автореферат диссертации по филологии, специальность ВАК РФ 10.01.02
диссертация на тему:
Основные литературно-стилевые тенденции в чувашской лирике второй половины XX века

  • Год: 2009
  • Автор научной работы: Скворцова, Ольга Владимировна
  • Ученая cтепень: кандидата филологических наук
  • Место защиты диссертации: Чебоксары
  • Код cпециальности ВАК: 10.01.02
450 руб.
Диссертация по филологии на тему 'Основные литературно-стилевые тенденции в чувашской лирике второй половины XX века'

Полный текст автореферата диссертации по теме "Основные литературно-стилевые тенденции в чувашской лирике второй половины XX века"

На правах рукописи

Скворцова Ольга Владимировна

Основные литературно-стилевые тенденции в чувашской лирике второй половины XX века

10.01.02. - Литература народов Российской Федерации (чувашская литература)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Чебоксары 2009

00347 1803

003471803

Работа выполнена на кафедре чувашской литературы факультета чувашской филологии Чувашского государственного педагогического университета им. И. Я. Яковлева

Научный руководитель - доктор филологических наук

профессор Метин П. Н.

Официальные оппоненты: доктор филологических наук

профессор Федоров Г. И. кандидат филологических наук старший научный сотрудник Ильина Н. Г.

Ведущая организация -

Чувашский республиканский институт образования

Защита состоится 19 июня 2009 года в 15. 00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.301.03 при ФГОУ ВПО «Чувашский государственный университет имени И. Н. Ульянова» по адресу: 428034, г. Чебоксары, ул. Университетская, д. 38/1, ауд. 434.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Чувашского государственного университета им. И.Н. Ульянова.

Автореферат разослан «18» мая 2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат филологических наук

доцент

А. М. Иванова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Период 1950-80-х гг. XX в. - это время значительных качественных изменений, характерных для всей отечественной литературы, в том числе и чувашской. В данный период в литературе появились новые имена талантливых авторов, набрали силу поэты и писатели, которые впервые заявили о себе в 1960-х гг. В литературе значительно расширилось жанровое многообразие, тематика, методология художественного творчества. В области лирики значительно эволюционировали образная система, техника стихосложения, тематика лирических форм. Между тем до настоящего времени нашей критикой и литературоведением недостаточно освоены происходившие в национальной лирике явления. Поэтому изучение проблем стилевого многообразия актуально как для выявления закономерностей литературного процесса 1950-80-х гг., так и для дальнейшей разработки теории литературы, нуждающейся в системном отражении во всей структуре ее понятий художественного опыта искусства.

Изучение природы художественного многообразия чувашской лирики осуществлялось многопланово, разнонаправлено. Проблемы своеобразия ее эстетического мира многократно затрагивались в научных трудах таких исследователей чувашской литературы, как М. Я. Сироткин, Г. Я. Хлебников, Ип. И. Иванов, А. В. Васильев-Васан, Е.В. Владимиров, Г. И. Федоров и др. Их работы конкретны, богаты тонкими стилистическими наблюдениями, многоакцентны, и потому представляют существенный вклад в анализ идейно-художественных особенностей поэзии. Однако подобных наблюдений, очевидно, недостаточно, чтобы представить внутриродовые, собственно лирические традиции в единстве с закономерностями более универсальными, относящимися к раскрытию стилевого многообразия в современном литературном процессе. Насущность решения данного вопроса зримо чувствовалась в работах Н. И. Иванова, В. Г. Родионова, Ю. М. Артемьева, А. П. Хузангая, приложивших немало усилий к изучению творчества классиков поэзии: М. Федорова, К. Иванова, М. Сеспеля, В. Митгы, П. Хузангая и др. Из появившихся в

последнее время в чувашском литературоведении исследований особо можно выделить труды Н. Г. Ильиной, Г. А. Ермаковой, Е. Ю. Ивановой, положивших начало выявлению основных тенденций в развитии чувашской поэзии второй половины XX века. Однако, несмотря на многонаправленность исследований и коллективные усилия литературоведов, критиков, целостной картины литературно-стилевых тенденций чувашской лирики 195080-х гг. пока не создано.

Данным обстоятельством обусловлена актуальность избранной нами темы и наше обращение к ней.

Цель данного исследования заключается в выявлении основных литературно-стилевых тенденций развития чувашской лирики второй половины XX в.

В соответствии с поставленной целью требуется решение следующих задач:

- исследовать особенности развития чувашской лирики периода 1950-80-х гг., истоки ее идейно-художественных явлений;

- рассмотреть возникновение и формирование песенной и интеллектуальной стилевых линий в чувашской лирике второй половины XX в.;

- определить многообразие форм, приемов и средств композиции, особенности их функционирования в поэтическом тексте, индивидуально-авторские способы организации художественного текста;

- раскрыть значение концептуальных образов и осмыслить их художественное содержание;

- охарактеризовать эстетическую основу творчества поэтов в сопоставлении поэтики их произведений с лирическими текстами региональных автров, в частности, Р. Файзуллина, Р. Хариса, В. Колумба и с мировоззрением чувашского народа.

Теоретической и методологической основой исследования послужили труды отечественных литературоведов: М. Б. Храпченко, М. М. Бахтина, В. М. Жирмунского, Б. М. Эйхенбаума, Ю. М. Лотмана, Л. И. Тимофеева, Л. Я. Гинзбург, В. В. Федорова, В. Е. Холшевникова, В.Е. Хализева, В. И. Тюпы, В. Дементьева, Д. М. Магомедовой; зарубежного мыслителя

Т. Элиота, а также региональных ученых В. Г. Родионова, Г. И. Федорова, Ю. М. Артемьева, Т.Н. Галиуллина, Г. 3. Рамазанова и др.

Синтетическая природа песенной поэзии В. Урдаша и М. Волковой определила наше обращение к проблеме взаимодействия искусств, представленной в трудах И. Г. Минераловой, Е. А. Тарлышевой, Т. А. Черкасовой.

Ведущее место в исследовании занимают принципы конкретно-текстового, сравнительно-исторического, типологического и сопоставительного анализов, позволяющие выявить внутренние закономерности развития лирики В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа.

Системный подход диссертанта к творчеству поэтов и отдельным произведениям заключается в постижении художественных явлений в их внутренней целостности, согласованности частей и целого. Его внимание сосредотачивается на одном из главнейших законов художественности - индивидуальном своеобразии творческой личности.

Объектом исследования стали поэтические сборники, вышедшие в Чувашском книжном издательстве:

«Чун савнаран. Савасем» (От любви. Стихи) (1958), «Саншанах юрлатап: Савасемпе юрасем» (Для тебя пою: Стихи и песни) (1960), «Пёчёк Роза» (Маленькая Роза) (1964), «Асла йыш» (В большой семье) (1966), «Пуранас килет» (Хочется жить) (1971), «Ёмётёмёр $итсе пынаран» (Мечты сбываются) (1983) - В. Урдаша;

«Шанчак» (Надежда) (1958), «Ан сивён, савни» (Овеянные любовью) (1969), «Юхам» (Наплыв) (1970), «Карак ?ырми сачёсем» (Караксирминские сады) (1975) -М. Волковой;

«(^амраклах саввисем» (Стихи юности) (1964), «£ын чёртнё 9утасем» (Огни, зажженные людьми) (1966), «Хёвел кёлти» (Сноп солнца) (1987) - Н. Теветкеля;

«Тёлпулу» (Встреча) (1972), «Сансем» (Лица) (1976), «Шапа» (Судьба) (1991) - Ю. Айдаша;

«Алари асамат» (Молния в руке) (1976), «Туслах кашалё» (Венок дружбы) (1977), «Пыл 9уна ир» («Мед-

вяная роса») (1979), «Чёну чане» (Набатный зов) (1989) - В. Эндипа.

В диссертации анализируются стихотворения, опубликованные в периодических изданиях, а также поэтические произведения, не вошедшие в книги их лирики, архивные материалы, воспоминания о стихотворцах. Вместе с тем как данность поэтического контекста привлекаются художественные произведения и других национальных литератур. Подстрочно-смысловой перевод текстов с чувашского на русский язык сделан автором настоящего труда.

Предметом исследования выступают лирические произведения В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В.Эндипа.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней впервые предпринят опыт изучения чувашской песенной и интеллектуальной лирики в плане освоения различных форм взаимодействия поэтики музыкального и стихо-лирического, интеллектуального мироощущения. В работе впервые рассмотрено своеобразие органической взаимосвязи песенной лирики с интеллектуально-философским мировидением чувашской поэзии второй половины XX в. (В. Урдаш, М. Волкова, Н. Тевет-кель, Ю. Айдаш, В. Эндип). Творчество авторов осмыслено в русле национально-мифологического сознания чувашского этноса. В качестве материала исследования привлекаются и тексты, еще не введенные в научный оборот. По-новому интерпретируются тексты, имеющие традицию осмысления в чувашской критике. В диссертации прослеживается формирование идейно-эстетической позиции В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа, что позволяет по-новому раскрыть своеобразие поэтики их лирических произведений, тематическое и жанровое разнообразие литературного наследия и его значение для творческой эволюции поэтов. Выявление творческой индивидуальности поэтов проводится в сравнительно-сопоставительном контексте региональных литератур - произведений А. Воробьева, Г. Айги, М. Джалиля, А. Ерикеева, Р. Файзуллина, Р. Хариса, В. Колумба и др.

Монографический характер работы определил необходимость привлечения архивных материалов, хранящихся в

ЧГИГН. Их изучение и ввод в научный обиход позволяет во многом по-новому оценить роль В. Урдаша и М. Волковой в поэзии, их место в истории чувашской культуры, скорректировать некоторые суждения по данному вопросу.

Теоретическая значимость исследования определяется адекватным анализом собранного материала, решением актуальных вопросов, как истории чувашской поэзии, так и всей чувашской литературы в контексте литератур народов Урала и Поволжья. Выработанные принципы литературного анализа поэзии избранного периода позволят изыскать новые современные подходы для анализа всей чувашской поэзии. Они помогут найти верные исследовательские ориентиры для современной оценки литературно-художественных процессов, происходящих в области национальной лирики и лиро-эпики.

Практическое значение работы обусловлено возможностью использования ее результатов литературоведами в общих и специальных курсах по чувашской литературе второй половины XX в. Материалы диссертации могут быть использованы при подготовке вузовских учебников и учебно-методических пособий по чувашской поэзии, лекционных курсов, спецсеминаров по изучаемой проблеме. Собранный автором фактический материал может быть использован на практических занятиях по современной чувашской литературе. Основные выводы могут оказать помощь в дальнейшем исследовании творчества В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа. Отдельные положения данного исследования могут послужить для работ сравнительного характера в узко-регональном контексте. Материал диссертации будет интересен любому интересующемуся чувашской лирикой для выявления идейно-художественной специфики и эстетического достоинства поэтического мира того или иного поэта.

На защиту выносятся следующие положения:

1.Основными литературно-стилевыми тенденциями чувашской лирики второй половины XX в. являются дальнейшее развитие песенной поэзии и появление интеллектуализма.

2.В чувашской лирике 1950-80-х гг. обнаружилось тяготение к художественному синтезу: с одной стороны, продолжался и обогащался процесс взаимосоединения поэзии и музыки, с

другой, - лирика непосредственно подходила к грани эпоса в лирических циклах и книгах.

3.Песенная лирика В. Урдаша, М. Волковой представляет собой единый художественный мир, являясь значительным явлением чувашской культуры, поскольку основу этого самобытного наследия составило осознанное стремление авторов последовательно творить в русле сложившихся в их поэтическом сознании идейно-эстетических принципов и характерных целеуста-новок.

4.Интеллектуальный пафос лирики Н. Теветкеля, Ю. Ай-даша, В. Эндипа - одно из проявлений возросшего аналитизма литературы 60-80-х гг., но он не подавляет лирически-интимного, эмоционально-образного начала в стихотворениях поэтов, так как лирические произведения авторов отличаются гармоничным сочетанием чувства и мысли, неповторимой глубиной и композиционной завершенностью.

5.Поэты, не отказываясь от актуальной тематики, углубляют ее в своем творчестве до философских обобщений, при этом придерживаются национальной эстетики.

Апробация работы. По теме диссертации велись семинарские и практические занятия со студентами. По результатам исследования делались сообщения на научно-практических конференциях преподавателей и студентов ЧГПУ им. И. Я. Яковлева, опубликованы статьи в сборниках научных статей, в научном журнале «Вестник Чувашского педагогического унивеситета им. И. Я. Яковлева», в научно-рецензируемом журнале «Вестник Чувашского университета».

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, формулируются цели и задачи, раскрываются теоретические и методологические основы, определяется научная новизна диссертации, выявляются особенности теоретической и практической значимости.

В первой главе «Песенная и интеллектуальная лирика как основные тенденции чувашской поэзии 50-80-х гг. XX в.»

дается общий обзор состояния поэзии, рассматриваются закономерности поэтического развития, своеобразие органической взаимосвязи песенной лирики с интеллектуально-философским мировидением чувашской поэзии указанного периода.

60-70-е гг. в развитии, как русской, так и чувашской литературы отмечены активными поэтическими, художественно-стилевыми исканиями, в ходе которых выявились определенные тенденции. Многообразие окружающей жизни, мира внешнего и духовного представало в творчестве поэтов в различных формах художественного обобщения: реалистическо-конкретных, романтических, сложно-ассоциативных и др. Это определило характерные черты основных стилевых линий, преемственно связанных с предшествующими периодами развития поэзии. В их широких рамках выявились литературно-стилевые тенденции, особенно отчетливо выразившиеся в творчестве ярких поэтических индивидуальностей.

