэтому, нейтрализовав активное влияние персов и турок на кавказские дела в результате победоносных войн, Николай I желал сосредоточить усилия правительства и всех участвовавших властей на решении горской проблемы.

Многие администраторы и чиновники, так или иначе связанные с кавказскими делами, не понимали психологии кавказских горцев, их укорененности в собственной традиционной культуре. Император Николай I был сильно озабочен малыми успехами в Кавказском крае. Хотя в Петербурге осознавали, что гражданское устройство Кавказа должно непосредственно следовать за военным освоением территорий и закреплять усилия войск, согласия в средствах и методах долго не находили.

Важным звеном в вопросе проведения общеимперской административной политики в Кавказском крае был созданный одновременно с наместничеством в 1845 г. Кавказский комитет. Он служил связующим звеном между местным правлением на Кавказе в лице наместника, высшими государственными структурами и лично императором.

На Северном Кавказе у российских властей было много сложной работы, смысл которой состоял в том, чтобы обеспечить вовлечение региона и населявших его горцев в имперскую систему существования. Существовавшие тогда сомнения в способности русских быстро покончить с противниками российского присутствия в регионе создавали для Петербурга неблагоприятные настроения далеко за пределами горных районов Дагестана, Чечни или Черкесии. Все ждали исхода военного противостояния, но обстоятельствами вынуждались воевать либо на стороне русских, либо против них. Несмотря на просчеты, процесс имперской интеграции на Кавказе во второй четверти XIX века не только не ослаб, но, напротив, набирал силу и приобретал характер фундаментальности и неотвратимости.

Во втором параграфе «Горская элита в условиях укрепления российских позиций на Северном Кавказе» рассматриваются судьбы выходцев из среды северокавказских народов, которые сделали свой выбор в пользу служения многонациональному российскому государству, раньше остальных осознав историческую перспективу этого шага.

Во второй четверти XIX века российские власти, продолжая наступление на позиции непокорных горцев и все больше стесняя свободу для их предприимчивости, одновременно стремились (ввиду уменьшения кровопролития и достижения своих целей) привлекать на свою сторону, сколько возможно, представителей горских племен и, прежде всего, лиц знатного происхождения, имевших влияние на своих соплеменников.

Этим людям приходилось претерпевать много сложностей и угроз и существовать меж двух огней - рассерженных соплеменников и российской стороной. Российские власти лишь постепенно нащупывали правильную форму взаимодействия с горской элитой, соглашавшейся оказывать содействие русским. Постепенно сформировались взаимные обязательства и неписанные правила, которых стороны стали придерживаться. Российская сторона вынуждена была защищать своих союзников в горской среде. И чем лучше она это делала, тем больше доверия и приверженцев приобретала среди горцев.

Каждому горцу на российской службе приходилось решать две задачи. Первая задача требовала решения дилеммы - возможен ли выбор между российским государством и собственным народом, а также определения места кабардинского народа в имперской системе. Вторая задача вынуждала отвечать на вопрос, как жить в системе иной религиозной традиции. В качестве примера может служить такой незаурядный горский просветитель, как Шора Ногмов. Патриотический аспект своей русской ориентации Ш. Ногмов определил как готовность содействовать установлению российского протектората над Кабардой, сохранявшей своего владетельного правителя. Такое положение дел позволяло сохранять Кабарде политическую субъектность и одновременно через посредство России получить цивилизационный импульс к развитию. Политика веротерпимости, характерная для России позволяла Ногмову без внутреннего надлома чувствовать себя в иной конфессиональной среде.

Немало послужил России и Кабарде Хату Анзоров, выходец из кабардинских дворян первой степени (тлекотлеш). На военной службе он достиг больших успехов, дослужившись до генерал-майора.

С лучшей стороны на русской службе проявил себя и ногаец Султан Казы-Гирей. В 1830 г. Казы-Гирей направляется в Петербург для службы юнкером в Кавказско-Горском полуэскадроне. Знакомство со многими видными представителями российской военной и культурной элиты (A.C. Пушкин) на Кавказе и в его бытность в Петербурге способствовало развитию в нем чувства гражданственности и патриотичности, желанию помогать не только своей большой родине - империи, но и жителям Кавказского края. С этим связана его культурная деятельность, а также предложения по политическому переустройству края, которые он подавал в записках, адресуемых российским военным и гражданским властям.

К когорте наиболее выдающихся представителей горской элиты, содействовавших российским интересам на Кавказе, принадлежал и Султан Хан-Гирей. Многие адыги, перешедшие на сторону России, постепенно подпадали под влияние русской культуры и сближались с русским населением Черноморского войска. Они отдавали своих детей в обучение в станичные и полковые школы, а некоторые поступали на русскую службу.

Опираясь на вышеизложенные примеры служения представителей горских элит российскому государству, можно констатировать, что почти все они видели в этом поприще не только единственно службу русскому царю, хотя выказали здесь много храбрости, воинской доблести и геройства, но также приобщение к новым культурным ценностям, освоение которых становилось

обязательной необходимостью, без которой невозможно было надеяться делать карьеру в составе российской армии и относительно безболезненно существовать в российском культурном социуме.

В заключении на основании проведенного исследования автор диссертационной работы пришла к следующим выводам:

Объективный процесс формирования Российской империи привел к выходу ее границ к Кавказу. Покровительство Грузии завершилось включением ее территории в состав единого государства. Это поставило на повестку дня задачу распространения реального контроля на Северный Кавказ.

Проживающие здесь народы издревле контактировали с российским государством, обращались за покровительством к его царям и императорам. Однако принять законы и жить по имперским правилам они не желали. Одновременно и империя не могла признать специфичный уклад жизни, царивший на Кавказе. Это стало причиной затянувшегося конфликта, начало которого выпало на время царствования императора Александра I.

Российские власти пытались «умиротворить» регион самыми различными способами. Традиционно считалось, что политика «ласканий» или брутальные методы объяснялись личными качествами того или иного командующего на Кавказе. Но представляется, что это не верно. Шаги царской администрации во многом были обусловлены внутри- и внешнеполитическими факторами, хотя субъективные моменты также нельзя сбрасывать со счетов.

В сферу российской имперской культуры была вовлечена определенная, хотя и немногочисленная часть горских обществ, их элита. Это вело к постепенному формированию личностей, способных не только лучше прежнего понимать интересы своего сословия и своих народов, но и адаптировать их к общероссийскому историческому процессу, поскольку теперь они становились (вольно или невольно) частью имперского российского сообщества. Социально-политическое развитие горских обществ в составе Российской империи потребовало усвоения новых идей, ценностей, моделей поведения, которые транслировались в традиционные горские общественные структуры представителями горской знати, при всех и любых переменах и катаклизмах стоявших наиболее близко к своим народам.

На Северном Кавказе военные и гражданские власти Российской империи реализовывали стратегии, имевшие большей частью прагматический характер, который довлел над всеми другими подходами и был направлен на обеспечение устойчивого имперского контроля над Кавказским регионом.

П.Д. Цицианову, стороннику решительных, военных шагов направленных на обуздание «немирных» горцев, приходилось действовать в весьма неблагоприятных условиях, и угроза войны с сопредельными державами заставляла князя пренебрегать переговорами с горскими обществами. Но даже он по мере возможности старался создать предпосылки для нормализации ситуации, не прибегая к карательным акциям. Другие российские начальники (И.В. Гудович, А.П. Тормасов, Н.Ф. Ртищев) чаще старались использовать экономические, культурные и политические способы разрешения возникающих конфликтов с местным населением, но ожидаемых результатов добиться не

могли. Не удивительно, что в такой ситуации вновь приходилось возвращаться к силовым шагам, как это произошло при А.П. Ермолове. Представляется, что непрестанно шел поиск оптимальной модели преобразования Кавказа, его адаптации к имперским порядкам, и в свою очередь менялась политика правительства, подстраивающаяся к местной специфике. В такой ситуации важен был поиск людей из числа местной элиты, готовой к диалогу и привлекаемой на государственную службу.

Исторически сложилось так, что часть местной элиты была ориентирована на Россию и связывала с ней будущее своего народа. Некоторые выходцы из местной среды успешно инкорпорировались в состав имперской правящей верхушки. Например, ряд кабардинских княжеских фамилий еще со времен Ивана Грозного служили российскому многонациональному государству. Именно на таких людей и пыталось опереться российское правительство, проводя свою кавказскую политику. Определить точное число людей, ориентированных на единение с северным соседом, не представляется возможным. Но даже в наиболее конфликтные периоды совместной истории это число видится внушительным.

Вместе с тем, такой выбор давался нелегко. Приходилось отказываться от привычных ментальных установок, идти против воли части своих соплеменников. Нередко возникал конфликт между этническим патриотизмом и общегосударственными интересами. В биографии пророссийски ориентированных политиков из числа местной элиты нередко можно найти на первый взгляд взаимоисключающие поступки, колебания.

В царствование Александра I, когда процесс интеграции Северного Кавказа в состав Российской империи только набирал обороты, сторонников сближения приходилось привлекать преимущественно из числа народов, с которыми традиционно поддерживались отношения еще со времен Московского царства. Не удивительно, что в числе российских офицеров и чиновников мы видим много кабардинцев. Социально-экономический уровень развития Кабарды был ближе и понятнее имперским властям. Кроме того, кабардинская феодальная верхушка издревле пыталась доминировать среди местных народов, пользовалась определенным авторитетом и могла быть привлечена для оказания воздействия на ситуацию. Такие люди, как Кучук Джанхотов, Измаил Атажукин, Якуб Шарданов, Федор Бекович-Черкасский, безусловно, были незаурядными региональными лидерами и внесли заметный вклад в процесс адаптации региона в состав многонационального государства.

В николаевскую эпоху на Северном Кавказе у российских властей было много сложной работы, смысл которой состоял в том, чтобы обеспечить вовлечение региона и населявших его горцев в имперскую систему существования. Следовало убедить широкие слои горского населения в преимуществах жизни в составе империи и по ее правилам и законам. Это была непростая задача, т.к. уровень социально-экономического развития и ментальные особенности автохтонного населения зачастую коренным образом отличались от общероссийских ментальных установок и традиций.