Определяющей тенденцией развития чувашской лирики стала тяготение к художественному синтезу: с одной стороны, продолжается дальнейшее развитие и совершенствование жанра стиха-песни, с другой - лирика непосредственно подходит к грани эпоса в лирических циклах. В целом же это означает усилившуюся тенденцию к взаимопроникновению родовых начал.

Первый раздел первой главы «Особенности песенной поэзин» посвящен анализу факторов, повлиявших на дальнейшее развитие песенной поэзии и проблеме ее жанрового генезиса. Здесь анализируются основные параметры песни как литературного жанра, обозначаются жанровые и классификационные критерии, каналы взаимодействия стихотворной и музыкальной структур песни, разновидности песенного творчества. Рассматривается общекультурная обстановка рубежа 50-60-х гг. (синтетические импульсы эпохи, взаимотяготение поэзии и музыки) как почва, на которой вырастало творчество чувашских поэтов В. Урдаша, М. Волковой.

Наиболее ярко раскрылась песенно-приподнятая, фольк-лорно-романтическая стилевая направленность стихотворений В. Урдаша и М. Волковой. Стихи-песни поэтов искренни и есте-

ственны, внешне просты, что не означает их примитивности. Они сумели разработать характерный для песни тематический комплекс. Поэты-песенники неконъюнктурны, в своих песнях они отдавали предпочтение частным радостям и даже патетику гражданских чувств сумели не испортить обычно вносимым в таких случаях официозом.

Художественный мир поэтов обогатился за счет привнесения в их поэтику жанров народной и профессиональной музыки. Усилилась их субъективная, лирическая насыщенность, которая способствует постижению и многогранности личности того или иного автора. Взаимодействие профессиональной поэзии с народно-поэтической традицией в произведениях поэтов обусловлено своеобразием поэтического восприятия народом окружающего мира, его музыкальностью, песенностью. Их стихи по стилистике близки к народному творчеству, соответствуют их тональности, композиционно близки к устно-поэтическим жанрам. В ткань повествования поэтических текстов органично вплетаются застольные, игровые, посиделочные песни. В поэзию В. Урдаша и М. Волковой наряду с чувашской народной песней вошла и советская лирическая, пафосная песня, городской романс, частушка и плясовая песня, а вместе с ними традиционный для села инструментарий: гармонь, тальянка, являясь выразительными художественными средствами для образного постижения характера героев и яркого отображения времени.

Обращаясь к песне, они остаются самобытными, произведения их интеллектуально насыщены, что в свою очередь, способствует особому притяжению читателя к творчеству этих поэтов.

В поэтическом мире авторов личность лирического героя как способ передачи авторского сознания выглядит самостоятельно и художественно полноценно. Несмотря на то, что развернутая поэтами картина восприятия мира носит интимно-камерный характер, имеющие значение для героев ценности нельзя назвать «мелкими». Любовь к человеку определяет утверждение в творчестве поэтов патриотических и пацифистских мотивов как ведущих. Неравнодушие к жизни Родины, патриотический долг, осуждение войны как таковой, признание любви

как источника счастья - основные линии творчества, подчинившие себе энергию служителей муз.

Поэзия В. Урдаша - это оригинальный художественный мир с определившимися в авторском сознании ценностями, те-матико-мотивными и образными «магистралями», богатыми нюансами их художественной обработки, предъявленным типом лирического героя. В поющейся поэзии Урдаша соединились два, идущие от двух видов искусства, характерных способа самовоплощения - фольклорный и поэтический. Тонко ощутив логику и характер синкретизма, Урдаш вдохнул жизнь, как в типизированный народный стиль, так и в традицию, сформированную поэзией.

Помимо литературного пространства, поэт сориентирован в песенном пространстве, контактируя с песенной традицией разных модификаций. Лирика Урдаша, ориентированная на по-ющееся слово, вобрала приметы традиционной песенности, такие, как музыкальные образы, непосредственно передающие музыку, ассоциативно-мелодические. Мир в изображении Урдаша неотъемлемо мелодичен. «Пою», а не «пишу», «говорю» - ха-рактеризирует свою деятельность лирический герой. Поэт выворачивает наизнанку свое духовное нутро и подчеркивает собственную специфическую принадлежность - певец. Он называет дело жизни - пением, а поэзию - песней. Основой образности становится песенность. Такая своеобразная манера письма сближает его с творчеством известного татарского поэта М. Джалиля, А. Ерикея.

Мир песенной поэзии В. Урдаша - полноценное в художественном отношении наследие, созданное по призванию, впервые самоутверждающееся как феномен. Его феноменология - в облике лирического героя, эволюции сознания, свидетельствующей о собственном пути в поэзии. Так, обозначив главные импульсы развития искусства художественного слова в песен-но-литературных текстах, Урдаш действительно, с честью исполнил свой долг Поэта.

Песенная лирика М. Волковой также является свидетельством любви к музыке. Песни поэта отличаются сюжетностью, ситуативностью, часто напоминают маленькую драматическую новеллу о судьбе героини. Это тоже роднит их с народными.

Рассмотрев развитие песенной поэзии, мы можем сделать вывод о том, что она представляет собой авторскую вариацию фольклорной песни, усложненную и индивидуализированную, учитывающую опыт чувашской поэзии и массовой лирической песни второй половины ХХв.

Второй раздел главы называется «Интеллектуальный пафос чувашской лирики как характерная черта поэзии 7080-х гг.». В данном разделе мы попытались исследовать истоки появления интеллектуального пафоса в творчестве Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа. Существенную помощь в этом отношении автору диссертации оказали исследования В. А. Зайцева, В. Г. Родионова, А. П. Хузангая. Так, Зайцев В. А. обращает внимание на то, что углубление и расширение интеллектуального содержания поэзии было связано с «неуклонным повышением интеллектуального и культурного уровня людей, небывалым научно-техническим прогрессом»1

Литературный процесс этого периода с самого начала обозначил свою нетрадиционность, непохожесть на предшествующие этапы развития художественного слова. Выступая в истории мирового искусства как одна из форм художественного отражения, интеллектуализм проявлялся особенно широко и плодотворно в переломные, переходные периоды. Следовательно, его причина воскрешения кроется в самой общественной обстановке. Хорошую почву для этого подготовила и песенная лирика, потому что произведения поэтов-песенников отличались интеллектуальной насыщенностью.

Творчество поэтов-интеллектуалистов составляют различные в жанровом отношении стихи: философское размышление, публицистический монолог, лирическое раздумье, пейзажная зарисовка-миниатюра, элегия, баллада, ода, сонет. Жанр сонета активно используется Н. Теветкелем. Сонеты поэта свидетельствуют о том, что перед нами творческое использование европейской твердой формы в рамках национально-поэтических традиций. В поэзии Ю. Айдаша развивается и другая европейская форма - жанр баллады, которые имеют исторический сюжет и

1 Зайцев, В. А. Поэтическое открытие современности / В. А. Зайцев. -М.: Просвещение, 1988.-С. 15.

посвящены военно-патриотической тематике. Проведенный в диссертации анализ формы и содержания баллад поэта приводит нас к следующим выводам: во-первых, в своих балладах Ю. Ай-даш придерживается накопленных веками этических и эстетических традиций родного народа, возвышает народных героев; во-вторых, сюжеты и образы, композиционные приемы: детализация, синтаксические и психологические параллелизмы, лирические монологи, применяемые в балладах, свидетельствуют об их стилевой близости к поэтике фольклора, в-третьих, автор уже в начале баллад предупреждает читателя о присутствии в них трагического пафоса. Таким образом, чувашские поэты стали часто обращаться к твердым европейским формам, и, не нарушая общепринятые их каноны, наполняют особым национальным духом.

Для произведений художников слова характерно глубокое раскрытие диалектической связи времен, живая разговорно-повествовательная интонация, делающая размышление о прошлом современным. Поэтов отличает свобода в обращении со временем, способность непринужденно переносить свое внимание и как бы саму точку видения движущейся действительности из настоящего в прошлое, а оттуда - вновь в современность и в будущее. Само время становится многомерным, стереоскопическим. Прошлое оживает и движется вместе с нами, минувшее и будущее встречаются в сегодняшнем дне.

Сдвиг от поэтики обобщенно-поэтизирующей к философ-ско-аналитической наглядно проявился в поэзии Н. Теветкеля. Он вошел в литературу раньше других. Уже в середине 60-х гг. им были опубликованы две поэтические книжки: «£амраклах саввисем» («Стихи юности») (1964), «£ын чёртнё дутасем» («Огни, зажженные людьми») (1966). На первых порах новые общественные и духовные процессы научно-технической революции в нашей стране и Чувашии Н. Теветкель преломляет в своем стиле преимущественно в их тематическом, изобразительном ракурсе. Но яркое поэтическое дарование Теветкеля поднимает отражение новых психологических и речевых явлений на собственно-эстетический, индивидуально-стилевой уровень. Поэтический мир художника слова, обращенный к вечным, общечеловеческим нравственным ценностям: любви, верности,

доброте и состраданию, благородству, согласию и созиданию, воплощает в себе целостную нравственную концепцию современного мира, в основе которой лежит любовь к Родине, к своей земле и своему народу, понимание национально-исторических корней, стремление и возможности к их продолжению и развитию. Его стихи отличает особая широта пространственно-временного диапазона в художественном воплощении образа Родины, истории предков, движущейся современности. В своих лирических произведениях поэт знакомит читателей со сложностями пути, которыми идет современный человек к правде, свободе, счастью («Чунри вут» / «Огонь души», «Эп - таран 9ырмара» / «Я - в глубоком овраге», «Пёлётсем» / «Облака», «Этем» / «Человек», «Камал» / «Настроение»). Герои его стихов - «искатели дорог», творцы песен. Их мысли и тревоги носит в душе лирический герой, характер которого духовно богат, имеет свои отличительные черты. Из его разносторонних переживаний, мыслей, эмоций складывается представление о целостном характере лирического героя. Н. Теветкель показывает народный характер ищущего, думающего, порой ошибающегося в своих поисках, но честного, неразрывно связанного со своей землей и преданного ей героя. Тема верности идеям сердца и души раскрывается в его творчестве многогранно. Собственно, это даже не тема, а тот взгляд на жизнь, то мироощущение человека, которое обнаруживается в каждом произведении поэта.

Поэтический «космос» поэтов-интеллектуалистов не мыслим без призмы конкретной человеческой судьбы на суровых перекрестках Истории. Обращение к прошлому вызвано стремлением осмыслить живую связь времен. В таких стихотворениях утверждаются неиссякаемые святыни народного духа, самая суть чувашского характера, которая раскрывается в единстве с традициями и обычаями, бытом. Так, лирический герой Н. Те-веткеля по-особому чувствует величие ушедшего. Он осознает с должной глубиной, чем народ обязан тем событиям, которые изменили его судьбу. Например, в образе сохи автору видится трудовой подвиг предков. Человек находится в вечном стремлении улучшить свою жизнь. Наши прадеды верили и надеялись, что время поменяет облик жизни. Действительно, утверждает герой стихотворения «Соха», теперь «появились бульдозеры,

чтобы копать землю». Молодое поколение претворило их мечту в жизнь. Вот в чем кроется истина: прошлое и настоящее связаны круговой порукой. По-мнению автора, для человека, всегда помнящего и чтящего данный закон, нет дороже титула, чем «внук пахаря».

Зоркий, внимательный взгляд на историческое прошлое нашей страны отличает и лирические произведения Ю. Айдаша. В его творчестве становится актуальной тема Великой Отечественной войны. Поэт показывает судьбу физически и духовно покалеченного поколения, испытавшего на себе ужасы войны, о чем в предыдущие десятилетия старались не писать. В поэтических текстах художника война воссоздается через воспоминания детства, через образы матерей, вынесших на плечах всю тяжесть военного и послевоенного времени, и которые своим мужеством и стойкостью не только добились победы в войне, но и подняли на ноги детей и внуков в это суровое время. В них наблюдается тенденция к детальному изображению внешней обстановки, быта тех лет, а также психически мотивированного объяснения всех поступков, переживаний лирического героя-ребенка. Война сыграла большую роль в становлении жизненных установок и художественного пафоса Ю. Айдаша, как и его современника, марийского поэта В. Колумба, в творчестве которого тема войны и мира, его мотивы и образы стали одними из главных.

Оживление интереса к национальному историческому прошлому наблюдается и в произведениях В. Эндипа, где образ народа представлен двумя началами - мужским и женским. Их единение дает другое начало - это новая жизнь. Для лирического героя В. Эндипа такая закономерность обусловлена самой природой, которая с особой остротой звучит в стихотворении «Тавралаха карса илсен кадхи тётре» («Когда ночной туман окутает округу»). В данном поэтическом тексте просматривается тема вечного возвращения, единства: лирический герой желает встретиться с ушедшими через соприкосновение с душой народа. Поэт искусно смог совместить в одном тексте приемы романтики, реализма и философии. Поэтому через взаимоотношения, думы и действия мужчины и женщины можно проследить всю судьбу народа. Так своеобразно раскрыл В. Эндип тайны бытия, вечно волнующие человечество, выступив, с одной

стороны, проводником и переводчиком жизни, а с другой, ее соавтором. Это одно из проявлений многогранного дарования поэта. Его творчеству присуще углубление во внутреннюю жизнь, желание познать суть бытия. По мнению поэта, все имеет ценность лишь постольку, поскольку в нем отражается вечное, в этом плане данное стихотворение является концептуальным. Такая форма мышления В. Эндипа роднит его с формой мышления Г. Айги. Поэта вдохновляет и бессмертный разум человечества. Интеллектуальное начало ощутимо и в поэтике, и в образной структуре стиха. Поэт стремится учесть все сложнейшие «невидимые координаты» чувств и разума современного человека, обогащенного опытом истории, науки, искусства. В его произведениях оживают вечные образы мирового искусства: «Прометей» и другие титаны. При их помощи автор раскрывает сущность человеческой души. Он хочет видеть человека сильного и крепкого духом, мыслящего себя частицей народа и человечества, создателем материальной и духовной культуры, творцом истории, преобразователем вселенной. Самое важное для него -это богатство внутреннего мира человека. Она воплощена в интеллектуально-эмоциональном облике лирического героя. Во многих стихах его образ создается посредством романтической гиперболы, условности как основного приема типизации. Масштабы духовного мира героя соизмеряются с неохватными, глобальными, космическимим масштабами. И это позволяет передать в его характере поэтический образ эпохи, сохраняя вместе с тем социально-историческую конкретность и индивидуальность судьбы и облика своего лирического «я».