В конце 30-х - начале 40-х гг. XIX века мюриды переходят к

систематическому наступлению. Это были не прежние набеги за добычей, а акции, имевшие под собой далеко идущие политические цели. В этот период российская сторона фактически утратила контроль над Чечней и Дагестаном.

Существовавшие тогда сомнения в способности русских быстро покончить с противниками российского присутствия в регионе создавали для Петербурга неблагоприятные настроения далеко за пределами горных районов Дагестана, Чечни или Черкесии. Но, несмотря на просчеты, процесс имперской интеграции на Кавказе во второй четверти XIX века не только не ослаб, но, напротив, набирал силу и приобретал характер фундаментальности и неотвратимости.

В середине второй четверти XIX века происходит существенная трансформация российской политики как в отдельных регионах Кавказского края, так и на всем Кавказе в целом. Неудачи конца 30-х - начала 40-х гг. вынудили императора Николая I серьёзно заниматься кавказскими делами. Император назначает на Кавказ своего наместника с широкими полномочиями, который переходит к планомерной осаде неприступных до тех пор горных районов, сжимая и сокращая территорию имамата кольцом российских укреплений.

Вопреки сложившимся стереотипам, политика, проводимая императором Николаем I, отличалась гибкостью и стремлением учесть быстро меняющуюся ситуацию. С его подачи имели место не только силовые акции, но и вполне мирные шаги по умиротворению региона, когда в процесс русско-кавказского сближения активно вовлекались представители местной элиты.

Рассмотренные в данной работе примеры служения представителей горских элит российскому государству, позволяют констатировать, что почти все они видели в этом поприще не только единственно службу русскому царю, хотя выказали здесь много храбрости, воинской доблести и геройства, но также видели в том приобщение к новым культурным ценностям, освоение которых становилось обязательной необходимостью, без чего невозможно было сделать карьеру в составе российской армии и относительно безболезненно существовать в российском культурном социуме.

Кроме того, многие из тех, кто связывал свою судьбу с Россией, стремились с её помощью не только получить надежную защиту и избавиться от могущественных врагов, получить усиление собственного статуса, но добивались такого сближения с империей, при котором сохранялась бы определенная возможность функционирования их этнической территории в качестве автономного политического субъекта.

Следует так же подчеркнуть трагичность положения почти всех тех, кто уверовал в Россию и связывал с ней будущее своего народа, так как это сталкивало их с частью соплеменников, которые не хотели понять и принять их выбор, клеймили предателями и выталкивали из своей среды. Зачастую, только высокий социальный статус оберегал их от немедленной расправы, но окружал недоверием и подозрительностью. Их судьба типичный образчик судеб представителей горской элиты, воспитанных в российско-европейской культурной среде и силою обстоятельств вынужденных оказаться между двух цивилизационных миров, одинаково близких им по рождению или по воспитанию, но непримиримых по своим ценностным состояниям.

Основные положения диссертационного исследования изложены в следующих публикациях:

1. Рясная, Ю.О. Северокавказская элита на службе России (на примере жизни Ф.А. Бековича-Черкасского) [Текст] / Ю.О. Рясная // Научные проблемы гуманитарных исследований: научно-теоретический журнал; Институт региональных проблем российской государственности на Северном Кавказе. Вып. 2. - Пятигорск, 2010. - С. 157-163. - 0,5 п.л. - ISSN 2071-9175.

2. Рясная, Ю.О. Ситуация на Северном Кавказе в ермоловский период (1816-1827 гг.) (Текст] / Ю.О. Рясная II Научные проблемы гуманитарных исследований: научно-теоретический журнал; Институт региональных проблем российской государственности на Северном Кавказе. Вып. 3. -Пятигорск, 2010. - С. 85-91. - 0,6 п.л. - ISSN 2071-9175.

3. Рясная, Ю.О. Горская элита в реализации российской политики на Северном Кавказе [Текст] / Ю.О. Рясная // Социальные и гуманитарные науки. Вып. 20. - Москва, 2009. - С. 54-63. - 0,5 п.л.

4. Рясная, Ю.О. Роль горской элиты в утверждении российских позиций на Северном Кавказе в начале XIX в. [Текст] / Ю.О. Рясная // Сборник научных статей: приложение к журналу «Образование-наука-творчество» Вып. 24. -Нальчик-Армавир, 2010. - С. 71-79. - 0,4 п.л.

5. Рясная, Ю.О. Султан Казы-Гирей - выдающийся представитель горской элиты [Текст] / Ю.О. Рясная // Инновационные подходы к совершенствованию воспитательной работы в учреждениях. Вып. 2. - Нижний Архыз, 2010. - С. 235-239. - 0,25 п.л. - ISBN 978-5-8775-186-0.

6. Рясная, Ю.О. Деятельность П.Д. Цицианова по присоединению северокавказских территорий к России [Текст] / Ю.О. Рясная // Человек и общество на рубеже тысячелетий: международный сборник научных трудов. Вып. XLVII. - Воронеж, 2010. - С. 185-190. - 0,3 п.л. - ISBN 978-5-88519-636-9.

Подписано в печать 15.10.2010г., Формат 60 х 84/16. Бумага офсетная. Печать офсетная. Усл. печ. л. 2,1 Тираж ЮОэкз. Заказ №1191 Отпечатано в типографии Пятигорского государственного технологического университета 357500, Ставропольский край, г. Пятигорск, пр.40 лет Октября, 56. тел. (879-3) 97-39-29, тел/факс (97-39-27)

 

Оглавление научной работы автор диссертации — кандидата исторических наук Рясная, Юлия Олеговна

ВВЕДЕНИЕ

Содержание

ГЛАВА I. ОСОБЕННОСТИ СЕВЕРОКАВКАЗСКИХ РЕАЛИЙ В ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА.

1.1. Задачи российской политики на Северном Кавказе и их решения.

1.2. Роль горской элиты в стратегии российских властей и её место в социальной структуре горских обществ Северного Кавказа.

1.3. Горская элита в поисках компромисса между государственными интересами и этническим патриотизмом.

ГЛАВА 2. ОБЩИЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО РЕГИОНА ВО ВТОРОЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА.

2.1. Северо-Кавказский край в политике Николая I.

2.2. Горская элита в условиях укрепления российских позиций на Северном Кавказе.

 

Введение диссертации2010 год, автореферат по истории, Рясная, Юлия Олеговна

Актуальность темы исследования. В настоящее время не потеряла своей актуальности необходимость исследования политики российских властей по строительству и укреплению российской государственности, объяснению её особенностей, проявлявшихся в использовании механизмов, средств и подходов полиэтнического и поликонфессионального сообщества.

При существующих сегодня сложностях государственного строительства новой России опыт решения многотрудных задач имперского устройства в качестве многонародного государства, состоявшего из разноплеменных территорий, может подсказать те или иные способы достижения поставленных жизнью и ходом истории целей.

Каждая территория играла в имперском строительстве свою роль и тем или иным образом определяла устойчивость и силу общего состояния государственного и политического развития. Северный Кавказ и его народы были среди важнейших опор строившейся государственности на протяжении нескольких веков.

В прошлом имел место уникальный феномен постепенной солидаризации народов, которые, на первый взгляд, были далеки друг от друга в своем понимании многих базовых сторон жизненного устройства многонационального государства.

В ходе длительного этапа взаимного «притирания» народов Северного Кавказа и России невозможно было избежать непонимания, конфликтных I ситуаций, а то и открытого противостояния. В поисках мер, способных повлиять на развитие ситуации в нужном направлении, российские власти обратили внимание на ту часть горских обществ, которая играла определяющую роль в их существовании — выдающихся личностей, горскую элиту.

Эти люди порой интуитивно ощущали историческую перспективу интеграционного процесса, готовы были, положить на алтарь служения, прежде всего, своему народу собственное благополучие и жизнь. При этом современники не всегда понимали их, подвергали остракизму и преследованиям, считая их деятельность нарушением традиционности.

Воспринявшие раньше других культурные ценности российской цивилизации, они становились просветителями и проводниками новых идей для своих соплеменников, не ограничиваясь лишь интересами собственной службы и карьеры. Таким образом, эти люди стали своеобразным мостом между Россией и горскими социумами, во многом нейтрализуя имевшую место взаимную настороженность и непонимание.

Обращение к их деятельности и биографии не только правомерно, но помогает понять исторические события, атмосферу, в которой осуществлялась их деятельность, в жизненной полноте и конкретности.

Судьбы этих людей являются убедительным доводом в опровержении сепаратистских доктрин, которые базируются на тезисе о перманентной русско-кавказской вражде, а потому изучение роли горской элиты в деле строительства единого российского государственного пространства видится актуальным и востребованным.

Научная разработанность темы. На сегодняшний момент в кавказоведении возникла необходимость в создании обобщающих разработок, посвященных заявленной теме. Различные аспекты поднимаемых в диссертационном исследовании вопросов в той или иной степени нашли отражение в литературе. Историографический обзор будет строиться на принципе характеристики различных сторон изучаемой проблемы при соблюдении хронологии.

Отдельно следует выделить работы, затрагивающие проблемы Кавказской войны. Этому событию посвящено немало трудов дореволюционных историков, которые акцентировали свое внимание преимущественно на описаниях батальных эпизодов.1

1 Грабовский II Ф. Присоединение к России Каблрды и борьба ее за независимость // Сборник сведении о кавказских горцах - Тифлис, 1876. - Вып.9, Дубровин Н.Ф История войны и владычества русских на Кавказе. - СПб , 1886 - Т. 5; Потто В.А. Кавказская война: В 5 т.: Т.1: С древнейших времен до Ермолова.- Ставрополь:

Сборник произведений P.A. Фадеева," героя Кавказской войны, • выдающегося- мыслителя - геополитика, историка и социолога - посвящен различным аспектам восточной политики Российской империи, до сих пор не имеет равных по силе и широте исторического горизонта в современной историографии.