Исследовав лирику Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа, мы пришли к следующим выводам:

- поэты тяготеют к философскому осмыслению действительности, будущего всего человечества; отмечается рост интереса к собственным корням, к национальной культуре, традициям;

- актуализируется тема Великой Отечественной войны. Стихотворения о войне привлекают читателя не только тем, что в них отражены мужество и подвиг солдата, но и тем, что в них слышатся голоса тех людей, которые в детском возрасте на себе испытали все тяготы жизни тыла;

- в основе поэзии В. Эндипа лежит тяга к целостному постижению мира человеческих и природных явлений. При известном допущении можно говорить даже об образовании в его лирике феномена «всеобщности», родства всего сущего. Данная черта проступает и в творчестве марийского поэта В. Колумба.

Вторая глава - «Своеобразие структуры поэтических текстов» - посвящена изучению композиционных особенностей лирики поэтов. О важности анализа композиции по отношению к лирическим стихотворениям говорит и В. Е. Холшевников. Он отмечает, что «композиция стихотворения тесно связана с его темой и подчинена задаче раскрытия его художественной идеи. В свою очередь, анализ композиции неизбежно захватывает анализ стиля и стиха, потому что художественное произведение -это сложная система, все уровни которой взаимосвязаны и влияют друг на друга»1.

В первом разделе «Художественное строение стихотворений поэтов-песенников» автор работы предпринимает опыт выделения в структуре поэтических текстов тех ведущих начал, которые играют главную роль в обеспечении его целостности. К таковым параметрам он относит, прежде всего, «устойчивые риторические формы развития темы»2, «композиционные блоки»3, образ лирического героя, художественный пафос, образы и стиль. Автор работы приходит к выводу, что композиционные приемы (повтор, антитеза, параллелизм и др.) непосредственно вытекают из мироощущения его лирического героя. Несоответствие между желаемым и действительным привело к тому, что поэтический мир В. Урдаша противоречив. Наиболее явные антитезы наблюдаются в любовной лирике, в которой они служат большей наглядности изображаемого действия.

1 Холшевников, В. Е. Анализ композиции лирических стихотворений // Анализ одного стихотворения: межвуз. сб. под ред. В. Е. Холшевнико-ва. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1985. - С. 6

2 Магомедова, Д. М. Филологический анализ лирического стихотворения : учеб. пособие / Д. М. Магомедова. - М.: Академия, 2004. - С. 98

3 Родионов, В. Г. Чувашский стих : проблема становления и развития / В. Г. Родионов. - Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во, 1992. - С. 35

Часто в стихотворениях поэта лирический герой противопоставляется остальным людям, таким образом, индивидуализация лирического героя происходит в традициях романтической поэтики.

Лирика В.Урдаша и М. Волковой изобилирует повторами, разнообразие которых впечатляет. Из основных, выделяемых в научной литературе форм повтора, наиболее часто авторы используют анафору и эпифору.

Фонетический уровень произведений В. Урдаша очень значим. Большую роль в его стихах играют разнообразные ассонансы и аллитерации, подкрепляющие содержательный уровень. Часто поэт в выборе того или иного слова руководствуется именно фонетическим принципом. Неоднократное употребление одной и той же конструкции повтора приводит к тому, что он становится индивидуальным поэтическим приемом.

В основе стихотворных материалов М. Волковой имеются и композиционные блоки ступенчатого и сопоставительного типа, характерные для чувашского народного стиха. В произведениях со ступенчатым типом встречаются такие композиционные приемы, как усиление и сужение. Стихи-песни сопоставительного типа организованы с помощью образного параллелизма. Немаловажная роль для формирования композиции принадлежит диалогу, который представлен образами лирической героини, матери, возлюбленного.

Анализ стихотворений поэтов-песенников показал, что произведения В. Урдаша, М. Волковой по своей структуре, по многим параметрам близки народным песням, но следует заметить, что они не прямое подражание народным песням, а их своеобразное переосмысление. В них мы видим сплав народной поэзии и литературного стиха.

Во втором разделе «Особенности композиционно-строфического построения лирики Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа» выявляется художественная природа произведений Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, циклического образования в лирике В. Эндипа. Поэтические тексты Н. Теветкеля отличаются ассоциативным мышлением и философско-аналитическим подходом к художественному познанию мира. Этим продиктовано тяготение поэта к развернутому сравнению, метафоре и лирико-

философский пафос стихотворений. Его «стихи переполнены цепляющимися друг за друга гроздьями метафор»1. В связи с этим композиция стихотворений поэта главным образом основывается на метафорическом развертывании тематического образа («Земля», «Красота», «Полевая балерина» и др.). Во всех этих развернутых сравнениях и метафорических сближениях встречаются обычно две сферы: природная и культурная. Первая представлена образами леса, поля, деревьев, птиц, культурная среда порождает широкие спектры музыкальных и художнических ассоциаций.

Композиционную целостность поэтических текстов В. Эн-дипа составляют циклы. Циклизация способствует воссозданию единого дыхания лирического героя, лирико-философскому пафосу, общей художественной идее. Она создает символические образы и лейтмотивы, а также особенности в ритмико-строфическом плане. Своеобразно у поэта художественное строение стихотворений некоторых циклов, например, цикл под названием «Мы - дети Неба и Солнца», где произведение состоит из двух частей - прозаического и лирического, которые взаимодополняют друг друга по смыслу.

В третьей главе «Особенности мировосприятия поэтов двух основных тенденций в чувашской лирике 50-80-х гг. XX в.» рассматриваются концептуальные основы мировосприятия поэтов, которое помогает выявить самобытный взгляд авторов на бытие. Его характер во многом определяется национально-культурной действительностью художников. В творчестве каждого поэта имеются способы концептуализации поэзии. Многогранный анализ концептов показал, что главными носителями авторской концепции выступают символические образы, которые играют важную роль в раскрытии индивидуального миро-видения стихотворцев. Многообразие их значений непременно постигается в совокупности всех произведений. В поэтическом мире В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эн-

1 Хузангай, А. П. Поднимающиеся в гору / А. П. Хузангай. Поиск слова : лит.-критич. ст.. - Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во, 1987. - С. 74

дипа концептуальным характером обладают, прежде всего, символы музыки (песни), сада, пути, души и сердца, огня.

Центральным образом в поэзии В. Урдаша стала музыка (песня), представляющая созидательное начало, потому что она помогла сохранить чувство оптимизма, жизнелюбия на долгие годы. В стихах поэта песня не деталь, а образ, и образ многозначный: это и творчество, и новая жизнь, и вечная память, и народ. Музыка - это также воплощение тех глубинных корней, которые соединили поэта с родной культурой. В образе музыки (песни) автор выразил свое глубоко-национальное, философское понимание жизни, которое находится в тесной взаимосвязи с такими понятиями как «любовь и почитание», «память», «родина», «поэзия». Образ музыки (песни) являет собой культурно-исторический символ, воплощающий самобытность национальной поэзии чувашского народа, жизненный уклад которого испокон веков был связан с верой в светлое будущее. Музыка помогает лирическому герою автора проникнуть в тайны бытия, постичь сверхвременную, идеальную сущность мира и его трансцендентную красоту.

В поэзии М. Волковой к такому символу относится образ сада, непосредственно связанный с художественной концепцией личности. В произведениях сад отождествляется с родной землей, домашним очагом, матерью, выступает в ипостаси созидательного начала в жизни человека и общества. Сад-дом защищает от разных невзгод, бед, не дает сломиться от ударов судьбы, хранит в себе память о прошлом. Его хранительницей и продолжательницей добрых традиций является мать.

В поэтических текстах автора сад рисуется всегда цветущим и плодоносящим. Такая установка воплощает идею продолжения человеческого рода.

Сад показывается не только участком земли, но и олицетворяет собой своеобразную метафору - это сад души. Сад помогает раскрыться любовным чувствам лирической героини. Сад - место встречи влюбленных. Он хранит их секреты, иногда даже объект любви уподобляется саду. М. Волкова создала удивительную картину мира, где человек и сад - одно целое. Лирическая героиня и маленькое пространство земного шара растворяются друг в друге. В таком ракурсе просматривается мифоло-

гическое, то есть первобытное сознание в художественном мире М. Волковой. В такой теме родства заключена основа бытия предков поэтессы. Народно-мифологический вектор дает возможность ей прикоснуться к бессознательному, где «я» и природный мир одно целое, неделимое, поэтому в образе сада лирическая героиня видит продолжение себя. Благодаря лирике М. Волковой, образ сада в чувашской литературе выступает в своеобразном новом значении.

Для Н. Теветкеля поиск смысла жизни неразрывно связан с движением, освоением пространства. Поэтому одним из стержневых в лирике чувашского поэта стал мотив пути, реализуемый через образ дороги, который знаменует собой движение - доступ ко всем другим хронотопам и порождает мифологему возвращения домой. Через соотношение дом - дорога - дом Н. Теветкел показал систему традиций, представляющих как духовный склад нации, так и культуры человечества в целом У поэта обретение собственного пути связывается и с творческим началом. В поэтике Н. Теветкеля мотив дороги трансформируется в дорогу жизни, а она в свою очередь оказывается дорогой поэзии, а поэтическая дорога перекликается и переплетается с мотивом служения своему народу.

Поэтический мир Ю. Айдаша ориентирован на отображение лирического «я», характер которого раскрывается через образы души и сердца. В творчестве автора образ души часто соотносится с образом огня. Образ горящей души включен в два рода контекстов. В первом случае огонь души есть показатель ее возвышенности, одухотворенности, неравнодушия, что представляется важнейшим условием нормального, достойного бытия. Герой с такой душой борется за мир на земле, за дружбу и за справедливость («Август»). В другом случае пламя, охватившее душу, связано с ее страданием. Причиной страдания души является, например, война, осознаваемое поэтом как бедствие, охватывающее не только внешний мир, но и человеческие души, причем наибольший ущерб наносится именно душам. Сердце в произведениях представляется живым, активным, наполненным (и стремящимся наполниться) прекрасным. Образ сердца имеет некоторые особенности: герой заставляет свое сердце постоянно работать во благо своего народа и людей вообще, поэтому оно

всегда трепещет, вздрагивает, настраивает себя на разный лад, всегда стоит на страже чести и добра.

Художественный мир другого чувашского поэта В. Эндипа также полон различными концептами, но все же главенствующее место среди них занимает, на наш взгляд, образ огня, в котором воплотились жизнеутверждающий пафос поэзии автора, активная жизненная позиция его лирического героя. Поэт, обращаясь к этому образу, продолжает традиции М. Сеспеля,

A. Воробьева, Г. Айги. Он, как вышеперечисленные авторы, сохраняет память о поклонении огню как очистительной силе, но не останавливается на этом, а все дальше его усовершенствует, развивает. Образ огня дает познать суть бытия, очистить душу. За философской неторопливостью и беспафосностью в стихотворениях скрывается страстная натура поэта, дух борца. Он призывает бороться за чистоту сердец, человеческое достоинство, сохранение и преумножение народных традиций, природных богатств. Свидетельством всего этого являются многократно встречающиеся в произведениях образы огня - солнца, костра, пламени, угольков домашнего очага, света.

С образом огня в творчестве В. Эндипа, как и в мифологии, неразрывно связана символика жизненной силы. Отсюда в стихотворениях возникает образ огня-дома - символ сохранения этических и эстетических ценностей народа, приобретения утраченного, восстановления в душе гармонии, покоя и мира. Огонь олицетворяет свет, идущий из глубины сердца поэта. Лирический герой стихотворца открытой души человек, для него не приемлемы ложь и обман, хвастовство и безразличие к чужой боли. Он воплощает в себе такие личностные качества как памятливость, стремление к правде, способность к самоотдаче. Огонь становится выражением различных человеческих эмоций - страсти, любви, желания. Чистота души и Любовь в поэзии

B. Эндипа выступают важными составляющими жизненной основы. Этим как раз и оправдывается их переплетение с образом огня.

Таким образом, в вышеперечисленных концептах в поэзии В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа исследователь обнаруживает отражение древних мифологических представлений, особенностей философского мировидения

поэтов и глубоко национальный характер их художественного сознания. В ходе освоения национальных традиций поэты выработали свою авторскую точку зрения на мир, индивидуальное художественное мировидение и пути их отражения в поэзии. Исследование поэтики лирики В. Урдаша, М. Волковой, Н. Те-веткеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа выявило исключительно тесную взаимосвязь и взаимозависимость поэтических средств разных уровней. Рассмотрение жанрового, композиционного и концептуального своеобразия лирики продемонстрировало богатство личных приемов чувашских поэтов, которые, с одной стороны, были смелыми новаторами и, с другой, творчески своеобразно переосмысливали приемы своих предшественников. Стремление к разностороннему раскрытию переживаний наложило особый отпечаток на их лирику, ее жанровый состав, композицию, ритмику, строфику их стихотворений, обусловило стилистическое и композиционное новаторство.

В заключении делаются основные выводы, полученные в ходе исследовательской работы, определяются характерные особенности песенной и интеллектуальной поэзии, намечаются направления дальнейшего исследования творчества поэтов.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

Статья в издании, рекомендованном ВАК:

1. Скворцова, О. В. Способы развития темы в лирике В. А. Урдаша / О. В. Скворцова // Вестн. Чуваш, ун-та. - 2007. - № 4. - С. 282—286.

Статьи, опубликованные в других изданиях:

2. Скворцова, О. В. М. Волкова лирикинчи мифоло-гилле санарсем / О. В. Скворцова // Научно-информационный вестник докторантов, аспирантов, студентов / ЧГПУ им. И. Я. Яковлева. - Чебоксары, 2006. - № 1 (7). - С. 105—112.

3. Скворцова, О. В. М. Волкова лирикинчи илемлёх паларамёсем / О. В. Скворцова // Вести. Чуваш, гос. пед. ун-та им. И. Я. Яковлева. - 2006. - № 2 (49). - С. 139—144.

4. Скворцова, О. В.Некоторые композиционные особенности лирики М. Волковой / О. В. Скворцова // Цивилизации народов Поволжья и Приуралья : сб. науч. статей по материалам Ме-ждунар. науч. конф. - Чебоксары : Чуваш, гос. пед. ун-т им. И. Я. Яковлева, 2006. - Т. 3. : Проблемы языка и этноса на рубеже веков. - 282—288.

5. Скворцова, О. В. В. Урташ савви-юррисен компо-зици уйрамлахёсем / О. В. Скворцова // Вестн. Чуваш, гос. пед. ун-та им. И. Я. Яковлева. - 2007. - № 2 (54). - С. 107—113.

6. Скворцова, О. В. Образ огня в лирике В. Эндипа / О. В. Скворцова // Язык, литература и культура в эпоху глобализации: тенденции развития : сб. науч. ст. / Чуваш, гос. пед. ун-т ; науч. ред. А. Е. Горшков. - Чебоксары : ЧГПУ, 2008. - С. 96— 99.

7. Скворцова, О. В. Образ песни в лирике В. Урдаша / О. В. Скворцова // Научно-информационный вестник докторантов, аспирантов, студентов / ЧГПУ им. И. Я. Яковлева. - Чебоксары, 2008.-№ 1 (11).-С. 78—83.

8. Скворцова, О. В. Романс В. Урдаша / О. В. Скворцова // Чувашский язык и литература : теория и методика : сб. науч. ст. - Чебоксары : Чуваш, гос. пед. ун-т, 2008. - Вып. 7,- С. 69—72.

9. Скворцова, О. В. Творческое содружество поэтов (на примере анализа творчества М. Джалиля и. В. Урдаша) / О. В. Скворцова // Проблемы изучения и преподавания тюркской филологии : преемственность поколений : сб. материалов международ. науч. практ. конф. - Стерлитамак : Гос. пед. академия им. Зайнаб Биишевой, 2008. - С. 240—243.

Подписано в печать 15.05.09. Формат 60x84/16. Бумага офсетная. Гарнитура Times New Roman Усл. печ. л. 1,0. Тираж 100 экз. Заказ № 32.^

Отпечатано на участке оперативной полиграфии ГОУ ВПО «Чувашский государственный педагогический университет им. И. Я. Яковлева»

428000, г. Чебоксары, ул. К. Маркса, 38

 

Оглавление научной работы автор диссертации — кандидата филологических наук Скворцова, Ольга Владимировна

Введение

Глава I. Песенная и интеллектуальная лирика как основные тенденции чувашской поэзии 50-80-х гг. XX в. 11

1. Особенности песенной поэзии

2. Интеллектуальные поиски чувашской лирики как характерная черта поэзии 70-80-х гг.

Глава П. Своеобразие художественного строения поэтических текстов 91

1. Особенности композиции стихотворений поэтов-песенников

2. Композиционно-строфическое построение лирики Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа

Глава III. Особенности мировосприятия поэтов двух основных тенденций в чувашской лирике 50-80-х гг. XX в. 124

1. Функция концепта «музыка » в творчестве В. Урдаша

2. Значение образа сада в лирике М. Волковой

3. Мотив пути в лирике Н. Теветкеля

4. Душа и сердце в лирике Ю. Айдаша

5. Образ огня как выражение авторской концепции жизни В. Эндипа 150 Заключение 162 Библиографический список

 

Введение диссертации2009 год, автореферат по филологии, Скворцова, Ольга Владимировна

Актуальность исследования. Изучение проблем художественной дифференциации чувашской литературы, к числу важнейших из которых принадлежит проблема стилевого многообразия, актуально как для выявления закономерностей современного литературного процесса, так и для дальнейшей разработки теории литературы, нуждающейся в системном отражении во всей структуре ее понятий художественного опыта искусства.

Массовость и динамизм современных процессов стилеобразования делают актуальной постановку в центр внимания исследователей художественного многообразия литературы не только персональных традиций, но и объективных типологических единств, важнейшими из которых нам представляются стилевые тенденции. Изучение пути развития, особенности чувашской лирики осуществлялось многопланово, разнонаправленно. Проблемы своеобразия ее эстетического мира многократно затрагивались в научных трудах таких исследователей чувашской литературы, как М. Я. Сироткин, Г. Я. Хлебников, Ип. И. Иванов,

A. В. Васильев-Васан, Е.В. Владимиров, Г. И. Федоров и др. Их работы конкретны, богаты тонкими стилистическими наблюдениями, многоакцентны, и потому представляют существенный вклад в анализ идейно-художественных особенностей поэзии. Однако подобных наблюдений, все же, недостаточно, чтобы представить внутриродовые, собственно лирические традиции в единстве с более универсальными закономерностями, относящимися к стилевым тенденциям в современном литературном процессе. Насущность решения данного вопроса в свое время зримо чувствовалась в работах Н. И. Иванова, В. Г. Родионова, Ю. М. Артемьева, А. П. Хузангая, приложивших немало усилий к изучению творчества классиков поэзии М. Федорова, К. Иванова, М. Сеспеля,

B. Митты, П. Хузангая и др. Они исследовали и теоретически осмыслили процессы, происходившие в истории чувашской поэзии. Из появившихся в последнее время в чувашском литературоведении и критике исследований особо можно выделить труды Г. А. Ермаковой, Н. Г. Ильиной, Е. Ю. Ивановой, значительно углубивших процессы выявления основных тенденций развития чувашской поэзии второй половины XX века. Однако, несмотря на целенаправленность исследований и коллективные усилия литературоведов, критиков, целостной картины литературно-стилевых тенденций чувашской лирики второй половины XX в. пока еще не создано.

Это обстоятельство диктует необходимость выявления основных литературно-стилевых тенденций национальной словесной культуры.

Главные сложности систематизации художественных исканий, на взгляд t диссертанта, носят объективный характер. Они состоят в реальной исторической изменчивости коллективных форм стилевого единения и стилевой дифференциации в чувашской литературе, начиная с первых лет ее существования и кончая последним десятилетием. Вот почему необходимым звеном коллективного исследования стилевого многообразия чувашской лирики представляется ее рассмотрение на длительном отрезке литературного процесса одновременно устойчивых и изменяющихся особенностей стилевой дифференциации.

В отношении лирики 50-80-х гг. XX в., очевидно, речь должна идти о реальном бытовании, дальнейшем развитии, обновлении традиционных и возникновении новых жанровых разновидностей. Далее, применительно к этому периоду в первую очередь необходима не столько строгая классификация, сколько изучение конкретных жанровых процессов и тенденций. Наконец, говоря о поисках и исканиях вышеназванного времени, особенно важно исследовать по-своему проявляющийся в лирической поэзии общий процесс тяготения к художественному синтезу (взаимодействие между родами литературы, видами различных искусств и пр.).

Такое положение создает необходимость дальнейшего теоретического осмысления феномена песенной поэзии. Песенная лирика занимала одну из доминирующих позиций в чувашской поэзии второй половины XX в., поэтому она способствует раскрытию художественного своеобразия лирики.

Песня является древнейшим универсальным жанром, который вписывается в самые различные эстетические системы как факт литературы, как факт национального бытия и сознания, культурно-исторической эпохи. Песня как литературный жанр изучена мало, нежели как часть музыкальной культуры и фольклорный жанр. Тем естественнее внимание к ее литературному статусу, генезису и жанровым очертаниям. В этом плане песенная лирика В. Урдаша и М. Волковой представляет собой благодатный материал для понимания песни как литературного жанра и изучения его генезиса, места в национальной культуре. Песня занимает наиболее видное и почетное место в творчестве этих поэтов, ими написано более ста тридцати песен, десятки из них широко известны как среди профессионалов, так и в народе: например, «Укалча умёнче» («За околицей»), «Юратмасар ан уд кантакна» («Не открывай окно без любви»), «Шупашкаран лапка кадёсем» («Тихие Чебоксарские вечера»), «Пёрре курсах.» («Неужели с первого взгляда.») В. Урдаша, «С^урхи юра» («Весенняя песня»), «Таван уй-хирсем» («Родные поля»), «Шупашкар кадёсем» («Чебоксарские вечера»), «Кадхи юра» («Вечерняя песня») М. Волковой. Известные композиторы слагали музыку на слова поэтов: Г. Хирбю, Ф. Лукин, А. Асламас, Г. Лебедев, Ю. Мясников и др. Все это побуждает говорить о том, что песенная лирика занимает достойное место в чувашской культуре. Это признано многими критиками, но признания эти носят не столько аналитический, аргументированный, сколько декларативный характер.

Актуальность диссертации обусловлена также и стремлением современного литературоведения воссоздать своеобразную картину чувашской интеллектуальной поэзии в лице художников слова Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа, реально выявившей себя в преемственных связях, в исторической закономерности и эстетической цельности. Своеобразие созданного поэтами художественного мира определяется качественно новым взглядом на окружающую действительность.

В свете сказанного назрела настоятельная необходимость тщательно и всесторонне изучить наследие В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша В. Эндипа, появление которых на литературной арене совпало по времени со становлением и подъемом новых философско-эстетических течений (например, антропологического), ознаменовавших собой серьезные перемены в чувашской духовной жизни. Представление о поэзии тех лет, давших Чувашии и России плеяду замечательных художников, подлинных мастеров слова, будет неполным вне исканий и свершений вышеназванных поэтов.

Цель данного исследования заключается в выявлении основных литературно-стилевых тенденций развития чувашской лирики второй половины XX в.

Из вышесказанного положения вытекают следующие основные задачи настоящей работы: исследование особенностей развития чувашской лирики периода 1950-80-х гг., истоков ее идейно-художественных явлений; рассмотрение путей возникновения и формирования песенной и интеллектуальной стилевых линий в чувашской лирике второй половины XX в.; определение многообразия форм, приемов и средств композиции, особенностей их функционирования в поэтическом тексте, индивидуально-авторских способов организации художественного текста; раскрытие значений концептуальных образов и осмысление их художественного содержания; характеристика эстетической основы творчества поэтов в сопоставлении поэтики их произведений с лирическими текстами региональных авторов, в частности, татарских поэтов Р. Файзуллина, Р. Хариса, марийского автора В. Колумба и с мировоззрением чувашского народа.

Теоретической и методологической основой исследования послужили труды отечественных литературоведов: М. Б. Храпченко, М. М. Бахтина, В. М. Жирмунского, Б. М. Эйхенбаума, Ю. М. Лотмана, Л. И. Тимофеева, Л. Я. Гинзбург, В. В. Федорова, В. Е. Холшевникова, В.Е. Хализева, В. И. Тюпы, В. Дементьева, Д. М. Магомедовой;,зарубежного мыслителя Т. Элиота, а также региональных ученых В. Г. Родионова, Г. И. Федорова, Ю. М. Артемьева, Ю. А. Смирнова, Т.Н. Галиуллина, Г. 3. Рамазанова и др.

Синтетическая природа песенной поэзии В. Урдаша и М. Волковой определила обращение диссертанта к проблеме взаимодействия искусств, представленной в трудах И. Г. Минераловой, Е. А. Тарлышевой, Т. А. Черкасовой.

Ведущее место в исследовании занимают принципы конкретно-текстового, сравнительно-исторического, типологического и сопоставительного анализов, позволяющие выявить внутренние закономерности развития лирики В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа.

Системный подход диссертанта к творчеству поэтов и отдельным произведениям заключается в постижении художественных явлений в их внутренней целостности, согласованности частей и целого. Его внимание сосредоточивается на одном из главнейших законов художественности -индивидуальном своеобразии творческой личности.

Объектом исследования стали поэтические сборники, вышедшие в Чувашском книжном издательстве:

Чун савнаран. Савасем» (От любви. Стихи) (1958), «Саншанах юрлатап: Савасемпе юрасем» (Для тебя пою: Стихи и песни) (1960), «Пёчёк Роза» (Маленькая Роза) (1964), «Асла йыш» (В большой семье) (1966), «Пуранас килет» (Хочется жить) (1971), «Ёмётёмёр дитсе пынаран» (Мечты сбываются) (1983) - В. Урдаша;

Шанчак» (Надежда) (1958), «Ан сивён, савни» (Овеянные любовью) (1969), «Юхам» (Наплыв) (1970), «Карак дырми сачёсем» (Караксирминские сады) (1975) - М. Волковой; амраклах саввисем» (Стихи юности) (1964), «£ын чёртнё 9утасем» (Огни, зажженные людьми) (1966), «Хёвел кёлти» (Сноп солнца) (1987) - Н. Теветкеля;

Тёлпулу» (Встреча) (1972), «Сансем» (Лица) (1976), «Шапа» (Судьба) (1991)-Ю. Айдаша;

Алари асамат» (Молния в руке) (1976), «Туслах кашалё» (Венок дружбы) (1977), «Пыл дуна ир» («Медвяная роса») (1979), «Чёну чане» (Набатный зов) (1989) - В. Эндипа.