Из работ последнего времени следует выделить работу М.М. Блиева и В.В. Дегоева, которые вывели осознание данной проблемы на качественно новый уровень. Они убедительно показали, что горские набёги были обусловлены социально-экономическими и культурными факторами, имели стадиальный характер.3

Об особенностях российской политики в отдельных частях Северного Кавказа говорится в исследованиях В.Г. Гаджиева,4 М.М. Блиева,5 Р.У. 7

Туганова, Ш.А. Гапурова.

Военно-политические аспекты Кавказской войны нашли отражение в целом ряде публикаций современных кавказоведов. В них дается картина событий вооруженного противостояния в регионе, анализируются причины его возникновения.8

Исследование В.В. Лапина9 находится в ряду работ, не просто раскрывающих или дополняющих различные стороны военно-политических реалий Кавказской войны, но выявляет сущностные моменты нового подхода к исследованию самого феномена Кавказской войны, роли и месту Российской армии, оказавшейся по воле политиков в непривычных для. неё

Кавказский край, 1994; Он же. Кавказская война: В 5 т.; Т. 2: Ермоловское время. - Ставрополь: Кавказский край, 1994; Романовский П. Кавказ и Кавказская война. - СПб., 1860; Фадеев P.A. Шестьдесят лет Кавказской войны. - Тифлис, 1860 и др.

2 Фадеев P.A. Кавказская война. - М.: Эксмо, 2003.

3 Блиев М.М., Дегоев В.В. Кавказская война. - M.: Росет, 1994.

4 Гаджиев В.Г. Роль России в истории Дагестана. - М.: Наука, 1965.

5 Блиев М.М. Русско-осетинские отношения (40-е гг. XVIII - 50-е гг. XIX в.). - Орджоникидзе, 1970.

6 Туганов Р.У. Шариатское движение против царизма в 1799-1807 гг. // Живая старина. - 1991. - №1; Он же. Кабарда и Балкария в период Ермоловшины. 4.1.(1816-1822 гг.)//Живая старина. - 1992. -№2.

7 Гапуров Ш.А. Россия и Чечня в первой четверти XIX века. - Нальчик, 2003.

8 Захаревич A.B., Скиба К.В. Военно-политические события на Кубанской Линии в 1811-1816 гг. - попытки мирного сосуществования // Вопросы северокавказской истории. Вын.9.- Армавир, 2004; Скиба К.В. Из истории «Малой кавказской войны» на Кубанской линии / Под ред. В.Б. Виноградова. - Армавир, 2005 и др.

9 Лапин В.В. Армия России в Кавказской войне XVIII-XIX вв. - СПб.: Европейский дом, 2008. климатогеографичееких и социально-политических условиях, а также сложным и неоднозначным путям взаимодействия с автохтонным населением Кавказа.

В монографии Б.П. Берозова исследуется важное событие в жизни осетинского народа, связанное с переходом с гор на плоскость. Автор показывает прогрессивное социально-экономическое и политическое значение этого процесса. Подчеркивается роль российской администрации в организации переселения.10

Событиями истории Кабарды конца XVIII - начала XX вв. посвятил свою работу С.Н. Бейтуганов. В его исследовании дается характеристика различных политических деятелей, сыгравших заметную роль в прошлом региона,11 Интерес к аналогичным проблемам можно найти и в других работах этого автора.12

Исследование деятельности А.П. Ермолова на Северном Кавказе провел Ю.Ю. Клычников. Он показал различные стороны его шагов по умиротворению региона, получивших неоднозначную, часто противоречивую оценку как у современников, так и у потомков.13

В книге Б.К. Мальбахова рассматриваются вопросы политической истории Кабарды, начиная от Петра I и до конца царствования Александра I. Исследователь показывает свое видение проблемы взаимоотношений народов Кабарды с российским правительством.14

Исследование Ч.Э. Карданова охватывает значительный исторический период- с XVI в. до начала XIX в. Анализируются события кабардино-русских отношений сквозь призму судеб ярких личностей кабардинского общества того времени.15

В работе С. А. Айларовой освещается проблема развития северокавказской общественно-политической мысли XIX в., показывается

10 Берозов Б.П. Переселение осетин с гор на плоскость (XVIII - XX вв).- Орджоникидзе, 1980.

11 Бейтуганов С.Н. Кабарда и Ермолов: Очерки истории. - Нальчик: Эльбрус, 1993.

12 Бейтуганов С Н. Кабарда: история и фамилии. - Нальчик. Эльбрус, 2007.

13 Клычников Ю.Ю. Деятельность А.П. Ермолова на Северном Кавказе (1816-1827) / Под ред. и с послесловием В.Б. Виноградова. - Ессентуки, 1999.

14 Мальбахов Б.К. Кабарда в период от Петра I до Ермолова (1722 - 1825). - Нальчик, 1998.

15 Карданов Ч.Э. Путь к России: Кабардинские князья в истории отношений Кабарды с Российским государством в ХУ1-начале XIX века / Перевел с кабардинского В.Г. Кузьмин. - Нальчик: Эльбрус, 2001. сложность процесса модернизации горских обществ в рассматриваемый период. Предметом исследования стали воззрения выдающихся представителей северокавказской элиты. Среди поднимаемых в труде проблем - вопросы просвещения горцев, их приобщение к российской государственности.16

Предметом исследования Б.В. Виноградова стал достаточно малоизученный период в истории российско-северокавказских отношений, начиная с 1783 по 1816 г. В это время российскими властями апробировались различные модели невоенного урегулирования ситуации на Северном Кавказе, наталкивавшиеся как в целом на неблагоприятную внешнеполитическую

17 обстановку, так и на особенности традиционного уклада горских обществ.

В совместном исследовании М.В. Клычниковой и Ю.Ю. Клычникова рассматривается один из аспектов формирования северокавказской окраины России. Авторы считают, что вхождение народов региона в культурное поле российского государства явилось длительным процессом, в ходе которого происходило взаимодействие и взаимовлияние между его участниками, что в

Т Я итоге привело к формированию органичного и жизнестойкого объединения.

В еще одной работе Ю.Ю. Клычникова дается оценка этапам сближения иноэтнических сообществ Северного Кавказа с российским государством. I

Показываются препятствия, которые возникали в ходе этого процесса, и пути их преодоления. Раскрывается суть системного кризиса, возникшего к началу XIX в. в российско-северокавказских отношениях.19

Различным аспектам процесса утверждения российских административно-судебных институтов на Северном Кавказе посвящена работа З.М. Блиевой.20

16 Айларова С.А. Общественная мысль народов Северного Кавказа в XIX веке: культурно-исторические проблемы модернизации: Монография / Под ред. докт. ист. наук, проф. В.Д. Дзидзоева; Сев.-Осет. Гос. Ун-т. -Владикавказ: Изд-во СОГУ, 2003.

17 Виноградов Б.В. Специфика российской политики на Северном Кавказе в 1783-1816 гг. - Славянск-на-Кубани, 2005. '

18 Клычникова М.В., Клычников Ю.Ю. Вхождение Северного Кавказа в культурное поле России (1777-1864 гг.). - Пятигорск, 2006.

19 Клычников Ю.Ю. Из истории формирования российского Северного Кавказа / Под ред. В.Б. Виноградова. -Пятигорск, 2008.

20 Блиева З.М. Административные и судебные учреждения на Северном Кавказе в конце XVIII - первой трети XIX в. // Автореф. дис. канд. ист. наук: 07.00.02. - Л., 1984.

О непростом положении России на Кавказе, сложностях взаимоотношений между правительством и автохтонным населением региона, ошибках и- просчетах официального Петербурга говорится в книгах Я.А. Гордина.21

В исследовании Ю.Ю. Гранкина рассматриваются особенности расселения и хозяйствования горских этносов, говорится о процессе экономического освоения региона российской государственностью. Основной акцент делается на анализе становления и развития торговых отношений между 1

Россией и горскими народами."

В контексте заявленной темы вызывают интерес работы, посвященные тем или иным выдающимся деятелям исследуемой эпохи. Персонификация истории позволяет взглянуть на прошедшее сквозь призму человеческих судеб.23

Из работ, посвященных событиям на Кавказе во второй четверти XIX века и освещающих в той или иной степени исследуемую проблему, следует выделить монографию Л.В. Выскочкова.24 Настоящая работа представляет собой по существу первую попытку дать взвешенную и объективную характеристику императору Николаю I как государственному деятелю и человеку. Немаловажное место в исследовании Л.В. Выскочкова уделено государственной политике России в Кавказском крае, этапам и путям её реализации.

Весьма интересной представляется работа адыгского исследователя истории* развития Северо-Кавказского региона Хавжоко. Эта работа отражает взгляд этнических адыгов не только на этапы своей истории, но стремится

- $

21 Гордин Я.А. Кавказ: земля и кровь. Россия в Кавказской войне XIX в. - СПб., 2000; Он же. Зачем России нужен был Кавказ? Иллюзии и реальность. - СПб.: ЗАО журнал «Звезда», 2008.

22 Гранкин Ю.Ю. Торгово-экономические связи России с Народами Западного и Центрального Кавказа (конец XVIII - первая половина XIX в.).- Пятигорск, 2002.

23 Косвен М.О. Кабардинский патриот Измаил-бей Атажукин Н Этнография и история Кавказа. - М.', 1961; Туганов Р.У. Измаил. - Нальчик, 1972; Опрышко О.Л. Через века и судьбы. - Нальчик, 1982; Он же. По тропам истории. -Нальчик: Эльбрус, 2007; Думанов Х.М. Якуб Шарданов. Из истории изучения обычного права кабардинцев. - Нальчик: Эльбрус, 1988 и др.

24 Выскочков Л.В. Николай I. — М.: Молодая гвардия, 2003.

25 Хавжоко Шаукат Муфти. Герои и императоры в черкесской истории. - Нальчик: Издательский центр «ЭльФа», 1994. представить точку зрения на взаимодействие горцев Кавказа с Оттоманской и Российской империями, рассматривает истоки и причины перехода части горской элиты на службу России.