В диссертации анализируются стихотворения, опубликованные в периодических изданиях, а также поэтические произведения, не вошедшие в книги, архивные материалы, воспоминания о поэтах. Вместе с тем как данность поэтического контекста привлекаются художественные произведения и других национальных литератур. Подстрочно-смысловой перевод текстов с чувашского на русский язык сделан автором настоящего труда.

Предметом исследования выступают лирические произведения В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней впервые предпринят опыт изучения чувашской песенной и интеллектуальной лирики в плане освоения различных форм взаимодействия поэтики музыкального и стихо-лирического, интеллектуального мироощущения. В работе впервые рассмотрено своеобразие органической взаимосвязи песенной лирики с интеллектуально-философским мировидением чувашской поэзии второй половины XX в. (В. Урдаш, М. Волкова, Н. Теветкель, Ю. Айдаш, В. Эндип). Творчество авторов осмыслено в русле национально-мифологического сознания чувашского этноса. В качестве материала исследования привлекаются и тексты, еще не введенные в научный оборот. По-новому интерпретируются тексты, имеющие традицию осмысления в чувашской критике. В диссертации прослеживается формирование идейно-эстетической позиции В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа, что позволяет по-новому раскрыть своеобразие поэтики их лирических произведений, тематическое и жанровое разнообразие литературного наследия и его значение для творческой эволюции поэтов. Выявление творческой индивидуальности поэтов проводится в сравнительно-сопоставительном контексте региональных литератур - произведений

A. Воробьева, Г. Айги, М. Джалиля, А. Ерикеева, Р. Файзуллина, Р. Хариса,

B. Колумба и др.

Монографический характер работы определил необходимость привлечения архивных материалов, хранящихся в ЧГИГН. Их изучение и ввод в нучный обиход позволяет во многом по-новому оценить путь В. Урдаша и М. Волковой в поэзии, их место в истории чувашской культуры, скорректировать некоторые суждения по данному вопросу.

Теоретическая значимость исследования определяется адекватным анализом собранного материала, решением актуальных вопросов, как истории чувашской поэзии, так и всей чувашской литературы в контексте литератур народов Урала и Поволжья. Выработанные принципы литературного анализа поэзии избранного периода позволят изыскать новые современные подходы для анализа всей чувашской поэзии. Они помогут найти верные исследовательские ориентиры для современной оценки литературно-художественных процессов, происходящих в области национальной лирики и лиро-эпики.

Практическое значение работы обусловлено возможностью использования ее результатов литературоведами в общих и специальных курсах по чувашской литературе второй половины XX в. Материалы диссертации могут быть использованы при подготовке вузовских учебников и учебно-методических пособий по чувашской поэзии, лекционных курсов, спецсеминаров по изучаемой проблеме. Собранный автором фактический о материал может быть использован на практических занятиях по современной чувашской литературе. Основные выводы могут оказать помощь в дальнейшем исследовании творчества В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа. Отдельные положения данного исследования могут послужить для работ сравнительного характера в узко-регональном контексте. Материал диссертации будет интересен любому интересующемуся чувашской лирикой для выявления идейно-художественной специфики и эстетического достоинства поэтического мира того или иного поэта.

Апробация работы. По теме диссертации велись семинарские и практические занятия со студентами. По результатам исследования делались сообщения на научно-практических конференциях преподавателей и студентов ЧГПУ им. И. Я. Яковлева, опубликованы статьи в сборниках научных статей, в научном журнале «Вестник Чувашского педагогического унивеситета им. И. Я. Яковлева», в научно-рецензируемом журнале «Вестник Чувашского университета».

Структура работы подчинена целям и задачам исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы.

 

Заключение научной работыдиссертация на тему "Основные литературно-стилевые тенденции в чувашской лирике второй половины XX века"

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Обращение к важным и актуальным проблемам и сторонам поэтического процесса 1950-80-х гг., к творчеству поэтов разных поколений и индивидуальностей позволяет сделать выводы о существенных особенностях и закономерностях развития чувашской поэзии, о ее художественно-эстетических открытиях. Новая действительность общества, поэзии, дала необыкновенный простор для творческой реализации поэтов. Вследствие этого налицо повышение значения личностного подхода художников слова к воплощаемым образам. Высокое поэтическое мастерство чувашских поэтов свидетельствовало о значительном прогрессе национальной поэзии, появлении в чувашской поэзии стихов, отмеченных достаточным уровнем профессионализма, свободой выражения в смысле эмоционального содержания их образных систем. Значительно повысился уровень поэтического, образного воплощения жизни, психологической убедительности внутреннего мира героя.

Индивидуальное мастерство авторов, их самобытность, помноженные на истинно национальный стиль лирического переживания, определили сущность творческих поисков В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа и других. В их творчестве воплотились основные направления, свойственные общему эволюционному движению чувашской литературы.

В работе диссертант предприняла опыт системного изучения и раскрытия закономерностей художественного мира поэтов, выявления индивидуальных черт их поэтического мышления в контексте чувашской и региональной поэзии. В 60-70-е гг. XX в. глубинно проявилось взаимодействие различных жанров, родов литературы, видов искусства; с одной стороны, продолжался и обогащался процесс взаимосоединения поэзии и музыки, с другой, — лирика непосредственно подходила к грани эпоса в лирических циклах и книгах. Приметой времени стала драматизация лирического жанра, введение элементов драмы в лирику. Раскрылась песенно-приподнятая, фолыслорно-романтическая стилевая направленность стихотворений В. Урдаша и М. Волковой. Стихотворения-песни поэтов искренни и естественны, внешне просты. Художественный мир поэтов обогатился за счет привнесения в их поэтику мотивов народной и профессиональной музыки. Усилилась их субъективная, лирическая насыщенность, которая способствует постижению и многогранности личности того или иного автора. Взаимодействие профессиональной поэзии с народно-поэтической традицией в произведениях поэтов обусловлено своеобразием поэтического восприятия народом окружающего мира, его музыкальностью, песенностью. Их стихи по стилистике близки к народному творчеству, соответствуют их тональности, композиционно близки к устно-поэтическим произведениям. В поэтические тексты органично вплетаются особенности застольных, игровых, посиделочных песен. В поэзию В. Урдаша и М. Волковой наряду с чувашской народной песней вошли и советская лирическая, пафосная песня, городской романс, частушка и плясовая песня.

Обращаясь к песне, поэты остаются самобытными, произведения их интеллектуально насыщены, это способствует особому притяжению читателя к творчеству этих поэтов. Развернутая ими картина отображения мира носит интимно-камерный характер. Любовь к человеку определяет утверждение в творчестве поэтов патриотических и мотивов как ведущих. Неравнодушие к жизни Родины, патриотический долг, осуждение войны как таковой, признание любви как источника счастья - основные линии творчества, подчинившие себе энергию служителей муз.

Поэзия В. Урдаша - это оригинальный художественный мир с определившимися в авторском сознании ценностями, тематико-мотивными и образными «магистралями», богатыми нюансами их художественной обработки, предъявленным типом лирического героя. В поющейся поэзии Урдаша соединились два, идущие от двух видов искусства, характерных способа самовоплощения - фольклорный и поэтический. Тонко ощутив логику и характер синкретизма, Урдаш вдохнул жизнь, как в типизированный народный стиль, так и в традицию, сформированную поэзией.

Помимо литературного поэт сориентирован и в песенном пространстве, он контактирует с песенной традицией разных модификаций. Лирика Урдаша, ориентированная на поющееся слово, вобрала приметы традиционной песенности, образы, непосредственно передающие музыку, ассоциативно-мелодические начала ритма. Мир в изображении Урдаша неотъемлемо мелодичен. «Пою», а не «пишу», «говорю» — характеризирует свою деятельность лирический герой. Поэт подчеркивает собственную специфическую принадлежность певца. Он называет дело жизни пением, а поэзию песней

Мир песенной поэзии В. Урдаша - полноценное в художественном отношении наследие, созданное по призванию, впервые самоутверждающееся как феномен. Его феноменология — в облике лирического героя, эволюции сознания, свидетельствующей о собственном пути в поэзии.

В развитие чувашской песенной поэзии свою лепту внесла и М. Волкова. Свидетельства о своей любви к музыке поэтесса оставила в стихах-песнях, в жанровом отношении приближающихся к элегиям, в них преобладает не статическое изображение грусти, а выражение чувства в его развитии. Творчество поэтессы немыслимо также без посиделочных, плясовых песен и жанра такмака (частушки).

В 70-х годах в поэзии наблюдается новая тенденция - это проявление интеллектуализма. Хорошую почву для его развития, во-первых, подготовила сама общественная обстановка, во-вторых, песенная лирика, потому что произведения поэтов-песенников также отличались интеллектуальной насыщенностью. Наиболее яркими представителями данной стилевой линии являются поэты Н. Теветкель, Ю. Айдаш, В. Эндип. Их творчество составили различные в жанровом отношении стихи: лирическое раздумье, философское размышление, публистический монолог, пейзажная зарисовка-миниатюра, элегия, баллада, ода, сонет. е

Для произведений поэтов-интеллектуалистов характерно глубокое раскрытие диалектической связи времен, живая разговорно-повествовательная интонация, делающая размышление о прошлом современным. Поэтов отличает свобода в обращении со временем, способность непринужденно переносить свое внимание и как бу саму точку видения движущейся действительности из настоящего в прошлое, а оттуда — вновь в современность и в будущее. Само время становится многомерным, стереоскопическим. Прошлое оживает и движется вместе с нами, минувшее и будущее встречаются в сегодняшнем дне. Так, лирический герой Н. Теветкеля в образе сохи видит трудовой подвиг предков.

Особый взгляд на историческое прошлое нашей страны отличает и лирические произведения Ю. Айдаша. В его творчестве становится актуальной тема Великой Отечественной войны. Поэт показывает судьбу физически и духовно покалеченного поколения, испытавшего на себе ужасы войны, о чем в предыдущие десятилетия старались не писать. В поэтических текстах художника война воссоздается через воспоминания детства, через образы матерей, вынесших на плечах всю тяжесть военного и послевоенного времени, и которые своим мужеством и стойкостью не только добились победы в войне, но и подняли на ноги детей и внуков в это суровое время. В них наблюдается тенденция к детальному изображению внешней обстановки, быта тех лет, а также психически мотивированного объяснения всех поступков, переживаний лирического героя-ребенка. Война сыграла большую роль в становлении жизненных установок и художественного пафоса Ю. Айдаша, как и его современника, марийского поэта В. Колумба, в творчестве которого тема войны и мира, его мотивы и образы стали одними из главных.

Оживление интереса к национальному историческому прошлому наблюдается и в произведениях В. Эндипа, где образ народа представлен двумя началами - мужским и женским. Их единение дает другое начало — это новая жизнь. Для лирического героя В. Эндипа такая закономерность обусловлена самой природой. Через взаимоотношения, думы и действия мужчины и женщины можно проследить всю судьбу народа. Так своеобразно раскрыл В. Эндип тайны бытия, вечно волнующие человечество, выступив, с одной стороны, проводником и переводчиком жизни, а с другой, ее соавтором.

Склонность к романтическому обобщению и аналитичности, к интеллектуально-философской напряженности стиха, к насыщению его смелыми ассоциациями свойственна Н. Теветкелю, В. Эндипу. Такой подход к художественному познанию мира продиктовал авторам проявление в поэтических текстах лирико-философского пафоса и тяготение к развернутой метафоре. В склонности к развернутой метафоре Н. Теветкелю и В. Эндипу отчасти близки татарские поэты Р. Файзуллин и Р. Харис. Интеллектуально-рассудочное начало в стихотворениях не подавляет лирически-интимного, эмоционально-образного. Стихотворения поэтов отличаются гармоничным сочетанием чувства и мысли, неповторимой глубиной и композиционной завершенностью. Изучение жанрового своеобразия стихотворений, поэтики художественного образа позволяет сделать вывод о том, что доминантой поэтического стиля Н. Теветкеля, В. Эндипа выступает метафора, тяготеющая к символу. Эта особенность, по мнению диссертанта, является следствием стремления поэтов к многогранному, философскому осмыслению отдельных явлений жизни. В творческом арсенале Н. Теветкеля, В. Эндипа наличествуют традиционные для чувашской поэзии метафоры, но у них они модифицируются, приобретают новое звучание. У авторов представлен большой пласт индивидуальных метафор, которые обращают на себя внимание своей новизной. Они с помощью развернутых метафор стремятся наиболее точно выразить свои переживания, дать название неназванному, которому даже вряд ли можно подыскать словесный эквивалент.

О цельности поэтического мира В. Эндипа красноречиво свидетельствуют циклические произведения («Мы - дети Земли и Солнца», «Родники Слагбаша», «Илемби» и др.). Внутри каждого цикла обнаруживаются разнообразные жанры стихотворений: монологи-обращения, пейзажные зарисовки.

Большое многообразие наблюдается и в выборе поэтами композиционных форм. Их произведения пленяют отточенностью стиля, стройностью ритмического рисунка. Постоянны художники в разработке механизма формы внутреннего монолога, который обуславливает необходимость большого количества риторических фигур, обращений, вопросов и восклицаний.

Несоответствие между желаемым и действительным привело к тому, что поэтический мир Урдаша противоречив. Наиболее явные антитезы наблюдаются в любовной лирике, в которой они служат большей наглядности изображаемого действия. Часто в стихотворениях поэта лирический герой противопоставляется другим героям, таким образом, индивидуализация лирического героя происходит в традициях романтической поэтики.

Лирика В.Урдаша и М. Волковой изобилует повторами, разнообразие которых впечатляет; наиболее часто авторы используют анафору и эпифору.

Фонетический уровень произведений В. Урдаша очень значим. Большую роль в его стихах играют разнообразные ассонансы и аллитерации, подкрепляющие содержательный уровень. Часто поэт в выборе того или иного слова руководствуется именно фонетическим принципом. Неоднократное употребление одной и той же конструкции повтора приводит к тому, что он становится индивидуальным поэтическим приемом.

В основе стихотворных материалов М. Волковой имеются и композиционные блоки ступенчатого и сопоставительного типа, характерные для чувашского народного стиха. В произведениях со ступенчатым типом встречаются такие композиционные приемы, как усиление и сужение. Стихипесни сопоставительного типа организованы с помощью образного параллелизма. Немаловажная роль для формирования композиции принадлежит диалогу, который представлен образами лирической героини, матери, возлюбленного.

Композиция стихотворений Н. Теветкеля основывается на метафорическом развертывании тематического образа. Композиционную целостность поэтических текстов В. Эндипа составляют циклы. Циклизация способствует воссозданию единого дыхания лирического героя, лирико-философскому пафосу, общей художественной идее. Она создает символические образы и лейтмотивы, а также особенности в ритмико-строфическом плане. Своеобразно у поэта художественное строение стихотворений некоторых циклов, например, цикла «Мы - дети Неба и Солнца», где произведение состоит из двух частей — прозаического и лирического, которые взаимодополняют друг друга по смыслу.

Следующей ступенью в исследовании поэтических миров вышеназванных лириков стало рассмотрение концептуальной основы их мировосприятия, которое помогает выявить самобытный взгляд авторов на бытие. Его характер во многом определяется национально-культурной действительностью художников. В творчестве каждого поэта имеются способы концептуализации поэзии. Многогранный анализ концептов показал, что главными носителями авторской концепции выступают символические образы, которые играют важную роль в раскрытии индивидуального мировидения стихотворцев. Многообразие их значений постигается в контексте всех произведений. В поэтическом мире В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа концептуальным характером обладают, прежде всего, символы музыки (песни), сада, пути, души и сердца, огня.

Центральным образом в поэзии В. Урдаша стала музыка, представляющая созидательное начало, сохраняющее чувство оптимизма, жизнелюбия на долгие годы. В стихах поэта песня не деталь, а образ многозначный: это и творчество, и новая жизнь, и вечная память, и народ. Музыка - это также воплощение глубинных корней, которые соединили поэта с родной культурой. В образе музыки автор выразил свое глубоконациональное, философское понимание жизни, которое находится в тесной взаимосвязи с такими понятиями как «любовь и почитание», «память», «родина», «поэзия». Образ музыки (песни) являет собой культурно-исторический символ, воплощающий самобытность национальной поэзии чувашского народа, жизненный уклад которого испокон веков был связан с верой в светлое будущее. Музыка помогает лирическому герою автора проникнуть в тайны бытия, постичь сверхвременную, идеальную сущность мира и его трансцендентную красоту.

В поэзии М. Волковой к разряду таких символов относится образ сада, непосредственно связанный с художественной концепцией личности. В произведениях сад отождествляется с родной землей, домашним очагом, матерью, выступает в ипостаси созидательного начала в жизни человека и общества. Сад-дом защищает от разных невзгод, бед, не дает сломиться от ударов судьбы, хранит в себе память о прошлом. Его хранительницей и продолжательницей добрых традиций является мать. В поэтических текстах автора сад рисуется всегда цветущим и плодоносящим. Такая установка воплощает идею продолжения человеческого рода, ибо он олицетворяет собой своеобразную метафору — это сад души. Сад помогает раскрыться любовным чувствам лирической героини, это место встречи влюбленных, он хранит их секреты. М. Волкова создала удивительную картину мира, где человек и сад — одно целое. Лирическая героиня и маленькое пространство земного шара растворяются друг в друге. В таком ракурсе просматривается мифологическое, первобытное сознание в художественном мире М. Волковой. В такой теме родства заключена основа бытия предков поэтессы. Народно-мифологический вектор дает возможность ей прикоснуться к бессознательному, где «я» и природный мир одно целое, неделимое, поэтому в образе сада лирическая героиня видит продолжение себя. Благодаря лирике М. Волковой, образ сада в чувашской литературе выступает в своеобразной новой ипостаси.

Для Н. Теветкеля поиск смысла жизни неразрывно связан с движением, освоением пространства. Поэтому одним из стержневых в лирике чувашского поэта стал мотив пути, реализуемый через образ дороги, который знаменует собой движение — доступ ко всем другим хронотопам и порождает мифологему возвращения домой. Через соотношение дом — дорога — дом Н. Теветкель показал систему традиций, представляющих как духовный склад нации, так и культуры человечества в целом У поэта обретение собственного пути связывается и с творческим началом. В поэтике Н. Теветкеля мотив дороги трансформируется в дорогу жизни, а она в свою очередь оказывается дорогой поэзии, а поэтическая дорога перекликается и переплетается с мотивом служения своему народу.

Поэтический мир Ю. Айдаша ориентирован на отображение лирического «я», характер которого раскрывается через образы души и сердца. В творчестве автора образ души часто соотносится с образом огня. Образ горящей души включен в два рода контекстов. В первом случае огонь души есть показатель ее возвышенности, одухотворенности, неравнодушия, что представляется важнейшим условием нормального, достойного бытия. Герой с такой душой борется за мир на земле, за дружбу и за справедливость («Август»). В другом случае пламя, охватившее душу, связано с ее страданием. Причиной страдания души является, например, война, осознаваемое поэтом как бедствие, охватывающее не только внешний мир, но и человеческие души, причем наибольший ущерб наносится именно душам. Сердце в произведениях представляется живым, активным, наполненным (и стремящимся наполниться) прекрасным. Образ сердца имеет некоторые особенности: герой заставляет свое сердце постоянно работать во благо своего народа и людей вообще, поэтому оно всегда трепещет, вздрагивает, настраивает себя на разный лад, всегда стоит на страже чести и добра.

Художественный мир другого чувашского поэта, В. Эндипа также полон различными концептами, главенствующее место среди них занимает образ огня, в котором воплотились жизнеутверждающий пафос поэзии автора, активная жизненная позиция его лирического героя. Поэт, обращаясь к этому образу, продолжает традиции М. Сеспеля, А. Воробьева, Г. Айги, сохраняет память о поклонении огню как очистительной силе. Он не останавливается на этом, его дальше усовершенствует, развивает. Образ огня дает познать суть бытия, очистить, душу. За философской неторопливостью и беспафосностью в стихотворениях скрывается страстная натура поэта, дух борца. Он призывает бороться за чистоту сердец, человеческое достоинство, сохранение и преумножение народных традиций, природных богатств. Свидетельством всего этого являются многократно встречающиеся в произведениях образы огня — солнца, костра, пламени, угольков домашнего очага, света.

С образом огня в творчестве В. Эндипа, как и в мифологии, неразрывно связана символика жизненной силы. Отсюда в стихотворениях возникает образ огня-дома - символ сохранения этических и эстетических ценностей народа, приобретения утраченного, восстановления в душе гармонии, покоя и мира. Огонь олицетворяет свет, идущий из глубины сердца поэта. Лирический герой стихотворца открытой души человек, для него не приемлемы ложь и обман, хвастовство и безразличие к чужой боли. Он воплощает в себе такие личностные качества как памятливость, стремление к правде, способность к самоотдаче. Огонь становится выражением различных человеческих эмоций - страсти, любви, желания. Чистота души и Любовь в поэзии В. Эндипа выступают важными составляющими жизненной основы. Этим как раз и оправдывается их переплетение с образом огня.

Таким образом, в вышеперечисленных концептах в поэзии В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа исследователь обнаруживает отражение древних мифологических представлений, особенностей философского мировидения поэтов и глубоко национальный характер их художественного сознания. В ходе освоения национальных традиций поэты выработали свою авторскую точку зрения на мир, индивидуальное художественное мировидение и пути их отражения в поэзии. Исследование поэтики лирики В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа выявило исключительно тесную взаимосвязь и взаимозависимость поэтических средств разных уровней. Рассмотрение жанрового, композиционного и концептуального своеобразия лирики поэтов продемонстрировало богатство личных приемов чувашских стихотворцев, которые, с одной стороны, были смелыми новаторами и, с другой, творчески своеобразно переосмысливали приемы своих предшественников. Стремление к разностороннему раскрытию переживаний наложило особый отпечаток на их лирику, ее жанровый состав, композицию, ритмику, строфику их стихотворений, обусловило стилистическое и композиционное новаторство. Выводы, полученные в настоящей диссертационной работе, естественно, не претендуют на бесспорность и абсолютную истину. Поднятая в научном труде тема многогранна и неисчерпаема. Поэтому поэтические миры В. Урдаша, М. Волковой, Н. Теветкеля, Ю. Айдаша, В. Эндипа требуют дальнейшего углубленного изучения.

 

Список научной литературыСкворцова, Ольга Владимировна, диссертация по теме "Литература народов Российской Федерации (с указанием конкретной литературы)"

1. Абашева, Д. В. Литературное произведение в контексте традиционной духовности : учеб. пособие / Д. В. Абашева. — Чебоксары : ЧГПИ, 1997.-58 с.

2. Абашидзе, И. В. О поэзии : статьи, воспоминания, очерки : пер. с груз. / И. В. Абашидзе. — М. : Сов. писатель, 1985. 335 с.

3. Алексеев, М. П. Сравнительное литературоведение / М. П. Алексеев ; отв. ред. Г. В. Степанов. Л. : Наука, 1983. - 447 с.

4. Анализ одного стихотворения : межвуз. сб. / Ленингр. гос. ун-т им. А. А. Жданова ; под ред. В. Е. Холшевникова. Л. : Изд-во ЛГУ, 1985. - 248 с.

5. Аристотель. Поэтика. Риторика : переводы / Аристотель. СПб. : Азбука, 2000.-312 с.

6. Ашмарин, Н. И. Чувашская народная словесность : исследования, автобиография, воспоминания, письма / Н. И. Ашмарин ; сост. и примеч. В. Г. Родионова. — Чебоксары : Изд-во Чуваш, ун-та. 2003. - 430 с.

7. Бахтин, М. М. Эстетика словесного творчества / М. М. Бахтин. 2-е изд. - М. : Искусство, 1986. - 445 с.

8. Белокурова, С. П. Словарь литературоведческих терминов / С. П. Белокурова. СПб. : Паритет, 2006. - 316 с.

9. Бикмухаметов, Р. Г. Орбиты взаимодействия / Р. Г. Бикмухаметов. — М. : Сов. писатель, 1983. 239 с.

10. Блок, А. А. О литературе / А. А. Блок ; вступ. ст. Д. Е. Максимова ; сост. и коммент. Т. Н. Бедняковой. 2-е изд., доп. - М. : Худ. лит., 1989. -478 с.

11. Блок А. А. О назначении поэта / А. А. Блок // Собрание сочинений : в 2 т. Т. 2. М. ; Л. : Гослитиздат, 1955. - С. 347—356.

12. Бройтман, С. Н. Историческая поэтика : учеб. пособие / С. Н. Бройтман. М. : РГТУ, 2000. - 320 с.

13. Булатов, Г. Пусть сложат песню : (к дискуссии о песенных текстах) /Г. Булатов//Дон.- 1986.-№ 12.-С. 155—156.

14. Васина-Гроссман, В. А. Музыка и поэтическое слово : в 2 т. Т. 2. / В. А. Васина-Гроссман. М. : Музыка, 1972. - 365 с.

15. Васинкин, А. А. Поэтический мир В. Клоумба: Монография / А. А. Васинкин. Йошкар-Ола: МарНИИЯЛИ, 2005. - 224 с.

16. Введение в литературоведение. Литературное произведение: основные понятия и термины : учеб. пособие. / Л. В. Чернец и др. ; под ред. Л. В. Чернец. — М. : Высш. шк., 2000. 556 с.

17. Виноградов, В. В. О теории художественной речи : учеб. пособие для вузов по филол. спец. / предисл. А. Н. Кожина; послесл. Д. С. Лихачева. -Изд. 2-е, испр. М.: Высш. шк., 2005. - 287 с.

18. Владимиров, Е. В. Литературы народов Поволжья и Приуралья : учеб. пособие / Е. В. Владимиров. — Чебоксары : Чуваш, гос. ун-т, 1990. — 56 с.

19. Владимиров, Е. В. Некрасов и чувашская поэзия / Е. В. Владимиров. — Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во, 1972. 40 с.

20. Выходцев, П. С. Земля и люди : очерки о русской советской поэзии 40—70-х г. г. / П. С. Выходцев. М. : Современник, 1984. - 366 с.

21. Гавриленко, Т. А. Образ песни в поэтическом мире Высоцкого / Т. А. Гавриленко // Мир Высоцкого : исследования и материалы. Вып. 3, т. 2. -М. : ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1999. С. 61-72

22. Галиуллин, Т. Н. Здравствуй, поэзия! : заметки о современной татарской поэзии / Т. Н. Галиуллин. М. : Современник, 1987. - 207 с.

23. Гаспаров, М. Л. О русской поэзии анализы, интерпретации, характеристики / М. Л. Гаспаров. СПб. : Азбука, 2001. - 478 с.

24. Гаспаров, М. Л. Современный русский стих. Метрика и ритмика / М. Л. Гаспаров. -М. : Наука, 1974.-487 с.