Биографии, цели и результаты деятельности многих адыгских выдающихся деятелей исследуются в их многообразии и специфике в работах С.Н. Жемухова26 и Т.Х. Кумыкова.27 Авторы подчеркивают не только трагические стороны и результаты взаимодействия горских народов с Российской империей, но и ту позитивную, культурно-просветительскую роль, которую сыграла русская культура в развитии и биографиях исследуемых персон и народов, которых они представляли.

Российской политике в регионе посвящены и работы европейских исследователей, чей взгляд на события позволяет понять, как в западной историографии трактовались процессы освоения Кавказа Россией.^

Историографический обзор показывает, что долгие годы исследователи рассматривали с различной степенью глубины отдельные стороны взаимодействия российского государства с Кавказом. Многие работы в первую очередь подчеркивали военно-политическую составляющую этих отношений, трагичность их последствий, но мало уделяли внимания причинам, способствовавшим естественному их сближению, и той роли, которую сыграли яркие представители горской элиты для лучшего понимания горской стороной мира России, сделавшись посредниками между империей и миром Кавказа.

Целью данной работы является рассмотрение особенностей взаимодействия российской власти и горской элиты в ходе интеграции Северного Кавказа в состав Российской империи.

В соответствии с поставленной целью были сформулированы следующие задачи:

26 Жемухов С.Н. Жизнь Шоры Ногмова. - Нальчик: Эльбрус, 2002.

27 Кумыков Т.Х. Общественная мысль и просвещение адыгов и балкаро-карачаевцев в XIX — начале XX в — Нальчик Эльбрус, 2002

28 Балдели Д. Завоевание Кавказа русскими 1720-1860. - М. Центрполиграф, 2007; Осли Э Покорение Кавказа: Геополитическая эпопея и войны за влияние. — М.: Плюс-Минус, 2008.

- показать специфику русско-северокавказских отношений в первой четверти XIX в., когда наметилась активизация российского присутствия в регионе и возникла необходимость всесторонней интеграции горских социумов в состав империи;

- дать характеристику социальной стратификации горских обществ и выяснить место горской элиты в ее структуре;

- выяснить, какие факторы определяли отношение горской элиты к российской политике и как сочетались традиционные ценности и ментальные установки горцев с интересами империи;

- проанализировать сущность российских шагов в регионе во второй четверти XIX в. в контексте активизации Восточного вопроса и выяснить роль субъективного фактора, связанного с личностью Николая I, влиявшего на определение приоритетов кавказской политики;

- рассмотреть позицию северокавказской элиты по отношению к I российскому государству в период обострения вооруженного противостояния на Кавказе.

Объектом исследования является процесс интеграции Северного Кавказа в состав многонационального российского государства.

Предметом исследования выступила общественная деятельность представителей горской элиты, которые связали свой жизненный путь со службой российскому государству и раньше остальных увидели историческую перспективу в инкорпорации своего народа в политическое, социально-экономическое" и культурное поле России. I

Географические рамки диссертации определяются всей территорией Северного Кавказа. В ряде случаев контекст исследуемых событий заставляет выйти за заявленные территориальные границы, когда судьба рассматриваемых персоналий была связана с процессами, происходившими' вне исследуемого региона.

Хронологические рамки исследования охватывают период первой половины XIX столетия. В это время процесс русско-северокавказского сближения должен был преодолеть мучительный структурный кризис, вылившийся в события Кавказской войны. Он был обусловлен не только вполне объективными причинами, но мотивировался еще и субъективными факторами. На данный период выпадает царствование императоров Александра I и Николая I, каждый из которых имел собственное видение ситуации на Кавказе. В итоге, к середине столетия была заложена основа' к стабилизации положения в регионе и наметились перспективы по выходу из вооруженного противостояния.

Научная новизна работы заключается в следующем:

- установлено, что российская политика в регионе была обусловлена целым комплексом задач, которые, прежде всего, были направлены на обеспечение безопасности южных рубежей от враждебного вторжения. Естественным союзником России в этом деле были народы Северного Кавказа, которые также нуждались в защите и покровительстве северного соседа. Вместе с тем, уровень социально-экономического развития народов региона, цивилизационные различия не позволяли быстро и бесконфликтно осуществить процесс интеграции данной территории в состав империи;

- выявлено, что проводимый политический курс в регионе во многом зависел от субъективного фактора. Позиция императоров, понимание проблемы представителями кавказской администрации, воззрения горских владельцев накладывали свой отпечаток на характер принимаемых решений;

- выяснено, что решение представителей горской элиты о сотрудничестве с российской стороной принималось в силу самых разных причин. Это происходило либо-под давлением неблагоприятных обстоятельств, либо на это решались те, кто в горской среде по разным, причинам становились изгоями. Были и те, кто искал в таком сотрудничестве личной выгоды, защиты своих прав. Было немало и тех, кто видел в России покровителя для своего народа;

- обнаружено, что главной проблемой для представителей горской элиты на российской службе было сочетание интересов империи и приверженность традиционным ценностям, присущим их этническому сообществу;

- в научный оборот вводится ряд документальных свидетельств, ранее не использовавшихся специалистами.

На защиту выносятся следующие положения:

- Северный Кавказ традиционно составлял важную часть Восточного вопроса для России. Его роль особенно выросла после присоединения Картли -Кахетинского царства в начале XIX столетия, что обусловило необходимость фактического распространения российских порядков на народы региона;

- цивилизационные различия обусловили сложность процесса интеграции народов Северного Кавказа в состав российского государства. Для их преодоления пришлось затратить немало усилий и идти на самые различные, в том числе военные меры;

- авторитарный характер власти в России определял методы разработки и реализации кавказской политики страны и зачастую носил субъективный характер;

- несовпадение сторон в оценке набегового промысла становилось причиной конфликтов традиционного горского менталитета и новых установок имперского существования;

- мотивация сотрудничества северокавказской элиты и российской администрации была различной и определялась как патриотическими идеалами и устремлениями, так и стремлением к личному карьерному росту и подтверждению своего привилегированного статуса;

- трагизм судеб горской элиты, находящейся на русской службе, заключался в непонимании многими их соотечественниками исторической перспективы вхождения народов Кавказа в состав многонационального государства и ее роли в этом процессе.

Методологическая и теоретическая основа диссертационного исследования базировалась на использовании 1 преимущественно универсальных научных принципов, среди которых автор отдала предпочтение 1 сравнительно-историческому подходу к анализу объектов исследования. Методологический универсализм рассчитан на решение тех или иных задач, возникающих в познавательной исследовательской деятельности. Одни из них поступают в качестве конкретных познавательных средств на эмпирическом и теоретическом уровне познания, а другие связаны с решением более широких познавательных задач. В процессе изучения судеб ярких представителей горской элиты, находившихся на службе российского государства, исследователь соотносил биографию различных исторических деятелей с общей тенденцией развития ситуации в регионе, шел от конкретного факта к историческому обобщению.

Использовался также логический подход в изучении общественных явлений как непременного условия адекватного и эффективного раскрытия сущности происходившего события.

Определяющая роль в представленном научном исследовании принадлежит такому общенаучному методу, как восхождение от конкретного к абстрактному и абстрактного к конкретному.

Источниковая база предпринятого исследования опирается на материалы фондов Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного исторического архива (РГИА), Государственного архива Краснодарского края (ГАКК), Государственного архива Ставропольского края (ГАСК), Центрального государственного архива Кабардино-Балкарской республики (ЦГА КБР).

В Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ) обратил наше внимание фонд Ф.672. - Личный архив Николая I (1796-1855 гг.), который дал возможность уяснить многие стороны кавказской политики императора, его неоднозначное отношение к происходившим там процессам, а также его решимость все принимаемые меры основывать на законных основаниях, пресекать, сколько это возможно, в условиях вооруженного противостояния излишнюю жестокость в действиях военных чиновников.

В Российском государственном военно-историческом архиве интерес представили фонды Ф.4. - Армейская экспедиция Канцелярии Военной

Коллегии, Ф.13. - Казачья экспедиция Канцелярии Военной коллегии, Ф.38. - „ Департамент Генерального штаба, Ф.846. - Военно-ученый архив (ВУА), Ф. 13454. - Штаб войск Кавказской линии и в Черномории расположенных, Ф. 14719. - Главный штаб Кавказской армии. Содержащаяся в них информация позволила получить представления об особенностях взаимоотношений российской администрации с северокавказскими народами, охарактеризовать нюансы военно-политических шагов имперских властей, направленных на пресечение набеговой практики, присущей местным реалиям рассматриваемого периода.

В Российском государственном историческом архиве (РГИА) исследовались фонды Ф.932. - Дондуков-Корсаков Александр Михайлович, кн. (1820-1893 гг.) и Ф.1374. - Канцелярия генерал-прокурора (1722-1802 гг.). По материалам данных фондов отчетливо видно, какие усилия предпринимались российской стороной на Правом фланге Кавказской кордонной линии для нормализации взаимодействия с черкесскими народами в целом и с отдельными их группами в частности. Здесь же содержатся «Записки» Хан-Гирея, которые он подавал на имя своих военных начальников как по поводу обращения хамышевских дворян, так и предложения по скорейшему «замирению» Черкесии с выгодой для обеих сторон.

Особый интерес представляют материалы, хранящиеся в фондах Центрального государственного архива Кабардино-Балкарской республики (ЦГА КБР). Важное значение для написания данной диссертационной работы имел фонд Ф. 16. - Управление Центра Кавказской линии, в котором содержатся служебные формуляры Ш. Ногмова, а также наградные представления командования Кавказского горского полуэскадрона на Высочайшее имя, отмечавшие храбрость и геройство личного состава в действиях против польских «инсургентов».