25. Гей, Н. К. Искусство слова : о художественности литературы / Н. К. Гей. М. : Наука, 1967. - 264 с.

26. Гей, Н. К. Художественность литературы . Поэтика. Стиль / Н. К. Гей. М. : Наука, 1975.-471 с.

27. Гинзбург, JI. Я. О лирике / JI. Я. Гинзбург. М. : Интрада, 1997408 с.

28. Гиршман, М. М. Литературное произведение : теория и практика анализа / М. М. Гиршман. М. : Высш. шк., 1991. - 160 с.

29. Глебов, И. Видение мира в духе музыки / И. Глебов // Блок и музыка. — Л. ; М. : Сов. композитор, 1972. — С. 8—57

30. Григорьев, В. П. Поэтика слова / В. П. Григорьев. — М. : Наука, 1979.-343 с.

31. Григорьян, К. Н. К вопросу о музыкальной природе лирической поэзии / К. Н. Григорьян // Русская литература. — 1978. — № 3. — С. 106—118.

32. Григорьян, К. Н. Ультраромантический род поэзии / К. Н. Григорьян // Русский романтизм : сб. статей. Л. : Наука, 1978. - 285 с.

33. Гринберг, И. Л. Три грани лирики. Современная баллада, ода и элегия / И. Л. Гринберг. 2-е изд. - М. : Худож. лит., 1985. - 397 с.

34. Дедушкин, Н. С. Пурнад илемёпе хавхаланса / Н. С. Дедушкин. -Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1988. 160 с.

35. Дементьев, В. В. Пламя поэзии. Советская литература 70-х годов: новые имена / В. В. Дементьев. М. : Молодая гвардия, 1982. - 222 с.

36. Егоров, В. П. Вахат ыйтнипе : критикапа литературоведени статйисем / В. П. Егоров. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1989. - 124 с. — Пер. загл.: Веление времени : критич. и литературовед, ст.

37. Ермакова, Г. А. Слово Айги / Г. А. Ермакова, А. М. Ермаков. 2-е изд., испр. и доп. - Чебоксары : Изд-во Чуваш, ун-та. — 2007. - 372 с.

38. Есин, А. Б. Принципы и приемы анализа литературного произведения : учеб. пособие / А. Б. Есин. М. : Флинта : Наука, 1998. — 247 с.

39. Есин, А. Б. Литературоведение ; Культурология : избр. тр. / А. Б. Есин ; авт. вступ. ст. Е. В. Аверина ; сост. и авт. примеч. С. Я. Доминина. — 2-е изд., испр. М. : Флинта : Наука, 2003. - 351 с.

40. Желтухин, Г. Асамри чаваш шапчакё Урдаш / Г. Желтухин //Таван Атал. - 2007. - № 4.-С. 111—116.

41. Жирмунский, В. М. Композиция лирических произведений / В. М. Жирмунский // Теория стиха. — Л. : Сов. писатель, Ленингр. отд-ние, 1975. — 664 с.

42. Жирмунский, В. М. Поэтика русской поэзии / В. М. Жирмунский ; сост., вступ. ст., примеч. В. В. Жирмунской-Аствацатуровой. — СПб. : Азбука-классика, 2001. 485 с.

43. Жолковский, А. К. Работы по поэтике выразительности / А. К. Жолковский, Ю. К. Щеглов. М., 1996. - 297 с.

44. Зайцев, В. А. Поэтическое открытие современности : сов. поэзия 50—80-х г.г. : кн. для учащихся ст. классов сред. шк. / В. А. Зайцев. М. : Просвещение, 1988. - 123 с.

45. Зайцев, В. А. Русская советская поэзия 60—70-х годов : (жанрово-стилевые искания и тенденции) : дис. . докт. фил. наук : 10.01.02 / В. А. Зайцев.-М., 1983.-407 с.

46. Закономерности взаимодействия национальных языков и литератур. -Казань : Изд-во Казан, ун-та, 1998. 167 с.

47. Зинченко, В. П. Время — действующее лицо : (в поэзии, философии, психологии) // Вопросы психологии. — 2001. № 6. - С. 36—54.

48. Зусман, В. Концепт в системе гуманитарного знания / В. Зусман // Вопросы литературы. 2003. - №№ 3—4. - С. 3—29

49. Иванов, Н. И. Время и стих : лит.-теорет. ст. / Н. И. Иванов. -Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во, 1981. 192 с.

50. Иванов, Н. И. Поэзи сипечё : статьясемпе очерксем / Н. И. Иванов. Шупашкар, 1982. - 110 с.

51. Иванов, Н. И. Поэзия конца 70-х годов / Н. И. Иванов // Труды НИИ яз., лит., истории и экон. при Совете Министров Чуваш. Респ. Вып. 103. — Чебоксары, 1980.-С. 3—24.

52. Иванов, Н. И. Слово о поэтах и поэзии : статьи и очерки / Н. И. Иванов. Чебоксары : Чувашкнигоиздат, 1982. - 112 с.

53. Иванова, А. А. Мой дом — моя крепость // Русская словесность. -1998. -№ 1.-С. 2—6.

54. Иванова, А. А. Царь огонь // Русская словесность. - 1997. - № 4. -С. 2—6.

55. Иванова, Е. Ю. Поэтический мир А. А. Воробьева : автореф. дис. канд. фил. наук / Е. Ю. Иванова. Чебоксары, 2007. - 23 с.

56. Ильина, Н. Г. Поэтический мир современной чувашской лирики : автореф. дис. канд. фил. наук / Н. Г. Ильина. Чебоксары, 2002. - 22 с.

57. Исаковский, М. О поэтическом мастерстве / М. Исаковский. М. : Сов. писатель, 1952. — 102 с.

58. История русской советской поэзии, 1941—1980 / А. И. Павловский, В. В. Бузник, А. И. Михайлов и др. JI. : Наука. - 1984. - 399 с.

59. Казинцев, А. Дом и дорога. Символ Дома в русской литературе : заметки критика : ст. 1 //Наш современник. 1992. -№ 1. - С. 180—185.

60. Кантор, В. «Вечно женственное» и русская культура : (тема женской любви в литературе) // Октябрь. 2003. - № 11. - С. 155—176.

61. Канюков, В. Я. Литературные связи чувашского и украинского народов / В. Я. Канюков // Ученые записки НИИ яз., лит., истории и экон. при Совете Министров Чуваш. Респ. Вып. 12. — Чебоксары, 1955. — С. 122— 162.

62. Канюков, В. Я. Развитие литературы и народные художественные традиции : проблема лирико-фольклорных отношений / В. Я. Канюков. -Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во, 1979. 192 с.

63. Квятковский, А. П. Поэтический словарь / А. П. Квятковский. — М., 1966.-376 с.

64. Кириллов, Р. С. Символика в мировой художественной культуре : словарь-справочник / Р. С. Кириллов. Чебоксары : Чуваш, гос. пед. ун-т, 2001.- 100 с.

65. Клинг, О. А. Влияние символизма на постсимволистскую поэтику в России 1910-х годов / О. А. Клинг. -М., 1996. -21 с.

66. Кожинов, В. В. «.И счастлив тем, что я не чудо» : русская поэзия середины XX века как откровение о «конце нового времени» // Москва. — 1994. -№ 11. -С. 132—138.

67. Кожинов, В. В. Стихи и поэзия / В. В. Кожинов. М. : Сов. Россия, 1980.-304 с.

68. Кожинов, В. В. Художественная речь как форма искусства слова / В. В. Кожинов // Теория литературы: основные проблемы в историческом освещении. Стиль, произведение, литературное развитие. — М. : Наука, 1965. 504 с.

69. Красновская, Е. Г. Функция музыки в удмуртской художественной словесности : автореф. дис. канд. фил. наук / Е. Г. Красновская. — Чебоксары, 2006. 22 с.

70. Кременцов, Л. П. Теория литературы. Чтение как творчество : учеб. пособие / Л. П. Кременцов. М. : Флинта : Наука, 2003. - 168 с.

71. Кривулин, В. У истоков независимой культуры : (о поэзии конца 1950-х—начала 1960-х г. г.) / В. Кривулин // Звезда. 1990. - № 1. - С. 184— 188.

72. Кулиев, К. Поэт всегда с людьми : статьи, эссе / К. Кулиев. М. : Сов. писатель, 1986. — 335 с.

73. Лосев, А. Ф. Проблема символа и реалистическое искусство / А. Ф. Лосев. -М.: Искусство, 1976. -367 с.

74. Лотман, Ю. М. Анализ поэтического текста. Структура стиха : пособие для студентов / Ю. М. Лотман. Л. : Просвещение, 1972. — 272 с.

75. Лотман, Ю. М. В школе поэтического слова. Пушкин, Лермонтов, Гоголь / Ю. М. Лотман. М.: Просвещение, 1988. - 112с.

76. Лотман, Ю. М. О поэтах и поэзии : анализ поэтического текста : статьи и исследования, заметки, рецензии, выступления / Ю. М. Лотман. -СПб. : Искусство, 1996. 846 с.

77. Магомедова, Д. М. Филологический анализ лирического стихотворения : учеб. пособие / Д. М. Магомедова. М. : Академия, 2004. -192 с.

78. Майман, Д. А. Русская философская поэзия / Д. А. Майман. М. : Наука, 1976. - 190 с.

79. Македонов, А. В. Свершения и каноны : о поэтике русской советской лирики 1930—1970-х г. г. — Л. : Сов. писатель. 1985. — 359 с.

80. Максимов, Д. Е. Критическая проза А. Блока // Блоковский сборник. Тарту. - 1964. - С. 44—45.

81. Метин, П. Н. Лирика текстне тишкересси : учеб. пособие/ П. Н. Метин. — Чебоксары : Чуваш, гос. пед. ун-т, 2005. 136 с.

82. Минералов, Ю. И. Теория художественной словесности (поэтика и индивидуальность) : учеб. для вузов по спец. «Филология» / Ю. И. Минералов. М.: ВЛАДОС, 1999. - 360 с.

83. Миронов, В. Мария Волкова : «Савад ёдё йывар» : поэт архивёнчен / В. Миронов // Таван Атал. 2004. - № 11. - С. 65—69.

84. Михайлов, Н. Н. Теория художественного текста : учеб. пособие для вузов по направлению подгот. 031000 — Филология / Н. Н. Михайлов. — М. : Academia, 2006. 219 с.

85. Неженец, Н. И. Половодье песен : (поэты фольклорной традиции) / Н. И. Неженец. М. : Знание, 1988. - 62 с.

86. Ожегов, С. И. Словарь русского языка / С. И. Ожегов. М. : Оникс : Мир и образование, 2005. - 1200 с.

87. Ошанин, Л. И слово напевное : (о стихотворной основе песенного творчества) / Л. Ошанин // Советская культура. 1982. — 2 февраль. - С. 4.

88. Павлов, Н. П. Поэзия / Н. П. Павлов // Ученые записки НИИ яз., лит., истории и экон. при Совете Министров Чуваш. Респ. — Вып. 27. 1964. - С. 279—290.

89. Пайман, А. История русского символизма / А. Пайман ; авториз. пер. с англ. В. В. Исакович. М. : Республика, 2000. - 415 с.

90. Панченко, О. Магнитное поле романса : (романс в современной поэзии) / О. Панченко // Литературная учеба. 1985. - № 6. - С. 201—212.

91. Петровский, М. «Езда в остров любви», или Что есть русский романс / М. Петровский // Вопросы литературы. 1984. - № 5. — С. 55—90.

92. Положительный герой в современной советской литературе / отв. ред. В. И. Борщуков, Л. В. Иванова. М. : Наука, 1988. - 276 с.

93. Померанцев, И. Кое-что о песнях : песенная лирика, стихи, ставшие песней / И. Померанцев // Арион. 1996. - № 4. - С. 47—50.

94. Поспелов, Г. Н. Лирика. Среди литературных родов / Г. Н. Поспелов. М. : Изд-во МГУ, 1976. - 208 с.

95. Потебня, А. А. Теоретическая поэтика : учеб. пособие для студентов филол. фак. вузов / А. А. Потебня. 2-е изд., испр. - М. : Academia ; СПб. : СПб ГУ, 2003. - 373 с.

96. Поэтика художественного произведения : межвуз. науч. сб. — Уфа : Изд. Башкир ун-та, 1983. 168 с.

97. Принципы анализа литературного произведения : сб. ст. / под ред. П. А. Николаева, А. Я. Эсаленк. М. : Изд-во МГУ, 1984. - 199 с.

98. Родионов, В. Г. К тайнам народной стихии / В. Г. Родионов // Павлов, Ф. П. Собрание сочинений: Поэзия, драматургия, проза, очерки, статьи, письма / Ф. П. Павлов. Чебоксары: Чуваш, кн. изд-во, 1992. - 8-34 с.

99. Родионов, В. Г. Чувашский стих : проблема становления и развития / В. Г. Родионов. Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во, 1992. - 223 с.

100. Родионов, В. Г. Этнос. Культура. Слово / В. Г. Родионов ; сост. А. Н. Лукина. — Чебоксары : Изд-во Чуваш, ун-та, 2006. — 552 с.

101. Роднянская, И. Б. Слово и «музыка» в лирическом произведении / И. Б. Роднянская // Слово и образ. М., 1964. - С. 195—233.

102. Роднянская, И. Ю. 1989. Художник в поисках истины / И. Ю. Роднянская. М. : Современник, 1989. - 384 с.

103. Романова, Г. И. Практика анализа литературного произведения. Русская классика : учеб. пособие для школьников и студентов-филологов / Г. И. Романова ; под ред. Л. В. Чернец. 2-е изд., испр. - М. : Флинта : Наука, 2006.-255 с.

104. Ростовцева, И. Красотой России рожденная. (Тема Родины в творчестве русских и советских поэтов) / И. Ростовцева // Наш современник. 1988.-№3.-С. 169—174.

105. Сильман, Т. И. Заметки о лирике / Т. И. Сильман ; послесл. Д. С. Лихачева. Л. : Сов. писатель, Ленинградское отделение, 1977. — 223 с.

106. Сквозников, В. Д. Теория литературы: роды и жанры литературы /

107. B. Д. Сквозников. М., 1964. - 173—237 с.

108. Словарь литературоведческих терминов / ред.-сост. Л. И. Тимофеев, С. В. Тураев. М. : Просвещение, 1974. - 509 с.

109. Смирнов, Ю. А. Поэтический мир Михаила Сеспеля и развитие чувашского стиха : автореф. дис. . канд. филол. наук: 10.01.02 / Ю. А. Смирнов. Чебоксары, 2005. - 24 с.

110. Соболева, Г. Г. Русский романс / Г. Г. Соболева. М. : Знание, 1980.-112 с.

111. Софронова, И. В. Традиции восточной поэзии в чувашской лирике: учеб.пособие / И. В. Софронова. 2-е изд., доп. - Чебоксары: Изд-во Чуваш, ун-та, 2008. - 180 с.

112. Суровцев, Ю. Мир души человеческой. Женская лирика : обзор мотивов и попытки портретов / Ю. Суровцев // Новый мир. — 1978. — № 4. —1. C. 268—284.

113. Тарановский, К. Ф. О поэзии и поэтике / К. Ф. Тарановский. М. : Языки русской культуры, 2000. — 432 с.

114. Тарлышева, Е. А. Песенная поэзия А. Н. Вертинского как единый художественный мир: жанровая природа, образная специфика, эволюция : дис. . канд. филол. наук: 10.01.01 / Е. А. Тарлышева. Уссурийск, 2004. -186 с.

115. Тимофеев, JL И. Основы теории литературы / Тимофеев JI. И. — М. : Просвещение, 1976. 448 с.

116. Тимофеев, JI. И. Слово о стихе / JL И. Тимофеев. М. : Сов. писатель, 1987. - 424 с.

117. Томашевский, Б. В. Теория литературы. Поэтика / Б. В. Томашевский. JI. : Госиздат, 1993. - 232 с.

118. Топоров, В. Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ : исследования в области мифопоэтического : избранное / В. Н. Топоров. — М. : Прогресс : Культура, 1995. 623 с.

119. Тхайцухова, А. М. Ранняя лирика К. JI. Мхце: мотивы, образы, динамика развития : дис. . канд. фил. наук: 10.01.01 / А. М. Тхайцухова. — М., 2005.-180 с.

120. Федоров, В. В. О природе поэтической реальности / В. В. Федоров. -М. : Сов. писатель, 1984. 184 с.

121. Федоров, В. В. Наше время такое (о поэзии и поэтах) / В. В. Федоров. -М. : Современник, 1973. 572 с.

122. Федоров, Г. И. Некоторые особенности чувашской поэтики : вторая ст. / Г. И. Федоров // Родная Волга. 1993. - № 9. - С. 51—57.

123. Федоров, Г. И. Чувашская литература (1945—1985г. г.) : учеб. пособие / Г. И. Федоров. Чебоксары : Изд-во Чуваш, ун-та, 2004. - 516 с.

124. Федоров, Г. И. Санарпа самах шыравё / Г. И. Федоров. -Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во, 1991. 224 с.

125. Фризман, JI. Г. Жизнь лирического жанра. Русская элегия от Сумарокова до Некрасова / JI. Г. Фризман. М. : Наука, 1973. - 167 с.

126. Хализев, В. Е. Теория литературы : учебник для вузов / В. Е. Хализев. М. : Высш. шк, 1999. - 398 с.

127. Хлебников, Г. Я. Чувашская литература второй половины XX века / сост. и авт. послесл. В. Г. Родионов / Г. Я. Хлебников. — Чебоксары : Изд-во Чуваш, ун-та, 2007. 416 с.

128. Холшевников, В. Е. Стиховедение и поэзия / В. Е. Холшевников. -Л. : Изд-во ЛГУ, 1991.-255 с.

129. Храповицкая, Г. Н. Двоемирие и символ в романтизме и символизме / Г. Н. Храповицкая // Филологические науки. — 1999. — № 3. — С. 36—37.

130. Храпченко, М. Б. Горизонты художественного образа / М. Б Храпченко. — 2-е изд., доп. М. : Худож. лит., 1986. - 439 с.

131. Художественное мастерство чувашских писателей : сб. ст. / НИИ яз., лит., истории и экон. при Совете Министров ЧАССР. Чебоксары : НИИЯЛИЭ, 1986.-67 с.

132. Хузангай, А. П. Поиск слова : лит.-критич. ст. / А. П. Хузангай. -Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во, 1987. 191 с.

133. Хузангай, А. П. «Сто тысяч слов» или диалектика обновления / А. П. Хузангай // Дружба народов. 1984. - № 11. - С. 236—244.

134. Чагин, А. И. Человек в поэзии как воплощение исторических судеб народа / А. И. Чагин // Проблема историзма в русской советской литературе, 60—80-е г. г.-М., 1986.-С. 116—150 с.

135. Чекушкина, Е. П. Общетюркские традиции в чувашской словесности : учеб. пособие / Е. П. Чекушкина. Чебоксары : Изд-во Чуваш, ун-та, 2006. - 142 с.

136. Черкасова, Т. А. Песенно-поэтическое творчество Н. Е. Палькина : дис. . канд. фил. наук: 10.01.01 / Т. А. Черкасова. Саратов, 2003. - 198 с.

137. Чернейко, Л. О. Концепты жизнь и смерть как фрагменты русской языковой картины мира / Л. О. Чернейко, Хо Сон Тэ // Филологические науки. 2001. - № 5. - с. 50—59.

138. Чернец, Л. В. Литературные жанры : проблемы типологии и поэтики / Л. В. Чернец. М. : Наука, 1982. - 191 с.

139. Чупринин, С. И. Крупным планом. Поэзия наших дней : проблемы и характеристики / С. И. Чупринин. М. : Сов. писатель, 1983. - 287 с.

140. Шевцова, Г. И. Художественное воплощение идеи движения в творчестве А. С. Грина (мотивный аспект) : дис. . канд. фил. наук / Г. И. Шевцова. Елец, 2003. - 165 с.

141. Шнейдерман, Э. Пути легализации неофициальной поэзии в 1970-е годы / Э. Шнейдерман // Звезда. 1998. - № 8. - С. 194—200.

142. Шошин, В. А. Из опыта русской поэзии 70-х годов / В. А. Шошин // Русская литература. 1984. - № 3. - С. 18—37.

143. Шуплов, А. Стихи для песни: попытка разобраться : полемические заметки / А. Шуплов // Литературная учеба. 1984. - № 3. - С.227—240.

144. Эзенкин, В. С. Теоретические основы чувашской литературной критики 1917—1970-е годы / В. С. Эзенкин. Чебоксары : Изд-во Чуваш, унта, 1992.-200с.

145. Эйхенбаум, Б. М. О прозе. О поэзии : сб. статей / Б. М. Эйхенбаум. Л. : Худож. лит., 1986. - 453 с.

146. Юман, А. Ман суран gep-шыв суранё / А. Юман // Таван Атал. - 2004. - № 12. - С. 26—32.

147. Юркин, И. Н. Авалхи чаваш тёнё / И. Н. Юркин // Танташ. -1993. — № 11.-С. 14, 16—17, 19—30.

148. Якобсон, Р. Работы по поэтике / Р. Якобсон. М. : Прогресс, 1987. -461 с.

149. Художественные произведения

150. Урташ, В. А. Сурхи кунсем / В. А. Урташ. Шупашкар: Чавашгосиздат, 1951. - 144 с. — Пер. загл.: Весенние дни.

151. Урташ, В. А. Чун савнаран / В. А. Урташ. Шупашкар: Чавашгосиздат, 1958. - 112 с. - Пер. загл.: От души.

152. Урташ, В. А. Саншанах юрлатап : савасемпе юрасем/В. А. Урташ. Шупашкар: Чаваш гос изд-ви, 1960. - 31 с. - Пер. загл.: Пою о тебе : стихи и поэмы.

153. Урташ, В. А. Пёчёк Роза / В. А. Урташ. Шупашкар: Чаваш кёнеке изд-ви, 1964. - 115 с. - Пер. загл.: Маленькая Роза.

154. Урташ, В. А. Асла йыш : савасемпе поэмасем / В. А. Урташ. Шупашкар: Чаваш кёнеке изд-ви, 1966. - 132 с. - Пер. загл.: Большая семья : стихи и поэмы.

155. Урташ, В. А. Сара хурт: Сатиралла савасем / В. А. Урташ. Шупашкар: Чаваш кёнеке изд-ви, 1969. - 62 с. - Пер. загл.: Трутень : сатирические стихи.

156. Урташ, В. А. Пуранас килет / В. А. Урташ. Шупашкар: Чаваш кёнеке изд-ви, 1971. - 94 с. - Пер. загл.: Хочется жить.

157. Урташ, В. А. Араскал / В. А. Урташ. Шупашкар: Чаваш кёнеке изд-ви, 1974. - 71 с. - Пер. загл.: Судьба.

158. Урташ, В. А. Ёмётёмёр дитсе пынаран / В. А. Урташ. -Шупашкар: Чаваш кёнеке изд-ви, 1983. 175 с. - Пер. загл.: Мечты сбываются.

159. Волкова, М. А. Шанчак / М. А. Волкова. Шупашкар : Чавашгосиздат, 1958. - 117 с. - Пер. загл.: Надежда.

160. Волкова, М. А. Ан сивён, савни : савасемпе поэма / М. А. Волкова. Шупашкар : Чаваш АССР кёнеке изд-ви, 1969. - 95 с.-Пер. загл.: Овеянные любовью.

161. Волкова, М. А. Юхам / М. А. Волкова. Шупашкар : Чаваш АССР кёнеке изд-ви, 1970. - 88 с. - Пер. загл.: Наплыв.

162. Волкова, М. А. Карак дырми сачёсем / М. А. Волкова. -Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1975. 88 с. - Пер. загл.: Караксирминские сады.

163. Волкова, М. А. Хурлаханам, ан хурлан / М. А. Волкова. -Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1983. 92 с. - Пер. загл.: Не плачь, смородина.

164. Волкова, М. А. Савасем / М А. Волкова. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1984. - 96 с. - Пер. загл.: Стихи.

165. Теветкел, Н. С^амраклах саввисем / Н. Теветкел. — Шупашкар : Чаваш АССР кёнеке изд-ви, 1964. 87 с. - Пер. загл.: Стихи юности.

166. Теветкел, Н. <^ын чёртнё дутасем / Н. Теветкел. Шупашкар : Чаваш АССР кёнеке изд-ви, 1966. - 98 с. - Пер. загл.: Огни, зажженные людьми.

167. Теветкел, Н. Хёвел кёлти / Н. Теветкел. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1987. - 216 с. — Пер. загл.: Сноп солнца.

168. Айдаш, Ю. Тёлпулу / Ю. Айдаш. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1972. - 80 с. - Пер. загл.: Встреча.

169. Айдаш, Ю. Сансем / Ю. Айдаш. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1976. - 79 с. - Пер. загл.: Лица.

170. Айдаш, Ю. Шапа : Савасем / Ю. Айдаш. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1991.-111 с. - Пер. загл.: Судьба. Стихи.

171. Энтип, В. £алкуд / В. Энтип. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1974. - 88 с. - Пер. загл.: Родник.

172. Энтип, В. Алари асамат / В. Энтип. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1976. — 96 с. — Пер. загл.: Молния в руке.

173. Энтип, В. Туслах кашалё / В. Энтип. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1977.-23 с.-Пер. загл.: Венок дружбы.

174. Энтип, В. Пыл дуна ир / В. Энтип. Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1979. - 124 с. - Пер. загл.: Медвяная роса.

175. Эндип, В. Родники России : Стихи / В. Эндип. Чебоксары : Чуваш, кн. изд-во,1980. - С. 232.

176. Энтип, В. Юрату кёнеки : савасем, поэмасем / В. Энтип. -Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1984. 144 с. - Пер. загл.: Песнь обновления : стихи и поэмы.

177. Энтип, В. Самана / В. Энтип. Шупашкар: Чаваш кёнеке изд-ви, 1987. - 254 с. - Пер. загл.: Вехи века.

178. Энтип, В. И. Чёну чанё: : савасемпе поэмасем / В. И. Энтип. -Шупашкар : Чаваш кёнеке изд-ви, 1989. 191 с. - Пер. загл.: Набатный зов.

179. Архивные материалы из Фонда В. Урдаша, М. Волковой в Научном архиве Чувашского государственного института гуманитарных наук

180. Отд. 5., ед. хр. 1206, инв. № 7124. Рукописи, черновики стихотворений и поэм разных лет.

181. Отд. 5., ед. хр. 2047, инв. № 10785. Рукописи, черновики стихотворений и поэм разных лет.

182. Отд. 5., ед. хр. 2184, инв. № 11130. Рукописи, черновики стихотворений и поэм разных лет. (В. Урдаш)

183. Отд. 5., ед. хр. 1840, инв. № 9886. Рукописи, черновики стихотворений разных лет.

184. Отд. 5., ед. хр. 1840, инв. № 9887. Рукописи, черновики стихотворений разных лет.

185. Отд. 5., ед. хр. 1842, инв. № 9891. Рукописи, черновики стихотворений разных лет.

186. Отд. 5., ед. хр. 1846, инв. № 9899. Рукописи, черновики стихотворений разных лет. (М. Волкова)1.