В Государственном* архиве Краснодарского края был исследован фонд Ф. 249. - Канцелярия наказного атамана Кубанского казачьего войска, Ф. 254. -Войсковое дежурство Черноморского казачьего войска, Ф. 261 — Канцелярия начальника Черноморской кордонной линии, Ф. 332. - Лейб-гвардии

Черноморский казачий дивизион. В них содержались сведения о ситуации на Северо-Западном Кавказе, о мерах российской администрации по налаживанию отношений с автохтонным населением региона, о попытках пресечь «хищничества», существенно осложнявшие взаимодействие между народами региона, а также о характере, обязанностях и структуре особого воинского подразделения, каким был Лейб-гвардии казачий дивизион.

Материалы Государственного архива Ставропольского края, сосредоточенные в фондах Ф. 87. - Канцелярия гражданского губернатора Кавказской губернии и Ф. 128. - Кавказское губернское правление пополнили представление о специфике северокавказской повседневности, 'дали возможность получить представления о тех сложностях, с которыми сталкивалась кавказская администрация при выстраивании взаимоотношений с местным населением.

В диссертационной работе нашли широкое применение уже опубликованные документы. Особо следует выделить одно из крупнейших дореволюционных собраний - «Акты, собранные Кавказской археографической комиссией». Из двенадцати томов были использованы первые семь." В них имелась информация по самым разным вопросам, среди которых следует выделить военно-политические аспекты российской политики на Кавказе, административно-судебные преобразования в крае, экономические стороны жизни народов региона.

Аналогичный интерес представляют законодательные акты, размещенные в Полном собрании законов Российской империи.30 Оии характеризуют особенности государственной политики на Северном Кавказе.

В советский и постсоветский период отечественной истории интерес к Кавказу оставался высоким. Вышли в свет многочисленные сборники документов, касающихся различных сторон прошлого региона, а также

29 Акты, собранные Кавказской археографической комиссией / Под ред. А.П. Берже. - Тифлис, 1866-1878. - Т I. -VII.

0 Полное собрание законов Российской империи (собрание I с 1644 по 1825 гг.). - СПб., 1830. t ! 3 отдельных персоналий. Хотя подборки материалов и комментарии* к ним не I 1 избежали идеологической .окраски, тем не менее они являются важным инструментом по реконструкции прошлого и позволяют объективно подойти к оценке происходивших в регионе событий.

Существенный пласт опубликованных источников составляет мемуарная литература. Безусловно, она носит ярко выраженный субъективный характер, но при этом дополняет официальные документы, придавая им эмоциональную окраску, порой различаясь в оценках происходивших событий. Многообразие мнений лучше позволяет добиться понимания специфики эпохи, а это дает возможность объективно взглянуть на ситуацию.

Теоретическая и практическая значимость работы заключается в возможности использования материалов и выводов диссертационного исследования в научной, преподавательской и лекторской деятельности. Работа также может служить основой для дальнейшего изучения и последующей разработки данной проблематики или отдельных ее аспектов. Материалы диссертации могут быть использованы при формировании стратегии национальных отношений на Северном Кавказе.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования излагались на межвузовских научно-практических конференциях. По материалам диссертационного исследования опубликовано шесть статей, общим объемом 2,55 п.л. в том числе 2 в научно-теоритическом журнале «Научные проблемы гуманитарных

31 Движение горцев Северо-Восточного Кавказа в 20-50-х ir. XIX в. Сборник документов. - Махачкала, 1959; Док> ментальная история образования многонационального государства Российского. В четырех книгах. Книга первая. Россия и Северный Кавказ в XVI-XTX веках / Под ред. Г.Л. Бондаревского, Г Н. Колбая. - M.: Изд-во НОРМА, 1998; Народно-освободительная борьба Дагестана и Чечни под руководством имама Шамиля. Сборник документов. - М.: «Эхо Кавказа», 2005; Русско-дагестанские отношения в XVIII - начале XIX века: Сб. док./ отв. ред. В.Г. Гаджиев. - M.: Наука, 1988. п Вершигора Л.Д. Хан-Гирей: новые документы и источники - Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2003; Грибоедов A.C. Горе от ума, письма и записки. - Баку: Маариф, 1989; Давыдов Д В. Дневник партизанских действий 1812 года. - Л.: Лениздат, 1985; Записки А.П. Ермолова 1798-1826 гг. / Сост, подгот. текста, вступ. ст., коммент. В.А. Федорова. - М.: Высш. шк., 1991; Письма А.П. Ермолова // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. - Махачкала, 1926. - Вып.45; Письма Алексея Петровича Ермолова к Арсению Андреевичу (впоследствии графу) Закревскому // Сборник императорского исторического общества -СПб., 1890. T.73; Погодин, M.H. Алексей Петрович Ермолов. Материалы для его биографии; Толстой В. С. Характеристики русских генералов на Кавказе / Публ. [вступ. ст. и примеч.] В.М. Безотосного // Российский Архив: История Отечества в свидетельствах н документах XVIII-XX вв.: Альманах. - М.: Студия ТРИТЭ: Рос. Архив, 1996 - [Т.] VII. исследований», включенном в Перечень ведущих научных журналов и изданий, рецензируемых ВАК РФ. Работа обсуждалась на кафедре социально-гуманитарных наук ПГТУ.

Структура работы подчинена исследовательской логике и состоит из введения, двух глав, пяти параграфов, заключения, примечаний и списка использованных источников и литературы.

 

Заключение научной работыдиссертация на тему "Политика России и представители северокавказской горской элиты на службе российского государства в первой половине XIX века"

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

На основании проведенного исследования автор Диссертационной работы пришла к следующим выводам::

Объективный процесс формирования- Российской империи» привел к выходу ее границ к Кавказу. Покровительство Грузии завершилось включением ее территории в состав единого государства. Это поставило на: повестку дня задачу распространения реального контроля на Северный Кавказ.

Проживавшие здесь народы издревле контактировали с Российским государством, обращались за покровительствам к его царям и императорам. Однако принять законы и жить по имперским правилам они не желали. Одновременно и империя не могла признать специфичный уклад жизни, царивший на Кавказе. Это-стало причиной затянувшегося конфликта, начало которого выпало на время царствования императора Александра I.

Российские власти пытались «умиротворить» регион самыми различными способами. Традиционно считалось, что политика «ласканий» или брутальные методы объяснялись личными качествами того или иного командующего на Кавказе. Но представляется, что это неверно. Шаги царской администрации во многом были обусловлены внутри- и внешнеполитическими- факторами, хотя субъективные моменты также нельзя сбрасывать со счетов.

В сферу российской имперской культуры была вовлечена определенная, хотя и не многочисленная часть горских обществ, их элита. Это вело к постепенному формированию ^личностей, способных не только лучше прежнего понимать интересы своего сословия и своих народов, но и адаптировать их к общероссийскому историческому процессу, поскольку теперь они- становились (вольно или невольно) - частью имперского российского . сообщества. Социально-политическое: развитие горских обществ в составе Российской империи потребовало усвоения новых идей; ценностей, моделей поведения, которые транслировались в традиционные горские общественные структуры представителями горской знати, при всех и любых переменах и катаклизмах стоявших наиболее близко к своим народам.

На Северном Кавказе военные и гражданские власти Российской империи реализовывали стратегии, имевшие большей частью прагматический характер, который довлел над всеми другими подходами и был направлен на обеспечение устойчивого имперского контроля над кавказским регионом:

П.Д. Цицианову, стороннику решительных военных шагов, направленных на обуздание «немирных» горцев, приходилось действовать в весьма неблагоприятных условиях, и угроза войны с сопредельными державами заставляла князя пренебрегать переговорами с горскими обществами. Но даже он по мере возможности старался создать предпосылки для нормализации ситуации, не прибегая к карательным акциям. Другие российские начальники (И.В. Гудович, А.П. Тормасов, Н.Ф. Ртищев), чаще старались использовать экономические, культурные и политические способы разрешения возникающих конфликтов с местным населением, но ожидаемых результатов добиться не могли. Неудивительно, что в такой ситуации вновь приходилось возвращаться к силовым шагам, как это произошло при А.П. Ермолове. Представляется, что непрестанно шел поиск оптимальной модели преобразования Кавказа, его адаптации к имперским порядкам, и в свою очередь менялась политика правительства, подстраивающаяся к местной специфике. В такой ситуации важен был поиск людей из числа местной элиты, готовой к диалогу и привлекаемой на государственную службу.

Исторически сложилось так, что часть местной элиты была ориентирована на Россию и связывала с ней будущее своего народа. Некоторые выходцы из местной среды успешно включились в состав имперской правящей верхушки. Например, ряд кабардинских княжеских фамилий еще со времен Ивана Грозного служили российскому многонациональному государству. Именно на таких людей и пыталось опереться российское правительство, проводя свою кавказскую политику. Определить точное число людей, ориентированных на единение с северным соседом, не представляется возможным. Но даже в наиболее конфликтные периоды совместной истории это число видится внушительным.

Вместе с тем такой выбор давался нелегко. Приходилось-отказываться от привычных ментальных установок, идти против воли части своих соплеменников. Нередко возникал конфликт между этническим патриотизмом и общегосударственными интересами. В биографии пророссийски ориентированных политиков из числа местной элиты нередко можно находить на первый взгляд взаимоисключающие поступки, колебания.

В царствование Александра I, когда процесс интеграции Северного Кавказа в состав Российской империи только набирал обороты, сторонников сближения приходилось привлекать преимущественно из числа народов, с которыми традиционно поддерживались отношения еще со времен Московского царства. Не удивительно, что в числе российских офицеров и чиновников много кабардинцев. Социально-экономический уровень развития Кабарды был ближе и понятнее имперским властям. Кроме того, кабардинская феодальная верхушка издревле пыталась доминировать среди местных народов, пользовалась определенным авторитетом и могла быть привлечена для оказания воздействия на ситуацию. Такие люди, как Кучук Джанхотов, Измаил Атажукин, Якуб Шарданов, Федор Бекович-Черкасский , Шора Ногмов, Хан-Гирей, безусловно, были незаурядными региональными лидерами и внесли заметный вклад в процесс адаптации региона в состав многонационального государства.

В николаевскую эпоху на Северном Кавказе у российских властей было много сложной работы, смысл которой состоял в том, чтобы обеспечить вовлечение региона и населявших его горцев в имперскую систему существования. Следовало убедить широкие слои горского населения в преимуществах жизни в составе империи и по ее правилам и законам. Это была непростая задача, т.к. уровень социально-экономического развития и ментальные особенности автохтонного населения зачастую коренным образом отличались от общероссийских ментальных установок и традиций.

В конце 30-х - начале 40-х гг. XIX века мюриды переходят к систематическому наступлению. Это были не прежние набеги за добычей, а акции, имевшие под собой далеко идущие политические цели. В этот период российская сторона фактически утратила контроль над Чечней и Дагестаном.

Существовавшие тогда сомнения в способности русских быстро покончить с противниками российского присутствия в регионе создавали для Петербурга неблагоприятные настроения далеко за пределами горных районов Дагестана, Чечни или Черкесии. Но, несмотря на просчеты, процесс имперской интеграции на Кавказе во второй четверти XIX века не только не ослаб, но, напротив, набирал силу и приобретал характер фундаментальности и неотвратимости.

В середине второй четверти XIX века происходит существенная трансформация российской политики как в отдельных регионах Кавказского края, так и на всем Кавказе в целом. Неудачи конца 30-х - начала 40-х гг. вынудили императора Николая I серьёзно заниматься кавказскими делами. Император назначает на Кавказ своего наместника с широкими полномочиями, который переходит к планомерной осаде неприступных до тех пор горных районов, сжимая и сокращая территорию имамата кольцом российских укреплений.

Вопреки сложившимся стереотипам, политика, проводимая императором Николаем I, отличалась гибкостью и стремлением учесть быстро меняющуюся ситуацию. С его подачи имели место не только силовые акции, но и вполне мирные шаги по умиротворению региона, когда в процесс русско-кавказского сближения активно вовлекались представители местной элиты.

Рассмотренные в данной работе примеры служения представителей горских элит российскому государству позволяют констатировать, что почти все они видели в этом поприще не только единственно службу русскому царю, хотя выказали здесь много храбрости, воинской доблести и геройства, но и приобщение к новым культурным ценностям, освоение которых становилось обязательной необходимостью, без чего невозможно было сделать карьеру в составе российской армии и относительно безболезненно существовать в российском культурном социуме.

Кроме того, многие из тех, кто связывал свою судьбу с Россией, стремились с её помощью не только получить надежную защиту и избавиться от могущественных врагов, получить усиление собственного статуса, но и добивались такого сближения с империей, при котором сохранялась бы определенная возможность функционирования их этнической территории в качестве автономного политического субъекта.

Следует также подчеркнуть трагичность положения почти всех тех, кто уверовал в Россию и связывал с ней будущее своего народа, так как это сталкивало их с частью соплеменников, которые не хотели понять и принять их выбор, клеймили предателями и выталкивали из своей среды. Зачастую только высокий социальный статус оберегал их от немедленной расправы, но окружал недоверием и подозрительностью. Их судьба- типичный образчик судеб представителей горской элиты, воспитанных в российско-европейской культурной среде и силою обстоятельств вынужденных оказаться между двух цивилизационных миров, одинаково близких им по рождению или по воспитанию, но непримиримых по своим ценностным состояниям.

159

 

Список научной литературыРясная, Юлия Олеговна, диссертация по теме "Отечественная история"

1. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ)

2. ГАРФ. Ф.672. Личный архив Николая I (1796-1855)

3. Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА)

4. РГВИА. Ф.4. Армейская экспедиция Канцелярии Военной коллегии.

5. РГВИА. Ф.38. Департамент Генерального штаба.

6. РГВИА. Ф.13. Казачья экспедиция Канцелярии Военной коллегии.

7. РГВИА. Ф.846. Военно-ученый архив (ВУА).

8. РГВИА. Ф. 13454. Штаб войск Кавказской линии и в Черномории расположенных.

9. РГВИА. Ф.14719. Главный штаб Кавказской армии.

10. Российский государственный исторический архив (РГИА)

11. РГИА. Ф.932. Дондуков-Корсаков Александр Михайлович, кн. (1820-1893 гг.).

12. РГИА. Фг 1374. Канцелярия генерал-прокурора. (1722-1802 гг.).

13. Центральный государственный архив Кабардино-Балкарской республики (ЦГА КБР)

14. ЦГА КБР. Ф.16. Управление центра Кавказской линии

15. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК)11 .ГАКК. Ф.249. Канцелярия наказного атамана Кубанского казачьего войска.

16. ГАКК. Ф.254. Войсковое дежурство черноморского казачьего войска.

17. ГАКК. Ф.261. Канцелярия начальника Черноморской кордонной линии.

18. ГАКК. Ф.332. Лейб-гвардейский черноморский казачий дивизион. Государственный архив Ставропольского края (ГАСК)

19. ГАСК. Ф.87. Канцелярия гражданского губернатора Кавказской губернии.

20. ГАСК. Ф.128. Кавказское губернское правление.1. Опубликованные источники

21. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1866. - T.I. - 815 с.

22. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1868. - Т.П. - 1238 с.

23. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1869. - T.III. - 759 с.

24. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1870. - T.IV. - 1170 с.

25. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1873. - T.V. - 1170.

26. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1874. - Т.VI. - 4.1. - 941 с.

27. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П.Берже. Тифлис, 1875. - T.VI. - 4.2. - 950 с.

28. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1878. - Т.VII. - 964 с.

29. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1884. - Т. IX. - 1018 с.

30. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1885. - Т.Х. - 938 с.

31. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией Текст. / под ред. А.П. Берже. Тифлис, 1904. - T.XII. - 1558 с.

32. Архив князя, Воронцова Текст. Кн.40- М.: Типография А.И. Мамонтова, 1895.-596 с. '

33. Болылой толковый социологический словарь (Collins) Текст. / пер. с англ. -М.: Вече, ACT, 2001. Т.2. - 528 с.

34. Бурнашев, В.П. Воспоминания петербургского старожила Текст. / В.П. Бурнашев // Заря. 1871. №4. С.3-45.

35. Вершигора, А.Д. Хан-Гирей: новые документы и источники Текст. /А.Д. Вершигора. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2003. - 155 с.

36. Грибоедов, A.C. Горе от ума, письма и записки Текст. / A.C. Грибоедов. — Баку: Маариф, 1989.-401 с.

37. Давыдов, Д.В. Дневник партизанских действий 1812 года Текст. /Д.В. Давыдов. — JL: Лениздат, 1985. 511 с.

38. Движение горцев Северо-Восточного Кавказа в 20-50-х гг. XIX в. Сборник документов Текст. Махачкала, 1959. - 350 с.

39. Документальная история образования многонационального государства Российского. В четырех книгах. Книга первая. Россия и Северный Кавказ в XVI-XIX веках Текст. / под ред. Г.Л. Бондаревского, Г.Н. Колбая. М.: Изд-во НОРМА, 1998.-672 с.

40. Жиль, Ф.А. Письма о Кавказе и Крыме Текст. / Ф.А. Жиль составление и перевод с фр. К.А. Мальбахова;- Нальчик: ГП КБР РПК, 2009. 288 с.

41. Записки А.П. Ермолова. 1798-1826 гг. Текст. / сост., подгот. текста, вступ. ст., коммент. В.А. Федорова. М.: Высш. шк., 1991. - 463 с.

42. Кавказ и Российская империя: проекты, идеи, иллюзии и реальность. Начало XIX XX вв. Текст. - СПб.: Издательство журнала «Звезда», 2005. - 720 с.

43. Лейб-гвардии Кавказско-горский полуэскадрон. Страницы истории Текст. / составители: Р.К. Кармов и М.И. Айдаболова — Нальчик: Полиграф-сервис, 2002. 77с.

44. Нечаев, С.Д. Отрывки из путевых записок о Юго-Восточной России Текст. / С.Д. Нечаев //Московский телеграф. 1826. - №1. - 4.7. - С.27-41.

45. Письма А.П. Ермолова Текст. // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. — Махачкала, 1926. Вып.45. - С. 1 -52.

46. Письма Алексея Петровича Ермолова к Арсению Андреевичу (впоследствии графу) Закревскому Текст. // Сборник императорского исторического общества. СПб., 1890.- Т.73.- С.470-496.

47. Погодин, М.Н. Алексей Петрович Ермолов. Материалы для его биографии Текст. / М.Н. Погодин. M., 1863. - 452 с.

48. Полное собрание законов Российской империи (собрание I с 1644 по 1825 гг.) Текст. СПб., 1830. - Т.32. - №24959.

49. Полное собрание законов Российской империи (собрание II с 1825 по 1832) Текст.- СПб., 1845. T.XIX. - № 18702.

50. Пушкин, A.C. Дневник Текст. / A.C. Пушкин // Собр. соч.: В 10 т. Т.7. М.: Художественная литература, 1976. - 398 с.

51. Русско-дагестанские отношения в XVIII начале XIX века Текст.: сб. док./ отв. ред. В.Г.-Гаджиев: - М.: Наука, 1988. - 357 с.

52. Секретная миссия в Черкесию русского разведчика барона Ф.Ф. Торнау Текст. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 1999. - 507 с.

53. Цуциев, A.A. Атлас этнополитической истории Кавказа (1774-2004) Текст. / A.A. Цутиев. М.: Европа, 2007. - 128 с.1. Литература

54. Абазины (Историко-этнографический очерк) Текст. Черкесск, 1989. - 238 с.

55. Авалов, З.Д. Присоединение Грузии к России Текст. / З.Д. Авалов ; комментарии Г.А. Анакидзе и Б.П. Миловидова. СПб.: ЗАО «Журнал «Звезда», 2009. -264 с.

56. Айрапетов, O.P. Внешняя политика Российской империи (1801-1914) Текст. / O.P. Айрапетов. М.: Изд-во «Европа», 2006. - 672 с.

57. Баддели, Д. Завоевание Кавказа русскими. 1720-1860 Текст. / Д. Баддели ; пер. с англ. Л.А. Калашниковой М.: ЗАО Центрполиграф, 2007. - 351 с.

58. Бейтуганов, С.Н. Кабарда и Ермолов: Очерки истории Текст. /С.Н. Бейтуганов. Нальчик: Эльбрус, 1993. - 304 с.

59. Бейтуганов, С.Н. Кабарда: история и фамилии Текст. /С.Н. Бейтуганов. -Нальчик: Эльбрус, 2007. 784 с.

60. Берозов, Б.П. Переселение осетин с гор на плоскость (XVIII XX вв.)

61. Текст. / Б.П. Берозов.- Орджоникидзе, 1980. 240 с.

62. Бларамберг, И. Историческое, топографическое, статистическое, этнографическое и военное описание Кавказа Текст. / И. Бларамберг. -Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 1999. 407 с.

63. Блиев, М.М. Россия и горцы Большого Кавказа. На пути к цивилизащта. Текст. / М.М. Блиев М.: Мысль, 2004. - 877 с.

64. Блиев, М.М. Кавказская война Текст. / М.М. Блиев, В.В. Дегоев. М.: Росет, 1994.-592 с.

65. Блиев, М.М. Русско-осетинские отношения (40-е гг. XVIII 50-е гг. XIX в.) Текст. / М.М. Блиев. - Орджоникидзе, 1970. - 379 с.

66. Вейденбаум, Е.Г. Из архива князей Бековичей Черкасских Текст. / Е.Г. Вейденбаум // Кавказский сборник. - Тифлис, 1910. - Т.30. - С.157-160.

67. Виноградов, Б.В. Кавказский след в войне 1812 г.: авантюра Р.Медокса в контексте специфики российско-кабардинских отношений конца XVIII-начала XIX в. Текст. / Б.В. Виноградов // Вопросы северокавказской истории. Вып.9.~ Армавир, 2004. С.68-72.

68. Виноградов, Б.В. Специфика российской политики на Северном Кавказе в 1783-1816 гг. Текст. / Б.В. Виноградов. Славянск-на-Кубани, 2005. - 384 с.

69. Волкова, Н.Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVIII — начале XX века Текст. / Н.Г. Волкова. М.: Наука, 1974. - 185 с.

70. Выскочков, JI.B. Николай I Текст. / JI.B. Выскочков. М.: Молодая гвардия, 2003.-693 с.

71. Гаджиев, В.Г. Роль России в истории Дагестана Текст. / В.Г. Гаджиев. М.: Наука, 1965.-134 с.

72. Галушкин, Н.В. Собственный Его Императорского Величества конвой Текст. / Н.В. Галушкин. М.: Изд-во Рейтар, 2004. - 416 с.

73. Гапуров, Ш.А. Россия и Чечня в первой четверти XIX века Текст. / Ш.А. Гапуров. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2003. - 462 с.t

74. Гарданов, В.К. Введение Текст. / В.К. Гарданов, Г.Х. Мамбетов // Хан-Гирей. Записки о Черкесии. Нальчик: Эльбрус, 1978. - С.3-41.

75. Гарданов, В.К. «История адыгейского народа» Ш.Б. Ногмова Текст. / В.К. Гарданов // Ногмов Ш.Б. История« адыгейского народа. Нальчик: Эльбрус, 1958.- 168 с.

76. Гарданов, В.К. Общественный строй адыгских народов Текст. /В.К. Гарданов. М., 1967. - 342 с.

77. Гордин, Я.А. Зачем России нужен был Кавказ? Иллюзии и реальность Текст. / Я.А. Гордин СПб.: ЗАО Журнал «Звезда», 2008. - 288 с.

78. Гордин, Я.А. Кавказ: земля и кровь. Россия в Кавказской войне XIX в. Текст. / Я.А. Гордин СПб., 2000. - 464 с.

79. Гофман, А.Б. Социология Вильфредо Парето (Разумен ли Homo Sapiens?) Текст. / А.Б. Гофман // История теоретической социологии: В 4 т. М.: Канон, 1997. Т.2.-560 с.

80. Грибоедов, A.C. Горе от ума, письма и записки Текст. /A.C. Грибоедов. -Баку: Маариф, 1989.-401 с.

81. Гугов, Р.Х. Кабарда и Балкария в XVIII веке и их взаимоотношения с Россией Текст. / Р.Х. Гугов. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 1999.- 685 с.

82. Дегоев, В.В. Большая игра на Кавказе: история и современность. Статьи, очерки, эссе Текст. / В.В. Дегоев. M.: SPSL - «Русская панорама», 2001. -448 с.

83. Дегоев, В.В. Имам Шамиль: пророк, властитель, воин Текст. / В.В. Дегоев.- М.: Русская панорама, 2001. 374 с.

84. Дегоев, В.В. Кавказ в составе России: формирование имперской идентичности Текст. / В.В. Дегоев // Кавказский сборник. Т.1 (33). М.: Русская панорама, 2004. - С.28-47.

85. Дубровин, Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе Текст. /Н.Ф. Дубровин. СПб., 1886. - Т. 5. - 495 с.

86. Дубровин, Н.Ф. Черкесы (Адыги) Текст. / Н.Ф. Дубровин. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 1991.-416с.

87. Думанов, Х.М. Якуб Шарданов. Из истории изучения обычного права кабардинцев Текст. /Х.М. Думанов. Нальчик: Эльбрус, 1988. - 84 с.

88. Жемухов, С.Н. Жизнь Шоры Ногмова Текст. / С.Н. Жемухов. Нальчик: Эльбрус, 2002.- 192 с.

89. Ирхин, Ю.В. Политология Текст. / Ю.В. Ирхин. М.: Изд-во Экзамен, 2006. -686 с.

90. История Дагестана с древнейших времен до наших дней Текст. В 2 т. / Институт истории, археологии и этнографии. М.: Наука, 2004. - Т.1. - 627 с.

91. История внешней политики России. Первая половина XIX века Текст. М., 1999.-385 с.

92. Кавказ и Российская империя: проекты, идеи, иллюзии и реальность. Начало XIX начало XX вв. Текст. - СПб.: Изд-во журнала «Звезда», 2005. - 720 с.

93. Кажаров, В.Х. Адыгская вотчина Текст. / В.Х. Кажаров. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 1993. - 385 с.

94. Кажаров, В.Х. Традиционные общественные институты кабардинцев и их кризис в конце XVIII- первой половине XIX века Текст. / В.Х. Кажаров.-Нальчик, 1994.-392 с.

95. Казаков, A.B. Адыги (черкесы) на российской военной службе. Воеводы и офицеры. Середина XVI начало XX в. Текст. / A.B. Казаков - Нальчик: Изд. центр «Эль-Фа», 2006. - 407 с.

96. Казиев, Ш., Карпеев, И. Повседневная жизнь горцев Северного Кавказа в XIX веке Текст. / ILI.M. Казиев, И.В. Карпеев. М.: Молодая гвардия, 2003.- 452 с.

97. Калмыков, Ж.А. Интеграция Кабарды и Балкарии в общероссийскую систему управления (вторая половина XVIII начало XX века) Текст. / Ж.А. Калмыков. - Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2007. - 232 с.

98. Карданов, Ч.Э. Путь к России: Кабардинские князья в истории отношений Кабарды с Российским государством в XVI-начале XIX века Текст. / Ч.Э. Карданов; перевел с кабардинского В.Г. Кузьмин Нальчик: Эльбрус, 2001.- 432 с.

99. Касумов, А.Х. Освободительная борьба адыгских народов в XIX в. Текст. / А.Х. Касумов, Х.А. Касумов // Черкесия в XIX в. Майкоп, 1991. -С.41-64.

100. Киняпина, Н.С. Кавказ и Средняя Азия во внешней политике России: Вторая половина XVIII-80-e годы XIX в. Текст. / Н.С. Киняпина, М.М. Блиев, В.В. Дегоев. -М.: МГУ, 1984. 328 с.

101. Клычников, Ю.Ю. Российская политика на Северном Кавказе (1827-1840 гг.). Текст. / Ю.Ю. Клычников. Пятигорск: Изд-во ПГЛУ, 2002. - 494 с.

102. Клычников, Ю.Ю. Деятельность А.П. Ермолова на Северном Кавказе (1816-1827) Текст. / Ю.Ю. Клычников; под ред. и с послесловием В.Б. Виноградова. Ессентуки, 1999. - 135 с.

103. Клычников, Ю.Ю. Очерки истории прошлого народов Северного Кавказа (материалы к изучению исторического регионоведения) Текст. / Ю.Ю. Клычников. Пятигорск: Изд-во ПГТУ, 2004. - 113 с.

104. Клычников, Ю.Ю. Из истории формирования российского Северного Кавказа Текст. / Ю.Ю. Клычников; под ред. В.Б. Виноградова. Пятигорск, 2008.- 136 с.

105. Клычникова, М.В. Вхождение Северного Кавказа в культурное поле России (1777-1864 гг.) Текст. /М.В. Клычникова, Ю.Ю. Клычников. -Пятигорск, 2006. 158 с.

106. Кодзоев, Н.Д. Крепость Назрань Текст. / Н.Д. Кодзоев. Назрань, 2004. -34 с.

107. Колесников, В.А. Однодворцы-казаки Текст. /В.А. Колесников. СПб., 2000.-319 с.

108. Косвен, М.О. Адыгейский историк и этнограф Хан-Гирей Текст. / М.О. Косвен // Этнография и история Кавказа. М., 1961.- С.45-67.

109. Косвен, М.О. Кабардинский патриот Измаил-бей Атажукин Текст. /М.О. Косвен // Этнография и история Кавказа. -М., 1961.- С.130-149.

110. Кудаева, С.Г. Адыги (черкесы) Северо-Западного Кавказа в XIX в.: процессы трансформации и дифференциации адыгского общества Текст. / С.Г. Кудаева. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2007. - 302 с.

111. Кудашев, В.Н. Исторические сведения о кабардинском народе Текст. / В.Н. Кудашев. Киев, 1913. - 239 с.

112. Кумыков, Т.Х. Общественная мысль и просвещение адыгов и балкаро-карачаевцев в XIX начале XX в. Текст. / Т.Х. Кумыков - Нальчик: Эльбрус, 2002. - 446 с.

113. Кумыков, Т.Х. Экономическое и культурное развитие Кабарды и Балкарии в XIX веке Текст. / Т.Х. Кумыков. Нальчик: Эльбрус, 1965. -328 с.

114. Кушхов, Х.С. Введение Текст. / Х.С. Кушхов // Лапинский Т. Горцы Кавказа и их освободительная борьба против русских / пер. В.К. Гарданова. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 1995. - С.7-16.

115. Лазарян, С.С. Воронцовский Кавказ. Исторические очерки Текст. / С.С. Лазарян. Пятигорск: Изд - во РИА на КМВ, 2009. - 248 с.

116. Лапин, В.В. Армия России в Кавказской войне XVIII- XIX вв. Текст. / В.В. Лапин СПб.: Европейский Дом, 2008. - 400 с.

117. Лисицына, Г.Г. Кавказский комитет — высшее государственное учреждение для управления Кавказом (1845-1882) Текст. / Г.Г. Лисицына // «Россия и Кавказ сквозь два столетия». Исторические чтения. - СПб.: АОЗТ «Журнал Звезда», 2001. - С. 154-168.

118. Малкин, С.Г. «Доверяй, но проверяй»: лорд Ловэт и генерал Уэйд «о положении в Горной Шотландии» в 1724 г. Текст. / С.Г. Малкин // Британские исследования. Вып.2. Ростов - н/Д: Логос, 2008. - С.77-78.

119. Мальбахов, Б.К. Кабарда в период от Петра I до Ермолова (1722 1825) Текст. /Б.К. Мальбахов. - Нальчик, 1998. - 352 с.

120. Матвеев, В.А. Геополитическая миссия России на Кавказе: историческая реальность и монизм отображения Текст. / В.А. Матвеев // Вопросы северокавказской истории. Армавир, 1997. - Вып.2. - С.73-81.

121. Муратова, Е.Г. Социально-политическая история Балкарии XVII -начала XX в. Текст. / Е.Г. Муратова. Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2007.-419 с.

122. Мухаев, Р.Т. Политология Текст. / Р.Т. Мухаев. М.: Проспект, 2009. -640 с.

123. Налоева, Е.Д. К вопросу о государственно-политическом строе Кабарды первой половины XVIII века Текст. / Е.Д. Налоева // Вестник КБНИИ. Нальчик, 1972. - Вып.6. - С.69-88.

124. Нерсиян, М.Г. Отечественная война 1812 года и народы Кавказа Текст. / М.Г. Нерсиян. Ереван, 1965. - 416 с.

125. Ногмов, Ш.Б. История адыгейского народа Текст. / Ш.Б. Ногмов; вступительная статья и подготовка текста Т.Х. Кумыкова- Нальчик: Эльбрус, 1982.- 168с.

126. Ногмов, Ш.Б. История адыгейского народа, составленная по преданиям кабардинцев Текст. / Ш.Б. Ногмов. Нальчик: Кабгосиздат, 1947. - 166 с.

127. Олейников, Д.И. Бенкендорф Текст. / Д.И. Олейников. М.: Молодая гвардия, 2009. - 397 с.136.0прышко, O.JI. По тропам истории Текст. / O.J1. Опрышко. -Нальчик: Эльбрус, 2007. 672 с.

128. Острогорский, М. Завоевание Кавказа (1801-1864). Рассказ из отечественной истории Текст. / М. Острогорский. СПб., 1880. - 163 с.

129. Парето, В. Компендиум по общей социологии Текст. / В. Парето // Антология мировой политической мысли: В 5 т. М.: Наука, 1997. -Т.2. — С.59-67.

130. Петин, С.И. Собственный Его Императорского Величества конвой Текст. / С.И. Петин. СПб., 1911. - 497 с.

131. Покровский, Н.И. Кавказские войны и имамат Шамиля Текст. / Н.И. Покровский; под ред. В.Г. Гаджиева, Н.И. Покровского- М.: РОСПЭН, 2000.-511 с.

132. Покровский, М.В. О характере движения горцев Западного Кавказа в 40-60 гг. XIX в. Текст. / М.В. Покровский; // Вопросы истории. 1957. -№2. - С.63-79.

133. Покровский, М.В. Из истории адыгов в конце XVIII- первой половине XIX века: социально-экономические очерки Текст. /М.В. Покровский.-Краснодар, 1989.-319 с.

134. Потто, В.А. Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях. Части I-IV Текст. / В.А. Потто. СПб., 1887. - 802 с.

135. Потто, В.А. Кавказская война Текст. / В.А. Потто. В 5 томах. Т.З: Персидская война. 1826-1828- М.: ЗАО Центрполиграф, 2006. 527 с.

136. Потто, В.А. Кавказская война Текст. / В.А. Потто. В 5 т.: Т.1.: Сiдревнейших времен до Ермолова Ставрополь: Кавказский край, 1994. - 672 с.

137. Потто, В.А. Кавказская война Текст. /В.А. Потто. В 5 т.; Т.2: Ермоловское время Ставрополь: Кавказский край, 1994. - 688 с.

138. Романовский, П. Кавказ и Кавказская война Текст. /П. Романовский. -СПб., 1860. 459, XXXV, IV с.

139. Скиба, К.В. Из истории «Малой кавказской войны» на Кубанской линии Текст. / К.В. Скиба ; под ред. В.Б. Виноградова. Армавир, 2005. - 122 с.

140. Туганов, Р.У. Измаил-бей Текст. / Р.У. Туганов. Нальчик: Эльбрус, 1972.- 173 с.

141. Туганов, Р.У. Шариатское движение против царизма в 1799-1807 гг. Текст. / Р.У. Туганов // Живая старина. 1991. - №1.- С.17-33.

142. Туганов, Р.У. Кабарда и Балкария в период Ермоловщины. 4.1.(1816-1822 гг.) Текст. / Р.У. Туганов // Живая старина. 1993. - №2.- С.5-12.

143. Туганов, Р.У. История общественной мысли кабардинского народа в первой половине XIX века Текст. / Р.У. Туганов. Нальчик: Эль-Фа, 1998.-384 с.

144. Тютюнина, Е.С. Аманатская школа в Нальчике Текст. / Е.С. Тютюнина // Горянка. 2003. - Май. - №20. - С. 15.

145. Удовик, В.А. Воронцов Текст. / В.А. Удовик. М.: Молодая гвардия, 2004.-413 с.

146. Умаханов, М.-С.К. Взаимоотношения феодальных владений и освободительная борьба народов Дагестана в XVII веке Текст. / М.-С.К. Умаханов. Махачкала, 1973. - 291 с.

147. Унежев, К.Х. История Кабарды и Балкарии Текст. / К.Х. Унежев. -Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 2005. 615 с.

148. Утверждение русского владычества на Кавказе Текст.- Тифлис, 1904. -Т.З.Ч.1.-564 с.

149. Фадеев, P.A. Кавказская война Текст. / P.A. Фадеев. М.: Изд-во Эксмо, 2003.-640 с.

150. Фадеев, P.A. Шестьдесят лет Кавказской войны Текст. /P.A. Фадеев. -Тифлис, I860. 147 с.

151. Хавжоко, Ш. М. Герои и императоры в черкесской истории / Пер. с англ. Б.Н. Березгова Текст. / Ш.М. Хавжоко. — Нальчик: Издательский центр «Эль-Фа», 1994. 318 с.

152. Хан-Гирей. Записки о Черкесии Текст. / Хан-Гирей. Нальчик: Эльбрус, 1978.-333 с.

153. Цвижба, Л.И. Из истории присоединения народов Западного Кавказа к России в XIX веке Текст. /Л.И. Цвижба // Кавказский сборник. Т.З (35). М.: НП ИД «Русская панорама», 2006. - С.53-64.

154. Шатохина, Л.В. Политика России на Северо-Западном Кавказе в 20-е годы ХТХ века Текст. / Л.В. Шатохина // Сборник Русского исторического общества. М.: РИО, Русская панорама, 2000. С.58-71.

155. Щербина, Ф.А. История Кубанского казачьего войска Текст. / Ф.А. Щербина. Екатеринодар, 1913. - Т.2. - 880 с.

156. Щербина, Ф.А. Кубанское казачье войско и его атаманы Текст. / Ф.А. Щербина, Е.Д. Фелицын. М.: Вече, 2007. - 320 с.

157. Эсадзе, С.С. Покорение Западного Кавказа и окончание Кавказской войны: Ист. очерк Кавказско-горской войны в Закубанском крае и Черноморском побережье Текст. / С.С. Эсадзе. М., 2004. - 404 с.

158. Авторефераты диссертаций и диссертации

159. Блиева, З.М. Административные и судебные учреждения на Северном Кавказе в конце XVIII первой трети XIX в. Текст. : Автореф. дис. канд. ист. наук: 07.00.02. / З.М. Блиева. - Л., 1984. - 17 с.

160. Блиева, З.М. Российский бюрократический аппарат и народы Центрального Кавказа в конце XVIII 80-е.годы XIX в. Текст.: Дис. . .док-ра ист. наук: 07.00.02. / З.М. Блиева. - Владикавказ, 2004. - 476 с.

161. Пасько, Е.А. Колонизационная политика России (вторая половина XVIII первой четверть XIX в) Текст.: Автореф. дис. канд. ист. наук: 07.00.02. / Е.А. Пасько.- Ростов - на - Дону, 2003. - 27 с.

162. Дадашева, И. А. Стратегия хозяйственно-экономического развития Северного Кавказа в период правления императора Николая I. Текст.: Автореф. дис. канд. ист. наук: 07.00.02./ И.А. Дадашева. Пятигорск, 2006. - 22 с.